Хранители

кор. Вансия, о. Айзоло, 9 декабря, около 15:00 Вода блестела в свете только начинавшего садиться солнца. Сегодня был довольно тихий день, лишь по воде бежала рябь из-за несильного ветерка. Нельзя было сказать, что здесь царит зима: снега не было и в помине, а погода стояла самая что ни на есть теплая. Здесь никогда не бывает холодно – острова Вансии омываются теплыми течениями Западного моря. И сейчас, к пристани подходил двухмачтовый бриг «Агата» под флагами Вансии – стилизованным золотым солнцем на темно-бирюзовом фоне. Вот корабль уже причаливал к пристани. По трапу спускался парень со смугловатой кожей и коротким ежиком темно-каштановых волос. Лицо его не выражало никаких эмоций, хоть он и впервые был в этом месте. Мэттью Аттертона отправили сюда обучаться управлять стихией земли, и он, после двух дней пути на корабле кронпринца Виктора, достиг цели. Мэтт шел в сопровождении капитана «Агаты», который что-то оживленно рассказывал ему. Но Мэтт почти не вслушивался в его слова – он еще на корабле наслушался этих морских баек. Мэтт шел вперед по оживленной пристани, которая была полной противоположностью пристани Нуарской. Он была очень широкой, с множеством палаток торговцев из разных стран, которые зазывали взглянуть на их товар. Мэтт с трудом проталкивался среди людей, которые сновали от одного прилавка к другому. За пристанью рос роскошный фруктовый сад, который сейчас, на удивление Мэтту, цвел и распространял сладкие ароматы цветов на дальние расстояния. Через сад была проложена дорога к городским воротам – единственному проходу в стене высотой метров с десять. У сада Мэтта уже ждали двое королевских гвардейцев, облаченных в легкие, песочного цвета, мундиры. Видимо, они стояли здесь с того времени, как «Агата» только вошла в акваторию порта. Гвардейцы держали под уздцы абсолютно одинаковых вороных коней, а еще один был привязан к коновязи, и, наверно, ожидал Мэтта. Увидев юношу, гвардейцы коротко поклонились. - Ваша Светлость, - заговорил один из встречавших, слегка улыбнувшись. – Мы из личной охраны Его Величества. Препроводим Вас к королю. - Конечно, - Мэтт улыбнулся в ответ и кивнул, уже отвязывая лошадь. Он распрощался с капитаном «Агаты» и легко запрыгнул в седло. С самого детства он часто ездил верхом – отец, бизнесмен, очень любил лошадей, даже имел небольшую конюшню в загородном доме. Но воспоминания об отце наводили на Мэтта только тоску – они виделись очень редко. Все детство Мэтта провел в окружении нянек, а потом и вовсе предоставленный сам себе. Поэтому, возможно, он предпочитал не высказывать мысли вслух и все держать в себе. Лошади шли быстрой рысью; всадники быстро преодолели дорогу через сад и въехали в город через высокие ворота. В городе было так же шумно, как и на пристани. Здесь тоже было много торговцев, много людей и мало места. Это, несмотря на то, что улицы здесь были раза в два шире, чем в Нуаре. Но перед гвардейцами все расступались, а дети показывали на их спутника пальцами, потому навлекали на себя гнев родителей. Мэтт оглядывал светлые дома, в основном двухэтажные, с окнами, украшенными кадками с необычными цветами и резными фонарями на стенах, которые зажгутся еще не скоро. Всадники поднимались в гору – Мэтт только сейчас это заметил, когда подъем стал весьма крутым. Он ждал, что же увидит, когда они поднимутся наверх. И вот, подъем стал более пологим, и Мэтту открылся вид на город, по которому сновало множество людей. Но больше его внимание привлек королевский дворец: массив с двумя огромными и множеством маленьких башенок, построенный из материала песочного цвета, как мундиры гвардейцев. Мэтту он показался похожим на песочный замок, какие дети строят на пляжах. Только гораздо больше. На всех башнях трепыхались все те же темно-бирюзовые флаги. Всадники уже приближались к дворцу, который находился в самом центре города-острова, а не с краю, как показалось Мэтту. Невысокую стену, окружавшую дворец, также облепили домики, а у ворот стояла целая очередь из желающих попасть к королю. Они нехотя отходили в сторону, чтобы не попасть под копыта лошадей, когда всадники проезжали во внутренний двор дворца. Мэтт спрыгнул с лошади даже раньше гвардейцев и почувствовал на себе любопытные взгляды людей. Но гвардейцы не дали народу обступить его, а провели во дворец, уверенно направляясь по широкому проходу к видневшейся в конце двери – входу в тронный зал. Один из гвардейцев зашел первым, чтобы представить Мэтта королю. Тронный зал был очень большим, особенно в длину. К возвышению с королевским троном вела длинная ковровая дорожка, по которой Мэтт и пошел в полном одиночестве. Потолок украшали массивные люстры, огни в которых горели благодаря магии. Потолок же подпирали колонны, тянущиеся вдоль боковых стен. Стена же, находившаяся за спинкой королевского трона была почти не видна – на ней висели гербы всех областей королевства, всех дворянских родов, знамена, флаги, и прочая мишура, которую Мэтт абсолютно не воспринимал. Короля Мэтт заметил не сразу – на изящном высоком троне никто не сидел, а глаза юноши были прикованы именно к королевскому сиденью. Но вскоре он заметил людей, стоявших около трон и решительно пошел быстрее. - Мэттью! – раздался басовитый голос, и к Мэтту навстречу шагнул мужчина среднего роста, такой же смуглый, как и его подданные. Мэтт представлял себе короля Альберта немного не так. Но он, вопреки ожиданиям, лицом был очень похож на Виктора. Точнее, скорее всего, Виктор был похож на него, но Мэтту больше не с кем было сравнивать. Аристократичные черты лица, глаза с хитрым прищуром и красиво очерченный рот. Пусть, в связи с возрастом – а ему было уже далеко за пятьдесят, - он стал немного рыхлым, но в этом мужчине чувствовались власть и опытность, в его движениях не было ничего лишнего, в отличие от сына. - Ваше Величество, - Мэтт хотел поклониться, но король остановил его, схватив руками за плечи. Юноша был удивлен таким отношением короля к нему и не мог объяснить причину этого. Но он послушно остановился на месте и, в то время как король медленно обходил вокруг него, будто оценивая, рассмотрел еще двух женщин, стоявших до этого вместе с королем. Одна из них, видимо, была королевой. Моложавая женщина, выше короля, наверно, на голову, с идеальной осанкой и приятной улыбкой. Видно, она тоже была рада приезду Мэтта, от чего юноша даже немного смутился – он не любил, когда ему оказывали слишком много внимания. Но больше его внимание привлекла еще одна девушка – лет пятнадцати-шестнадцати, с волосами, черными, как небо в беззвездную ночь, и такими же глазами. Ее взгляд, казалось, затягивал, как омут. Но она не улыбалась – было заметно, что ей вообще хочется поскорее уйти отсюда. Она крутила на тонком смуглом запястье браслет, видимо, немного волнуясь, но, не отрываясь, смотрела на Мэтта. На миг их взгляды встретились, но принцесса предпочла сразу же отвести взгляд и начала преувеличенно усердно поправлять золотой обруч, обхватывающий ее голову. - Мария была таким прекрасным человеком, буквально выросла вместе с Иветтой, - говорил король Альберт, указывая на свою жену. Мэтт, приподняв брови, слушал его, начиная понимать, почему его встретили именно так. Не исключено, что король и королева Вансии могли видеть его еще младенцем. Но смотрел Мэтт на принцессу – она понравилась ему. Ее нельзя было назвать красивой – у нее были довольно заурядные черты лица, да еще маленький шрам у края рта, от чего казалось, что она все время ухмыляется. Но глаза притягивали все внимание, и девушка, видимо, этим пользовалась. - А это Агата, наша младшая дочь, - король, похоже, заметил, куда устремлен взгляд Мэтта и с лукавой улыбкой взглянул на дочь. Мэтту же показалось знакомым это имя. – Бриг, на котором вы приплыли, назван в ее честь. - Отличный бриг, - согласился Мэтт, переводя взгляд на короля. - Да ты, наверно, устал, Мэттью, - воскликнул Альберт, будто спохватившись. Он махнул рукой, и к Мэтту подбежала неизвестно откуда взявшаяся служанка. – Проводи-ка нашего дорого гостя в его покои, - распорядился король, обращаясь к девушке. Он коротко кивнула и, присев в реверансе, направилась к стене. Только сейчас Мэтт заметил там дверь, ведущую, видимо, вглубь дворца. - Спасибо за гостеприимство, - пробормотал Мэтт. Он не знал, что еще сказать. Служанка шла, не останавливаясь, и Мэтту пришлось поспешить, чтобы догнать ее. - Какой замкнутый мальчик, - подала голос Иветта, когда дверца за Мэттом закрылась. - Совсем сложно ему будет, - вздохнул король, поворачиваясь к жене и дочери. Агата смотрела на закрывшуюся дверь, снова начав теребить браслет. Он даже не заметила, как отец и мать направились к выходу из зала. Очнувшись, наконец, она увидела, что родители уже у самых дверей. Агата боялась оставаться одна в таком большом помещении, так что подхватила юбки пышного платья и совсем не по-принцессьи побежала за королем и королевой.