Темница Дракона

      Рынок как всегда кишел народом. В ясное время суток это был самый людный и шумный участок города. Несмотря на грозящую опасность, сюда съезжались не только торговцы с соседних городов, но и целые семьи. Мужчины толпились возле загородок со всевозможной живностью, а их жёны, на мгновение позабыв о детях, восхищались шёлком платьев, которые были им явно не по карману.       — Клянусь, ещё минуту назад она беззаботно плавала в глубинах озера, сам нечистый бы меня не заставил продать почтеннейшему мэру тухлую рыбу!       Мэр Белинктон в десятый раз потыкал пальцем в мягкую рыбью тушку, после чего недоверчиво измерил низкорослого парня взглядом.       — Заверни мне две, — наконец выдал мэр. — И если выяснится, что ты меня обманул, Мартин, я отдам приказ палачу, чтобы он в ближайшие дни навестил твою грязную лавку.       — У меня самая свежая рыба на всём рынке! Уверяю вас господин мэр, что услуги палача вам не понадобятся. — Лепетал парень, умело упаковывая рыбу в кусок чистой ткани.       Мэр Белинктон осторожно запихнул покупку за шиворот пальто и, попрощавшись с Мартином, зашагал сквозь шумящую толпу. Негромко насвистывая выдуманную мелодию, он размышлял о будущем города. Когда рыцарь и церковница убьют ведьму, Бранвуд вернёт себе былую славу и процветание. Горожане больше не будут бояться выходить из дома с наступлением ночи, а значит, жизнь Бранвуда как и раньше сможет протекать и после заката солнца. Большинство работников вернутся на свои места и городская казна снова наполнится монетами.       Мэр Белинктон вдруг почувствовал, как кто-то схватил его запястье, он остановился и посмотрел на свою руку. Длинные скрюченные пальцы впились в рукав пальто, мужчина перевёл взгляд на наглеца.       — У меня нет мелочи, — отрезал мэр, увидев перед собой худощавого дряхлого старика с ног до головы замотанного в лохмотья.       Белинктон попытался освободить руку, но хватка оказалась сильнее, чем он ожидал.       — Ты ищешь проблем, бродяга? Что тебе нужно?!       Старик не ответил, а лишь молча потянул мужчину за угол дома. Мэр Белинктон снова дёрнул руку, но крючковатые пальцы ещё сильнее вцепились в грубую ткань. Лица незнакомца было не разглядеть, его полностью скрывал большой засмолённый капюшон.       — Ты рехнулся, старик? – взбесился мужчина.       Незнакомец ослабил хватку и махом руки скинул с лица рваную ткань.       — Это я, мэр Белинктон. Извините, что пришлось говорить с вами таким образом.       — Лекарь Вахлос? – удивлённо произнёс мэр, всматриваясь в продолговатое морщинистое лицо.       — Прошу Вас, тише, господин мэр, — старик опасливо огляделся по сторонам. — У меня к Вам крайне важное дело, — шёпотом добавил он.       — Какое же дело настолько важное, что ты осмелился шпионить за мной? – рассердился мужчина.       — Охотники, мэр, они не те за кого себя выдают. Скорее всего, они преступники. Нужно казнить их, пока не стало слишком поздно.       Мэр Белинктон откашлялся и уставился на встревоженного старика. Вахлос был мастером своего дела, но года не проходили бесследно, лекарь, видимо, вконец рехнулся. С каких пор он решил, что может давать советы мэру? «Нужно держать своих подданных в ежовых рукавицах» — подумал Белинктон, иначе вскоре каждый конюх и садовник будет давать ему рекомендации по управлению городом.       — Я не знаю, что ты там себе придумал, Вахлос, но казнить возможно, единственных людей, которые способны положить край ведьминым козням, я не буду! – отрезал мэр.       — Вы не понимаете, господин, — лекарь сунул руку под накидку и достал сложенные в четверо бумаги. — Вот, это несколько фрагментов из архива церковного ордена, прочтите их внимательно.       Мэр неуверенно взглянул на рукописи, после перевёл взгляд на старика. Лекарь настоятельно кивнул и протянул пожелтевшие листы ещё ближе к мужчине. Белинктон мешкал, но всё же взял бумаги и приступил к чтению. Старик пристально смотрел на мэра. Он ждал, что его спокойное лицо исказит гримаса изумления. Но этого не произошло.       — И что это значит? – устало спросил мэр.       — Вчитайтесь в эти слова, господин, неужели Вы всё ещё не поняли, что Вас нагло одурачили?       — Здесь говорится о каком-то братстве Серого Дракона. Что за чушь?! – вскипел Белинктон.       — Это негласное наименование церковной инквизиции, господин, — старик снова перешёл на шёпот, что неимоверно раздражало мужчину.       — Ты несёшь бессмыслицу, Вахлос!       — Доказательства у Вас в руках, а Вы всё ещё отказываетесь верить моим словам? — Изумился лекарь.       — Продолжай, и покончим с этим, — изрёк Белинктон пытаясь совладеть с накатившим гневом.       — Говорят, что церковная инквизиция на самом деле некое братство, состоящее из так называемых заклинателей. Они являются доверенными людьми Хемеса Халдора и обладают определёнными магическими способностями. Множество веков заклинатели исполняют роль обычной инквизиции и скрывают свою настоящую сущность, – старик говорил шёпотом. – Документ, который Вы держите в своих руках, подтверждает факт существования братства Серого Дракона и говорит о том, что как вы выразились «бессмыслица» есть ни что иное, как чистая правда.       Мэр Белинктон молча смотрел на лекаря. Сомнений больше не осталось, старик обезумел.       — Ты хочешь сказать, что Хемес Халдор, известнейший борец с тёмными силами и колдовством, держит при церковном дворе кучку чародеев, которые убивают себе подобных?       Белинктон рассмеялся так громко, что на них оглянулось несколько проходивших мимо горожан. Поймав на себе взгляды зевак, лекарь мигом накинул на лицо капюшон, что ещё сильнее развеселило мэра.       — Предположим, это — правда, — более серьёзно произнёс мужчина, узрев гнев в глазах Вахлоса. — Скажи мне, какое это отношение имеет к охотникам?       Лекарь огляделся по сторонам. Убедившись, что наблюдатели разошлись, он скинул капюшон и стал за плечом мэра.       — Как Вы видите, это — кодекс инквизиции, будьте добры прочтите вслух одиннадцатый пункт, — произнёс старик, ткнув пальцем в лист.       — Пункт одиннадцатый, — продекламировал Белинктон, — особы женского пола ни при каких обстоятельствах не могут являться членами великого братства Серого Дракона.       Мэр на миг окаменел. Наконец-таки он осознал, к чему всё это время вёл лекарь.       — Эта мерзкая выскочка, Лута…       Белинктон вновь замолк. Хоть он и не видел лица Вахлоса, но знал, что внутри старик ликовал. Нет, он не настолько глуп, чтобы поверить словам безумца и какой-то бумажке без печати и прочих признаков документа! Мужчина понимал, что если он упустит единственную и на удивление дешёвую возможность поймать ведьму, гибель Бранвуда будет не за горами.       Белинктон повернулся к Вахлосу и вложил ему в руки бумаги.       — Забери это и сожги.       — Но, господин, — возразил лекарь. — Это единственные неопровержимые доказательства…       — Я сказал, уничтожь их! – Взревел мэр. — Я не знаю где и каким образом ты их достал, но ты сейчас же придёшь к себе домой и избавишься от них навсегда!       — Господин мэр, выслушайте же меня, — оторопело выдавил лекарь. — Я осмелюсь предполагать, что девушка, которая мнит себя посланницей инквизиции на самом деле ведьма, а парень… одержим демонами!       — Да будь они хоть посланниками Ада! Как только эти двое выполнят свою работу, я щедро им заплачу, и они навсегда покинут Бранвуд. А мы, друг мой, — Белинктон положил руку на плечо старику и заглянул в изумлённое лицо, — сделаем вид, что этой встречи, а тем более этого разговора никогда не было.       Мужчина похлопал Вахлоса по плечу и не спеша зашагал прочь из рынка.