Темница Дракона

      Мейсон не соврал, таверна и вправду выглядела довольно-таки недурно. Сквозь занавес табачного дыма просматривалась весьма неплохая обстановка. Мелодия волынки и губной гармошки заглушала пьяный гул. Это первая забегалкова, которая пришлась девушке по душе. Лута шла впереди, боковым зрением она уловила несколько похотливых взглядов. Не подавая виду, девушка направилась к свободному столику, что находился ближе к барной стойке. Всю дорогу к таверне Лута мысленно проклинала неудобное шёлковое платье. Из-за туго затянутого корсета почти каждый вдох сопровождался болью в грудной клетке. Девушка вспомнила торговца в Лиаре, который буквально вынудил её купить это платье. Ткань на ощупь была приятной, также Луте понравился тёмно-лиловый цвет и простой пошив наряда. Шёлк безупречно облягал стройное тело охотницы, узкий подол платья спадал на кожаные сапоги с небольшим каблучком.       Девушка присела на стул и пододвинулась ближе к столу. Острая боль пронзила нижние рёбра, перед глазами поплыли круги. Лута мысленно рассмеялась. Неужели её, охотницу, которая пережила столько передряг, в конце концов, убьёт какое-то платье. Когда боль отступила, девушка оглянулась назад, насколько позволил тугой корсет. Жилистый чернобородый мужчина в одежде рыбака лихо плясал на столе под мелодию волынки, вокруг него собралась уже немалая толпа гуляк. Некоторые из них смеялись и хлопали в ладоши, другие, подражая мужчине, пустились в пляс. Сквозь весёлую компанию пробирался Эл, Мейсон шёл следом. Лута недовольным взглядом обвела Эла. Она больше часа убеждала его переодеться в более простую одежду, но тщетно. И сейчас парень преспокойно расхаживал в клёпаных сапогах для охоты, он даже не утруднился снять жилет, который не меньше бросался в глаза. Его образ головореза завершал выглядывающий из ножен меч. И всё это лишь для того, чтобы досадить ей. Эл всё ещё злился. Лута уже не один раз пожалела, что напомнила эму о шлюхе из Лиара. Своим глупым поведением он рискует сорвать план. Этот поход в таверну должен был быть своего рода разведкой. Задача проста — не привлекать внимание. Вряд ли кто захочет поболтать с парнем, который одет как наёмный убийца.       Эл сел напротив девушки. Мейсон опустился на отодвинутый стул рядом. С его лица не сходила счастливая улыбка с тех пор, как они покинули дом. Лута завидовала его беспечности и некого рода мальчишеской наивности. Она уже не помнит, когда видела безмятежные сны по ночам, когда могла дни напролёт беззаботно проводить в отцовском дворце, эти времена канули в прошлое и как бы она того не хотела, их не вернуть.       — Каков наш план? – спросил Эл, лениво развалившись на стуле.       Мейсон в недоумении посмотрел на охотников.       — План? Я думал, мы пришли, чтобы выпить и немного повеселиться! Или у вас хобби такое — искать неприятности?       — Мы пришли сюда надраться и снять парочку шлюх. Именно так всё и должно выглядеть, – спокойно произнесла Лута и огляделась по сторонам.       Охотница мысленно выругалась. К их столику плавной походкой форсировали две стройные девушки. Обе были одеты в лёгкие облегающие платья с глубоким декольте, в глаза бросался чрезмерно яркий макияж, а на размалёванных лицах играли заученные фальшивые улыбки. «Чтобы не привлекать внимания, вполне хватило бы и пару стаканов эля», — подумала Лута. Со шлюхами она, конечно, погорячилась. Жрицы любви напомнили Луте ночных мотыльков, которые, увидев свет, сквозь темноту слетаются и кружат вокруг керосиновой лампы. Эл и Мейсон как раз сейчас и были этими лампами, вот только подлетев слишком близко к Элу можно опалить свои крылышки, или, что ещё хуже, сгореть целиком. Это и произошло с одной шлюхой в их последнюю ночь в Лиаре.       — Здесь редко можно встретить такого красавчика, — слащавым голосом произнесла черноволосая девушка, вплотную приблизившись к Элу. Она запустила руку в светлые волосы охотника, провела по затылку и остановилась на его шее. Большим пальцем второй руки она скользнула по его губам и одарила недвусмысленным взглядом.       Охотник улыбнулся, обхватил девушку за талию, и усадил к себе на колени. Черноволосая жрица любви залилась звонким кокетливым смехом. Её подруга подошла к Мейсону, она молча села на край стола и наклонилась к парню. Длинные русые волосы спали на деревянную столешницу, волнистый локон коснулся руки Луты, охотница тут же отпрянула. Заметив реакцию Луты, девушка лишь игриво улыбнулась и лёгким движением руки отбросила волосы на другую сторону, после чего демонстративно впилась в губы Мейсона. Парень хотел увильнуть, но девушка шустро запустила руки, под его рубашку давая понять что какие либо попытки сопротивления бесполезны. Дрожащие от волнения руки Мейсона неуклюже легли на бёдра юной торговки телом. Внимание Луты привлекли две свежие ранки на хрупкой шее девушки. Они были совершенно одинакового размера, две круглые тёмно-красные точки. Вокруг них виднелись мелкие крупинки пудры. Что бы то ни было, девушка сознательно пыталась это скрыть.       — Пойду, возьму себе эля, — громко заявила Лута, выпрямившись во весь рост.       Парни насколько были очарованы знакомством с юными жрицами ночи, что не заметили, как охотница покинула своё место за столом. Лута дошла до барной стойки и с грациозностью кошки взобралась на высокую дубовую скамейку. Резкая колющая боль пронзила грудь, перед глазами всё поплыло. Чёртов, корсет не позволял полноценно дышать, что уж говорить о свободном перемещении. Эти несколько движений стоили ей сбитого дыхания и временной потере зрения. Девушка стиснула зубы, никто не должен увидеть её слабость, с ней всё в порядке.       — Эй, дамочка, Вы в порядке? – раздался обеспокоенный голос.       Лута тихонько выругалась, моргая, она всмотрелась в прорисовывающийся сквозь пелену силуэт.       — Где ж ты так набралась? – уже более весело зазвучал тот же голос.       — Я не пьяна, — твёрдо заявила девушка и всмотрелась в лицо незнакомца. Упёршись руками в столешницу, по ту сторону барной стойки на неё смотрел немолодой мужчина с приятными чертами лица. Глубоко посаженные тёмные глаза с интересом изучали охотницу, по впалым щекам тянулись длинные морщины и скрывались в чёрной густой бороде. Волосы незнакомца тяжёлыми завитками спадали на плечи, на отдельных локонах просматривалась первая седина. Мужчина наклонился к девушке и шумно втянул носом воздух.       — И правда, элем от тебя не пахнет, — немного удивлённо произнёс он и выпрямился, не сводя глаз с девушки.       Он всё ещё ждал объяснений. Лута тяжело вздохнула.       — Слишком тугой корсет, — улыбнулась охотница, наблюдая за реакцией незнакомца.       Мужчина весело рассмеялся, из-за чего морщины на щеках стали ещё заметнее.       — Эти ваши бабские штуки… — смех незнакомца перешёл в сухой кашель. — Никогда не понимал женщин.       — Мы сами себя иногда не понимаем, — Лута мягко улыбнулась и, оглянувшись, бросила мимолётный взгляд на Эла.       — Если твой корсет не против, я угощу тебя парочкой кружек эля? – спросил мужчина, и поставил перед охотницей глиняную кружку с тёмным пенящимся напитком.       Девушка согласно кивнула и поднесла кружку к узким губам. Сделала первый глоток. Эль был горьким, но пился легко, оставляя за собой слегка сладковатое послевкусие.       — Тебя я вижу здесь впервые, — произнёс мужчина, облокотившись о поверхность барной стойки. — У тебя необычная внешность, повстречавшись однажды, я бы точно запомнил твоё лицо.       Лута немного смутилась. Что имел в виду незнакомец? Она знала, что не наделена чарующей красотой, и внимание мужчин для неё было чуждо, но говорить о её несовершенстве было не очень-то вежливо с его стороны. Или может незнакомец напротив, хотел подчеркнуть её красоту? Прямые черты лица придавали девушке благородный вид, но всё портил, как ей казалось несколько великоватый нос, который совсем не сочетался с её большими карими глазами, узкий подбородок, прямые, практические без линии изгиба, губы. Раньше она частенько скрывала лицо за тёмно-русыми слегка волнистыми волосами и втайне мечтала об идеальной внешности: округлое лицо, маленький курносый нос и припухлые алые губы. Всё это осталось позади, как и вся её жизнь в Раниборе. Она давно смирилась со своей внешностью, это произошло самой собой, когда появилась проблема посерьёзней, чем отсутствие смазливого личика. В ней проснулась сила, которая превратила её в изгнанницу, и чуть не стала причиной её смерти.       — Извини, если я тебя обидел, — мужчина виновато улыбнулся. — Я хотел сказать, что такое лицо тяжело не запомнить. Подобной красотой обладают лишь отдельные представители благородных кровей. Хотя это полностью противоречит твоему присутствию в этой дыре.       Лута почувствовала, как щёки залились краской, она сжала в руке стакан и сделала несколько глубоких глотков.       — Нет, я не голубых кровей, я… — девушка немного запнулась. — Мой отец, он простой фермер в Биствейне. Я лишь вчера прибыла в Бранвуд, хочу найти работу, говорят, если хорошо трудиться, здесь можно заработать немало денег.       Незнакомец загадочно улыбнулся и поднёс к кружке девушки безвкусно вытесанный деревянный графин. Из узкой выемки, громко хлюпая, полился тёмный пузырящийся напиток.       — Правду говорят, — начал мужчина, когда через верх стакана потекла густая белая пена. Он ловко поднял графин и отставил его на край столешницы. — Вот только нужно иметь особые таланты, чтобы твёрдо стоять на ногах в этом городе. У тебя наверняка такие имеются.       — Я неплохо шью, — соврала Лута, и принялась наблюдать за тем, как незнакомец пытался вытереть пену со столешницы куском рваной тряпки.       — Это платье ты сама сшила? – поинтересовался мужчина, указав взглядом на шёлковое одеяние девушки.       — Да, — не колеблясь снова соврала она.       — Зачем же ты шьёшь себе таки неудобные платья? – хитро улыбнулся мужчина и лёгким движением руки отбросил в сторону мокрую тряпку.       — Я… я не… — охотница замялась, не зная, какую ложь сплести на этот раз.       Мужчина оживлённо захохотал, после чего измерил девушку добродушным взглядом.       — И всё же вы, женщины, странные существа.       Лута облегчённо вздохнула и растянулась в широкой улыбке.       — Меня, кстати, Клеменс зовут.       — Лута, — представилась девушка.