Комплекс превосходства: Причина

      Светлый коридор жилого здания. Над каждым проемом висел сканер. Проходя мимо одного из них, Блэк глянул на темный шарик сканера. Тот мигнул зеленым, подтверждая его паспорт.       — Я тут подумал: может нам и правда отвести Марлина за границу да там оставить? — Блэк оглянулся на стоявшего рядом Уайта. — Вряд ли здешние рексы заподозрят его в родстве с нашей жертвой, если встретят. Не для поиска наших косяков они туда приходят.       — Думаешь, он там выживет?       — Вообще пофигу, что с ним там будет. Главное, чтобы у нас проблем из-за него не возникло… Зря я тогда на тебя накричал, а ты зря его привел. Идем, вернем приблуду на место.       — Прямо сейчас?       — Прямо сейчас. Ночью копов меньше и видимость для камер хуже.       — Что это? — Уайт кивнул на наручники Блэка, от сканера которого исходило алое свечение.       Блэк остановился, поднял руку и озадаченно хмыкнул. Уайт повторил за ним и заметил точно такой же цвет сканера у себя. Обычно экран НК загорается красным при важных сообщениях. На памяти Блэка за всю их жизнь так наручники светились два раза: когда он случайно зашел за границу зоны рексов и когда забыл принять рабочую почту.       На голограмме экрана сразу высветилось сообщение от призрака здания:       «В вашей квартире зарегистрирована неопознанная активность, возможно, вашу квартиру взломали. Дверь будет заблокирована через несколько минут. Для выяснения обстоятельств на место прибудет полиция. Сохраняйте спокойствие».       Появилось фото, где в темном помещении был виден копошащийся у терминала львенок. Нахмурившись, Блэк свернул экран.       — Это все из-за тебя, — проворчал он, гневно зыркнув на Уайта. Тот неуверенно махнул ушами и тронулся за братом. Блэк ускорил шаг.       — Нас ведь еще ни в чем не обвинили, — воскликнул Уайт, топая следом за Блэком. — Марлина можно вытащить куда-нибудь на улицу и сказать, что призрак ошибся.       — Если успеем до блокировки двери.       Когда братья добрались до квартиры, металлическая дверь со свистом открылась, пропуская хозяев. Коридор был залит тревожным красным освещением, а над терминалом висела статичная надпись «ОШИБКА ДОСТУПА».       — Марлин, мать твою! — позвал Блэк.       Испуганно навостривший ушки львенок пробовал кликать по сканеру терминала. Услышав гневный голос, он оглянулся на рассерженного Блэка.       — Доигрался?! Сюда иди!       — Да что происходит? — воскликнул Марлин, подойдя к Блэку. — Ай, больно же! — прошипел он, когда белый схватил его за ухо и вывел из квартиры. Тут же домашний призрак получил разрешение на блокировку замка.       — Слышь, шкет, я говорил тебе ничего не трогать, когда нас дома нет? — не отпуская ухо, Блэк дернул его. — Говорил ведь?       — Отпусти!       — Сейчас наряд нагрянет, пошли…       — Куда?!       — Обратно в тень!       — А забирали меня зачем?!       Его вопрос оставили без ответа.       Трое остановились у одного из трех лифтов. И когда открылся один, Уайт отшатнулся: в кабине стояли пятнистые оперативники в эластичной броне. Двое мужчин и одна женщина. Благо в этот же момент открылся еще один лифт, и в него Блэк пихнул Марлина. Следом проскользнул Уайт.       — Из вашей квартиры поступил вызов, — оповестил один из гепардов, на усталом лице которого читалось полное равнодушие. — Что случилось?       — Понятия не имею, — ответил Блэк. — Ошибка, наверное.       Двери лифта захлопнулись, когда в кабину зашел Блэк. Глядя на эти двери, полицейский хмыкнул.       — Посмотрим, чего белые там натворили…       — Чертовы узкоглазые, — облегченно выдохнул Блэк. — Еще немного, и попались бы.       — Как думаешь, они за нами не погонятся? — спросил Уайт.       — Если погонятся, то у нас не будет шансов сбежать.       Оперативница разблокировала дверь, подоспев ко квартире первой. И когда гепарды прошли внутрь, то, разумеется, никого не заметили. Проверяя снимки на экране терминала, один из них увидел детскую тень с нечеткими чертами лица.       — Здесь был какой-то подросток с без паспорта, — сказал полицейский.       Пока второй напарник осматривал квартиру, девушка из породы гепардов стояла у окна. Она высмотрела двоих альбиносов, и тут же они скрылись за соседним домом. Один из них держал за руку ребенка.       — С этими двумя шел какой-то подросток.       — С ними? — удивился тот, что рассматривал кадры. — Дам нашим наводку, пусть задержат…       Глубокая ночь. Метро в это время почти полностью пустовало. Сновали редкие серви, возвращавшиеся с ночных гулянок, и они уж точно не были теми, кто будет присматриваться к шее львенка, идущего рядом с двумя альбиносами под тусклым освещением желтых ламп.       Единственная опасность — дежурный гепард на посту охраны. Помещение поста виднелось за длинным окном, тянувшимся вдоль стены перед эскалатором. Зевавший пятнистый парнишка в синем, сидевший за этим окном, не сразу заметил тех людей, паспорта которых уже были разосланы всем постам.       Он даже не обратил бы на них внимания, если бы не постовой сканер, который засек альбиносов. Гепард встрепенулся от резкого гудка, глянул на экран перед глазами, где в столбце среди строчек с числами красным подсвечивались два номера.       Поднявшись, юнец протопал к выходу из своего кабинета.       — Вы, трое! — воскликнул он.       — Вот черт, — заворчал Блэк, глянув на идущего к ним дежурного. — Ускоряемся.       Блэк закинул Марлина на плечо. Немного затормозив, сонный дежурный спохватился и перешел на бег, когда те, кого было приказано задержать, побежали наверх. Попутно пятнистый кликнул по наручникам, связываясь с ближайшими постами.       Наверху братья попали на просторную платформу, тишину на которой развеивало гудение прибывавшего монорельса. По станции эхом прошелся свист и почти тут же затих. Открылись двери вагонов.       Редкие зеваки смотрели вслед, не понимая, что происходит. Остановить братьев никто не пытался, а гепард не успел: двери монорельса захлопнулись перед носом шустрика.       До конца купола их отделяли четыре станции, на каждой из которых их могут задержать.       — Тайное всегда становится явным, — сказал Блэк, оглядывая пустой вагон. — И когда нас поймают вместе с ним на одной из последующих станций, — он опустил Марлина с плеча, — наши дни окажутся сочтены. Незамеченными до конечной мы не доберемся. Впрочем, если мы исправим все это сейчас, то, быть может, сможем жить так же, как и прежде.       — Что ты имеешь ввиду? — не понял Уайт, когда Блэк начал рыться в своем хранилище, листая каталог на экране.       — То самое.       В руке Блэка оказался армейский нож.       — Нет, — испуганно воскликнул Уайт, поняв, к чему клонит брат, — мы не можем так поступить, есть другой выход: мы просто увезем его!       — Да нету другого выхода. Будем воевать — либо и его, и нас порешают, либо мы больше сюда не вернемся, а идти в тень — не самый лучший исход. Как ни посмотри, лучше его убить.       Тем временем главный виновник всего этого лишь испуганно смотрел на спорящих братьев, которые вновь и вновь расходились во мнениях. Марлин понимал, что от них сейчас зависит его судьба, как и осознавал свою вину за произошедшее.       — Хорошо, — влез Марлин, — убейте меня, раз судьба у меня такая.       — Не говори ерунды, — ответил Уайт. — Одумайся, Блэк!       — Тебе-то что? Работать, как всегда, буду я.       — Я не позволю тебе сделать этого, — произнес Уайт с несвойственной ему уверенностью. — Если мы сделаем это, то перестанем быть людьми.       — С каких пор ты так заговорил? Забыл, какая у нас профессия?       — Одно дело — дать убить незнакомого человека, другое — дать убить того, к кому успел привязаться. Пусть даже тебе и безразлична его жизнь, но она небезразлична мне.       Когда монорельс вылез из туннеля и поплыл над домами, наступило молчание, во время которого братья в упор смотрели друг на друга. До ушей доходил размеренный скрежет.       — Уайт, тут либо он, либо мы. Мы не так богаты временем, чтобы тратить его на разборки.       — Делай то, что хочешь, но если сделаем по-твоему — то уж лучше и меня прихлопни.       — И все ради спасения жизни того, кто все равно будет обречен на страдания? Это безумие, брат.       — Все вокруг считают нас безумными. Так что это в нашем стиле.       Блэк шумно выдохнул. Еще секунду посверлил глазами Уайта и все-таки поднял руку с ножом. Оружие тут же испарилось, убираясь в быстрый доступ. Он понял, что на сей раз бороться с братом бессмысленно: уж слишком тот сочувствует пацану, слишком привязался.       — Ну вы и придурки, — протянул львенок. — Дурная порода.       — Мы с тобой росли вместе, Уайт. Рука об руку, бок о бок, так почему ты вырос другим, а?       Уайт пожал плечами.       — Наверное, и правда аномалия.