Комплекс превосходства: Причина

      Просидев еще какое-то время в пустом фойе Цитадели, Хоуп наконец заметил того, кого ждал. С одной из массивных боковых лестниц вниз спускался Блэк. Выглядел он хмуро. Разговор с Биллом явно оказался серьезным. Хоуп дождался, пока белый подойдет ближе.       Лев поднялся, расправив плечи. Заметивший его Блэк остановился, удивленно вскинув брови.       — Ты все это время тут торчал? — спросил он.       — Хочется знать обо всех лицах, приближенных к главам сектора, — ответил Хоуп. — Кто ты?       — Я — Блэк.

***

      — Так, — крикнул Блэк, оставшись наедине с Биллом, — я жду объяснений того, что здесь, мать его, происходит! Как так вышло, что Уайта трудоустроили в самый престижный кабак в центре.       Он двумя пальцами подцепил армейский жетон, висевший на шее, и рванул цепь вверх, снимая и демонстрируя жетон Норфолку:       — И кто, блядь, такой этот Фултон?       Темный офис с высокими потолками освещался лишь мертвенно-голубым свечением огромной стены-экрана. Стоявший перед экраном Билл Норфолк с искренним любопытством оглядел подошедшего Блэка.       — Харри Фултон, — продолжил Блэк, не выпуская жетон из пальцев. — Знакомое имя? Я хотел бы увидеть этого человека, в глаза этому паршивцу заглянуть.       — Паршивцу? Эва как точно сказано! Позволь, — Билл снисходительно улыбнулся и протянул ладонь. Блэк неохотно разжал пальцы. Норфолк взял жетон, поднес ближе к лицу, всматриваясь в лазерную гравировку, а затем почти торжественно воскликнул:       — Код доступа сохранился! Ну надо же, как мне повезло. Странно, что жетон не отняли, такое за пределы Девятки не вывозят…       — Харри, — терявший терпение Блэк сделал паузу. — Фултон.       — Мы не можем добраться до основного военного объекта, так как он расположен на Девятке. Ты же в курсе, что там изготавливают помимо расходников? Да, биологическое оружие…       — И ты нанял кого-то для кражи образцов? Так это из-за тебя пополз вирус?       — О нет, все совсем не так. Я лишь догадываюсь, откуда этот вирус, но вот чтобы узнать наверняка, была ли утечка, мне не хватало вот этого жетона. И не только мне, а вообще всему сектору. Альянс никогда всех карт не раскроет, и тем более не доложит о проектах Девятки, — он приподнял жетон. — Ты же оставишь его ненадолго у меня, сынок?       — Откуда ты все это знаешь? — настороженно спросил Блэк, чувствуя внутри странную тревогу. — Про коды доступа, про то, откуда жетон…       — А ты еще не догадался? — его голос стал снисходительным. — Я служил там, Блэк. И служил бы до самой пенсии, если бы не мимолетное увлечение женщиной вашей породы. Я был молодым, а эта заключенная — чертовски симпатичной… Хотя нет, даже не в ней дело. Дело в том, что появились вы с братом. Когда в колонии заметили белого ребенка, который предположительно ранее вместе с близнецом был признан мертворожденным, я сразу понял, что этот ребенок — мой косяк. Моя кровь. И я понял, что нужно уходить, не дожидаясь, когда роботы выяснят, где мать вас двоих скрывает, и не дожидаясь, когда проведут генетическую экспертизу. Но сбежать мне не удалось. Я попросил оставить вас в живых, а мне сказали, что убивать вас даже не собирались. Нас с братом изгнали с концами из системы и помогли установить власть здесь…       Лишь сейчас, вглядываясь в изрезанное морщинами лицо, подсвеченное неоновыми лучами монитора, белый начал кое-что замечать. Что-то пугающе знакомое. Что-то, что он видел каждый день. Блэк нахмурился. Он понял, откуда у него это ощущение: некоторые черты лица повторяют внешность Уайта.       — Погоди. Ты сейчас намекаешь, что Харри Фултон и Билл Норфолк — это одно и то же лицо?       — Да, каюсь, по молодости творил всякое. Но ты посмотри-ка: один из моих сыновей принес мне мою потеряшку, — он намотал цепь с жетоном на запястье. — Да, черт возьми, я знал о плоде той женщины. У местных там сильно понижено либидо от радиации и тяжелого труда, так что кроме меня сделать вас двоих было просто некому. В колонии если и рожают, то только от надзирателей. И я даже не ожидал, что все настолько удачно сложится, что одного из вас приведут прямо ко мне подчиненные, а второй окажется с ключом к нужной информации. Сначала даже не понял, а потом заметил, как твой брат лицом похож на меня…       — Слушай сюда, тварь, — сделав шаг, Блэк схватил главу сектора за грудки. — Сначала я сделаю с тобой то же, что и ты с нашей матерью, а потом заберу жетон.       По телу Блэка забегали красные огоньки. Из глубины зала послышался предупреждающий металлический треск турелей. А Билл даже не сморщился, хотя ткань мантии затрещала под когтями сына.       — Какая агрессия, не зря я боялся говорить вам о нашем родстве. Но здесь — моя крепость. Согласен, я еще та сволочь, но и мне придется мириться с тем, что прямыми наследниками нашей семьи будут альбиносы, а новых наследников я себе позволить не могу: когда попытался сбежать, мне оторвало не только ногу.       — Отис нарожает, — процедил Блэк.       — Тупенький он, — вздохнул Билл, — и по своей же тупости настолько модифицировал свое тело, что это убило его фертильность. Из его клеток теперь даже в пробирке ничего не сваришь… Вот хотел все подыскать момент, чтобы вас двоих в семью принять, но момента не находилось… Ну так что, сынок, все еще хочешь отобрать у отца его жетон? Система безопасности Цитадели держала Блэка на мушке, и он это чувствовал.       — Зараза, эта безделушка мне как память, разумеется, я верну ее себе.       — Вот смотрю на тебя и вижу себя в твои годы. Я сам тебе ее отдам. Но позже. Договорились?

***

      — Значит, ты у нас сынишка Билла? — Хоуп прищурился. — Вот уж не знал, что у старика есть дети.       Блэк скрестил руки на груди.       — А ты так хорошо с ним знаком?       — С его делом. Он подконтролен Альянсу. По договору его оставили в живых с условием, что тот поможет урегулировать дела в теневом секторе. Из-за его харизмы и дружеских связей с президентом руководство решило, что от живого Норфолка пользы будет больше, чем от мертвого. До Норфолков здесь не было централизованной власти, разросшаяся толпа маргиналов не давала караванам спокойно ездить за купол. По уговору мы дали устаревшие технологии, а он нам — свободный проезд. Ну и на Девятке по просьбе Билла освободили одного человека породы домашних, за которым тот наблюдал во время службы.       — Вот как, значит. Не знал.       Теперь все встало на свои места. Понятно, откуда у Дакоты дырка на ухе, и понятно, почему Уайту дали безопасную работу. Они с братом — не какой-нибудь ценный актив правящей семьи. Они — единственные наследники. И Билл готов не просто их признать, но и поделиться властью.       От таких раскладов Блэк даже немного приободрился. Выйдя из Цитадели, он раскрыл экран наручников. Нужно сообщить Уайту важную новость, может, даже развеять этой новостью его уныние. У них есть не просто будущее на свалке человечества, а шанс на безбедную жизнь.       Но, как на зло, Уайт не был в сети. Контакт брата горел серым. Он полностью заблокирован для звонков и сообщений. Его маяк давно потух где-то неподалеку от клиники Картер…       …Совсем скоро на Нулевом Острове примут решение информационно изолировать проблемный Остров, отключить глобальные сети во избежание массовых волнений. Граждане других Островов не должны узнать о той кровавой резне, которая прямо сейчас развернулась на Тройке.