Ведьмина любовь

      Свон медленно ехала по проселочной дороге. Мысли вертелись роем в блондинистой голове. Девушка не понимала, что с ней происходит. Да и как вообще такое возможно. Как можно было почувствовать то, что давно было навсегда зарыто глубоко в самых потаенных местечках души.       Эмма сморгнула и вернула внимание дороге. Сама не зная зачем, девушка ехала в домик Франкинштейна. То ли в надежде найти что-то еще, какие-нибудь случайно упущенные мелочи, то ли - чтобы избавиться от тяготящих голову мыслей.       Постройка, которую все называли домиком, больше походила на полуразрушенный сарай. Бревна в некоторых местах почернели, а кое-где обвалились. Огромные куски трухи отваливались от стен, а дыры от пуль явно указывали на то, что здесь охотники оттачивали свое мастерство.       Из добытых полицейских отчетов Свон выяснила, что убийца недолго здесь наслаждался. В чем точно была уверена Эмма, так это в том, что преступник недолго был здесь с Региной. Он успел осуществить только подготовительный этап - обжечь ее своим ножом.       Свон снова подумала о девушке, которую видела в магазине. Ее тяга к этой девушке сбивала Эмму с толку. Она объясняла это слишком большим количеством выпитого алкоголя тем утром и долгим периодом воздержания. Это ведь нормальная реакция на длинные ноги и обалденные глаза?       Эмма выключила двигатель и посидела немного, уставившись на домик. Мысленно она представила темную фигуру, которая склонилась над Региной и проводила красным раскаленным лезвием ножа по ее прекрасному телу. В серых глазах появился ужас. Она, беспомощная и невинная, была во власти маньяка.       У Свон все сжалось в груди, она с трудом выбросила этот образ из головы. В конце концов, девушка осталась жива. Когда этот подонок снова возьмется за старое? Повезет ли так же его следующей жертве? Это невозможно предугадать.       Выйдя из машины, девушка направилась прямиком в дом. Толкнув дверь ногой, тут же удивилась, что она не заперта. Преступник свозил сюда всех своих жертв, совершая такие ужасающие злодеяния. Это место является не только алтарем преступлений, но и большой уликой. Стоило бы запирать двери, дабы сохранить все.       Не смотря на то, что на улице во всю бушевала осень, в домике было тепло. То ли из-за этого, то ли из-за того, что образы так не кстати врывались в белокурую голову Шерифа, девушке стало слишком душно и она расстегнула куртку.       Посреди большой комнаты нелепо стояла больничная койка. Со всех сторон свисали ремни. Свон изучила их концы, которые, похоже, были отрезаны очень ровно. Кроме кровати здесь был еще потертый оранжевый диван с выцветшей обивкой.       Эмма присела на корточки у камина. Зола еще оставалась, но ее недавно просеяли. Специалисты криминалистической лаборатории прошерстили здесь все. Поэтому, что тут делать простому Шерифу?       Вообще, честно говоря, Эмма и сама до конца не понимала, зачем сюда приехала. Раз за разом прокручивая в голове показания Миллс, Свон понимала, что что-то здесь не так, чего-то не хватает. Но восполнить картину до конца так и не могла. Может быть поэтому она, колесившая вокруг этого домика, по меньшей мере, раз двадцать, наконец-таки решила осмотреть эту обитель зла во второй раз.       Эмма достала из кармана телефон, чтобы глянуть время, в который раз уже забывая, что на руке надеты наручные часы. Неуклюже задев карман, телефон выпал из рук и девушка разозлилась. Но присев, заметила в пыли на полу маленький продолговатый серо-голубой предмет.       Свон подняла его и стала изучать. Какое-то лекарство? Похоже на капсулу. Ее обронил убийца? Или девушка? А может, она принадлежала кому-то из многочисленных людей, скитавшихся здесь когда-то? Как ребята из криминалистической лаборатории пропустили капсулу? Наверное, она просто оказалась в нужное время в нужном месте. Слепая удача. Если это на самом деле так, то все это должно что-то означать.       Шериф внимательно изучила надпись. Красными буквами было написано: "Неорал" и чуть ниже — "100 мг". Она положила лекарство в мешочек, принесенный с собой, и засунула во внутренний карман своей красной кожанки.       Она уже собралась выходить, когда услышала шум остановившейся машины и последовавший за этим звук захлопнувшейся дверцы. Черт. Кто бы это ни был, Эмма не хотела, чтобы ее здесь застали. Но было уже слишком поздно — на крыльце послышались шаги. Она вытащила из кобуры свою "беретту".       - Мисс Миллс? - Эмма удивленно вскинула брови.       - Мало того, что меня пытались поджарить, так теперь еще и пристрелить пытаются, - Регина презрительно глянула на Эмму и прошла внутрь маленькой комнатушки, сразу же поежившись от воспоминаний, что не укрылось от взгляда Шерифа.       - Что вы здесь делаете? - Свон убрала оружие обратно в кобуру и скрестила руки на груди.       - Полагаю, что могу задать вам тот же вопрос, - начала было Миллс, но заметив взгляд Шерифа, поняла, что это не место, да и не время, для пререканий. - Я приехала, дабы воссоздать картину того дня и, если это возможно, вспомнить еще какие-нибудь детали, чтобы помочь доблестной полиции разыскать убийцу и наказать.       - Вы действительно настолько хотите помочь, что решились на такой отважный шаг? - Эмма сама не понимала, почему все время, что Миллс говорила, смотрела ей на губы, даже не заботясь, что девушка может это заметить. - Почему вы приехали одна? Вы не боитесь, что преступник мог вернуться сюда за чем-то?       - Сколько вопросов, Мисс..? - Регина вопросительно глянула в лицо блондинки, подходя ближе. - Простите, забыла как вас...       - Мисс Свон. Эмма Свон, - промямлила девушка, наблюдая за каждым движением брюнетки.       - Так вот, Мисс Свон, да я решилась на такой отважный шаг, ибо больше не хочу видеть в новостях сообщения о таких зверских убийствах в моем городке. Да, я приехала одна, ибо полиция и так выпила из меня все соки. Нет, я не боюсь. Какой преступник вернется на место преступления, на котором его чуть не поймали?! - парировала Миллс.       - Псих, - из всего потока слов, Эмма выделила лишь последнее. - Психи любят возвращаться в старые места своих преступлений, дабы освежить в памяти вкус наслаждения во время убийства.       - Может быть, - Регина обошла девушку и подошла к камину. - А сейчас, дайте мне 10 минут абсолютной тишины. Я хочу попытаться вспомнить детали.       Эмма молча кивнула, отходя в угол и наблюдая за девушкой. Она не понимала, почему ей так нравится маленький шрамик над верхней губой Миллс. Не понимала, почему не может оторвать взгляда от задумчивого лица, которое открыто для нее было на данный момент лишь в профиль. Не понимала, почему ее организм так странно реагирует на девушку напротив. Эмма не понимала. А все, что она не понимает, ее раздражает. А когда она раздражается, начинает злиться. На себя, конечно же, но это не меняет сути дела.       Миллс переместилась к кровати, поворачиваясь к Свон спиной и замирая. Мысли роем крутились в темноволосой голове, но образ никак не хотел воссоздаваться в памяти. Регина тоже начинала злиться. А присутствие белокурого Шерифа только подливало масла в огонь. Миллс видела все эти изучающие взгляды, видела эмоции на лице Эммы и злилась. На нее, на себя. Не понимала почему, но злилась.

***

      Эмма смотрела в окно, когда услышала приглушенный стон и увидела плавно оседающую на пол брюнетку. Молниеносно подлетев к девушке и буквально подхватив, Свон стала всматриваться в испуганные глаза.       - Мисс Миллс, что с вами? - взволнованно спросила блондинка, чуть встряхнув девушку. - Вы что-то вспомнили?       - Нет, - Регина не врала.       Она действительно ничего не вспомнила. Она увидела. Нет, даже не так. Она почувствовала. Просто в какой-то момент она словно пробралась в голову Эммы. Улыбающаяся рыжеволосая девушка. Поле. Много звонкого смеха. И Свон. И через секунду картинка сменилась. Обнимающая бутылку Эмма, которую словно разрывает на куски от боли, и фотография рыженькой, перевязанная черной лентой.       - Тогда что произошло? - начала Эмма и почувствовала мягкие теплые губы на своих.       Сначала до девушки не дошло, что происходит и она замерла, но только вкусив нежность этих пухлых губ, Свон стала отвечать. Как-то не смело, по-детски, но так нежно и чувственно. Это определенно один из лучших поцелуев в жизни Шерифа. Хотелось зарыться пальцами в, наверняка, шелковистые волосы. Обнять. Притянуть к себе ближе. Но Эмма не двигалась. Она словно окаменела.       - Простите, - Регина пришла в себя первой и, подорвавшись, буквально вылетела из комнатушки со словами типа: "Мне нужно срочно".       Она и сама не понимала, почему сделала это. То ли пыталась показать, что разделяет глубокую боль блондинки, то ли пыталась таким образом защитить от невесть чего. Но уже сидя в собственной машине, Миллс корила себя как только могла. Брюнетке хотелось провалиться сквозь землю и бесконечное число раз повторять, какая же она идиотка и зачем такое сотворила. Теперь, кажется, неприязнь к Эмме увеличилась. Хотя по сути, девушка то и не была ни в чем виновата, но Регина злилась. Ей хотелось злиться. Возможно, даже ненавидеть Эмму. Почему, Миллс не понимала.       Ударив руками по рулю, брюнетка завела мотор и тронулась с места, стараясь как можно скорее уехать подальше.