Якорь для одиночки

Есть пара моментов, о которых Логан и Гамбит молчат, хотя никогда ни о чем не договаривались. Реми никогда не вспоминает, как нашел Логана после взрыва на острове, встретив в глазах того полное непонимание ситуации. Даже на свое имя в тот момент Росомаха откликнулся с трудом. Развал здания грандиозный. Реми и рад посмотреть на «Апокалипсис сегодня» в реальном масштабе, но остров Страйкера его слишком пугает. К тому же, он замечает знакомую коренастую фигуру, распластавшуюся по земле. — Логан! – кричит Гамбит, подбегая к телу… трупу… человеку. Логан лежит, открыв глаза и бессмысленно глядя в никуда, и на какое-то мгновение Гамбиту кажется, что он мертв. Но Росомаха моргает, пытаясь сфокусировать взгляд, потом медленно садится, принимая более-менее вертикальное положение. — Логан, надо уходить, — обеспокоенно говорит Гамбит, оглядываясь на руины здания, где периодически что-то взрывается. Росомаха переводит на него свой бессмысленный взгляд. — Что? – он задумчиво смотрит на свою руку, в которой все еще сжимает свой армейский медальон. — Уходить надо, говорю! – Реми пытается помочь ему подняться, но Логан с раздражением отталкивает руку помощи. — Я в порядке! – с досадой отзывается он. Поднимается на ноги, трясет головой и, даже не оглянувшись на Гамбита, уходит восвояси. Ну, и пожалуйста. Одиночка, тоже мне… Однако Гамбит не представляет, как выбираться с острова. Ну, не вплавь же, в самом деле! А чертов самолет пал жертвой вселенских разборок… Именно тогда он натыкается на профессора. То есть, тогда Гамбит еще толком не знает, кто это такой. Он просто видит бегущую толпу людей и присоединяется к ним. Паренек с забинтованной головой (черт! Даже сейчас сложно поверить, что это был Циклоп!) выводит всю компанию к мужчине в инвалидной коляске. — Вы в безопасности. Залезайте в самолет, и я вывезу вас отсюда, — говорит профессор Чарльз Ксавье. Реми без малейшего колебания пользуется предложением и так же хладнокровно сбегает от профессора, вновь оказавшись на земле. Но не запомнить кое-что из того, что профессор поведал, пока они летели, Гамбит тоже не может. А Логан никогда не говорит о том, в каком виде он нашел Гамбита восемь лет назад. Вечер кажется премерзким. Карта не идет, виски безвкусное, а Гамбит, к тому же, мертвецки пьян. Сдавая карты («Налево! В покере сдают налево, придурок!» — «Отвали, громила!»), он думает о том, что сегодня его день рождения. Как это ни странно, но эту дату Реми еще помнит. И его злит, что рядом нет никого, кто мог бы вспомнить об этом. Неужели он, Гамбит, страдает от одиночества? Старость, не иначе… Колода карт с треском взрывается в руках, разлетаясь. О, черт, снова не сдержался… Ну, сейчас начнется. — Ты что творишь, козел?! Опять идиотские фокусы?! У тебя долг! – ревет сидящий напротив громила, вскакивая. От резкого движения стол, и без того нетвердо стоящий на своих трех с половиной ногах, с грохотом опрокидывается. Деньги летят на пол, утопая в щелях между половицами. — Все из-за тебя, гребаный придурок! Вали отсюда! Нам тут такие как ты не нужны!! — Где хочу, там и сижу! – запальчиво возражает Гамбит. Умом он понимает, что нужно сваливать, но алкоголь отбивает всякое чувство самосохранения. — А ну, пошел отсюда, мутант! – бармен вытаскивает из-под барной стойки мощного вида обрез и направляет его на Реми. – Проваливай к черту, а не то пристрелю! — Да ну? – Реми насмешливо глядит на бармена и тянется к карману, где всегда лежит колода карт. Слово за слово, завязывается нешуточная драка. Причем, как следствие, в нее ввязываются даже те, кому нет дела ни до Гамбита, ни до покера. Стадо. В критический момент, когда стол, за которым прячется Реми, уже почти готов пасть смертью храбрых, за шиворот Гамбита хватает чья-то мощная рука и вытаскивает наружу из бара. В шуме и пальбе это едва ли кто-то замечает. От дыма глаза слезятся, и Реми торопливо моргает, пытаясь узреть своего неожиданного спасителя. Наконец, он более-менее четко видит коренастую приземистую фигуру. Тяжелая рука все еще придерживает Гамбита за плечо. Почему-то именно эту руку, а вовсе не лицо, первым вспоминает Гамбит. Он хмурится, щурится и, наконец, начинает прозревать. — Ты?! – с изумлением восклицает Реми, разглядывая Росомаху. – Черт, не думал, что увижу тебя снова! — Мы знакомы? – хмурится Логан. В его взгляде почти нет узнавания, хотя, кажется, краем сознания он припоминает лицо Реми. — Ты… Логан, верно? — Мы знакомы? — Да брось! – недоверчиво отмахивается Реми. – Конечно, давно дело было, но уж такую эскападу ты не мог забыть! Ну же! Остров Страйкера! От хмеля Гамбит с трудом стоит на ногах и путается в словах. — Что? – переспрашивает Логан. Он трясет головой точь-в-точь как тогда, на острове, после того, как очнулся. — Я забросил тебя на остров на самолете! Меня зовут Гамбит, помнишь? — Н-нет… — не слишком уверено отвечает Росомаха. Его всегдашняя непробиваемость изменяет ему. — А, ладно, к черту тебя! – оставляет попытки Гамбит. Он разворачивается, намереваясь уйти, но падает, не сделав и трех шагов. В конце концов, алкоголь и ножевое ранение кого угодно свалят. Логан подбирает его и выхаживает. Наверное, он не хочет терять единственную ниточку, тянущуюся к забытому прошлому. А потом, когда оказывается, что им обоим некуда идти и нечего терять, Реми помогает Логану. Встреча с Росомахой разбередила давно забытое прошлое, и он смутно начинает вспоминать произошедшее после острова. Тогда-то и всплывает имя – Чарльз Ксавье. — Этот человек может помочь тебе с памятью, — говорит Гамбит Росомахе. Тот не спорит. Они вместе приходят к профессору, и уже не могут уйти. Логана плотно держит долг – Ксавье действительно помог ему с памятью, восстановив почти девяносто пять процентов. А Реми… впрочем, бывшему вору просто некуда идти.