Турнир Трёх Волшебников. Другие правила.

В Выручай-комнате собралась интересная компания: присутствовали значимые фигуры из разных факультетов: – Пенелопа Кристал, староста Когтеврана и лучший друг Седрика Диггори, пусть и в это почти никто не верил. – Седрик Диггори, староста Пуффендуя, капитан и ловец сборной по квиддичу и лучший друг Пенелопы Кристал, пусть и в это почти никто не верил. – Чжоу Чанг, ловец Когтеврана и лучший друг Терренса Хиггса, пусть и в это почти никто не верил. – Терренс Хиггс, староста Слизерина и охотник команда по квиддичу и лучший друг Чжоу Чанг, пусть и в это почти никто не верил. – Гермиона Грейнджер, первая по всем предметам на своём курсе. – Фред и Джордж Уизли, мастера проделок и фокусов. – Оливер Вуд, большой энтузиаст, вратарь и капитан по квиддичу команды Гриффиндора. – Перси Уизли, парень, мечтающий занять пост министра Магии, а в данный момент – староста Гриффиндора. – Колин Криви – талантливый начинающий фотограф и кинематографист. Возле чёрной грифельной доски стояли двое – Пенелопа и Гермиона. В отличие от магловской доски, на ней можно было писать лёгкими взмахами волшебных палочек. Крупными буквами посередине наверху на ней было написано «Повестка дня». Ниже более мелким шрифтом, но всё же легко читаемым перечислялись задачи, которые предстояло компании выполнить: 1. Непреложный обет на нераспространение информации, услышанной в Выручай-комнате. 2. Пророчество профессора Трелони. 3. Обсуждение пророчества. 4. Первое международное задание. 5. Второе внутришкольное задание. 6. Новая информация о Маркусе. 7. Роджер. 8. Седрик – друг Пенелопы. 9. Терренс – друг Чжоу. 10. Факультативы. Объяснять важность непреложного обета никому не пришлось, все пришли в эту комнату с желанием удовлетворить любопытство и в надежде разобраться с тяжёлым роком текущего года обучения. Гермиона выглядела очень взволнованной, но всё же сжала руки в кулаки и начала своё выступление: – В конце прошлого учебного года профессор Вектор отправила меня к профессору Трелони за хрустальным шаром: вы должны были на следующем уроке вычислить его измерения. Когда я подходила к двери, то услышала звук упавшей книги, но когда я открыла её, то увидела, как профессор Трелони с совершенной безумным видом кидает книги на пол, а потом закатывает глаза, заламывает руки и несвойственным ей громким и неживым голосом говорит: – Лишь тот, кто победил Тёмного Лорда однажды, сможет победить его вновь! Но ему не справиться одному. Только любовь того, кого любит он, и кто ему предназначен судьбой со дня его появления на свет даст силы победить во второй раз! Осталось меньше года до возвращения тёмного Лорда! Гарри должен найти того, чей род очень древний, кто поддерживает тёмного Лорда, кто родился в первой неделе летнего месяца того же года, что и Гарри. Гермиона немного успокоилась, ведь теперь ответственность разделена, и появилось больше шансов разобраться с этим вопросом. Сидели они полукругом, и общаться было довольно-таки удобно. – Как думаете, это может быть правдой? – закончила своё повествование девушка. – Может быть обсудим это с директором? – спросила Чжоу. – Боюсь, что профессор Трелони не помнит того, что говорила, по крайней мере при мне, она сказала, что не помнит, – отрицательно показала головой Гермиона. – И я сомневаюсь, что директор поверит такому пророчеству. – Я слышала, что пророчество о первой победе профессор сделала верно. И я сомневаюсь, что директор стал бы держать учителя без способностей, – добавил Седрик. Близнецы предложили взять гипотезу за верную, и действовать исходя из этого. Слишком много возможностей для шуток появилось с учётом предположения достоверности пророчества. – Но они же летом, там в палатке уже.. – прошептал покрасневший Оливер. – С учётом нашей задачи, к сожалению, это была постановка – добавила немного огорчённая Пенелопа. Ей, конечно, было жаль сводить Гарри с Драко Малфоем, но Тот-Чьё-Имя-Очень-Сложно-Произносить пугал своим возвращением сильнее. И она мысленно готова была пожертвовать Гарри. Перси Уизли, немного морщась от отвращения к идее, решил подвести некоторый итог по этому вопросу и произнёс: – Поднимите руки те, кто считает, что пророчество может быть верным, и нужно принять меры, чтобы Драко Малфой и Гарри Поттер полюбили друг друга? Руки подняли все. Гермиона подошла и вычеркнула первый пункт, повернулась и обратилась к остальным: – Теперь нужно решить, каким образом нам этого достичь? Терренс, ты не знаешь, какая ориентация у Драко? – Я не видел его с кем-то в этом смысле. И знаешь, я бы не надеялся на это. У нас лишь один общеизвестный гей, который стал таким из-за проклятья. И который перестал быть таковым после дополнительного проклятья. Надеюсь, дополнительное проклятье не слетит, – с надеждой добавил Терренс. – Терренс, а Маркус впервые с Роджером? Или он приставал к кому-то из вас? – с очень любопытным взглядом спросил кто-то из близнецов Уизли. Срок заклинания однозначной идентификации у близнецов истёк. И никто не мог их различить, как и всегда. Терренс слегка ухмыльнулся: – Добавлю и я откровений в этот раз. Не стоило бояться Маркуса тем, кто был по курсу младше него, потому что такое чувство, что на нём стоял ограничитель. И ещё он не трогал тех, у кого, именно по его мнению, была девушка. Он почему-то посчитал, что мы с Чжоу пара и не проявлял ко мне свой интерес никогда. Спасибо Чжоу, что она поддерживала это мнение. И да, по девятому пункту – мы действительно друзья, но ничего больше. Когда я только поступил, он очень сильно хотел дружить с тобой, Оливер. И как-то в сонном бреду, сказал, что тебя любит. Оливер побледнел и слушал с крайне недоумённым и немного испуганным видом. Терренс продолжил: – Когда ты стал избегать его дружбы, то Маркус обозлился. И по этой причине Оливеру очень часто достаётся от него бладжером на каждом матче. Но сейчас всё может измениться. Но всё равно мне не по себе, как именно Маркус себя поведёт после дополнительного проклятия. Он возвращается в школу завтра. А да, можно зачеркнуть и шестой пункт. В общем, лучше бы всем держаться вместе. Маркус, конечно, не виноват, что проклят, но думаю, что никто не хочет стать причиной нового проклятия для всей страны. – Резюмируя, вероятность того, что Гарри и Драко – геи или даже бисексуалы с точки зрения статистики Хогвартса стремится к нулю, – сделал вывод Перси. – Но они вместе идут на бал и есть хотя бы какая-то надежда, – вдруг вспомнил Колин. – У меня есть гипотеза, – с некоторой радостью в голосе сказала Пенелопа, – нас с Седриком начали считать парой в том числе и из-за имён наших сов. И мы тогда действительно с Седриком сидели под дубом и обдумывали, имеет ли нам смысл углубить отношения. Правда, прибежал Маркус, и напугал Седрика, и мы не смогли этот вопрос обсудить до конца, но, тем не менее, мы хотя бы про это задумались. Надо сделать так, чтобы их стали считать парой. – Может быть покажем наш фильм? – спросил Колин. – Мы не сможем тягаться с Люциусом Малфоем после публикации видео, – покачал головой Терренс. – Седрик, ты же силён в уходе за магическими существами, – вдруг вспомнил Оливер, можно ли через много лет переименовать сову, чтобы откликалась на другое имя? – Я читал в небольшой заметке очень давно, что всё зависит от количества повторений, и даже очень старую сову можно переименовать за месяц, – медленно, словно вспоминая, сказал Седрик. Все захлопали в ладоши. – Нам нужно разделиться, – сказала Гермиона, – и здесь есть некоторые сложности. Я помню, что познакомить с совой должен именно хозяин, иначе она не будет воспринимать чужую речь. Кого Драко может познакомить со своей совой? Близнецы Уизли предложили, чтобы Терренс попросил, чтобы Драко познакомил с совой Седрика, который попросил об этом через Пенелопу, о чём попросила Пенелопа Чжоу, а Чжоу Терренса. На тот момент это был лучший вариант. Остальные должны были учить Буклю откликаться на имя Драко. – По поводу международного задания – сегодня вечером объявят, кто будет выступать против Шармбатона или Дурмстанга, – сказала немного обеспокоенным голосом Чжоу, – немного страшно, что могут выбрать кого-то из Когтеврана. Говорят, что на предыдущих турнирах были жертвы. Седрик положил ей на плечо руку и ободряюще улыбнулся. – Если что, то мы все поможем, даже на арену выйдем вместе с вами. Ученики других факультетов закивали, смотря на Чжоу и Пенелопу. – Мне уже легче, можем обсудить следующий вопрос, – улыбнулась Пенелопа, – нужно что-то решить с яйцами для второго Международного задания. – Я предположил, что если в воздухе звук непонятный, то нужно попробовать другие среды – сказал Перси, – давайте попробуем вакуум, огонь, воду, и под землёй. Как только получится, разошлём сообщение через магические блокноты. Кто согласен? Все согласно закивали. – У нас осталось два пункта: Роджер и Седрик – друг Пенелопы. С чего начнём? – спросила Гермиона. – Я действительно друг Пенелопы, – сказал Седрик и продолжил, – так что там с Роджером? – Я чувствую свою вину, – начала говорить Пенелопа, – ну, что с ним случилось на соревновании. На него теперь девушки совсем не смотрят. Когда я спросила у нескольких его бывших поклонниц, одна сказала, что Роджер теперь ей противен, другая боится Маркуса, а третья считает, что они с Маркусом вместе. Роджер сильно скатился по учёбе. – И стал очень плохо играть в Квиддич, – добавила Чжоу. Близнецы Уизли хитро переглянулись между собой, и кто-то из них сказал: – Нужно просто показать, что он востребован, если каждая из девушек в этой комнате как бы повстречается с ним неделю, а потом он её бросит, то он будет выглядеть желанным. И все перестанут думать о том, что кто-то из вас девушка Седрика, а кто-то девушка Терренса. – Ну нет! – почти крикнула Гермиона. – Да, что-то и мне не сильно хочется, – добавила Чжоу. – У нас есть ещё время подумать, – сказала Пенелопа, – но лучше иметь хотя бы одну идею, чем никакой. Предлагаю до следующего заседания каждому подумать о судьбе Роджера. – Мы ещё забыли про факультативы, – напомнила Гермиона, – учитывая, что Тёмный Лорд вернётся, давайте организуем план занятий по боевым заклинаниям, – пусть каждый в следующий раз принесёт список того, что он хотел бы изучить. Начнём с самых востребованных. Думаю, туда стоит пригласить всех, кто захочет. А кто не захочет – тех мы должны убедить. И думаю, Терренс, что слизеринцам это может дать возможность улучшить ситуацию. Парень согласно кивнул. Гарри обедал с Роном, когда Букля принесла письмо от Хагрида. Тот просил его прийти незаметным, когда сгустятся сумерки. Когда положенное время пришло, Гарри, спрятавшись в мантию, пошёл к хижине Хагрида. Хагрид с заговорческим видом попросил его следовать за ним и не выдавать себя. Они долгое время шли по размытой от дождя тропинки, после углубились в далёкую чащу. Пройдя через неё примерно десять минут, минуя арахнидов и кентавров, они добрались до магической изгороди. Магическое было в ней то, что она не выпускала за свою территорию огонь. И не просто огонь. А огонь от драконов. Гарри восхищённо посмотрел на создания, которых считал лишь домыслами магловских сказочников, но его созерцание прервал голос Хагрида: – Гарри, они для первого международного задания. У Гарри, пусть он и считал себя истинным гриффиндорцем, душа ушла в пятки. Он от этого не перестал себя считать таковым – бояться не стыдно, стыдно бежать от страха. – Хагрид, а кто-то ещё знаёт? Полувеликан расстроено почесал голову. – Гарри, по словам Чарли Уизли здесь постоянно шныряют какие-то бесплотные создания. Боюсь, что это происки Каркарова – директора Дурмстранга. Он когда-то был Пожирателем смерти, и лишь после предательства своих же, его выпустили. Гарри захотелось быстрее рассказать про новую информацию Рону и Гермионе. Гарри поблагодарил Хагрида и они пошли обратно. Он как раз успел к ужину и выбору чемпиона для Первого Международного задания. Гарри сидел за столом рядом с Перси и Оливером – они ещё сильнее подружились из-за Турнира Трёх Волшебников. Пенелопа и Чжоу сжали кулаки наудачу. Седрик выглядел взволнованным и немного уставшим. Маркуса за столом Слизерина Гарри не заметил. Драко и Терренс сидели рядом, и о чём-то говорили, изредка смотря на Кубок. Гарри также заметил светловолосых девушек и парней за столом, который поставили у правой стены, ему послышалась французская речь. Видимо, это был Шармбатон. Проследя за взглядом своего лучшего друга, Гарри увидел Виктора Крама и студентов Дурмстанга. – Должно быть, это – Игорь Каркаров, – подумал Гарри, смотря на единственного взрослого мужчину рядом со студентами из Болгарии. У него была козлиная бородка, худое телосложение, высокий рост и тонкие черты лица. В какой-то момент директор погасил свечи в зале, и лишь голубоватое свечение Кубка была единственным источником света. Вылетела первая записка. Барти Крауч поднял её и зачитал: – Чемпион Дурмстранга – Виктор Крам. В зале раздались восторженные аплодисменты. – Так и должно быть! – кричали близнецы. - Крам! Крам! Крам! - добавилось скандирование со столов всех факультетов. Многие девушки с восхищением смотрели на болгарского ловца. Гарри мог бы подумать, что Виктор Крам смотрит на него, или на Гермиону, если бы не был свидетелем летнего происшествия с Роном. Последний же от смущения смотрел в стол, и лишь заклинание молчания на близнецов от директора Снейпа спасло ситуацию. – Чемпион Шармбатона – Флёр Делакур, – прокричал следующее имя Барти Крауч. Роджер Девис усиленно хлопал, не сводя глаз с очень красивой девушки. Она, как и Виктор, вышла в центр зала, и пожала руку главе департамента магического сотрудничества. Гарри обратил внимание, что в основном с энтузиазмом хлопали молодые люди: девушки из Когтеврана лишь сдержанно хлопали, не переставая что-то обсуждать. Девушки из Шармбатона, которых не выбрал Кубок, плакали навзрыд. Гарри не понимал причины этого – ведь перед первым заданием Барти Крауч сказал им, что в предыдущих турнирах было немало жертв. Весь зал затаился в напряжённом ожидании. Гарри увидел, как Чжоу от волнения положила голову на плечо Пенелопы, а та еле себя сдерживает, чтобы снова не заколдовать жидкость. Мысли Гарри стали хаотичными: «Интересно, кто же будет? Наверное, кто-то из старших курсов? Вот Диггори неплохо подходит, и Терренс должно быть очень умный, иначе, зачем бы Чжоу с ним дружить? Перси Уизли знает много заклинаний и лучший на курсе». Кубок умел удивлять, по крайней мере, Гарри не мог поверить своим ушам, когда Кубок выкинул последний листочек. – Драко Малфой – чемпион Хогвартса, – ещё громче, чем при объявлении Флёр, зачитал мистер Крауч. Стол Слизерина взорвался победными криками. Другие столы соблюдали тишину. На какой-то миг Гарри показалось, что Драко удивился. Но тот быстро взял себя в руки и с гордо поднятой спиной прошествовал в центр зала. В этот момент Гарри начали одолевать неведомые ему чувства в адрес Драко Малфоя: он очень сильно за него испугался. Ему было страшно представить, что может сотворить огнедышащий дракон с его постоянным врагом. Когда Гарри на какой-то момент представил, что Драко лежит мёртвым, его сердце сжалось и заболело. Гермиона его тронула за локоть, и потащила к выходу из зала, не тронув Рона, который уж очень часто стал мечтательно смотреть в потолок. Их на входе остановил Колин Криви. Неловко улыбнувшись, он сунул немного помятую и плохо проявленную фотокарточку в руки Гарри: – Извини, я ещё только начал осваивать колдошоп, следующая колдография будет лучше: https://cdn1.savepice.ru/uploads/2019/1/29/33e8769deea6225ea70b7f46e7f89f64-full.jpg