Взаимопонимание

Решив «проблему Касавира» до определенного приемлемого уровня «решаемости» (во всяком случае, так заключил Бишоп, хотя по большей части так и не понял, что произошло), двое мужчин остались в Районе Чёрного Озера без малейшего понятия, что делать дальше. Поэтому просто сели на бордюр фонтана, где Касавир погрузился в мысли, а Бишоп с помощью стрелы пытался поймать золотую рыбку для Мурзика. Касавир вытащил маленький карманный словарик, который всегда носил с собой для подстраховки. Теперь же он просматривал его, чтобы выяснить, что означает «игнорировать» - слово, которое он ни разу не использовал. "иг-но-ри́-ро-вать Глагол, несовершенный вид, переходный, тип спряжения 2a. Значение 1. умышленно не замечать чего-либо, не обращать внимания на что-либо" Умышленно не замечать? То есть, когда он говорит очередную похабщину или хамство, я просто не отвечаю… Интересно, надо попробовать. - Похоже, я завёл ещё ягняток на бойню, - злорадно хихикал Бишоп, пыряя воду стрелой. - Это рыба. А ягнята тебе ничего не сделали, оставь их в покое. Хмм. Что ж, не сработало. Повисла тишина, нарушаемая лишь ритмичным плеском воды, в которую вонзалась стрела. Держаться. Не бить. Держаться! - Да стараюсь я, стараюсь, - прорычал Бишоп Мурзику, которая нетерпеливо мяукала. – Сдохни, рыба, сдохни! Откидывай плавники и отправляйся на рыбьи небеса! Но если я буду притворяться, что не замечаю его слов, то кто его в результате сокрушит? Рыба укусила следопыта за палец, заставив того дёрнуться и громко сматериться. Мурзик свалилась с его головы, плюхнувшись в воду с яростным воплем, и тут же вылетела обратно, вцепившись Бишопу когтями в лицо и повалив его на спину. Погодите. Да кто угодно.

* * *

- Как думаешь, остальные хоть когда-нибудь вернутся? – проворчал Бишоп больше себе, чем Касавиру. Делать по-прежнему было нечего, так что теперь они просто бродили кругами по району. - Итак, осмелится ли хоть кто-нибудь бросить вызов Каину? Может, вы двое? – поинтересовался Каин, местный бард-рокер, когда Касавир и Бишоп проходили мимо. - Этот бард над нами издевается? – оскалился Бишоп, демонстрируя свою обычную ненависть к бардам (и людям в общем). Игнорировать – значит не замечать, что он что-то говорит, - напомнил себе Касавир, не останавливаясь. Бишоп с омерзением взмахнул руками, глядя ему в спину: - Куда ты попёрся? – рявкнул он. – Над нами бард издевается! - Так что, осмелитесь бросить вызов Каину? – голос у барда был почти таким же ядовитым, как у самого Бишопа. - А ну вернись! Над нами бард издевается!!! - Поглядите на это, вот ещё у двоих кишка тонка соревноваться с Каином, - объявил бард толпе, которая согласно заулюлюкала. - Я хочу от тебя детей! – закричала какая-то девушка. - Ну всё! Я щас с тобой посоревнуюсь, - Бишоп выхватил лук, натягивая тетиву и направляя стрелу Каину в голову. Бард вскинул лютню перед лицом вместо щита: - Да нет же, ты псих, соревнование в музыке! Дуэль на струнах, если тебе угодно. - А, - Бишоп опустил лук. - Раз уж ты принял вызов Каина, любовь моя, доставай свою лютню, и приступим. Лицо следопыта от раздражения сменилось к бешенству: - Кто это тут «любовь твоя»? Потому что если я не ослышался, то ты определённо сдохнешь. - Это просто такое выражение, любовь моя. Есть у тебя лютня? - Я наёмный убийца, с какого хрена у меня была бы лютня? Каин издал долгий презрительный вздох. Зрители начали смеяться. - Пытаться победить Каина в соревновании лютнистов, не имея при себе лютни – ты не злой, любовь моя, ты просто кретин. - Прекрати меня так звать, - прорычал Бишоп. - Вот, возьми, - Каин снова вздохнул, бросая ему старую, немного подгнившую лютню. - Ты её из задницы у себя вытащил? - Она отражает твои таланты. Каин и Бишоп взглянули друг на друга с подозрением на уважение. Бишоп не дал уважению шанса: - Твоя мама оценила мои таланты прошлой ночью. У Каина отвисла челюсть: - Ты… ты… ты только что съязвил про мать Каина? - Потому что на это никогда не находишь, что ответить, - промурлыкал Бишоп. Момент триумфа следопыта был безжалостно уничтожен, когда его сшиб с места закованный в полный доспех паладин – который в свою очередь обнаружил, что следопыт не следует за ним вниз по улице, заставив их разлучиться и, следовательно, нарушить паладинскую клятву, за что должен был поплатиться (будучи сшибленным с ног, естественно). После того, как все обстоятельства были выяснены («ЭТО ТЫ КУДА-ТО УПЁРСЯ, ТЫ ДЕБИЛ!») и извинения принесены («Мне однозначно больше нравится тебя игнорировать, чем слушать»), двое остались лицом к лицу с Каином и лютней сомнительного происхождения. - Каковы шансы, что втайне от всех ты – лютнист-виртуоз? – поинтересовался у Касавира Бишоп. Касавир отвесил ему подзатыльник: - Ты ввязался в бардовскую дуэль, не умея играть? Почему ты меня вынуждаешь тебя бить всё время?! - Полагаю, ты тоже играть не умеешь, - заключил Каин, начиная выглядеть чуть менее самонадеянно и чуть более встревоженно. Касавир согласно вздохнул, подтверждая его предположение. - Ты серьёзно? Мы снова в Невервинтере? И зрители, и трое мужчин на сцене уставились на приближающуюся компанию приключенцев, которая выглядела подозрительно знакомой… - Как можно было так заблудиться, чтобы идти по прямой на юг, но оказаться на севере?! – потребовал Сэнд высоким пронзительным голосом, так непохожим на его привычный спокойный тон. Впрочем, понять расстройство эльфа было немудрено – его мантия была вся изодрана, в пятнах, волосы короче на добрый дюйм и щетинились запутавшимися в них сучками и колючками. Его спутники выглядели не лучше и не чище, но на обычно-аккуратном эльфе контраст был более разительным. - Я… я не знаю, - признала Грэйс, растерянно озираясь. - Ой, смотрите! Лютня! – радостно воскликнул Гробнар, пробегая мимо остальных и запрыгивая на сцену. Выхватив подгнившую лютню из рук Бишопа, он наладил струны. – Привет, лютня! Я буду на тебе играть! Нам с тобой будет хорошо! - Это гном, - процедил Каин с вернувшимся презрением. - Это бард-гном, - ответил Касавир, выталкивая Гробнара вперёд. Восторг Гробнара в полной мере проявился в его радостном подпрыгивании: - О боги! Это зрители? Я обожаю зрителей! Я просто обязан сыграть на этой лютне этим зрителям! - Я тоже хочу что-нибудь делать, - проныла Нишка с печально повисшим хвостом. - Ты умеешь на чём-то играть? – с удивлением спросил Келгар. - Конечно! Жрецы Хельма, которые меня воспитали, постоянно заставляли играть на чём-нибудь во время церемоний и песнопений. Мне достались барабаны – что было большой ошибкой с их стороны, потому как я не просто играла на этих барабанах, я их рвала в клочья! С этими словами Нишка забралась на сцену и отыскала запасную ударную установку в углу (а чё нет?). - Что ж, - задумчиво протянула Кара, - меня учили играть на пианино. Знаете, как всех приличных хороших девочек, - добавила она с явным сарказмом. – Так что, наверное, тоже могу внести свою лепту. - Теперь осталось найти того, кто будет петь, - сказал Сэнд. – И раз уж так получилось, что у меня от природы прекрасный мелодичный… Но вперёд уже шагнул Бишоп с самым что ни на есть одухотворённым лицом. Без всякого предупреждения он затянул: - Надо мною тишина, Небо полное дождя. Дождь проходит сквозь меня, Но боли больше нет. Под холодный шепот звезд Мы зажгли последний мост, И все в бездну сорвалось. Свободным стану я От зла и от добра. Моя душа была на лезвии ножа. - Какого чёрта? – Касавир выглядел растерянным. И его как будто немного тошнило. Грэйс в восторге прижала руки к груди. - Я бы мог с тобою быть, Я бы мог про все забыть, Я бы мог тебя любить, Но это лишь игра. В шуме ветра за спиной Я забуду голос твой. И о той любви земной, Что нас сжигала в прах, И я сходил с ума. В моей душе нет больше места для тебя, - он сделал глубокий вдох: - Я свободееееееееен… - …словно птица в небесах! – подпел зал. – Я свободеееееен, я забыл, что значит страх. Я свободеееееен, с диким ветром наравне. Я свободеееееен, наяву, а не во сне. - Нет, серьёзно, какого… - начал было Касавир опять, но Грэйс зажала ему рот рукой. - Надо мною тишина, небо полное огня, - у Бишопа аж лицо светилось, когда он картинно рухнул на колени. Девушки в зале визжали на всю мощь лёгких. - Свет проходит сквозь меня, и я свободен вновь! - А хорошо поёт, для подлого ублюдка, - признал Келгар. - Вообще-то, я хотел петь, - обиженно отозвался Сэнд. Каин в углу выглядел так, словно никак не мог решить, хочется ему расплакаться или начать подпевать. Гробнар вовсю шпарил на лютне, Нишка рвала ударные, а Кара наяривала на пианино. Элани, незаметно появившаяся в толпе, села в сторонке с весьма довольным видом, в то время как её белочки ринулись на сцену, решив выступить в роли подтанцовки. Мурзик, по-прежнему сидя у Бишопа на голове, составляла бэк-вокал. - Я свободен от любви От вражды и от молвы, - Бишоп в манере заправской звезды протянул руку к Грэйс, вот только Грэйс вместо себя вытолкнула вперёд Касавира. Девки в зале завизжали ещё громче. Бишоп ловил слишком большой кайф от всего происходящего, чтобы заметить. Касавир, казалось, всей душой хотел сбежать, но ему было неловко это делать на глазах такого количества людей. – От предсказанной судьбы И от земных оков! От зла и от добра! В моей душе нет больше места для тебя! - ДА! – завопила Грэйс. Шандра бросила лифчик на сцену. - Я СВОБОДЕЕЕЕЕЕН!!! Нужно ли говорить, что по окончании выступления среди зрителей были уже жители не только Невервинтера, но и окрестных земель, и все они устроили компании стоячую овацию. Шандра грохнулась в обморок от переизбытка чувств. Бишоп тоже. А Каин с позором ушёл на пенсию, поклявшись никогда больше не играть на лютне.

* * *

В результате чего наши герои, все живые и в сознании, оказались там же, откуда начали – в «Утонувшей Фляге», готовясь отбыть в Порт Лласт. - Итак, мальчики, вы вынесли что-нибудь полезное из последних событий? – спросила Грэйс паладина со следопытом. Мужчины переглянулись. Им нужно было придумать что-то в ответ, что-то одновременно реальное и положительное – понятия, как они привыкли считать, взаимоисключающие. После минутного молчания Касавир наконец нехотя сказал: - Судя по зрителям на представлении, он способен приносить людям радость. Думаю, можно заключить, что для него ещё не всё потеряно. - …А ты не хотел бы сам его наставить на путь истинный? – поинтересовалась Грэйс. – В… ином смысле? Касавир нахмурился, как-то немного нервно: - Боюсь, я не совсем понимаю. - А ты, Бишоп? Тебе не хотелось бы его… осквернить? - …Чего? - Со мной? – робко добавила она. – Посерединке? Понимание бледным ужасом проступило на лицах обоих мужчин одновременно. - БОГИ, НЕТ!!! – завопили они хором. - Ой, да ладно вам, - прохныкала Грэйс. - ТЫ ОСТАВИЛА НАС ВДВОЁМ, ЧТОБЫ МЫ ДРУГ ДРУГА ПОИМЕЛИ?!!! – заорал Бишоп. - Я НИКОГДА К НЕМУ НЕ ПРИТРОНУСЬ!!! – продолжили они в унисон, тыча друг в друга пальцами. - НИ ЗА ЧТО!!! Сэнд протянул руку, обхватывая Грэйс поперёк горла, и заткнул ей рот прежде, чем она успела бы что-то сказать: - Да, у них есть общее. Они оба никогда и ни за что не будут друг с другом спать. В этом они достигли полного взаимопонимания. А теперь давайте отправимся в Порт Лласт и наконец что-нибудь сделаем, пока я тебя не сжёг от греха подальше!!! - Это моя реплика! - возмутилась Кара. - Может, в следующий раз их вдвоём оставим? – радостно предложила Нишка. - Нет!!! - Ладно, - проворчала Грэйс, выворачиваясь из хватки Сэнда с самым оскорблённым видом. – Пойдёмте в Порт Лласт и спасём мне жизнь. Вы все идиоты, и я жду-не дождусь, когда найду себе новых сопартийцев, которые не такие козлы. - А этого никогда не случится, - улыбнулся Келгар. И был абсолютно прав.

КОНЕЦ

Авторы и переводчик приносят искренние извинения за любой разрыв мозга, который мог случиться из-за этого фика – но ни о чём не жалеют :)