Взаимопонимание

Бишоп бежал так быстро, что уже не был уверен, где он и куда вообще собирается. Не говоря уж о том, что он устал как собака. Не без этого. - Осторожней, мистер! Будучи человеком, который не будет без нужды топтать детей (в чём он не признался бы, конечно), Бишоп резко взял вправо и споткнулся о надгробие, причём с такой силой, что сломал и могильный камень, и ногу, повалившись на землю с самым красочным матом. Три девочки, две из которых с ног до головы были в чёрном, посмотрели на него сверху вниз. - Вы в порядке? – спросила та из чёрных, что посимпатичнее. Его ответ заключался в новом потоке брани и обнимании ноги. - А вы разве не жрицы, не можете вылечить? – спросила маленькая девочка вторую чёрную. - Заткнись, Кайли! – рявкнула та. - Вот ты где! – воскликнул Касавир, тоже почти выбившись из сил. Увидев, что рейнджер не убегает, он позволил себе наклониться и отдышаться. - Оооо, паладин! – радостно завизжала маленькая. Касавир не обратил на девочек внимания, вынимая из сумки моток клейкой ленты, и замотал ею руки беспомощного, всё ещё агонизирующего рейнджера. Не проронив ни звука, он вылечил Бишопу ногу, после чего связал и ноги. - А что вы делаете? – растерянно спросила девочка в чёрном. - Ничего. А что, что-то случилось? Почему это вы, юные дамы, сидите тут на кладбище? – поинтересовался он, вздёргивая Бишопа на ноги и начиная приматывать ему локти к торсу. - Ой, да перестань, - проныл рейнджер. Касавир заклеил ему рот. Тем временем маленькая девочка едва ли не подпрыгивала на месте от радости, что наконец-то может кому-то рассказать: - Рэйвен хочет, чтобы Лисбет пошла с нею в гробницу. Они украли папин ключ и делают там всякие плохие вещи! Помешайте им! - Лисбет, я что тебе говорила про твою чёртову сестру?! Лисбет закатила глаза: - Кайли, иди домой. И не ввязывай никаких паладинов в дела, которые их не касаются. - Паладины считают, что их всё касается, - сказал Бишоп со знанием дела. Поскольку рот у него был заклеен, получилось лишь «Ммдн шшиуф шф ффо иф ффе ффаефя». - Не заставляй меня заклеивать тебе и уши. - Пфл м муй.

* * *

- Так значит истинная причина, по которой ты буквально силой заставила Бишопа и Касавира работать вместе – это получить в результате менаж-а-труа? – пояснил Сэнд, пока группа продиралась сквозь лес. - Да, - честно ответила Грэйс. - То есть вместо того, чтобы держать их здесь, где они могли бы нас защищать и находить дорогу, ты оставила их в Невервинтере в надежде, что они совершенно спонтанно разовьют в себе гомосексуальность. - Бисексуальность, - поправила она. – Я как бы тоже должна участвовать. - Я хочу вымыться! – заявила Кара. - Вон целая речка, - отозвался Келгар. - Но она холодная! Я хочу настоящую, горячую воду! Это всё Грэйс виновата, оставила чёрти где нашего друида и нашего рейнджера, это ведь они должны нас водить по правильным местам! - Кара, - руки Шандры были сжаты в кулаки, - ты ноешь не прекращая с тех пор, как мы ушли из Невервинтера. - И всё по делу! Вообще, у меня нога болит! - И я не столько хочу, чтобы они вдруг стали бисексуалами, - продолжала Грэйс, не обращая никакого внимания на остальных, - сколько чтобы они увидели и признали то, что уже есть. Что за их внешней ненавистью скрывается внутренняя тяга друг к другу… и ко мне. Хотя, думаю, со мной-то никаких проблем. - Ты самый отвратительный паладин, что я встречал, - признал Сэнд. – Но поскольку лично я не люблю паладинов, то это комплимент. - Благодарю.

* * *

Тем временем, рассудив, что шашни подростков в гробницах его всё-таки касаются – и соорудив из липкой ленты ручку, чтобы тащить Бишопа за собой – Касавир торжественно поклялся Кайли, что спасёт Лисбет от мерзких, злобных, невыносимых… - …Эмо, - процедил Бишоп. В обмен на обещание хорошо себя вести Касавир снял с него кляп. – Поверить не могу, что мы это делаем! Двое натренированных убийц идут нянчить кучку эмо! Касавир волоком стащил его вниз по небольшой лесенке глубже в мавзолей. - Не помню, чтобы спрашивал твоего мнения. - Ты расклеил мне рот и потащил меня с собой. Это автоматически считается как спрашивание моего мнения. И это всё идиотизм! В глубине гробницы их встретил десяток подростков, все как один в чёрном, накрашенные и с разноцветными волосами. Так же одинаково они смерили двух «героев» презрительными взглядами. - Вас никто не приглашал, - сказала одна из них, скрещивая на груди руки с очевидной и искренней уверенностью, что это выглядит угрожающе. - Мы пришли за девочкой по имени Лисбет, - ответил Касавир, подозрительно оглядываясь по сторонам на предмет опасности. - Лисбет тут нет, - надменно отозвался какой-то парнишка. – Так что уходите оба. - А ты заставь нас, - промурлыкал Бишоп. - Мы заставим! - Как, интересно? Заплачете? Порежете руки, чтобы мы растрогались? Напишите на мне стишок перманентным маркером? - Бишоп, - прорычал Касавир. - Никто меня не любит, никто меня не ждёт, - начал следопыт с широкой улыбкой, - пойду я на помойку, наемся… а… ой… эй, паладин… - У меня есть имя. - А у них есть толпа нежити! В безупречном замедленном действии, сопровождаемой тучей сверкающих спецэффектов и драматичной музыкой из «Властелина колец», Касавир обнажил сияющий клинок и одним движением аккуратно рассёк на следопыте липкую ленту, не задев кожу, но разрубив рубашку. Всё в том же сверкающем замедленном действии Бишоп выхватил лук и начал стрелять.

* * *

- У меня кровь из носа пошла, - сообщила Шандра.

* * *

- Что ж, не сработало, - признал один из ребят, когда два героя разделались с ордой призванных зомби и теней. - Вы специально их вызвали? – потребовал Касавир. Бишоп обхватил себя руками, растирая плечи: - А тут холодно… Подростки переглянулись: - Можем их убить. - А мы что пытались сделать? - Даст мне кто-нибудь рубашку уже? - Вы нас вынудите вас всех поубивать, правильно? – смиренно пояснил Касавир. Один из ребят кивнул: - Ага. Сейчас, наверное, самое время для очередной смены сцены – так проще.

* * *

- Надо голову назад запрокинуть, - объяснила Нишка Шандре. - А я слышал, что от этого кровь затекает в горло и желудок, чего-то такое, - сказал Келгар. - Тебя-то кто спросил? - О, отлично, - протянула Кара с явным саркастичным восторгом. – Я наступила в ядовитый плющ. Теперь я устала и у меня сыпь! Фантастика!

* * *

Когда все культисты были убиты, Бишоп поинтересовался: - Теперь чего? Ты же не собираешься правда тащиться ещё глубже в этот склеп? - А какой выбор? – Касавир вытер кровь с меча. – Возвращаться во «Флягу»? Подвергаться риску быть превращёнными Элани в двух белок? Тут по крайней мере спасём девочку и какая-никакая, а тренировка. - Логично. Но можно мне рубашку где-нибудь раздобыть сначала? - У меня запасная в сумке, можешь взять.

* * *

- Теперь у меня кровь из носа идёт! – воскликнула Грэйс.

* * *

По мере того, как паладин и переодевшийся рейнджер шли всё дальше и дальше по подземельям, Касавир всё-таки не выдержал и вынес на обсуждение один из предметов их вечных споров. Он вонзил меч в голову призванной тени, добивая таким образом очередную группу врагов, и выпалил: - Я не понимаю! - Это потому что ты дебил, - любезно подсказал Бишоп. - Почему, - продолжал паладин, - ты никак не оставляешь попыток сблизиться с Грэйс? Она же паладин! Ты должен ненавидеть её из принципа! И почему она тебе потакает? Он на самом деле казался разозлённым. Бишоп пожал плечами: - Зависит от того, что ты имеешь в виду под «сблизиться». Я как-то это себе представляю так… - О Бишоп, ты такой неотразимый! – стонала Грэйс, медленно раздеваясь на глазах следопыта. – Я хотела тебя с первого взгляда, с первой встречи, когда я поздоровалась, а ты в ответ обозвал меня шлюхой! - Да, детка, все хотят немножко Бишопа, - кивнул рейнджер, оценивающе глядя на неё. Она забралась к нему на колени: - Я больше не могу бороться с собой! - А разве секс со мной не заставит тебя Пасть? – уточнил он – ну просто чтобы уточнить. - Да, но мне всё равно! Ты слишком горяч, чтобы противиться! Бишоп самодовольно ухмыльнулся: - Она горячая штучка, и секс со мной будет пятном на её паладинстве. Добавь к этому тот факт, что её постоянные угрозы в мою сторону на самом деле чертовски заводят – и получишь примерное представление о том, почему я к ней лезу. У Касавира в голове роились сотни вопросов, которые он мог бы задать, начиная от «и ты приводишь мне, своему сопернику, эти причины?» до «а с чего ты решил, что я позволю соратнику-паладину Пасть?», но он выбрал другой: - А не треснет? Бишоп фыркнул. - Пошёл ты, - пробормотал он и зашагал глубже в мавзолей. - Хоть бы побрился для начала. - Пошёл ты!