Навеянная влюбленность

Небольшой городок Грин-Ривер, штат Айова, относился к тем марктвеновским городкам, где можно легко и весело провести детство и тихо, беспечно встретить старость. Для молодежи этот город совершенно не годился. Редкие проезжие, останавливаясь в единственном захудалом мотеле, все как один повторяли: "Провинция!". После таких заявлений они спешили убраться восвояси по широкой трассе в Нью-Йорк или Чикаго. Несмотря на все минусы провинциального города, Аннабет находила его весьма сносным - лучший вариант для желающей скрыться полукровки. Скрываться у нее повод был. Предать любимого человека, порвать все связи с друзьями - и все из-за злых шуток чертовой Афродиты. (Не исключено, что Афина тоже приложила к этому руку). Аннабет совсем не хотела влюбляться в Лео. У него была Калипсо, у нее - Перси. Загвоздка в том, что Афродита не удосужилась заколдовать Вальдеса влюбиться в ответ. Девушке ничего не оставалось, кроме того, чтобы бежать, сломя голову. В Лагере, возможно, все подумали, что её похитили, ведь она исчезла ночью, никого не предупредив. Здесь, в Грин-Ривер, Аннабет Чейз стала Аннетой Холлидей, решив полностью изменить свою жизнь, забыв о прошлом. Но достаточно трудно забыть то, что ты – одна из величайших полукровок мира, наследие Олимпа и герой.

***

Когда Лео Вальдес въехал в Грин-Ривер, он удивился. Разумеется, он ожидал чего-то подобного, но все же был поражен. Город представлял собой маленький хорошенький муравейничек. Люди радостно махали ему вслед, совсем как в рекламе. Сын Гефеста остановился в единственном мотеле с кривой вывеской «Green-River Inn-Hotel». Мотель оказался еще и местным пабом. Не переодеваясь, он спустился вниз, где находился бар, и принялся расспрашивать о белокурой девушке по имени Аннабет Чейз. Таковой в городке, населением две тысячи душ, не оказалось. Лео не мог поверить. Чары Афродиты и указания оракула привели его именно сюда. И теперь, уезжать, потерпев полный крах, он не собирался. Если бы он знал, что Аннабет находится всего этажом выше, в запыленной комнатушке дешевого мотеля! Но Лео не знал. Возвращаться на Лонг-Айленд с пустыми руками он не мог, ведь поклялся Перси найти и доставить девушку домой. Ах, если бы Перси знал, что Лео безумно влюблен в белокурую дочь Афины, он бы никогда не разрешил ему отправиться на её поиски. Перси и сам мог бы постараться отыскать Аннабет, да только Рейчел строго-настрого запретила тому даже думать о таком. К огромному сожалению сына Посейдона, Октавиан, немного поколдовав над плюшем милого серого мишки, сказал те же слова - Перси не разрешено искать Аннабет, это поиск Лео и именно тот должен его выполнить. Конечно Джексона остановили не только слова предсказателей лагерей - то страшное (или странное) событие, что произошло за пару дней до исчезновения тоже дало о себе знать. Так сильно как в тот раз Перси и Аннабет еще не ругались, да и слова, сказанные девушкой сгоряча, все еще резали слух Персея. Она никогда прежде не говорила, что не любит его. Ни в одной из ссор он не чувствовал таких волн ненависти и отчаяния, как в этот раз. Перси не знал что и думать - было ли сказанное ею в порыве гнева правдой? Или, быть может, это было временное помешательство и она все же не бросила его, растоптав его гордость и чувство достоинства? Плохое запоминается надолго - Персей до сих пор, будто наяву, видел её растрепанные волосы, затуманенные глаза и перекошенный рот, чувствовал уколы упреков, слышал оскорбления и причитания, ощущал удары маленьких, но не безобидных кулачков и острую боль от ее ногтей, которые оставили ему небольшие шрамы в виде полумесяцев. Она будто помешалась - брыкалась, кусалась, вопила, плевалась. В общем делала все то, что так несвойственно рассудительной дочери Афины. Чтобы Джексон все же не нарушил запреты оракула и авгура, его загрузили работой в Лагере Полукровок. Перси занимался облагораживанием пристани на озере и руководил новым кружком по плаванью. Оказалось, не все полубоги могут задерживать дыхание и находится под водой настолько долго, чтобы успеть выполнить придуманные нормативы сына Посейдона. Работа помогала отвлечься от мыслей об Аннабет только днем, но каждую ночь он видел ее в снах кошмарах.

***

Шоколадное мороженое каплями стекало по руке Аннабет на белое летнее платье. Была средина августа, солнце стояло в зените и, казалось, на Земле не было места жарче. Девушка провела параллель с кузницей Гефеста, разве что здесь было много солнечного света и слух не резал скрежет металла. Она стояла посреди главной площади Грин-Ривера, рядом со старым неработающим фонтаном. Возможно, услышь она звук воды в нем, ей стало бы невыносимо горестно, ведь это напомнило бы ей о Перси. Но фонтан не работал, а ее внимание было приковано к брусчатке площади. А точнее к конкретному булыжнику, на котором четко проступал фаллический символ. Аннабет решила, что это было очень странно - вырезанный фаллос в камне посреди главной площади городка, на что никто не обращал внимание, кроме нее. Символ был похож на стрелку, которая указывает путь. Девушка выбросила подтаявшее мороженое и облизала пальцы. Пусть ее мозг и был воспален чарами Афродиты, но знания дочери Афины все же были еще там. Она догадывалась что значит символ и куда ее приведет эта стрелка. И очень надеялась, что окажется права.

***

Вино штата Айова не славилось абсолютно ничем. Лео вообще удивлялся как в таком месте могли находится виноградники - слишком жаркие летние дни и слишком холодные зимние ночи точно не способствовали выращиванию большинства сортов. Тем не менее, в паре миль от Грин-Ривер находилась винодельня, на экскурсию по которой он записался в баре мотеля. Виноградники выглядели плачевно - лозы, которые находились на солнце, высохли, а те, что были в тени, покрылись грибком. Вальдес мысленно вычеркнул из списка дел на сегодня дегустацию айовского вина. Он уже исследовал весь городок, опросил, казалось, каждого жителя и теперь занимался осмотром окрестностей, стараясь найти зацепки, которые могли привести его к Аннабет Чейз. Он чувствовал ее присутствие. Она была так близко, что порой, ему казалось он улавливал ее запах, ему мерещился ее голос. Но это всегда было лишь "казалось". Он направился к выходу, чтобы подождать свою экскурсионную группу возле автобуса (его "группа" состояла из трех человек, включая самого Вальдеса), но его окликнули: - Неужели не останетесь на дегустацию? Не оборачиваясь Лео ответил, что, пожалуй, откажется. - И даже не посетите нашу винную лавку? Сувенир на память. Чуть разозлившись от настойчивости, сын Гефеста пробурчал что-то неразборчивое, но все же направился в сторону лавки. Она представляла собой помещение на первом этаже трехэтажного каменного домика. По стенам вилась лоза, создавая много тени, и вокруг была приятная прохлада. Лео зашел внутрь и огляделся. За прилавком стояла привлекательная девушка. Вот только была она абсолютно голой. - Привет, Лео, - девушка улыбнулась. - Мы уже думали ты и правда уйдешь, так и не побывав на нашем празднике. Парень смущенно отвернулся. Он раскраснелся так же сильно, как и от жара в кузнице. - Откуда вы меня знаете? - Не то, чтобы именно это интересовало его больше всего, но ничего более умного в голову ему не приходило. - Как же не знать, когда двое таких сильных полукровок попадают на нашу территорию? - Двое? Аннабет? Она у вас? - его мысли путались и он не мог понять от чего именно. Девушка вышла из-за прилавка и набросила темный кожаный фартук. - Можешь поворачиваться, мне казалось тебя не так-то просто смутить. Лео выдохнул и обернулся. Только сейчас он смог рассмотреть девушку. Она была невысокая и темноволосая. Белая кожа выгодно подчеркивалась темным фартуком. Кроме фартука на ней были только бавкиды шафранного цвета - сандалии на высокой подошве. - Давно у нас не было гостей. Как удачно, что ты пришел как раз перед Виналиями. - Вонялиями? Девушка одарила Лео таким презрительным взглядом, что он сразу пожалел, что посмел шутить над Виналиями, чем бы это не было. - Виналии - это праздник виноделия в честь Юпитера. Он состоится как раз завтра - 19 августа. На церемонии давно не было гостей - мы приглашаем тебя остаться на празднество. - Кто мы? Где Аннабет? Почему в честь Юпитера, если бог вина - Дионис или по вашему Бахус. Как проходит праздник? В чем подвох? Меня покормят? - Как только один вопрос слетал с его губ на ум сразу приходил второй. - Ох, мальчик, давай по порядку. Меня зовут Кинтия. Пройдем в беседку за домом и за обедом я отвечу на все твои вопросы. В беседке сидело несколько девушек в легких туниках и сандалиях. При появлении Лео они захихикали, но, увидев Кинтию, вскочили и убежали в дом, вскоре вернувшись с подносами еды. Гроздья винограда, ломтики хлеба в оливковом масле, сыры, ветчина, свинина, груши, сливы, персики - глаза Вальдеса разбегались от изобилия. Пока парень ел, Кинтия начала рассказ: - Я владелица этой винодельни и близлежащих виноградников уже много столетий. Один из моих ухажеров оставил мне эти места в подарок, а я открыла тут школу гетер. Не то, чтобы это сейчас было востребовано, у нас огромная конкуренция с лупанарием в городе, но ничему другому я научить своих подопечных не могу. Всю свою жизнь, сколько себя помню, я была гетерой. Она прервалась, чтобы сделать глоток вина из бокала, поднесенного ее подопечной. - Юлия, старшая лупа, владелица лупанария, тоже празднует Виналии. Вот только мы восхваляем Юпитера, а они - Венеру. Лео перебил: - Афродиту! Вот где Аннабет! Мне срочно нужно в этот лунапарий, скажи где он находится? - Лупанарий, - Кинтия улыбнулась. - Хоть океанариум, там Аннабет! - Боюсь, до завтра ты ее не увидишь. Завтра начинаются Виналии, значит Юлия уже начала подготовку. А твоя подружка у нее в гостях, так же, как ты у меня. Юлия не отпустит ее так просто. У нас очень редко бывают гости на праздниках. Но не переживай, праздник начнется завтра в полдень у ворот виноградника. Если твоя подруга у Юлии, то завтра она сама придет сюда. Лео чуть успокоился - отчасти от подливаемого ему вина, отчасти от мысли, что завтра увидит Аннабет. Если все пойдет хорошо - уже завтра его поиск закончится и он вернет дочь Афины обратно ее расчудесному парню. От этих мыслей Вальдес помрачнел. Кинтия до поздней ночи развлекала его разговорами, стараясь отвести от грустных мыслей. И уже засыпая, на втором этаже каменного домика гетеры, парень подумал, как замечательно, что в этом поиске не было ни одного монстра и слетевших с катушек полубогов.