Часть 1
20 февраля 2015 г., 16:58
Рукия не знает, что восхищает ее больше - теплый мягкий песок под ногами или то, как блестит на гребнях волн солнце. Она останавливается, и, улыбаясь, пытается вобрать в себя это мгновение.
– Рукия, ты идешь или нет?
Рукия переводит взгляд с океана на Ичиго, который стоит в нескольких метрах впереди. Солнце за его спиной золотит рыжие волосы. На лицо падает тень, но Рукия может разглядеть его недовольное выражение.
– Дурак, – отвечает она. – Тебе не хочется осмотреться?
Пусть ответом ей будет насмешка, Рукию совсем это не заботит ее. Она научилась понимать истинные чувства Ичиго, скрытые за словами, и знает: он ругается не из-за ее медлительности, а только потому, что она не рядом с ним.
Рукии потребовалось три года, наполненных перепалками, чтобы это понять.
Ичиго хмурится.
– Ты, правда, никогда раньше не видела море?
– Хватит задавать вопросы, на которые уже знаешь ответ.
Он беспечно пожимает плечами.
– Пошли. Ты сможешь оглядеться вокруг, когда найдем свободное место.
– Место?
– Да. Место на песке.
Рукия хмурит тонкие брови и рассматривает светло-желтый песок. Что за "место" они ищут? Почувствовав на себе взгляд Ичиго, Рукия поднимает голову и только тогда замечает пляжные полотенца и лежаки, позади него. Ах, так вот о чем он.
Пытаясь скрыть свою заминку, она спешит за Ичиго. Остальная часть компании ушла недалеко: Кейго и Мидзуиро строят глазки девушкам, Иноуэ шагает, задрав голову к небу и широко раскинув руки, Исида и Чад следуют за ней.
Они нагоняют их, когда Кейго начинает подпрыгивать и радостно кричать, что нашел “идеальное место на пляже”. Рукия осматривается вокруг, опуская к ногам небольшой пакет. Недалеко расположилась стайка девушек, одетых в одинаковые купальники с названием летнего лагеря. Теперь ясно, почему Кейго считает это место превосходным.
– Ичиго, Мидзуиро, Чад, Исида... мы, мужчины, должны быть бдительны и защитить девушек. Это наш долг! Эти хрупкие и невинные существа... – Кейго поворачивается к Ичиго с хитрой улыбкой. – Ичиго, давай...
Закончить фразу ему не дает кулак Ичиго.
Рукия очень старается подавить хихиканье, но она уверена, что Ичиго все слышит.
– Фто ты делаеф? – лапочет Кейго, потирая разбитую губу.
– Защищаю девушек.
Если она сейчас что-нибудь не скажет, то точно рассмеется, поэтому мило интересуется:
– Кейго! Ты в порядке?!
Кейго бормочет что-то невнятное, но Рукия не особо вслушивается. Она оборачивается к морю, наблюдая за тем, как купаются люди.
– Кучики-сан, тебе нужен солнцезащитный крем?
Рукия оборачивается к Иноуэ, та протягивает ей белый тюбик. Иноуэ замечательная. Рукии она напоминает более беспечную и невинную версию Мацумото. У обеих чувственные изгибы фигуры, приветливое лицо и невероятно яркие глаза. Но Иноуэ по-детски добрая и открытая, Рукия восхищается ей. Раньше все друзья ее были мальчишками, и Рукия никогда не осознавала, как сильно нуждается в ком-то вроде Иноуэ.
Она подозрительно косится на бутылочку и нерешительно говорит:
– Ээ... конечно!
Иное замечает заминку Рукии. Касается бледной руки подруги и принимается круговыми движениями втирать крем в кожу.
– Это для твоей кожи. Он защитит от солнечного ожога.
– Солнечного ожога?
– Да, – кивает Иноуэ, и длинные волосы рассыпаются по узким плечам. – Убедись, что нанесла его на лицо, не то оно станет красным, как клубника, и все будут путать тебя с Куросаки-куном.
Рукия ловит пристальный взгляд Ичиго.
– Не думаю, что кто-то спутает нас, Иноуэ.
Орихиме с задумчивым видом подпирает подбородок.
– Да, думаю, ты права. Куросаки-кун все время ходит хмурый.
Ичиго закатывает глаза.
– Неважно, – он скидывает шлепанцы и бросает сумку. – Я иду плавать.
Рукия наблюдает, как он неспешно подходит к воде, закинув руки за голову.
– Странно, – замечает Исида, поправляя очки. Солнечный свет отражается в линзах и чуть не ослепляет Рукию, когда она оборачивается к нему. – Куросаки не снял футболку, – на спокойном лице Исиды вырисовывается самодовольная улыбка. – Может быть, он стесняется? Или прибавил в весе или...
Рукия морщит нос, щурясь в сторону Ичиго, когда тот входит в воду и ныряет наперерез волнам. Мгновением позже оранжевая шевелюра снова появляется над поверхностью, мокрая футболка тут же облепляет мускулистый торс.
– Мы бы узнали, если бы это было правдой, – уверенно замечает Чад. – Ичиго любит носить обтягивающую одежду.
Ичиго снова ныряет, его движения плавные и отточенные. С такой же легкостью он двигается во время боя. Появляется из воздуха с мечом наперевес - упрямый, дерзкий и уверенный. Это так по-Ичиговски. Если Рукия так и будет стоять, все заметят, что она не может оторвать от него взгляд. Она вручает крем Иноуэ, уверяя, что воспользуется им позже, а сейчас ей не терпится пойти поплавать, выскальзывает из маленьких босоножек и блаженно вздыхает, когда ноги зарываются в песок. Небо такое ясное и голубое, совсем не такое, как в Общество Душ. Возвращаясь обратно, Рукия каждый раз поражается тем, насколько чужим чувствуется ее старый дом. Как...как этот пляж. Она выросла среди озер и рек, но никогда не видела море.
Первое касание воды щиколоток похоже на прикосновение холодных пальцев. Это опьяняет и дарит ощущение свободы. Рукия всегда чувствовала глубокую связь с водой во всех ее формах, будь то дождь или снег. В Руконгае, когда они с Ренджи прогуливались по берегу, она первая ступила в слегка мутную воду, инстинктивно зная, как плавать. Словно рыба в родной стихии. Остальные стояли на берегу, и только Ренджи, будучи уже по пояс мокрым, осмелился зайти дальше, но все закончилось тем, что ей пришлось вытаскивать его на берег, когда он камнем пошел ко дну.
В отличии от Ичиго она не спеша заходит в воду и ныряет, погружаясь все глубже и глубже, пока необходимость дышать, не заставила ее вынырнуть. Стало ясно, почему эта неудобная “штука”, которую Ичиго называет купальником, такая обтягивающая: вода легко стекает по материалу.
Когда Рукия выныривает снова, Ичиго стоит в нескольких шагах и улыбается.
– Мне было интересно, умеешь ли ты плавать?
– Конечно, я умею плавать.
– Очевидно, – фыркает он.
Рукия замечает, что сейчас он выглядит абсолютно расслабленным - она редко видит Ичиго таким. Он сразу становится моложе - не внешне, но внутренне. Его реяцу мирно гудит вокруг нее. Ичиго научился контролировать ее, и она вырывается сквозь его барьеры, только когда он испытает сильные эмоции. Рукия чувствует головокружение и эйфорию.
Рукия думает о том, чтобы сделать ему выговор о недостаточном контроле, но решает, что прямо сейчас ей это нравится.
Она смотрит на бесконечную синь моря, на то, как поднимаются и опадают волны. Они далеко ушли от берега. Здесь тихо и спокойно. Ичиго поворачивает к ней, в карих глазах пляшут искорки.
– Давай наперегонки?
Рукия смотрит на него, как на сумасшедшего.
– Куда?
Ичиго показывает на плавающий вдалеке овал.
– Буй, – отвечает он ей.
– Почему он там?
– Предупреждает лодки о том, что они приближаются к берегу.
Рассматривая горизонт, она едва замечает несколько пятнышек, которые, как она догадывается, являются кораблями.
– Ну, что? – подгоняет Ичиго. Она почти может ощутить его нетерпение.
Рукия ухмыляется.
– Хорошо, – затем отталкивается от дна и кричит. – Вперед!
Она едва слышит всплеск рядом с собой, когда ныряет.
Рукия выигрывает. Но только потому, что пинает Ичиго в бок, как только он настигает ее. Ей приходится отвесить ему много пинков, чтобы обеспечить себе победу. Ичиго оказывается гораздо быстрее, чем она ожидала. И потом, она постоянно забывает, насколько сильнее он стал сильнее с момента их первой встречи. Ему уже не пятнадцать и он больше не тощий мальчишка, а довольно спортивный юноша. Рукии кажется смешным, что люди взрослеют так быстро, в то время как она совсем не изменилась.
Они обхватывают ярко-красный буй, тяжело дыша.
– Я тебя сделала, – самодовольно заявляет она.
Ичиго кидает на нее злобный взгляд.
– Только - фух - потому, что - фух - сжульничала - фух - ты - мелкая... – он удерживает себя от парочки нецензурных выражений, что только заставляет Рукию шире улыбаться.
Еще одно подтверждение ее победы.
– Не оправдывайся, Ичиго. Ты не говорил ни о каких правилах. Просто признай мое превосходство и смирись с этим.
Рукии хочется авторитетно сложить руки на груди, но так будет сложновато удержаться на плаву.
– Черта с два! – рычит Ичиго. – Иди сюда, ты, мелкая выскочка.
Ичиго бросается к ней, обхватывает за плечи и толкает под воду. Она пытается вывернуться, но Ичиго начинает ее щекотать.
– Аргх...Ичиго...нет...я...не могу дышать.
– Отлично!
Рукия извивается, но Ичиго как-то удается удержать ее в своих руках. Она чувствует такую легкость и счастье, что готова и правда потерять сознание. По крайней мере, если она утонет, ее будет согревать мысль, что Ичиго будет чувствовать вину до конца своей жизни.
– Эй, Рукия?
У нее действительно не хватает дыхания, чтобы ответить.
– Давай обратно, – его руки внезапно исчезают, и Рукии приходится отчаянно хвататься за буй, чтобы не пойти ко дну. Вода заливает лицо, и она быстро смаргивает соленые капли. Ичиго стартовал. Он уже на пять шагов впереди нее, когда она отталкивается от буйка и бросается в погоню.
Она снова выигрывает. Хотя на этот раз ей пришлось проявить более творческий подход: нырнув на дно, она находит небольшой камешек, и, когда Ичиго подплывает к мелководью, кидает снаряд прямой наводкой в рыжую голову, наблюдая, как Ичиго падает, едва сделав первый шаг. Она проходит мимо него, когда он встает на колени и с жаром проклинает ее.
Ступни касаются песка, и Рукия аж приплясывает от восторга.
– Идиотка, – бормочет Ичиго,потирая затылок. – Ты никогда не играешь честно?
– Нет.
Рукия собирается добавить ехидный комментарий о том, что сделала его снова, когда мысль прерывает пронзительный звук свистка.
– Эй, ты! – кто-то кричит. Она смотрит через плечо Ичиго и видит молодого человека в оранжевых шортах, который бежит к ним. Выражение его лица не предвещает ничего хорошего, а на футболке виднеется надпись “спасатель”.
Ичиго распахивает глаза, заметив незнакомца, а потом оборачивается к Рукии.
– Эмм....бежим.
– Что? – удивленно переспрашивает Рукия.
Ичиго нетерпеливо подталкивает ее вперед.
– Помнишь буй?
– Да?
– Ну, мы точно не должны были заплывать так далеко.
– Ты идиот! – кричит на него Рукия и кидается наутек.
***
Им не нужно много слов. Обычно их общение сводится к дракам или к дружескому подшучиванию. И только в длинных паузах или на краю гибели они могут позволить себе быть абсолютно честными друг с другом. Так что они сидят на песчаном холме, обсыхая и наблюдая, как Кейго, Мидзуиро, Иноуэ, Чад, Исида и девушки из летнего лагеря играют во фрисби, лишь перекидываясь между собой парочкой фраз. Они оторвались от спасателя и добравшись сюда сил рухнули без сил на землю, и с тех пор так и не сдвинулись с места. Рукия сидит, подтянув колени к груди, с прядей черных волос на ноги капает вода. Рядом с ней, откинувшись на руки, растянулся Ичиго; мокрая рубашка прилипла к коже. Так странно видеть его волосы такими приглаженными. Яркие глаза на загорелом лице, плотно сомкнутые губы. Он не хмурится, похоже, это его естественное выражение. Рукия думает, что на самом деле он выглядит довольным. – Ичиго, почему ты носишь рубашку на пляже? – Потому что не хочу получить солнечный ожог. – Ерунда. Ты слишком безрассудный для этого. Я скорее услышу нечто подобное от Исиды, а не от тебя. Ичиго пожимает плечами, не обращая внимания на подколки. – Мой отец - врач, а еще немного сумасшедший. Он напугал меня своими историями о раке кожи, когда я был ребенком. Рукия поджимает губы. – Что такое рак кожи? – Идиотка... Рукия бросает в него горсть песка, но на самом деле она совсем не злится. Она понимает, что Ичиго просто устал говорить, и объяснит ей все позже или, по крайней мере, швырнет в нее книгой с объяснениями. Он всегда так делает. Тишина. Партия в фрисби в самом разгаре, парни против девушек. Девушки, кажется, побеждают. В основном потому, что Кейго больше заинтересован строить глазки. Плоский серебряный диск несколько раз ударяет его по лбу. Это забавляет Рукию на некоторое время, а потом она с удовольствием наблюдает за сверкающим в лучах солнца горизонтом. – Ты знаешь, Шекспир однажды сказал... Она фыркает, и Ичиго замолкает, удивленно поворачиваясь к ней. – Что с тобой и этим парнем? Она однажды пыталась читать одну из его пьес, вроде называвшуюся “Ромео и Джульетта”, потому что Ичиго сказал, что она самая известная. Она не произвела на Рукию никакого впечатления: на пятой странице она достаточно разочаровалась, чтобы забросить книжку в угол комнаты и больше к ней не притрагиваться. Иноуэ как-то сказала ей, что Ичиго в тайне должен быть романтичным, раз так любит Шекспира, но Рукия пока не замечала каких-либо тому доказательств. – Отлично, тогда я не скажу, – огрызается Ичиго, хмурится на этот раз по-настоящему. – Перестань вести себя, как маленький, – фыркает Рукия. – Почему этот Шекспир так тебе нравится? Ичиго раздумывает некоторое мгновение, прежде чем ответить, хотя он по-прежнему хмурится. – Потому, что он тратит половину времени, высмеивая всех и каждого, а другую половину критикуя их. Это забавно, потому что лишь немногие умны настолько, чтобы понять это. – Ты называешь меня глупой? – предостерегающе спрашивает Рукия. – Нет! Я... – он делает резкую паузу и с вызовом смотрит на нее. – Знаешь, что? Именно это я и сказал. Что собираешься делать? – он насмешливо ухмыляется. Одним плавным движением Рукия перемещается ему за спину, обхватывает одной рукой за шею и ерошит кулаком волосы. – Эй! – Ты будешь вежливым? – сладким голосом спрашивает Рукия. – Нет... Она сильнее лохматит рыжие волосы. –... Я имею в виду, да! Да! Удовлетворенная, Рукия отпускает его и возвращается на свое место. – Нет... – тихо выдыхает Ичиго, но Рукия предпочитает игнорировать его. Они сидят в полной тишине некоторое время, и молчание кажется таким уютным. Рукия чувствует сейчас себя ближе к нему, чем когда они разговаривали, и тоже откидывается на руки. – Весь мир - театр, – Ичиго бормочет спустя несколько минут, и хотя Рукия не знает, откуда фраза, она прекрасно понимает, что он имеет в виду.***
Их девиз - все или ничего. Если они вместе, они вместе, если нет - они так далеко друг от друга, насколько это возможно. Раньше Ичиго старался не проводить слишком много времени с Рукией из-за пристальных взглядов окружающих, но теперь, кажется, он больше не волнуется на этот счет. Когда Рукия здесь, Ичиго старается побыть рядом с ней подольше, хотя и жалуется, что каждая секунда похожа на пытку. Но они вместе, и это удивительно. Есть Ичиго и Рукия, которых видят окружающие, и есть настоящие Ичиго и Рукия. Они понимают разницу, даже если весь остальной мир - нет. Они никогда не обсуждали возможность романтических отношений, но когда Рукии пора возвращаться в Общество Душ, Ичиго говорит, что не хочет, чтобы она уходила Они не были близки физически, хотя между ними определенно чувствуется сексуальное напряжение. Их связь слишком сложная и слишком глубокая, чтобы дать ей определение. Рукия думает, что в один прекрасный день, он может попросить ее руки. И только когда она скажет "да", их отношения изменятся. Страсть между ними останется прежней, как на протяжении этих лет. Просто шаг от “ничего” до “все”. Это их природа. Все или ничего. После обеда Рукия карабкается к окну комнаты Ичиго в домике, который мальчики сняли на неделю. Домик девочек стоит по соседству, и Рукия решает потусоваться в его комнате. Ичиго нигде не видно, но из ванной доносится шум воды. Рукия перебирает его чемодан, находит комикс "Наруто" и плюхается с ним на кровать. Она так увлекается чтением, что не замечает, что наступила тишина. Дверь ванной со скрипом открывается, слышится ворчание Ичиго. – Какого черта ты здесь делаешь? Рукия отрывает взгляд от страницы, где Наруто раскидывает своих противников, и замечает, как Ичиго поспешно топает к чемодану. На нем только шорты, и Рукия внезапно осознает, что в последние три года ни разу не видела его без рубашки. Ичиго двигается неловко, словно нарочно старается не поворачиваться к ней лицом. Приподнявшись с кровати, Рукия хватает его за локоть. Ичиго останавливается, но не оборачивается. – Что-то не так? – Отпусти меня, дура. Имею я право на частную жизнь или нет? Следующие слова Рукия произносит инстинктивно: – Посмотри на меня. Ичиго не двигается, поэтому она дергает его за руку, заставляя повернуться, а сама садится на край кровати. Хмурясь, он оборачивается, но отводит взгляд. Ичиго выглядит более мускулистым, чем она ожидала, будто собран из острых линий и углов, но больше всего Рукии бросаются в глаза три глубоких шрама, один под ключицей, другой на сердце и третий на животе. Она потрясенно распахивает глаза. Белые линии, широкие и длинные, очевидно, оставлены глубокими порезами. Они старые и затянувшиеся, но по-прежнему выглядят страшно. – Закончила любоваться видом? – ехидно спрашивает Ичиго, скрестив на груди руки. Рукия молчит, и он отворачивается, роясь в своем чемодане. Несколько мгновений она пытается понять, где он их получил, когда озарение больно сдавливает грудь. Бьякуя, три года назад. – Они... – Да, – отвечает он, прежде чем Рукия успевает закончить. – Поэтому ты всегда носишь рубашку? – Да, – натянув синюю футболку, Ичиго оборачивается к ней. Его щеки отчаянно покраснели. – Еще вопросы? – раздраженно бросает он. Рукия опускает голову, теребя краешек топа. – Ты идиот! Я сказала тебе тогда не идти за мной! Болван, упрямец и... – Пфф. И так ты благодаришь своего спасителя? Рукия пристально смотрит на него, прежде чем опустить голову. Ичиго вздыхает. – Глупая. Не ты нанесла мне эти шрамы, а твой ненормальный брат. Рукия по-прежнему не поднимает глаз. – Ты получил их, пытаясь защитить меня. – Ну и что? Это был мой выбор, – Ичиго пожимает плечами. – Меня не беспокоят шрамы. – Тогда почему ты прячешь их? – Потому что не хочу делиться ими. Ичиго резко умолкает, словно понял, что сказал полную бессмыслицу. Рукия, наконец, поднимает голову и встречает его пристальный взгляд. Теперь его очередь отводить глаза. – Я понимаю. Рукия, правда, понимает. По этой же причине она никому не рассказывала о том, как ей пришлось убить Кайена.. Это ее память, ее сердце, это просто ее. Если они когда-нибудь поженятся, Ичиго, наверное, будет показывать эти шрамы с гордостью. Все или ничего. Сейчас перед ней настоящий Ичиго. Ичиго некоторое время изучающе смотрит на ее. – Хорошо. Он моргает, словно только что вспомнил о чем-то. – Чуть не забыл, – Ичиго снова возвращается к чемодану и копается в вещах, прежде чем торжествующе выудить оттуда брошюру и кинуть ей на колени. – Вот. Отец заставил взять, когда узнал, что я еду на пляж. Рукия смотрит на брошюру о профилактике и диагностике рака. – Так ты говорил серьезно? – Конечно, я был серьезен. Этот человек псих. Он начинает каждое лето с семейного собрания, на котором читает лекцию о раке кожи. Рукия улыбается воспоминаниям о забавном родителе Ичиго и перелистывает страницы. Ичиго хватает заброшенную мангу и плюхается на живот рядом с ней, прижимаясь плечом к ее бедру. Нужное обоим касание, пока они, молча, читают. Они не произносят ни слова в течение нескольких часов. В такие моменты Рукия как никогда ясно чувствует их связь, словно она снова парит под поверхностью водной глади.
