Кирен

Ее страстные настойчивые губы вернули меня из сновидения. Реальность куда приятнее и жарче. Не открывая глаз, я играл с ее языком, сладко прикусывая нижнюю губу. Полностью отдавался в сладкий плен ее губ. Нежные пальцы двигались по телу, страстно его обжигая. Бередили мои желания, тревожили разум. Странно, раньше я не замечал в ней такой бурной страсти, пылкости. Наверное, эта долгая разлука так повлияла. Эта новая страсть даже нравилась мне. Наши тела уже пылали от возбуждения. Мои руки коснулись ее спины и про скользили ниже. Странно, почему на Номе обычная мужская рубашка и обтягивающие штаны? Она же носит платья. И где ее длинные роскошные русые волосы? Открыв глаза, я увидел Эйсу. Сначала я подумал, что это сон, и закрыл глаза. Но и во второй раз я тоже видел свою первую жену. Дерзкую колдунью, что когда-то бегала по лесам и охотилась. Девицу, что когда-то давно заставила меня посмотреть на мир по-другому. Ведь это она доказала мне, что не одна лишь магия помогает победить в битве. Она учила меня искусству оставаться незамеченным, ремеслу охоты. Все эти уроки тогда сблизили нас, и мы сами не заметили, как одним прекрасным утром проснулись в объятиях друг друга… Но счастье было недолгим, ведь однажды я нашел свою Эйсу с торчащим ритуальным ножом в боку. После этой раны она бы скончалась и ее душа стала принадлежать некроманту. Поэтому мне пришлось убить ее. - Ты не можешь быть здесь? – еле произнес я. – Нет, я не могу тебя чувствовать! Ты же мертва! В голове не укладывалось, как такое может быть. Оттуда не возвращаются. Неужели я сам умер?.. Как я мог оставить Ному одну в этом ужасном мире. - Я безумно скучала,– произнесла Эйса и уже потянулась, чтобы меня поцеловать, но я отвернулся и, резко поднявшись, сел на край кровати. Эйса положила руку мне на плече. - Ты не рад, что я вернулась. Почему твои глаза наполнены сожалением и печалью? Значит, я не умер. Это Эйса каким-то образом вернулась назад. Наверное, это должно радовать, но... Прошло слишком много времени с нашей прошлой встречи. Сейчас я люблю другую. Но даже если Эйса и каким-то чудом оказалась жива, мне уже всё равно. У меня итак полно собственных проблем, чтобы решать ещё и чужие. Но нужно всё-таки объяснить, почему я теперь так холодно к ней отношусь, и при этом еще не накликать беды на свою любимую. - Послушай, мне не нужно знать, как и почему ты вернулась. Прошло уже слишком много лет… - я встал и надел кожаную тунику. – Думаю, лучше будет нам больше не видеться… После моих слов приятные черты лица Эйсы перекосились от ненависти, и она произнесла: - Сегодня твои руки обагрятся кровью твоей любимой. Помяни мое слово, ибо я сделала всё, что мне было приказано! Эйса испарилась, я даже не успел схватить ее, чтобы узнать больше… Что ей было приказано сделать? Значит я зря тогда убил сам любимую. Я думал что если она умрет от моей руки то ее душа не станет принадлежать некроманту. Не в постель же ко мне залезть, в самом деле!.. И как это связано с любимой? Нома… а где она? Мы же вместе уснули. Натянув сапоги, я вышел из комнаты, слепо надеясь, что с ней всё хорошо и слова Эйсы – лишь пустая угроза, не более. Хотя всё равно было как-то тяжело на душе. Пока я обходил дом, безуспешно пытаясь отыскать жену, в голову лезли тревожные мысли - одна хуже другой. И куда все подевались. Может, это и впрямь мой личный ад. Просто пустой мир, где нет рядом ни души. Но почему тогда всё: запахи, звуки, ощущения - так реальны и красочны?.. Выходит, Эйса после смерти решила служить некроманту, или же он подчинил ее дух себе. Тогда я не смог найти его. Сейчас же, скорее всего, этот мерзавец где-то поблизости: его жертвы не могут далеко от него удаляться. Неужели у Архи-Мага хватило безрассудства заключить сделку со слугами Темной Жрицы?.. Нужно скорее убираться отсюда. Уводить Ному подальше и спрятать ее где-нибудь! Но где она и малыш будут в безопасности?.. Даже не знаю такого места. Разве что территория храма Мудрости, охраняемая мощнейшим заклинанием. Туда никто без их ведома не проскочит, на себе испытал. Остаются два малюсеньких вопросика: как договориться со жрецами и можно ли им доверять. Знаю я только одного… и не думаю, что Кай будет рад моему появлению. Пятьдесят лет назад он застал меня возле мертвого тела свой единственной дочери. Эйсы. Моей жены. Я пытался ее исцелить, но было поздно… и мне пришлось вогнать нож в ее сердце чтобы избавить от страданий. Тогда Кай был убит горем и, собственно, был прав, не пожелав слушать меня, ведь это я без колебаний убил ее. Это было мое последнее пребывание в городе Мудрецов, если не считать события этого месяца. Выходит, я снова здесь и теперь мне нужно просить о помощи колдуна, который жаждет моей смерти. А другого-то выхода, пожалуй, и нет... Выйдя на улицу, я услышал женский крик. Он был еле слышен, но . Крик доносился из леса. Ноги сами понесли меня вглубь чащи. Про себя я твердил как молитву «хоть бы это была не Нома». Но надежды оказались пустыми: на траве возле дерева лежала Нома. Рядом валялась корзина с рассыпанными травами. Из плеча любимой торчал памятный ритуальный кинжал… Нет! я не мог потерять ее снова… Я рухнул на колени перед ней. Перевернув на спину, попытался уловить стук ее сердца. Оно еще бьется. Удар нанесен несколько минут назад. Но почему в плечо?.. Или она сумела увернуться?.. Окажись я здесь раньше, ничего бы не случилось. Одной рукой придерживая ее, другой я вытянул кинжал. Мои руки снова окрасились кровью. Всё, как говорила Эйса… Так вот в чем была ее задача - отвлечь меня! Рана глубокая, но не сквозная. Оторвав рукав с рубашки, я быстро нанес временную тугую повязку, чтобы остановить кровь. Аккуратно взяв свою ношу на руки, я поспешно двинулся обратно. И кто ее отправил этим утром в лес. Придушил бы его на месте без объяснений!.. Нома всю дорогу не приходила в себя. Что-то мне подсказывало: хорошо уже не будет. Всю нашу жизнь мы будем в опасности, даже не зная, почему нас пытаются убить. Может, стоит сдаться Мегрэну?.. И всё закончится… Пускай он меня убьёт, но взамен пусть не трогает дорогих мне людей. Ведь это я подвергаю Ному такой опасности. В доме было по-прежнему пусто. Я положил Ному на кухонный стол, снял временную повязку – и был потрясен увиденным. Рана не переставала кровоточить, по всей руке выступили вены и налились черным. Так вот почему били в плечо - кинжал отравлен… Судя по всему, яд распространяется быстро. Он же убьет Ному и ребенка изнутри. Нет смысла зашивать рану. Я ничем не смогу помочь. Вероятно, наше дитя уже мертво. За что мне это. Лишь миг испытывать счастье, а потом терять, страдать, испытывать невыразимую боль потери близких людей. Зачем тогда всё это?.. Зачем любовь?.. Лучше бы я всю жизнь не знал этого чувства. Тогда бы Нома была жива. И Эйса бы не оказалась в подчинении у некроманта… У меня больше не осталось причины скрываться, кого-то защищать. Теперь я убью его, даже не задумываясь. Мне всё равно. Уничтожу, даже если Мегриэн знает о моем прошлом: собственное происхождение для меня уже неважно. Только лишь месть за мою любимую. Сначала поплатится маг, потом эта Темная Жрица с юга. С глаз лились слезы, я держал руку на ее груди и всё еще чувствовал прерывистое сердцебиение. Оно становилось всё тише. Мои руки и одежда были в ее крови. Всё это уже не имело значения и смысла. Я думал у нас еще много времени… много совместной радости… Если бы я только мог забрать ее рану на себя. А что? Это идея! Конечно, так можно спасти жизни Номе и малышу. Положив руку на рану, я повторял заклинание снова и снова, пока не почувствовал резкую боль в правом плече. Заклинание сработало: рана на плече Номы затягивалась на глазах, чернота уходила из вен. Ее сердцебиение стало ровным. Теперь ей нужно лишь отдохнуть, и всё будет в порядке. Нома будет снова страдать и плакать, ведь я занял ее место, решив умереть. Пусть лучше я, чем она и мой ребенок. Мой дух даже после смерти всегда будет рядом с ними. С этими мыслями я положил руку ей на живот. Мне хотелось в последний раз ощутить движения нашего малыша. - Когда-нибудь мама расскажет тебе, почему я покинул вас. Думаю, ты простишь меня и поймешь - со временем. Ведь я любил тебя и твою маму… Прости меня… Яд начал жечь меня изнутри. В последний раз я смотрел на любимое лицо, гладил ее волосы. Наклонившись, в последний раз поцеловал Ному. Как сладки ее губы!..жаль, больше никогда мне не придется целовать их... Тело начало бросать в озноб, из носа потекла кровь. Ноги подкосились, я упал на пол возле кухонного стала. Глаза накрыла пелена. Последнее, что я слышал - голос Номы. Но я уже не мог разобрать, что она говорила. Наверное, звала меня. Эта угроза миновала, но слишком высокой ценой. Моя жена теперь станет вдовой, а у нашего ребенка не будет отца…