Что скрывает ложь

Яркое июньское солнце, вот уже неделю не оставляющее попыток прожарить городок Литтл-Уингинг до хрустящей корочки, неприятно светило Гарри в глаза, но он упорно не покидал свой пост у окна гостиной. Ему казалось, что стоит лишь ненадолго отвлечься, и обязательно произойдёт что-то такое, что помешает несносной «моржихе Мардж» убраться восвояси. Он знал, что это глупо, и от него ничего не зависит, но упрямо продолжал наблюдать, скрестив за спиной пальцы — на удачу. Тем временем на подъездной дорожке у дома его родственников царила лихорадочная активность. Дядюшка Вернон яростно сопел и обливался потом, пытаясь втиснуть огромный чемодан в багажник машины. Рядом нервно переминалась с ноги на ногу необъятная дядина сестрица, которая приехала погостить на Тисовую улицу, как казалось Гарри, бесконечность назад. — Вернон, ну что ты там копаешься?! — хриплым, будто прокуренным, голосом запричитала Мардж. — Я же опоздаю на поезд! А следующий — только завтра! — Сейчас уже поедем, — пробубнил, наконец, запихнув багаж, Вернон Дурсль. — Поверь, ты не опоздаешь, сестрёнка. Сегодня нет пробок. — Дело не в пробках! Мы уже и так слишком задержались! Вернон, ну скорее же! И где же Петунья и малыш Дадли? — Как раз выходят, — словно в подтверждение слов дядюшки, Гарри услышал, как хлопнула входная дверь. Вскоре в поле зрения появились и остальные члены его так называемой семьи. Он ехидно подумал, что машина и с места не тронется, если вообще не сломается. Всё-таки муж тёти Петуньи и его сестрица были совсем не пушинками. Плюс багаж. С другой стороны, сама тётушка тощая, как жердь, и весит, наверное, меньше того же чемодана. Но вот Дадли, которому ещё только шесть*, на взгляд Гарри выглядел на все семь. Семь тонн. Весь в отца. Тем временем тётя Петунья заботливо устроила «малыша Дадли» на заднем сидении, пристегнула ремнём безопасности и поцеловала в покрытую жидкими волосёнками макушку. А затем обернулась в сторону дома. Гарри тяжело вздохнул. Начинается. — Гарри! Выходи, паршивец! Ты нас задерживаешь! Дома ты не останешься! Понимая, что делать нечего, он оставил свой наблюдательный пост и торопливо вышел на улицу, мгновенно задохнувшись от жары. Окинув его придирчивым взглядом, тётушка яростно зашипела: — Поттер, немедленно надень панаму, я кому сказала?! — Но в ней жарко, тётя Петунья, — попробовал возразить он. — Это на улице жарко — панама тут ни при чём! Надевай немедленно и не смей нас задерживать! — грозно рыкнула тётя, умудрившись не повысить голоса. — Тётя Петунья, можно я просто посижу дома? — опустив голову, ещё тише спросил Гарри, пытаясь разжалобить сестру своей покойной матери. Но тут, совершенно некстати, решили высказаться «близнецы-моржи», как Гарри втайне называл дядю и его сестру. Они немедленно свели на нет все его усилия. — Ещё чего! — возмутился Вернон Дурсль. — Дома ты один не останешься! — Правильно, Вернон, — поддакнули с переднего пассажирского. — Нечего ему там одному делать — ещё сломает что-нибудь. Не стоит с ним цацкаться! Надрать бы ему уши! Ишь, чего удумал — стоит и препирается со старшими! Гарри понял, что спорить сразу со всей толпой абсолютно бесполезно, вытащил из кармана дурацкую панаму мерзкого грязно-коричневого цвета и нахлобучил ту на голову. Дядюшка, удовлетворённо хрюкнув, уселся на водительское место и громко хлопнул дверцей. С заднего сиденья уже доносилось нытьё Дадли, что ему жарко, хотя в машине уже наверняка заработал кондиционер. Тётя Петунья устроилась рядом с сыном и оглянулась, чтобы дать последние наставления. — Мы вернёмся примерно через два часа. Не смей уходить далеко! Я не собираюсь потом бегать по всему Литтл-Уингингу в твоих поисках, понял меня? — Да, тётя Петунья. Дверца захлопнулась, автомобиль тихо съехал со двора, а потом, взвизгнув шинами, умчался в направлении Лондона. Гарри меланхолично проводил машину взглядом и иронично хмыкнул: транспорт всё-таки выдержал и не развалился от перегруза. Как только «Дурслемобиль» окончательно скрылся из вида, Гарри стянул с головы ненавистную панамку и принялся обмахивать ею запревшее от ужасной жары лицо. Уже от этого малюсенького бунта против диктата приютившей его семьи на душе стало легче. Только сейчас он позволил себе поверить, что визит чокнутой моржихи-Мардж действительно остался позади. Конечно, остальные вернутся довольно скоро, но хоть немного времени отдохнуть от них у него есть. По подсчётам — не больше трёх часов. Всё-таки Дадли сегодня хотел сходить в кино на вышедший недавно боевик «Бэтмен: Начало»**, и дядя Вернон ему обещал это устроить. По идее, кузен не мог туда попасть из-за возрастного ограничения, но у его отца был знакомый работник кинотеатра, готовый за определённую плату провести Дадли в зал сразу после начала сеанса. Везёт же некоторым. С трудом отогнав мрачные мысли, Гарри завертел головой, размышляя, куда же ему пойти. Маленькому ребёнку без денег и сопровождения взрослых Литтл-Уингинг предоставлял всего два варианта проведения досуга: он мог бесцельно слоняться по улицам в ожидании возвращения своих родственников, или пойти в городской парк. Второе показалось ему куда привлекательнее. Приняв решение, он медленно зашагал вниз по улице, по-прежнему используя панамку вместо веера. Парк находился достаточно близко — всего десять минут пешком. После знойного, палящего солнца, густая тень, отбрасываемая деревьями, показалась Гарри настоящим раем на земле. От едва ощутимого ветерка, не приносившего, к сожалению, дополнительной прохлады, густые кроны издавали тихий, умиротворяющий шелест. В центре парка находилась детская площадка с горками, качелями и каруселями, но идти туда он не захотел. Там совсем не было деревьев, а на открытом месте можно было просто зажариться заживо. Гарри, наверное, мог бы долго так стоять под деревьями, размышляя и жалея себя, если бы в этот самый момент его не прервали самым неожиданным образом. Внезапно на макушку приземлился какой-то не очень тяжёлый предмет, и в то же мгновение он оказался облит холодной водой. Ощущение не было неприятным, но от неожиданности Гарри тихо вскрикнул и резво отпрыгнул в сторону, задирая голову вверх и пытаясь понять, кто и чем в него кинул, но никого не увидел. Тогда он посмотрел под ноги и заметил валяющийся рядом обычный воздушный шарик ярко-синего цвета. Лопнувший и мокрый. Одновременно с тем, как Гарри осознал, что в него кинули водяной бомбочкой, с дерева донёсся звонкий, заливистый девчоночий хохот. Судя по всему «злоумышленница» вовсе не собиралась прятаться в попытке избежать возмездия. Послышался треск веток, и из густой кроны дерева показалась голова. Это и правда была девчонка, причём, примерно его возраста. Её вид почему-то заставил Гарри вспомнить рождественские открытки, продающиеся в начале зимы чуть ли не на каждом углу. Будто никогда не видевшая загара бледная кожа, оттенённая здоровым румянцем, контрастировала с тёмными бровями. Но самой примечательной чертой внешности незнакомки была буйная грива растрёпанных тёмно-рыжих волос. — Привет, — первой нарушила молчание та. — Ты похожа на эльфа, — невпопад брякнул растерянный Гарри, выдавая свои мысли. Девочка расхохоталась. Звонко, взахлёб, будто он сказал нечто невероятно смешное. — Ну, ты даёшь! — спустя минуту, чуть успокоившись, выдавила «эльфа». — Ничего хуже придумать не мог? — А чем это плохо? — удивился Гарри, в ответ получив лишь пожимание плеч. — Да не важно, — отмахнулась девочка. — Ты кто вообще? — А ты кто? — Я первая спросила, — последовал бескомпромиссный ответ. — И что? — Да ничего. Поднимайся сюда! — Нет, лучше ты спускайся. — Боишься? — девочка насмешливо усмехнулась, с вызовом сверкнув глазами. — Вот ещё! — возмутился Гарри. — Ну, так поднимайся! Или... Ты не умеешь что ли?! — Ну... Да, — нехотя признался он. — Но это же так просто! Смотри, на этом дереве есть низкие ветки. Взбираешься на нижнюю, перебираешься с неё повыше, потом ещё выше и всё — ты здесь. Гарри подошел к стволу и посмотрел на нижнюю ветку — та доставала ему до подбородка. Он попробовал подтянуться, но не смог. Сверху снова послышался смех. — Ты неправильно делаешь. Держись за ветку руками, а ногами переступай по стволу, — посоветовала девочка. Гарри попробовал сделать, как ему сказали, и это оказалось удивительно легко. Сложнее было сесть на ветку верхом, но, ухватившись рукой за соседний сук, он все-таки смог перевернуться и сделать это. Дальше все было ещё проще — ветки росли достаточно близко друг к другу, и нужно было просто перелезать с одной на другую. Через минуту он уже взобрался на мощную ветку, на которой сидела девочка, и посмотрел вниз. От этого зрелища захватило дух. — Ух ты! Как высоко! — протянул он. — Да. Здорово, правда? — Ага. Повернувшись к девочке, он увидел протянутую ему ладошку. — Гарри, — ответив на рукопожатие, он наконец-то представился. — Рокси, — рыжая широко улыбнулась, демонстрируя отсутствие одного из передних зубов. — Приятно познакомиться, — вспомнив о вежливости, которую ему вбивала тётка, сказал Гарри. — Не то слово, — хохотнула Рокси, хитро сощурив шальные глаза цвета чёрного кофе. — Очень приятно.