Шёлковая сеть

Намджун смутно помнил, как добрался в тот день до своей комнаты. Он не включал свет, скинул одежду у дверей и просто упал на кровать, не думая её расправлять. Парень лежал так почти час, и его голова просто разрывалась от нахлынувших мыслей о том, что сейчас могло происходить с Чимином. Старший корил себя за все на свете, переживал, как бы Пак не надумал себе глупостей. Всего этого парень боялся больше того, что Чимин его возненавидит. Ненависть — не самое ужасное в данный момент. И зачем он только спросил, целовался ли тот раньше? Так беспечно поддаваться эмоциям… Но они слишком сильны, и порой человек не властен сам над собой. Намджуну хотелось это сделать, и он сделал. Так стоит ли сожалеть о содеянном? Стоит. Особенно когда ты пренебрегаешь чувствами других людей и ставишь на первый план лишь свои желания. Ким всегда был таким. Так почему же сейчас он чувствует эту вину? Почему именно здесь и с этим парнем ему хочется извиняться за свои действия? Любовь? Намджуну просто хотелось верить, что он на самом деле хороший, добрый и заботливый. Но та среда и окружение, в котором он рос, диктовали свои правила. Он эгоист, он всегда им был, поэтому сейчас удивляться было совершенно нечему. Намджун слишком многого хотел от самого себя… — Ты спи, спи, — парень и сам не заметил, как рядом с ним оказалась бабушка. Точнее, он чувствовал её сухие руки, что гладили его по голове. — Что-то случилось? — хриплым голосом выдавил Джун, не в силах открыть глаза. — Ты стонал во сне, — шепотом говорила пожилая женщина. — Я пришла проверить, не заболел ли ты. — Прости, что разбудил, — Ким взял руку бабушки в свою. — Со мной все в порядке, не переживай. Намджун понял, что хотел быть добрее только тут. В этой маленькой провинции, где его никто не знает. Эта обстановка и присутствие родного человека рядом топили тот лед, которым много лет обрастало сердце парня. Ким боялся вернуться обратно в Сеул. Боялся, что, переступив порог своего дома, вновь превратится в того монстра, что упорно сидел внутри. Бессилие. Парень давно считал, что он слишком слаб. И это проявлялось не в физической форме, а именно в слабости духа и боязни противостоять чему-либо. Даже любить он всегда боялся, ведь те сильные чувства, описываемые в книгах, могли взять под контроль всю его сущность. И вкупе с неумением ждать, терпеть и отдавать себя это могло иметь плохие последствия для того человека, кто станет объектом этой любви. В круговороте чувств прошли два дня. Ким принял решение не появляться пока на пляже и вообще пока лучше не выходить из дома, чтобы случайно не наткнуться на Чимина. Слишком неловко сейчас было, слишком… Но Намджун действительно осознал свою трусость в тот момент, когда бабушка заглянула в его комнату, чтобы сказать о том, что в гости пришел его друг. Старший и подумать не мог, что Чимин может прийти к нему сам. Желание провалиться под землю усилилось вдвойне. — Прости, что без приглашения. — Джун сразу же принялся разглядывать внешний вид младшего, пытаясь отыскать следы того, что мог бы пережить парень. — Ничего, я рад тебе, — хозяин комнаты попытался даже улыбнуться, но вышло это криво. — Ты болеешь? — Чимин стоял в дверях, не осмеливаясь подойти ближе. — Ты не пришел вчера, поэтому я… — Мне немного нездоровилось, — Ким по-прежнему сканировал глазами гостя. — Проходи же, ну, — парень слегка похлопал ладонью по одеялу рядом с собой, сам не зная, почему ему хотелось усадить Чимина именно тут, ведь в комнате имелось довольно удобное кресло. Но, к удивлению старшего, гость сел именно там, куда его «пригласили», хотя мог бы и отказаться, ведь были другие варианты. — Хён… — Думаю, нет смысла сейчас как-то оправдываться и говорить, что тот поцелуй вышел случайным, — Намджун был рад, что младший не поднимал на него своих глаз, так говорить было легче. — Теперь ты все знаешь, поэтому я могу лишь принять любое твое решение. — Я тебе… нравлюсь? — постепенно лицо Чимина краснело, а губы чуть дрожали. Было видно, что каждое слово дается ему с большим трудом. — Да, — Ким стал спокойнее и теперь колебался меньше. — Ясно, — парень громко выдохнул и перевел взгляд на окно. Повисло неловкое молчание. Намджун не знал, как нужно расценивать этот ответ. Младший злился? Или все же нет? Он пришел, чтобы спросить это? Он разочарован? — Мы так и не посмотрели пещеру в прошлый раз, — неожиданно темные глаза скользнули взглядом по лицу Джуна. — Когда тебе станет лучше, мы обязательно сходим туда ещё раз, — Чимин поднялся с кровати, но старший успел перехватить его запястье. — Постой, — в голове парня крутилось слишком много вопросов, поэтому отпустить Пака сейчас было неправильно. — Ты разочарован во мне? — Немного, — теплая ладонь Чимина накрыла руку Кима, пытаясь освободиться. — Ты сказал, что я нравлюсь тебе, но сам… — дыхание младшего сбилось, равно как и его мысли, путающиеся в голове. — Ты сомневаешься в моей серьезности? — Намджун потянул парня на себя до того момента, пока тот не потерял равновесие и не оказался буквально перед его лицом. — Я не шучу, — эти глаза, губы — всё находилось запредельно близко. Так близко, что парню стоило больших усилий сдержать себя. — Хён, — теперь страх Чимин был очевиднее: руку, что держал своей рукой Джун, покрывала мелкая дрожь. — Я… я… — он вновь смущенно опустил глаза. — Просто будь рядом, — ещё одно резкое движение, и вот уже большие руки Намджуна сцепились за спиной младшего. Ким слушал сбившееся дыхание парня над ухом и чувствовал слабое сопротивление, как будто Чимин и не хотел никуда уходить. Выглядело так, будто он считал неправильным это объятие, но, с другой стороны, ему хотелось остаться в этом положении, поэтому он не торопился убегать. — Не уезжай, хён, — шепотом проговорил младший и уткнулся в чужую шею. — Я запутался, поэтому ты просто обязан мне помочь со всем разобраться…