Золотая клетка

POV Билл. Уложив голову сосенки себе на колени так, чтобы ему было удобно, я проводил рукой по его волосам; он так переживал за меня. Я снова выглянул в окно - замка видно уже не было. Если бы я был более настойчивым и отказал сосенке, он бы не увидел этого кошмара. Когда же эта женщина угомонится? Столько лет уже прошло с того дня. Сосновое деревце, что-то промычав, хмурился во сне. Положив руку ему на голову, я заменил плохой сон хорошим. Земля из-под кареты ушла, и это был хороший знак того, что мы скоро покинем это место. Наконец-то мы дома. Похоже, сегодня он снова на моих руках будет до комнаты добираться. А нет, обломись, Сайфер. Это чудо приоткрывает свои глазки и чуть поворачивает голову, смотря на меня все еще сонным взглядом. - А я то думал, что опять тебя на руках до комнаты понесу. Не говоря ни слова, он приподнимает голову и зевает. Выходит из кареты, я выхожу следом и иду за ним. Чую, не дойдет он до комнаты. Переход между мирами, похоже, забрал у него много сил. Ловлю его, когда он оступается, поднимаю это чудо на руки и несу в его комнату. - И все же ты несешь меня на руках. - Слышу его сонный голос. Опускаю взгляд на его личико - улыбается, глаза чуть приоткрыты. - Будет не очень весело, если ты упадешь. К тому же, нести тебя на руках мне не в тягость; будь моя воля, я бы тебя вообще никогда не отпускал. - Даже так. - Даже так, мое любимое деревце. Дверь в его комнату открывается передо мной, луна освещает помещение. Аккуратно раздеваю сосенку и укладываю его в кровать, укрывая одеялом. Сажусь рядом с его кроватью на колени, нежно обвожу пальцами очертание его лица. Радость моя, так и любовался бы тобой. Убираю челку, целую его в лоб и собираюсь уходить. - Останься. - Раздается его еле слышный голос, когда подхожу к двери и чуть оборачиваюсь. - Я вернусь. - Говорю чуть слышно и тихо покидаю его комнату. Возвращаюсь уже переодетым в более повседневную одежду. Моя любовь развалилась на всю кровать. Он явно до утра не проснется. Идея в голову приходит спонтанно: до утра времени не так много, но может я успею устроить для моего любимого самое лучшее утро и так же продумаю развлечения на день. Выхожу на один из балконов дворца и, чуть вытягивая руку вперед, произношу: "Покинь свой дом, ночное небо, создание ночи, рожденное светом, призываю я тебя". Маленькая искра как падающая звезда приземлилась мне на ладонь, и после появились двое: девушка и парень. В белом одеянии, с волосами, похожими на гладь воды; оба помещались у меня в ладонях. - Господин Сайфер, - сказали они вместе, поклонившись. - Мне нужен букет из цветов-огней с вашей излюбленной поляны. - Проблема этих цветов в том, что кто бы их ни сорвал, они сразу завянут и потускнеют. Но если их сорвут эти человечки, то они будут вечно радовать глаз своим прекрасным видом. Все же, каков бы ни был мир, и кто бы ни был в нем хозяином, в нем есть свои законы и правила. - Но... - Что непонятного я сказал? - Зачем вам эти цветы? - Любопытные заразы, это вообще не их дело! Я помедлил с ответом. - Ладно, а плата? - Спросила девушка, поняв, что отвечать я не намерен. - И что вы хотите? - Хорошие сны на год. Сны? Точно, им же ничего не снится, а они очень любят сны. Обеспечить их снами на всю жизнь они не просят, так как знают, что могут уснуть и, засмотревшись, не проснуться, а цветы на той поляне затухнут без них. - Ладно. - Ура! Цветы доставить лично вам? - Да, и, наверное, принесите их ближе к утру, так будет лучше. И чтобы никаких изъянов в букете, только самые лучшие цветы. - Все будет в лучшем виде. - Они исчезли, а я направился по своим делам. Я знал, что они найдут меня в моем дворце, где бы я ни был, только окно надо открыть, чтобы они зашли. Быстрым шагом я добрался до библиотеки и взял пару-тройку нужных мне книг. Теперь нужно идти на кухню. Когда я тут был последний раз? Уже и не помню. Положив книги на один из столов, я, засучив рукава рубашки по локоть и найдя фартук, повязал его на талию. Пролистав страницы одной из книг, я выбрал то, что хотел приготовить моему любимому на завтрак. Я думал, что это будет проще... Все началось с теста: оно то прилипало ко всему, что можно, то вообще из миски не хотело вытаскиваться. Все было в муке. Кое-как расправившись с тестом, я придал форму моему "творению" и засунул в духовку. Хорошо что здесь есть окно, потому что стоило мне подумать, что все готово, и открыть духовку, как оттуда вырвалось черное облако дыма. То что я достал, выглядело просто ужасно. Что ж, еще одна попытка. В этот раз получилось не так плохо... но плохо. Я думал, что вообще с поддона не отскребу свое произведение. Заработал себе ожог, но тот быстро затянулся, не оставив и намека на то, что он был. Попытка номер три: я понял, что убить можно не только оружием, но и булочкой. Попытка номер четыре: я не сдамся! На вид все идеально, но тесто сырое. Сколько я уже возился, не знаю. Какая там у меня попытка по счету? Сижу, не свожу взгляд с духовки. Тут мне на колени приземлился букет цветов, и я понял, что дела мои плохи. Ну хоть цветы будут. Те кто мне их доставил появиться не соизволили. Положив цветы, я открыл духовку, которую уже просто замучил. Достав поддон, ставлю его на стол. На вид все хорошо, вроде к противню не прилипло. Надо бы попробовать; своего любимого травить я не собираюсь. Откусив, понимаю, что все в этот раз удалось. Чуть не прыгаю от радости по кухне. Я сделал это! Переложив выпечку в тарелку, я направился из кухни с целью отнести цветы в комнату моему деревцу. Раннее утро, солнечные лучи только-только собираются показаться; захожу в комнату. Положив букет на пустующую подушку, подхожу к окну и тихо задергиваю шторы, чтобы солнце не проникало в комнату. Так, теперь нужно разобраться с глазурью и чаем. Промучился я с глазурью не долго, да и чай не доставил проблем. Закончил я все приготовления ближе к девяти. И вот я вновь у двери сосенки. Убедившись, что на мне нет никаких следов муки и теста, зашел. Сидит, глаза изумленные, держит букет. Даже самые прекрасные цветы меркнут по сравнению с моим сокровищем. - Доброе утро. - Доброе. - Говорит он, взглянув на меня. - Понравились цветы? - Да, очень. - Снова взгляд на букет. Увидеть его улыбку с утра, пусть и чуть заметную - для меня лучше и быть не может. Подойдя к окну, распахиваю шторы, солнечные лучи сразу же проникают в комнату. Поворачиваюсь и наблюдаю, как он жмуриться от солнечных лучей. Подхожу, сажусь к нему на кровать. - Надеюсь, с настроением у тебя тоже все хорошо. - Замечательно. - Завтракать будешь? - Да, только встану и приведу себя в порядок. - Смотрит на дверь в ванную. Нет, милый мой, сегодня тебе не надо спускаться в столовую, чтобы позавтракать. - Это хорошо, что ты будешь завтракать. - Чуть отвожу руку в сторону. Щелчок пальцев, и у меня на руке оказывается поднос. Да, мне удалось его удивить во второй раз за это утро. - Это... - Да, завтрак в постель. - Он чуть отодвигается, а я ставлю поднос ему на кровать. Похоже, он даже растерялся и чуть покраснел. - Не стоило, я бы спустился в столовую. - Он что, думает, это мой дворец приготовил? - Слушай, сосенка, я специально всю ночь торчал на кухне, готовя этот завтрак, чтобы потом утром принести его тебе в постель, так что ничего слышать больше не хочу. – Ты... для меня готовил завтрак?.. - Ну а для кого же еще? - Кроме тебя больше не для кого так стараться. Да я и не собираюсь. - Билл, а где такие цветы растут? - Через несколько минут тишины спросил он, а я знал, что он спросит, это даже к лучшему. - Я ждал, когда ты это спросишь. Что скажешь, если мы сегодня устроим с тобой пикник в том самом месте, где растут эти (и не только эти) цветы? - Можно. - Вот он, его энтузиазм. - Отлично! - Воскликнул я. Да чего скрывать, я был счастлив и полон энергии. - Я помогу. - Поможет? А что, подготовим все сами для пикника, так даже лучше. - Конечно. Поедем, наверное, где-нибудь в час дня. - Поедем? - Неужели ты думал, что в такую даль пешком пойдем? Конечно поедем. - И после моих слов у него прямо над головой высвечивается: "Он ведь сказал, что готовил всю ночь". - Мне помогли. - В мою голову залез? - Зачем мне это делать? У тебя на лице все написано. - Я встаю и потягиваюсь. Надо не забыть заплатить этим помощникам. – Ну, я пойду, надо проверить третий этаж. А ты приводи себя в порядок и завтракай, я зайду к тебе, когда будем собираться. - Хорошо. Оплатить работу моих помощников труда не составило, только заняло это достаточно много времени. Но теперь можно начать сборы. - Билл... - Знакомый женский голос, от которого застывает все внутри, заставляет сжаться и затрагивает самое ненавистное мне прошлое. Оборачиваюсь - никого. Неужели один из кошмаров вылез? Да быть того не может! Прислонив руку к стене, пускаю волну, для того, чтобы быстро проверить все комнаты и коридоры, но никого не обнаруживаю. Все на своих местах. Странно. Скрежет, звон цепей и больше ничего. Это можно было назвать тишиной. Видимо, и, правда, показалось. Спускаюсь на второй этаж. Сосновое деревце меня уже, наверное, заждался. Приоткрываю дверь его комнаты - сидит, сумка на кровати, цветы в вазе. - Диппер, идем. - Он тут же встает с кровати и выходит. Первый этаж, открываю двери кухни. Он заходит, осматривается. Я быстро перемещаю корзину для пикника, где бы она ни была до этого, на стол, как будто она тут и стояла. - Так значит, здесь ты провел сегодня ночь? - Ну да. Приступим? Я понял, в чем мы с сосенкой похожи: мы оба привереды. Наши вкусы в чем-то расходились, но и в чем-то сходились. Ему захотелось сделать сандвичей и каких-нибудь салатиков. Вот тут мне пришлось покраснеть. Я еще ночью понял, что повар из меня никакой. Я себе все пальцы изрезал, но раны заживали быстро, не успевала капля крови даже выступить. - Ты не чувствуешь, что тебе больно? - Спросил он, глядя на то, как я режу огурчик. - Я просто не успеваю её почувствовать. - Давай я тебе покажу, как надо. - Он отобрал у меня огурец с ножом и начал его нарезать. – Это касается только боли? - Да. - Тот демон на балу... - Ему наносили раны его клинком. У каждого демона есть свой клинок, которым можно его убить. - А твой у нее? - Нет, мой всегда при мне, не переживай. - Он улыбается, а я продолжаю смотреть, как он режет огурец. - Вот, понял? Все просто,- отдал мне разделочную доску и нож он. Огурцы с горем пополам я порезал. Помидор из серии "как с этим воевать?!" довольно быстро, но не без усилий, превратился в кровавое месиво. Я слышал, как сосенка тихо посмеивается над моими жалкими попытками расправиться с овощами. Да уж, я бы тоже посмеялся. - Давай я. - Нет, я сам! - Ладно. Наконец-то все было готово и уложено так, как надо. Пока он ходил за сумкой, которую оставил в комнате, я приказал подать карету и теперь ждал его в холе с корзинкой. Он быстро сбежал по лестнице, и мы вышли во двор; карета была уже подана. - Билл, а ехать долго? - Послышался его голос, когда я подошел к дверце кареты. - Ну, наверное, час или два. - Ого! - Он сел сразу после меня, дверь закрылась, мы тронулись с места и выехали за ворота, которые за нами, как всегда, закрылись сами. - Билл, мы едем в другой мир? - Нет, кто тебе это сказал? - Никто, я просто подумал, что в другой. Карета ехала все дальше, а он молчит - нервничает? - Знаешь, - внезапно заговорил он, - когда мне было десять, наша семья ездила на пикник. Мы ехали несколько часов, отец постоянно ворчал и был чем-то не доволен, мама была не довольна тем, что отец был чем-то не доволен. В итоге мы уехали из-за того, что родители разругались, а потом еще и молчали всю дорогу. - Я никогда не был на пикниках, да и не с кем было на них ходить. - Ты родился здесь? - Нет, я родился в Англии, тогда был конец восемнадцатого или начало девятнадцатого века. - А как ты здесь оказался? Как же противно это вспоминать: белые палаты, истерические крики и монеты, что падали на пол. Эти люди, от которых просто тошнило... Прикосновение любимого выводит меня из моих воспоминаний. - Прости. - Нет, сосенка, ты прав. Если я хочу, чтобы мы были вместе, то ты должен все обо мне знать, но давай я расскажу тебе об этом потом; не хочу портить тебе настроение. - Он обнимает меня, и от этого становится легче. Не хочу, чтобы у него было отвращение ко мне, не хочу видеть жалость в его глазах. – Пообещай мне кое-что. - Пообещать что? - Что не бросишь меня. - Даю слово. А теперь давай поговорим о чем-нибудь более приятном. - Я только "за". - Скажи, а до ледяных гор тоже ехать надо? - Ну, вообще-то да. Перемещаться можно, но тебе не кажется, что так не интересно? Я ведь перемещал нас несколько раз, и из-за этого ты много чего еще не увидел. - Каких-нибудь мистических существ? - Не только. Как ты уже понял, здешняя природа тоже отличается от вашей. - Но у меня же еще много времени, чтобы познакомиться со всем твоим миром? - Конечно. Мы ехали все дальше, я показывал особенно интересные растения, что иногда мелькали в окне. Мое деревце попросил хотя бы описать то место, куда мы едем, но я решил, что пусть он сам все увидит. Наконец мы приехали, карета остановилась, и мы вышли на узкую дорожку, окруженную лесом. - Идем. - А карета? - С ней ничего не случится. Я пошел впереди, отодвигая ветки. Заросло тут все изрядно, хотя, удивляться не чему. Спутник мой отстает, поэтому чуть замедляю шаг. Пение птиц умиротворяет. Мы вышли к мосту, который перекинулся через небольшую речку, прошли тоннель из крон деревьев и, наконец-то, достигли места остановки. Отодвинув листву, пропускаю любимого вперед. - Ну как тебе? - Глупый вопрос с моей стороны, ибо весь его восторг не заметит разве что слепой. - Тебе как всегда удалось удивить меня красотой твоего мира. - Пойдем, расположимся где-нибудь. Удачных мест было много, но все же с выбором мы определились быстро и расположились около ивы, что так удачно росла недалеко от реки. Я наблюдал из тени за тем, кем дорожу больше жизни; он бродил среди цветов, касаясь их, а потом и вовсе прилег на траву. Я подошел к нему и сел рядом. Солнце светило, но жарко не было, прохладный ветерок приятно обдувал лицо. - Вон то облако, видишь, похоже на дорито. - Сказал он, указывая в небо. Подколол, молодец. - Очень смешно. - Очень. - Я лег и почувствовал, как его рука берет мою. Перевожу взгляд на него, все еще смотрящего на облака. - Вон то на корабль похоже. - Где? - Вон то. - И, правда. А вон то похоже на огромного жирного кота. - Никогда не занимался подобным. День и правда был великолепным. Он задавал вопросы, я на них отвечал, мы находили о чем поговорить, играли в разные игры. Большую часть времени он держал меня за руку. Когда стемнело, мы наблюдали прекрасные огни цветов и их переливы. Мы сидели под ивой, я обнимал его, наслаждаясь каждой секундой, но все же возвращаться было надо. - Пошли, надо возвращаться. - Как скажешь. Собрав все свои вещи, мы покинули поляну. Сосенка пошел вперед, а я оглянулся, прежде чем пойти следом. Карета стояла там же, где мы её и оставили. Мы сели в нее и направились обратно домой. Диппер сидел рядом и показывал мне зарисовки цветов и те особенности, что он в них видел, я только поправлял то, что было ошибочным. Он положил мне голову на плечо, и я поцеловал его в макушку, вдыхая запах его волос, которые пахли цветами. Он закрыл книгу и уставил свой взгляд в пол. - Сосновое деревце, ты чего такой задумчивый? - Нет, ничего. - А правду? - Все в порядке. - Ладно, не буду надоедать, захочет, сам расскажет. Утром я ушел рано, чтобы его не будить; надо было вернуться к работе. Освободился я только ближе к вечеру и решил проведать любимого. В комнате его не было, но было не трудно догадаться, куда он ушел. Дойдя до библиотеки, я открыл дверь. Он сидел в кресле с книгой в руках. - Диппер? - Он аж подпрыгнул, захлопнул книгу и тут же спрятал её. Это меня немного насторожило. - Да? - Чуть обернулся он, показав мне залитые румянцем щеки, и тут же отвернулся и опустил голову. - Я тебя в комнате не нашел и подумал, что ты можешь быть только здесь. - Я подошел к нему и приподнял его лицо за подбородок. Отдернувшись, он резко встал, так, что мне пришлось отойти немного. - Я пойду... С этими словами он направился к выходу, а меня начала беспокоить эта ситуация. - Ты себя плохо чувствуешь? - Да... то есть, нет... я пойду, мне надо... надо в душ. - Дверь библиотеки закрылась, а я, подняв подушку, увидел книгу и прочитал её название. Теперь мне все понятно. Взяв книгу, я направился в его комнату. Зайдя, я услышал шум воды. Ну что ж, подождем. Ждал я недолго; дверь открылась, и сосенка предстал передо мной во всей красе: еще чуть мокрый, на бедрах завязано полотенце, лицо покрасневшее, глаза большие. - Поговорим? - Я помахал книжечкой. - Я её не читал! - Он отвел взгляд в сторону. Это ж надо так поддаться влиянию книги! - Ага, конечно. - Я подошел и обнял его. - Диппер, тебе не надо ничего для меня делать, мне достаточно того, что ты рядом. Я не принуждаю тебя к сексу; пока сам не захочешь, я тебя не трону. - Он совсем раскраснелся, а я, поцеловав его в губы, вышел из комнаты. - Книгу я заберу. Приятных снов, сосенка. Отнеся в библиотеку книгу, которую брал Диппер, и взяв другие книги, я направился к себе в комнату. Устроившись в кресле, решил погрузиться в чтение, ведь сосновое деревце наверняка уже спит. Время медленно подбиралось к утру. Странный звук насторожил меня, и, взглянув на зеркало в моей комнате, я увидел, что оно сменило свое отражение. Я, отложив книгу, подошел к нему; Криптос стоял, оглядываясь по сторонам. - В чем дело? - Совет собирается, Сайфер. Ноги в руки и в главное здание. - Совет? Но мне не приходило... - Что-то случилось, вот и собирают всех. Вали быстро сюда! - Криптос исчез, а я видел теперь свое отражение. Все это мне не нравилось. Надев свой рабочий комплект, я написал сосенке записку и занес её ему в комнату. Лучше воспользоваться быстрым перемещением, пусть я его и не особо жалую - слишком много энергии забирает. Зеркальная комната, самое центральное зеркало в золотой оправе. Приложив ладонь к стеклянной глади, я закрыл глаза. - Проход в мир великих, вглубь темных недр. Туда, где восседают за круглым столом, где проводят трое высших и сумасброд свой верховный суд. - Открываю глаза и вижу коридор. Ну что, посмотрим, что стряслось. Надеюсь, сосенка не впутается ни в какие неприятности пока меня не будет. Я перешагнул порог зеркала, а на моем пальце появилось кольцо, чтобы я смог пройти обратно тем же путем. Проход за мной сразу же закрылся. Поправив цилиндр над головой и галстук-бабочку, я направился в общий зал. Чем ближе я был к нему, тем больше были слышны голоса. Зайдя в зал, я оглядел всех присутствующих. Шестьдесят четыре демона, исключая недавно казненного демона холода и троих высших, которые еще не пришли. Все были одеты в свой "рабочий костюм". Я не часто бывал в каменном зале. Высокие необъятные колонны были расположены по кругу, большой круглый стол стоял посредине, за которым демоны уже заняли свои места. Я прошел на свое место, которое находилось между Криптосом и Альбэсом. - Что за шум? - Спросил я у Арнольда. - Пока не ясно, но у всех демонов проблемы начались какие-то. То миры их потряхивает, то дыры какие-то в небе появляются... Говорят, еще когда на бал приглашали, что-то произошло, но лично я не сталкивался с этим. - Я тоже не припомню подобного. Звук колокола - призыв к тишине. Из темноты вышли трое: Лорд Вилор, Лорд Нариус и Вайши. Они сели на свои места во главе круглого стола. - Итак, обсудим нашу главную на сегодня проблему, - сказал Вилор. Этому мужчине было лет тридцать от силы, черные волосы до плеч и глаза темно-вишневого цвета. - Когда это закончится? Один мир уже чуть не разрушился, и его продолжает трясти, как и другие! - Выкрикнул один из демонов. - Такое уже было один раз, по-моему... Но это быстро прекратилось. - Пропищал кто-то из присутствующих. Почувствовав пристальный взгляд на себе, я взглянул на Вайши. Сколько можно на меня пялиться? На столе около Вилора появилась толстая книга, а в середине стола открылся средних размеров круг, который устремил вверх столб темного света, и нам явилась вселенная. Вилор открыл книгу и пролистал страницы. - Сколько миров уже пострадало? - Не мало. - Не тронуты только шесть миров: ваш, мой, мир господина Наруса, а так же мир Арнольда Криптоса, Гилберта Совта и... Билла Сайфера. - Сказала Вайши, прикрыв свои глазенки и выделив мое имя. - Мой мир чуть не рухнул! - Выкрикнул рядом со мной Альбэрос, который, видимо, больше не мог сдержать свой гнев. - Не ты один тут такой! - В зале поднялся галдеж. - Тишина. - Сказал Вилор, ударив кулаком по столу. - Мы разберемся. - Прохрипел Нариус из-под капюшона. С ним точно что-то не так. - Мой мир тряхануло один раз, но это было давно. Тогда даже значения этому придавать никто не стал. Вся вселенная свернулась в одну планету Земля. Некоторые демоны начали переговариваться, а точное место все обозначалось, пока меня не дернуло. Гравити фолз, Хижина Таин, Стэнфорд и его братец Стэнли... ой, овцы да бараны. - Итак, Гравити фолз. - Точно, было дело. Ходил слушок про братьев Пайнс, - проговорил Гилберт. - Да, Сайфер? - Что ты у меня-то спрашиваешь? Вот черт! Будет беда, если начнут копать. Чертовы Пайнсы! В этом случае мой мир не тряхнет, а его я защитил, как только сосновое деревце попал ко мне. Меня они вызвать не смогут, об этом я тоже позаботился, но... Они теперь будут бить во все щели в попытке добраться до меня. - У тебя всегда были проблемы с этой семейкой, не так ли? - Сайфер, что тебе известно? - Ничего необычного. Назойливая семейка, любит свой нос в разные дела совать. - Больше ничего? - Спросила Вайши. - Больше ничего. - Вот как... - А почему бы нам не сходить и не спросить, что этим Пайнсам так приспичило!? -Воскликнул Гилберт. Вот тебе что, больше всех надо? - Я сам схожу. Лучше я наведаюсь туда и все улажу, так как если начнут копать другие, будет хуже. - Сайфер... - А что? Я с этими Пайнсами не первый день знаком, так что все будет в порядке. - Ну что ж, пусть будет так. Узнай, чего они добиваются. А теперь обсудим еще одну тему: демона холода больше нет, надо искать нового. - Вайши положила клинок демона холода, в котором находилась вся его сила, на стол и заседание продолжилось. Когда же наконец все закончилось, я встал из-за стола и направился к выходу из зала. Так, построим логическую цепочку: я забрал Диппера, теперь Пайнсы хотят его вернуть и докопаться до меня, а порталом они дергают другие миры. Если об этом узнают высшие... меня не казнят, а вот Диппера вполне возможно, так как он теперь знает слишком много, а заодно и с его семейкой разберутся. - Сайфер, удели мне минутку. - Голос Гилберта прозвучал в коридоре эхом. Я остановился и, обернувшись, сложил руки в замок. - Чего тебе нужно? - Тот парнишка, это ведь его ищут? - С чего ты это взял? - Знаешь, эта история уже когда-то имела место быть. Только вот того мальчика никто не искал. Ты помнишь, что было, когда совет узнал, что тот демон притащил безродного человечишку и начал обучать его? - Слушать не желаю. - Ты тоже ради своего мальчишки хочешь погибнуть? Людям сюда нельзя. Вайши уже почувствовала в нем человеческую душу, и ты её своей магией не закроешь. - Что ты хочешь? - Отправил бы ты этого паренька обратно. - Он развернулся и пошел прочь. – Удачи. - Сказал он, помахав рукой напоследок. Вот гниль! Но он прав, для Диппера тут стало не безопасно, а во всем виноват только я. Демоном могут стать только дети демонов, человек не может стать демоном... Этот мальчишка, его надо казнить, людям не место здесь! Ну, раз он отдал всю силу этому человеку, чтобы тот не погиб, и при этом сам распался куклой, значит, иного выбора нет. Мы проигнорируем правила, в этот раз человек станет демоном. Силу можно отдать только добровольно, и никому неподвластно её вытащить. Этот человек станет демоном? Вы шутите?! К сожалению нет. Он еще слишком юн, чтобы свою силу передавать кому-то, и убить его сейчас не лучший вариант для нас. Сила только приживается в нем, а убив его, мы уничтожим и силу демона снов, а отсюда следует, что и мир снов разрушится. Этого нельзя допустить. Эти голоса сами собой прозвучали у меня в голове. Конец темного коридора. Открываю проход сразу в Гравити фолз к этим Пайнсам и тут же принимаю свою треугольную форму. Все вокруг застывает и становится серым, Форд и Мэйбл стоят передо мной, оба потрепанные и измотанные, но мне как-то все равно. - Что вам, людишки, неймется?! - Думал, что уже не достучусь до тебя, Сайфер. - Сказал Форд. Похоже, портал они усовершенствовали. - Тварь, верни мне брата! - Закрой свои рот, дура. Неужели нельзя было просто не лезть? - Чего ты хочешь за возврат Диппера? - Это, - я указал на портал за моей спиной, - должно быть отключено и уничтожено, я верну вам парня. - Последние слова я просто выдавил из себя, после чего исчез. Вернулся я в свой дворец снова в человеческом виде. Так паршиво мне еще никогда не было. Если бы не вмешались эти Пайнсы, все было бы просто замечательно! Ко мне никто не суется, Криптос, как мой друг, никому ничего не болтает, моя магия скрывала человеческую душу сосенки. Я бы все сделал, его бы не нашли. Было бы проще стереть память этим Пайнсам сразу же, как сосенка оказался у меня, но мое деревце так или иначе захотел бы вернуться к родным. Да и сделка эта... Что я ему тогда бы сказал? "Прости, я стер память твоим родным"? Нет, это сразу приведет к печальным последствиям. Так или иначе, а моему деревцу пора домой. Открыв дверь в свою комнату, я застыл. Мой любимый спал на моей кровати, его освещал горящий камин. Хоть что-то, что заставило меня улыбнуться за весь день. Я, сняв фрак, кинул его на кресло и сел на кровать. Выпить бы сейчас... На ночном столике тут же появилась бутылка коньяка и небольшая тарелочка со льдом, бокал был уже наполнен. Тяжело вздохнув, я взял напиток, а на кровати послышалось шуршание. - Проснулся? - Извини, я бродил по коридорам, нашел твою комнату, прилег и уснул. - Я тебя не виню, все в порядке. - Что-то случилось? - Не знаю, как тебе сказать... - Билл, что-то серьезное? - Поставив бокал, я повернулся и прижал его к себе. - Билл? - Не отпущу тебя никогда. - Не отпускай. - Он чуть отстраняется и целует меня. - Как же я тебя люблю. - Давай. - Что? - Я даже не успел ничего сообразить, а он, сняв с себя рубашку, смущенно отводит глаза. - Я готов. У меня аж в горле пересохло. - Диппер... - Я взял его рубашку и накинул ему на плечи. Надо ему все рассказать. – Я не... - Сайфер. - Он взял мою руку и поцеловал её. – Возьми меня. - Все, прощай, здравый смысл, не обещаю, что вернусь. - Приблизившись к нему, целую. Рубашка падает с его плеч. - Я могу не остановиться. - И не надо. Я не потеряю его. Привяжу к себе, но не отпущу. Сделаю все, чтобы он прочувствовал каждой клеточкой своего тела все мои чувства, сделаю так, что эту ночь он не забудет никогда. Роняю его на кровать и щелчком пальцев приковываю его руки наручниками к кованой спинке. Нависаю над любимым и впиваюсь в его губы со всей страстью, полностью растворяюсь в поцелуе, наслаждаясь каждым мгновением. Он отвечает так же страстно. Отрываюсь от его пленительных губ и наколдовываю черную повязку. - Я сделаю так, что ты эту ночь не забудешь никогда. - Завязываю любимому глаза, руками ласкаю его тело. Прислоняюсь губами к его уху и, лизнув мочку, чуть прикусываю. Чувствую его дрожь. Провожу дорожку из поцелуев от уха до ключицы, оставляя там небольшой засос. Изучаю каждый миллиметр его тела. Чуть пососав сосок, легонько прикусываю его, а мой любимый выгибается подо мной и требует больше. Продолжаю изучать это прекрасное создание и слышу его стоны, которые пробуждают дикое желание. Моя рука касается его паха, и он вздрагивает. - Не вздумай сдерживаться. - Говорит он, удивляя меня. Но я тоже хочу слышать каждый его стон. Пробираюсь рукой через ткань его брюк и трусов; он уже возбужден. Поглаживаю рукой его член и получаю от этого нереальные ощущения, слыша стоны и лязг наручников. Провожу свободной рукой по его щеке и чуть ниже, сдергиваю с него всю ненужную одежду. Кто-нибудь, дайте мне сил не сорваться! Хотелось сразу ворваться в него и отыметь как можно жёстче, но... Нет, надо держать себя в руках, все же это его первый раз. Его стройные ножки развратно раздвинуты, словно в приглашении. Посмотрим, может ли он стонать еще громче. Губами касаюсь его возбужденного члена, облизываю головку, провожу языком по всей длине, а он стонет, не стесняясь, все громче и громче. Вбираю член полностью в рот, ласкаю языком, слушая эту сладкую мелодию его тела. Он изгибается, пытается освободить руки. - Билл... Ааах!.. - Кое-как выговаривает, чувствуя, что разрядка близка. Он кончает мне в рот, и я проглатываю все, облизав губы. – Прости. - Тяжело дышит, прикрыв глаза. - Не расслабляйся, это еще не все. Ты такой горячий. - Мне жарко, - шепчет он мне на ухо. - Ну, тогда... Взяв один кубик льда, я провел им по его телу, видя, как он напрягается. К сожалению, кубик растаял довольно быстро, но я еще не закончил. Взяв второй, я провел им по его члену, а сосенка дернулся и сладко застонал, тяжело дыша. Оставив кубик льда во впадинке пупка, снимаю с себя рубашку и откидываю её в сторону. Любимый сводит колени, облизывает припухшие от поцелуев губы, как бы прося, чтобы его поцеловали еще. И я целую, проводя по ним языком. Раздвигаю его острые коленки, попеременно целуя каждую, и беру лубрикант. Отвинтив крышку, щедро выдавливаю себе на пальцы смазку. Подставив один палец к заднему проходу, я провел по нему, после начал постепенно вводить его внутрь. Через некоторое время добавил второй. Услышал его вскрик, он дернулся. Слишком напряжен. - Расслабься, я не хочу делать тебе больно. - Плавно провел рукой по плечу, спустился на член. Надо его отвлечь. Найдя нужную точку внутри, я заставил его выгнуться и издать сладостный стон. Вытаскиваю пальцы и стягиваю с себя всю оставшуюся одежду. Мой член изнывал в предвкушении разрядки. - Билл... я боюсь... - Не бойся. - Целую его в губы, облизываюсь и толкаюсь в него резко, войдя только наполовину. Комнату пронзил его истошный крик. Отстегиваю его руки и прижимаю к себе. Он как кукла повис на мне, уткнулся носом в ключицу, пытаясь сдержать слезы. Слишком резок я был. - Прости... - Все, что я мог сейчас сказать, дав ему немного времени привыкнуть. Начинаю осторожные движения, вхожу глубже, и снова нахожу ту точку. Его стоны снова ласкают слух. Движение обретают ритм, которому поддаемся мы оба. Я уже не сдерживался, не скрывал своих стонов, царапал его спину когтями, а он только еще сильнее выгибался от удовольствия. Обхватив его член рукой, начал двигать ей в такт своим толчкам. Он прижался ко мне еще ближе и вцепился зубами в мое плечо, а меня прострелило удовольствием. Еще несколько бешеных движений, и он с криком кончает мне в руку. Я кончил следом, не выходя из него. Мы лежали на кровати, тяжело дыша и пытаясь прийти в норму. Мне никогда не было настолько хорошо. Я снял с него повязку; глаза его были закрыты, а повязка влажная от слез. Мне было лень двигаться, но одеяло, что мы скомкали и оставили где-то в ногах, я потянул, укрывая нас обоих, а после прижал к себе любимого. Никто не поднимет на тебя клинок, деревце мое.