С одного прикосновения

      — Ну, могу тебя поздравить, — отнимая подушечку фонендоскопа от груди Санджи, Чоппер радостно улыбнулся, сверкая восторгом новых открытий, — уже скоро начнет расти.       — Чего? — не понял блондин, запахиваясь, начиная непримиримую борьбу с кучей мелких пуговок на рубашке.       Доктор задорно фыркнул, спрыгивая со своего крутящегося креслица, неторопливо приблизившись к столу, где спокойно обитал в верхнем ящичке журнал наблюдений за состоянием здоровья всех накама. Последнее время хлипкая тетрадка стала прибавлять в весе, становясь толще от всякого рода бумажек и пометок о благосостоянии плода и матери, втыкаемых без разбора куда попало. Здесь были и четкие графики, повествующие о продолжительности беременности, щедро подслащенные многочисленными рисунками Усоппа, который теперь еженедельно «подрабатывал» у Тони Тони ассистентом, рисуя для него всяческие схемки, изображался на которых непосредственно Санджи, ставший полноценным объектом для изучения за какие-то две недели. Были корявые рисунки Луффи, который очень сильно обижался, если его не брали с собой «поглазеть на полуголого Санджи, да вдоволь нарисоваться». К счастью, в словах Монки лишь крупицы были правдой. Кок постоянно присутствовал рядом с художниками, но еще никогда не служил моделью-натурщиком, однако, именно к этому его постепенно готовил Чоппер, намекая, как и сейчас, на какой-то рост и необходимость запечатлеть все и сразу.       — Твой живот. Он скоро начнет увеличиваться! — раскинув в стороны руки, будто показывая ужасающий размер предполагаемого живота, олененок при этом выглядел счастливее всех на свете. — Это так здорово, правда же?       Увы, но боевой повар так не считал. Конечно, он знал, что рано или поздно, но это случится – малышка растет с каждым днем, да и срок уже подходящий. Санджи невольно улыбнулся, вспоминая тот самый день на Эспери. Странно, прошло почти три месяца, а кажется, что это было словно вчера. Ссора с Маримо, потом все эти жуткие боли, раскрытие правды, чертово признание, неловкие касания мечника… Жаль, что это было единственным его хоть каким-то проявлением интереса к беременности.       — Санджи? Ты что, расстроился? — малыш подошел поближе к сидящему на кушетке, потормошив его руку, мирно лежащую на остром колене. — В чем дело? Ты боишься?       — Нет, не боюсь, — кок мягко улыбнулся, вынырнув из воспоминаний, — да и расстраиваться мне незачем. Я рад, что она растет, только вот…       — Что?       — Я ведь буду… — блондин стушевался перед собственными мыслями и возникшими в голове яркими образами. — Буду таким… круглым, — то самое слово гадко вертелось на языке, но произносить его не хотелось никак, благо, альтернатива нашлась довольно быстро.       Чоппер забавно хихикнул, подходя к другу поближе.       — Конечно, будешь, — «порадовал» малыш, взбираясь на колени к накама, — но в этом нет ничего страшного. Тебе еще повезло, что твой организм не будет предпринимать никаких иных попыток к изменениям, так что твой живот это самое малое, что может тебя побеспокоить, — доктор развел руками, весело улыбнувшись.       — А что может быть еще?       Олененок ненадолго задумался, подбирая нужные слова.       — Ближе к родам, организм женщины перестраивается так, чтобы после рождения ребенка мать могла кормить свое дитя, то есть увеличиваются молочные железы и идет выработка грудного молока, а еще…       — Не надо, не продолжай! — взмолился кок, проклиная свою чертову фантазию. — Охотно верю, что еще легко отделался, но, Чоппер, как мне быть, если он, — светлые глаза указали на живот, спрятавшийся под тканью узковатой рубашки, — станет мешать? Думаю, нам не стоит забывать о такой вещи, как ежедневная работа и опасность. Мы пираты, мы в море, — он загибал пальцы по очереди, добавляя самый весомый аргумент, — мы на Гранд Лайн. Тут каждая минута может стать роковой.       Блондин замолчал, слушая, как Тони Тони зашмыгал носом.       — Не говори таких страшных вещей! — негромко воскликнул Чоппер, утыкаясь носиком в грудь накама. — Все будет хорошо, мешать на кухне животик не будет первое время, а в море… Когда с нами что-то приключится… Мы защитим тебя! — накама был олицетворением воинственности с примесью невинности в виде кристалликов слезок в уголках глаз. Санджи бережно потрепал маленькое ушко, зайдясь в неконтролируемом приступе нежности, крепко стиснул олененка, прижимая к себе.       — Спасибо, Чоппер, — парень мило улыбнулся, спуская на пол друга, — я пойду. Кажется, Нами-сан говорила, что скоро мы прибудем к какому-то острову, нужно приготовиться, да попытаться как-нибудь угомонить Луффи. Я даже отсюда слышу, как он завывает, — кок кивнул другу, выходя на камбуз.       — А, Санджи, забыл совсем! — бросился догонять корабельный врач. — Ты, раз такое дело, купи что-нибудь для себя, на размер и на два побольше, — учтиво пробормотал олененок, выглядывая из-за дверки, — кто знает, как все обернется, когда мы к следующему острову причалим.       — Хорошо, так и поступлю, — отсалютовал блондин, скрываясь с головой где-то в недрах холодильника, выискивая приманку для капитана, вовсю громящего палубу.       Конечно, слова Чоппера о здоровом росте радовали, все-таки ребенок очень важен и, как показывает ситуация, важен не только для Санджи, но и для всей команды. Однако это изменение… Оно ни в какие ворота не лезет! Хотя, нет. Сперва оно не влезет ни в одну рубашку. Мало элементарной траты на одежду, но еще возникал вопрос: как это будет выглядеть?! Высокий симпатичный блондин и очаровательный круглый животик, в котором будет шевелиться крохотный «детеныш-спиногрыз», кажется, именно так ее называет Зоро в те редкие моменты, когда разговор заходит о беременности. С таким не только нормально передвигаться будет сложно, но и стоит действительно задуматься о стычках с дозорными и всякими злыми дядьками, которые так и липнут к пиратам Мугивары, слетаясь как пчелы на пенку от варенья, стоит лишь завидеть. Слава Ками, что хотя бы мнение окружающих волновало чуть меньше. Ну, подумаешь, что могут сказать эти людишки? А пойти за продуктами может и Маримо, сходить на сушу можно и вечером, а вообще, ночь – самое лучшее время суток для прогулок. И не стоит забывать, что пиратам частенько попадаются необитаемые островки, вот там-то можно будет оттянуться по полной. Блондин понемногу успокаивался, выискивая для себя все новые плюсы в предстоящих метаморфозах, напрочь забывая о всех минусах.       Тем временем на палубе разворачивалась нешуточная битва Нами и Луффи, который вконец уже достал несчастного навигатора своими воплями, и девушка решила взяться за перевоспитание.       На горизонте высились горные склоны, утыканные колючими палочками сухих редких деревьев. За горы зацепились тучки, сооружая пушистую крышу над большим городом, видимым даже издалека. Здесь придется провести два дня, судя по показаниям Лог Поса и заметкам в картах об этом островке с каким-то хитрым и замысловатым названием.       Об одном лишь мечтала команда – поскорее отдохнуть и не забыть проследить за капитаном, погрязшим в мечтаньях о собственном пузике с лялечкой, вот уже как пару месяцев захвативших его разум.

***

      — Так, Санджи идет с Зоро, — распорядилась Нами, погрозив пальцем накама. — Чтоб никаких драк, споров и ссор, чтобы все вернулись на Санни целыми и невредимыми!       — Да, Нами-сан, — радостно ответил блондин, покосившись на Маримо, прикорнувшего у городской пристани, — ничего, если он потеряется?       Получив свою заслуженную шишку от сильного женского кулачка, парень поплелся к мечнику, лениво открывшему один глаз и уже приготовившемуся для словесной перебранки. За спиной пел песенку пока еще пустой рюкзак, позвякивая каким-то чудом оказавшимися внутри вилками и шурша прихваченной кипой бумаги, где значится весь список необходимых покупок.       — Так и знал, что она отправит меня с тобой, — зевая, выпалил Зоро, поднимаясь на ноги. — Ну, куда пойдем? Думаю, смысла сопротивляться у меня нет, да и кто за тобой приглядит, Бровастик? — нагло ухмыльнувшись, пират зашагал вперед.       — Это кто еще за кем и приглядит, Маримо? — сухо сказал Санджи, глядя на медленно удаляющуюся спину. — Город в той стороне, вообще-то.       Блондин довольно хохотнул, слушая недовольное ворчание накама за своей спиной. Но, честно говоря, он был рад и этому. В последнее время отношения с Маримо совсем не клеились, хотя, с чего бы, можно подумать? Тот остров, ночные поглаживания пузика и сон рядом, а потом те дни, когда у Санджи сносило крышу в мученьях и рассужденьях о поведении накама на безымянном островке… Отчего-то мечник смел обретаться рядом со своим будущим ребенком и его придурочной мамочкой, только когда мог быть непосредственно причинен вред последнему, злые семена которого позже скажутся на ребенке. На еженедельных посиделках в стиле «А давайте выберем имя для нашего нового накама!!!» или «А дети тоже какают?.. Больно, Нами!», Зоро был безучастен, что нельзя было сказать о остальных пиратах. Старпом тихо сопел в углу, лишь изредка хмыкая и вставляя свое веское «отвалите», приправленное горячим словцом, грозно сверкая глазами. Навигатор рассерженно фыркала, разводя руками, в сотый раз попрекая всех мужиков бесчувственными чурбанами, ребята продолжали, лишь изредка замечая, как украдкой поглядывает на зеленоволосого кок, почти незаметно горько вздыхая.       Так хотелось, очень-очень, чтобы Ророноа не был таким скупым на эмоции и чувства. Вроде все наладилось, все поменялось в лучшую сторону, но вот снова случилось что-то неподдаваемое объяснениям, отчего невидимая пропасть между двумя накама стала все больше, начав крошиться у острого обрыва, бросая в зияющую черноту внизу мелкие щебни былого понимания. Сухой и безразличный взгляд, обостряющийся лишь в момент опасности – он был невыносим. Колкие разговоры, и без того редко слышимые в адрес его, Санджи, приобретали холодность. Все чаще Зоро можно было увидеть в одиночестве, уютно утроившегося на крыше библиотеки, долго глядящего в лазурную даль неба, где-то далеко, у самого края земли, встречающегося с морем. Старпом был занят мыслями, которых узнать не мог никто, да мало кто и хотел лезть с расспросами к будущему отцу, ставшему таковым по воле дурацкого случая и беспечности одного идиота. Разве что Луффи был единственным отчаянным камикадзе, докапывающимся до накама везде, всегда и по любому поводу. Однако на этот раз, после первой небольшой перепалки со своим старпомом, капитан перестал ерничать и оставил друга в покое, списав все на то, что Ророноа стал ему временно не интересен. Очевидно, фруктовик что-то знал, да вот кто из него правду-то вытянет? Только хорошо зажаренный морской король и парочка здоровенных кусков мяса. Пробовали, не получилось… Теперь вся надежда на сегодняшний день. Да благословит Ками великолепнейшую богиню всех морей, лучезарную Нами-суан, за подаренную возможность!       Пешая прогулка от пристани до окраин городка не заняла и десяти минут, так и прошедших в слепом молчании и тарахтении какой-то забавной дырявой лодчонки на фоне, оставшейся у шумного моря. Санджи шел впереди, изредка оглядываясь на накама чтобы проверить – уже начинать расчехлять свой словарик ругательных слов или еще подождать? К счастью, Зоро послушно плелся следом, смотря куда-то вбок, где уже шумела узкая улочка. Вид у старпома был самый что ни на есть благодушный. Может быть сегодня удастся завести разговор? Блондин был даже готов на драку или любую другую склоку, лишь бы с фехтовальщиком, с этим зеленым чудом из Ист-Блю, который сейчас так нужен.       — Эй, Зоро! — парень скривился, ущипнув себя за ногу, с чего это он зовет его по имени? — А тебе куда-нибудь нужно зайти?       Блондин обернулся, посмотрев на накама. Мечник был невозмутим, продолжая лицезреть приветливых людей, идущих нескончаемым потоком мимо. Удивительно, как в этой живой реке он еще не умудрился потеряться.       — Сперва схожу с тобой, — ответил пират, звонко зевнув, — после – сделаю свои дела.       — А разве не проще сделать все вместе? — кок дернул бровью, понимая, что еще чуть-чуть, и он рассекретит свою маленькую миссию. — А потом я отведу тебя на корабль…       — Я не маленький мальчик, Бровастый, — Зоро за один шаг сократил расстояние, подойдя вплотную. — Что ты задумал? — теплые шершавые пальцы коснулись запястья, смыкаясь некрепким кольцом. — Хитрец, — губы фехтовальщика расплылись в уважительной улыбке, — когда ты этому научился?       Ророноа усмехнулся, выпустив свою добычу. Прочесть мысли не представлялось возможным. Чертов Эро-кок как-то ухитрился оградиться от чудесной способности, которой по воле случая наградила ведьма с того проклятого острова. Жаль только, что она действует только на блондинистую истеричку.       — Ничему я не учился, — буркнул боевой повар, поправляя одежду, — просто мера предосторожности от таких вторженцев, как ты.       — Хм, не думал, что тебе есть что скрывать, — он внимательно оглядел порозовевшего накама. — Пошли уже, ты, кажется, упоминал, что тебе нужно купить что-то из одежды?       Блондин лишь кивнул, проклиная сообразительность старпома, возродившуюся из пепла подобно фениксам, именно в этот момент.       Город был большим и людным, как и было указано в карте и пометках к ней. Очень резво шла торговля, пару раз, петляя, парни забредали на различные рынки, где торговали всякими всячинами со всех уголков Гранд Лайна и других морей. Диковинные фрукты, расписные полотнища с переливчатыми чернилами, маленькие статуи из меди, лицо которых, как и фигура, подправлялись и подгонялись под того, для кого она предназначалась, оружейных магазинов было не счесть. Кое-как оттащил блондин мечника от витрины, обильно украшенной цветными камешками, где на красной подушке покоилась чья-то именитая сабля. В расшитых шатрах сидели, гордо взирая на проходящих, гадалки и колдуны, время от времени принимая в свои владения дрожащих от страха клиентов, торопливо запахивая вход узорчатыми шторами. Сновали по большим площадям дозорные, следя за порядком в товарных лавках и за тем, чтобы никто не был обманут.       Продираясь сквозь толпу, потеряв при этом Зоро раз десять, Санджи, держа за рукав куртки мечника, не спеша подошел к небольшой лавочке, где однозначно можно было бы купить все необходимое.       — Слушай, Маримо, может, мне одному сходить? — косясь на вывеску «Мэри и Рози», кок переминался с ноги на ногу, пытаясь по-хорошему сплавить будущего папочку куда подальше. — А ты иди, надерись в каком-нибудь кабаке, а?       Мысль о том, что Зоро сейчас все узнает о грядущих изменениях, кровожадно впивалась в висок, вызывая нудную головную боль. Об этом ведь знают только они с Чоппером, что будет, когда старпом просечет, что теперь в его компании будет находиться милый объект для постоянных насмешек? Как отреагирует? Хоть Ророноа и посещал медосмотры и слушал нотации Чоппера, но знает ли он хотя бы ту малую долю правды о детях, что знает теперь Санджи? И вообще, интересует ли его это?       — Эй, ты чего? — зеленоволосый каким-то непостижимым образом оказался рядом и уже усердно тряс пирата за плечи. — Все в порядке, Завитушка?       — А? Я как будто отключился, — потерев лоб, сознался кок, вглядываясь в обеспокоенное лицо пирата. — Ну, так что? Я один…       — И думать забудь, — выпалил парень, ухватив своего вечного соперника за руку, потащив к магазинчику, — надо же выбрать что-нибудь. Иначе ты скоро растолстеешь и…       Колокольчик над головой приветливо дзынькнул, приглашая покупателей, потирающих свои свеженькие царапины и синяки, окунуться в мягкий солнечный интерьер. Две пожилые дамы приветливо желали хорошего дня, видимо, те самые Мэри и Рози, основательницы это милого местечка.       Всевозможные полочки и вешалочки хранили горы одежды на любой вкус и цвет. Милые леди с удовольствием помогали, рассказывая, что где лежит и как это достать. Цены были довольно приемлемые, как раз хватало на пару незамысловатых широких футболок и на новую книжку по материнству. Попросил купить Чоппер, но еще не ясно, кому она больше пригодится.       — А как тебе эта? — Зоро швырнул какую-то цветастую тряпку через весь зал, угодив мятым комком прямо в сморщившееся лицо боевого повара.       С тихим шипением он оглядел футболку, яростно запульнув ее обратно. Эта цветная тряпица изображала из себя ярко-зеленую одежку с позорной надписью на всю грудь «Супер-мамочка!». Верх бестактности! Не слушая тихо хихикающего мечника, кок сгреб в охапку пару-тройку футболок и пошел расплачиваться, так и не заметив, как прохвост Ророноа подсунул выбранную собой «Мамочку».

***

      Остаток дня прошел более, чем успешно. Зоро потерялся еще пару раз, наконец восстановив свой прежний статус потеряшки всея Гранд Лайн. Пираты успели не только пройтись по всем нужным магазинам, но и как следует провести день вместе.       Легкие полуулыбки, теплые взгляды, мирные перепалки, необидные шуточки и ненавязчивые касания рук. Старпома будто подменили. В который раз, кстати говоря. Таким он становился время от времени, будто снимал напускную маску суровости и поспешно вылезал из своей раковины тактичной холодности. Это был старый добрый Маримо, еще не обремененный никаким отцовством, не задумывающийся о судьбе и будущем, и не только своем.       Такой Зоро нравился, но он был не тем, кто вечерами пьет в одиночестве сакэ, смотря на облака и думая о чем-то своем. Изменится ли он, став таким навсегда, отбрасывая свои сомненья? Так жаль, что ответа пока не узнать.       Путь обратно проходил в молчании. Покупки совсем не радовали, хотя обычно от Нами не дождешься денег на обновки, и такие вот нечастые дни становились праздником для всей команды. День клонился к вечеру, загораясь приятными оттенками рыжего и красного.       Мерный шаг убаюкивал, прибавляя к своей колыбельной шумы ветра и моря. Свежий воздух радостно наполнял легкие, забираясь в кровь и разбегаясь по венам. Вдохнуть бы полной грудью, забыв все печали и тревоги, оставляя ненужное уходящему дню. Да, это было бы здорово.       Парни шли рядом, любуясь необычайными красками моря вдали. За спиной шумел успокаивающийся городок, впереди ждало новое приключение.       — Завитушка, — тихо позвал Зоро, — а когда оно начнет расти?..       Блондин обернулся, поглядев на друга, остановившегося в паре шагов позади с недопониманием. Мечник тут же нахмурился, кивком указав на плоский живот Санджи. Признаться, кок был смущен. Откуда такой интерес?       — Ну, Чоппер сказал, что примерно через неделю-другую будет кое-что уже заметно, — смущенно выпалил блондин, рефлекторно поглаживая «домик» своей спиногрызки.       Многозначительно промычав что-то непонятное, Ророноа уткнулся взглядом в крохотные пуговки, явно желая сказать что-то еще.       — А можно мне… Хотя, нет, не нужно, — резко оборвал он сам себя, затопав на месте; лязгнули сонно катаны. — Пошли скорее на корабль.       Пират сделал пару шагов, поспешно обходя остолбеневшего накама, остановившись пригвожденный тихим, еле слышимым: «Можно».       В затылок светило ласковое солнце, касаясь лучиками-щупами разлохмачиваемых ветром волос. Где-то шумело самое непредсказуемое море, кричали чайки и скрипели корабельные снасти. На сухой земле небесное светило рисовало неясные тени двух молодых людей, стоящих друг к другу близко-близко.       Зоро делал все очень осторожно. В движениях виделась неловкость и неуверенность, а также забота, льющаяся теплом ладоней на бледную кожу, покрывшуюся мурашками.       — Ничего, — повторяя свой диагноз, он вспомнил ночь на острове, — ничего не чувствуется.       Мечник отнял ладони от теплой кожи, напоследок как-то совсем не по-зоровски погладив тонкую дорожку из светлых волосков. Стоило ему поднять глаза, как на лицо заползла коварная улыбочка, уютно там устраиваясь. Санджи был ошеломлен. Голубые глаза широко распахнуты, губы гнулись в непонятной дуге, меняющей свое положение слишком часто для нормальной улыбки.       — Это норм… нормально, — выдавил кок, поспешно застегивая рубашку и заправляя в брюки, — еще рано, я ведь уже говорил. Да и Чоппер рассказывал про точные даты несколько раз. Ты все прослушал, глупый Маримо-кун?       Старпом лениво отмахнулся, улыбаясь в пустоту бескрайнего неба.       — Не помню, да и какая разница, если ты можешь все повторить, «мамочка», — он злодейски ухмыльнулся, ловко уворачиваясь от кулака справа.       Разразилась новая словесная перепалка, охочая на громкие словечки, словарь-таки пришлось расчехлить.       Санджи плюхнулся на поросший мхом камень, устало выдохнув. Этот день изрядно измотал, но принес столько радости. Долго раздумывая, боевой повар решился задать волнующий его вопрос.       — Маримо, зачем ты только что это делал? — он выразительно глянул на друга, расположившегося на соседнем камне. — Тебе ведь всегда было безразлично. Только не говори мне, что что-то в твоей травяной голове переклинило, и ты сделал так потому, что тобой управляли злые силы, — для достоверности парень покорчил рожи, внутренне волнуясь о целой горстке слов, которые он не упомянул, и об ответе, который сейчас прозвучит.       Зоро молчал. С шумом выдохнув воздух, он обернулся к застывшему в ожидании Санджи, доверительно ему улыбнувшись.       — Просто так захотелось, — пожал плечами фехтовальщик, — все-таки в тебе мой ребенок. Ответа не последовало. Возможно ли, что Маримо переосмыслил свои позиции? Тогда, это значит…       — Кстати, Бровастый, я уже хочу увидеть, как на тебе будет смотреться та футболка, что я выбрал, — негромко хохотнул Зоро, уворачиваясь от внушительного пинка, так и не достигшего нужной задницы.