Джимми

Лили усердно вчитывалась в учебники, хотя единственным ее желанием было вернуться в комнату и завалиться спать. Домашнее задание на завтра было сделано, но девушка старательно выполняла все, что было задано на неделю вперед. Ей хотелось не просто быть лучшей, нет, ей хотелось обогнать школьную программу. Учась на пятом курсе, Лили хотела обладать знаниями учеников с последнего, седьмого курса, хотя все твердили, что это невозможно. Невозможно – смешное слово, когда ты волшебница. Лили поймала себя на мысли, что читает одно и то же предложение в пятый раз, но никак не может понять, что же она прочла. Несмотря на угрызения совести, девушка заставила себя захлопнуть учебник и убрать его подальше. Потянувшись в кресле, Эванс заметила, что в гостиной Гриффиндора никого кроме нее не осталось. Лили должна была пойти спать, чтобы утром быть в нормальном состоянии, но она хотела дождаться подругу – у Алисы было свидание с Фрэнком, который был на год старше ее и учился на шестом курсе. Лили хотела узнать, как все прошло. А еще она хотела спать. Очень. Но больше этого девушке хотелось прочитать еще пару параграфов. Через полгода – С.О.В. Экзамены, которые казались Лили самыми важными в жизни. Нет, эти экзамены казались Эванс даже важнее самой жизни. Хотя она и понимала, как это глупо – быть зацикленной на учебе. Девушка потянула цепочку и вытащила из-под свитера кулон в форме цветка с множеством лепестков. Она задумчиво повертела подвеску в руках, отмечая, что та становится очень теплой время от времени, а иногда – ледяной. Этот подарок от Поттера Лили носила, не снимая, вот уже полтора года. Хотя Джеймс был уверен, что подвеску Лили выбросила, как и письмо. Так было лучше. Но стоило девушке подумать об этом, как подвеска мгновенно остыла. Лили припомнила объяснение к этому подарку – кулон помогает делать выбор. Видимо, температура означает «да» и «нет». Лили убрала подвеску обратно под кофту и зевнула, закрыв ладонью рот и зажмурившись. Она распустила волосы, которые чаще всего собирала в хвост. В свете камина рыжие волосы девушки напоминали пламя, локоны отражали теплый свет и сами словно светились изнутри. Лили улыбнулась, закрыв глаза. Сегодня был особенный день, но девушка никак не могла вспомнить, почему. Джеймс, как всегда, поглядывал на нее до одурения влюбленными глазами, будто бы он ее верный пес, Алиса шутила и подкалывала бедную Эванс, Блэк, правда, с чего-то сделал ей комплимент. Да и Северус… Лили открыла глаза и печально вздохнула. Ее отношения со Снейпом совсем ухудшились – они редко разговаривали, а если и выходило поболтать, то кончалось это ссорой. А все потому что Снейп, как оказалось, поддерживает сторону Волан-де-Морта и не видит в его убеждениях ничего, что могло бы оказаться плохим и не правильным. И как бы Лили не пыталась, ей не удалось переубедить его. А ведь когда-то они понимали друг друга без слов… От грустных размышлений Лили отвлекли голоса. Кто-то перешептывался, и Лили точно знала, что это были Мародеры. Наверняка исследовали в замке что-то, хотя, по мнению девушки, они изучили каждый уголочек в Хогвартсе. Эванс выглянула из-за спинки кресла, подтвердив свою догадку. Сонные, усталые парни весело перешептывались, тыкали друг друга и направлялись к лестнице, ведущей в комнаты. Лили проводила их взглядом, но поняла, что из четверых друзей один не сдвинулся с места. Хотя в гостиной царил полумрак, девушка поняла, что это – Джеймс. Ей показалось, что она даже в темноте может разглядеть его глаза тепло-шоколадного цвета, которые всегда улыбались. Лили почувствовала, как подвеска нагрелась, хотя девушка не приняла никакого решения. Она отвернулась, вновь посмотрев на камин. - Идите, я догоню чуть позже, - прошептал Поттер, увидев, что Сириус вопросительно смотрит на него, стоя на середине лестницы. Дождавшись, пока его друзья уйдут, Джеймс тихо подошел к креслу. Лили бросила на него короткий взгляд: рубашка расстёгнута, рукава закатаны, а развязанный галстук висит на шее, будто бы Поттер понятия не имеет, для чего, собственно, нужна такая штука, как галстук. Джеймс опустился на корточки рядом с креслом, не смея посмотреть в зеленые глаза Лили. Та поджала губы в ожидании очередного «комплимента» со стороны Джеймса, или же приглашения сходить в Хогсмид с ним завтра, через неделю или когда-нибудь в этой вечности. Но Джеймс молчал. Он достал из кармана какой-то сверток – совсем маленький, такой легко можно спрятать в кулак, но Поттер держал его очень осторожно, словно в свертке было что-то невероятно хрупкое. Он положил его на подлокотник кресла и лишь тогда поднял глаза и взглянул в лицо девушки. У Лили на мгновение перехватило дыхание – до того красиво карие глаза Джеймса отражали свет от камина. Лили не смогла отвести взгляд и несколько секунд смотрела на Поттера, не в силах сказать что-нибудь язвительное. Поттер поднялся на ноги и молча удалился из гостиной. Лили помедлила – зная Джеймса, в свертке может лежать все, что угодно: от чего-нибудь взрывоопасного, до какой-нибудь бессмысленной глупости. Но любопытство взяло верх, и Лили развернула сверток. И тут же ахнула. На ладони девушки сидела бабочка – самая настоящая, а ведь на улице – конец января! Бабочка расправила крылья – они были прозрачными, но казалось, что они окрашены во все цвета радуги. В свертке лежала записка, которую Лили пока не спешила разворачивать. Вдруг послышался смех – девушка поняла, что это Алиса и Фрэнк прощаются. Бабочка взлетела и исчезла в сумраке комнаты. Эванс посмотрела на записку и развернула ее, но прочитать не успела – Алиса влетела в гостиную и утащила подругу за руку в комнату, где шепотом рассказала, как прошло свидание с Фрэнком. Лили была очень рада за подругу и почти забыла про записку в руке, но, ложась в кровать, все же развернула ее и прочитала. На клочке бумаги были выведены всего четыре слова, от которых Лили вдруг стало тепло, как летом: «С Днем Рождения, Эванс». Лили улыбнулась и в тот момент, когда ее голова коснулась подушки, в тишине комнаты едва можно было различить тихий шепот: - Спасибо, Джимми.