Ты все равно будешь моим.

С 8 марта вас, дорогие читательницы!!! Все-таки счастье в этом мире есть. И проявляется оно не в богатстве, не в вечной любви, не в размеренной семейной жизни, а в возможности проснутся просто потому, что ты выспался, а не от шума, боли или внутреннего будильника… Как же хорошо…. Стоп. Начинаю отлавливать в своей бредовой голове воспоминания. Последние же разбегались и прятались по самым дальним закоулкам моего сознания. С большим трудом мне удалось обменять несколько мыслишек на отсутствие головной боли, и теперь моя, как показывает практика, абсолютно ненужная часть тела болела так, будто я вчера весь вечер «дохлым ёжиком» баловался, а сами воспоминания еще добавили пикантности ощущениям. Это же надо было так!.. А ведь я, когда был маленьким, не верил, думал, что все это сказки… Только теперь понял, что имела в виду моя бабушка, когда отчитывала меня за мои проказы, говорила, что мне стоит вести спокойный, размеренный образ жизни, а не совать свой нос везде и всюду, аргументируя это тем, что в таком случае некие «исчадия тьмы» заберут мою жизнь. Хоть моя бабушка и была самой настоящей «видящей», я все равно не слушал ее, а про исчадий тьмы забыл на следующий же день. Зря я это, ох как зря. Нет, я очень любил свою бабушку, земля ей пухом, прислушивался к ее мнению, но никогда бы не подумал, что все эти магические штучки могут вылиться в нечто серьезное, думал, что это все сказки! Ладно. Хорошо. Спокойно. Подумаем о более насущном. Вопрос первый: где я? С огромным трудом протираю глаза. Шатер… Подозрительно знакомый шатер… Чееерт, опять! Это замкнутый круг какой-то! Ну скажите мне на милость, каким образом я опять оказался у кочевников? Как?! Ладно, хорошо, это не самое страшное, что могло случится. Немного приподнимаюсь. Только теперь понял, что не чувствую правую руку. Оглядел себя. Вроде все на месте. Странно, что ничего не болит, даже не затекло нигде. Вставать пока не решился, не хотелось бы мне иметь близкое знакомство с этим ковриком. В шатер зашел мужчина преклонных лет, с солидной белой бородой, судя по всему, лекарь. Представился Бахором. Принес мне обед, накормил меня, поинтересовался моим самочувствием, перевязал раны свежим бинтом, все прекрасно. Сказал, что мне надо много отдыхать и хорошо питаться. Меня насторожило одно такое щекотливое дельце. - Извините, уважаемый, меня интересует один такой вопрос… -я замялся. Все таки я никогда ни с кем не обсуждал эту тему, разве что с бабушкой, но это было уже очень давно. Да и то - бабушка, а это совершенно посторонний человек. Щеки были подозрительно горячими. Неужели я покраснел?! Все, это конец. - Ты хочешь спросить по поводу течки? - дедуля понимающе улыбнулся. От этой его улыбки сразу стало как-то легче. Я нерешительно кивнул в ответ. – Из-за стресса у тебя сбился цикл, но у тебя вполне здоровый молодой крепкий организм, который быстро восстанавливается. Думаю, течка не заставит себя ждать, а, судя по твоему запаху, максимум – пара дней. Не беспокойся, все будет хорошо! – он опять улыбнулся. Я, сам от себя такого не ожидая, улыбнулся в ответ. И только спустя минут пятнадцать после того, как он ушел, до моего расслабившегося мозга потихоньку полегоньку начало доходить, ГДЕ я проведу эту течку. О Боги, дайте мне сил пережить это! Я вас больше никогда и ни о чем не попрошу! Сталося, як судилося* (Прим: укр. - случилось, как судилось). Уже на следующий день я почувствовал однозначные признаки того, что дедуля был прав. Внизу живота начало тянуть, запах усилился, обоняние естественно тоже. Но это все можно было бы пережить, если бы не одно НО. Видимо, из-за этого дурацкого боя я потерял кое-что очень важное, например, свою способность скрывать свой запах и контролировать себя во время течки! Что-то мне подсказывает, что это задание будет самым большим впечатлением в моей жизни. Главное, чтобы никому из альф не взбрело в голову заглянуть ко мне на огонек. Похоже, я накаркал. Словно услышав мои мысли, в шатер зашел до боли знакомый альфа с преследующим меня запахом. Вот стоим, точнее он стоит, а я сижу - смотрим друг на друга. Не знаю, почему он молчит, но мне точно есть, что ему сказать, а точнее спросить. - И по какому же поводу меня почтил своим присутствием сам шах? – похоже, мой самоконтроль почил смертью храбрых. Ничего не могу с собой поделать, как я уже говорил: бесит он меня, до звездочек в глазах бесит! - Хотел справится о вашем здравии, – не менее ехидным тоном ответил мне предводитель варваров. – Так как ты себя чувствуешь? – уже нормальным тоном спросил он. - Бывало и хуже, – нехотя отвечаю. Вот только его мне тут и не хватало для полного счастья! Ну зачем он пришел именно сейчас, не мог пару деньков подождать?! Уставился на него в упор самым убийственным взглядом, на какой был способен, надеюсь, что он хоть так поймет, что ему стоит удалится до лучших времен. Похоже, мой взгляд-таки возымел эффект. Обратный. Вижу, как альфа глубоко втягивает носом воздух. Я же, наоборот, дышу через раз. На меня, словно завороженные, смотрели глаза, в которых плескалось расплавленное золото. Черт, я начинаю возбуждаться. Нужно срочно что-то придумать, иначе все может закончится очень даже плачевно для моей попы. Похоже, он что-то для себя решил, иначе с чего этот взгляд стал таким хищным и… голодным? Ой, мама. Поднимаюсь на ноги и делаю шаг назад, он ко мне, я назад… дежавю, только в этот раз оружия у меня нет, а рассчитывать на собственные навыки не приходится. Думай, Турвон, думай! Пока я в панике пытался найти выход из сложившейся ситуации, шах воспользовался моим замешательством и уже прижимал меня к себе, и - мало того - он меня еще и нагло лапает! Думаю, удар помеж ног (ну или хоть куда-нибудь) остудит его пыл. Попытался его пнуть, куда достану. Ага, сейчас. Попытка сбежать тоже не увенчалась успехом, как, собственно, и все последующие. Хотел сказать ему пару ласковых, а он, гад такой, вместо того, чтобы выслушать, нагло заткнул мне рот! Хотя, вынужден признать, способ он выбрал довольно приятный… Тааак, Турвон, куда тебя несет?! Все из за этой дурацкой течки! Ну, почему я не родился, скажем, бетой? Скольких проблем удалось бы избежать. И все-таки он класно целуется, себе-то можно в этом признатся. Он сминал мои губы своими, утверждая свое главенство, за что был наглым образом укушен за язык при попытке проникнуть им в мой рот. Похоже, это только больше раззадорило его. На переферии сознания еще трепыхался в предсмертных конвульсиях здравый смысл, где-то примерно там же орала благим матом гордость, но я был слишком занят, чтобы отвлекаться на них. Зато омежья сущность полностью вошла в свои права. Мы как то незаметно переместились лежанку. Его руки блуждали по моим бокам, спине, спускались ниже и собственнически сжимали ягодицы, его губы исследовали мою шею, плечи, ключицы, грудь. Он будто невзначай задевал губами болезненно напряженные соски. Я, конечно, старался сдерживать стоны, но сейчас эта задача казалась невыполнимой. Внизу живота скручивался тугой узел возбуждения, член стоял колом, а смазка уже обильно стекала по внутренней стороне бедер. Он оставлял на моём теле засосы, следы от укусов, иногда синяки – знаки того, что я его и ничей больше. В другое время я бы всеми силами отстаивал себя любимого, но сейчас мне настолько хорошо, что не хочется ему препятствовать. Он у меня своё еще получит, вот только течка закончится… В штанах уже было невыносимо тесно и мокро, и, вообще, одежда сейчас казалась такой лишней… Похоже, кто-то все-таки умеет читать мысли. От штанов меня избавили в кратчайшие сроки. Впрочем, и я не бездействовал, и альфа уже тоже был полностью обнажён. Какое у него шикарное тело… Я и сам не заметил, когда начал гладить его плечи, спину, иногда царапая в отместку, я просто делал это, и мне нравилось. Но мне мало. Мне очень мало. Сам не ожидал от себя такого… Я даже не сразу заметил, как в меня ввели палец, опомнился, только когда альфа ввел второй, и то, только по тому, что это начало доставлять некоторый дискомфорт. Должного внимания этой проблеме я так и не уделил, ибо меня бесцеремонно отвлекли эти наглые губы, вовлекающие меня в очередной страстный поцелуй. Через несколько минут в меня уже свободно входило три пальца. Это было чертовски приятно, и, в то же время, этого было до безумия мало. Но все же лучше, чем совсем ничего. Я уже готов был кочить от одних только этих поцелуев и пальцев, но, похоже, у моего партнера в наличии задатки садиста. Когда из меня выняли пальцы, я непроизвольно простонал, да так разочаровано, что мне аж самому себя жалко стало. Кажется, мое разочарование не осталось незамеченным, и, еще немного помучав и подразнив меня, он-таки перешел к более активным действиям. В какой-то момент мне стало страшно. Действительно страшно от того, ЧТО сейчас произойдет. Впрочем, мой страх пропал так же внезапно, как и появился. Его развеяли эти губы, которые сейчас целовали меня так страстно, и этот взгляд, взгляд, в котором отражается целая буря эмоций. Вижу, кому-то уже не терпится… Прижимаюсь всем телом к нему, хотя, казалось бы, куда уж ближе. Мои действия были расценены правильно, и он с почти звериным рыком вошел в меня до упора. Не скажу, что было прямо-таки больно, скорее неприятно. Терпимо, в общем. Привыкнуть мне не дали, Шахрияр с ходу взял бешеный ритм. Это все либо течка виновата, либо я просто мазохист, потому как мне это нравится. Очень даже нравится. Может, если… Додумать мне не дали, альфа задел что-то внутри меня, и теперь я не просто постанывал, а, кажется, кричал от удовольствия. Думаю, потом мне будет очень стыдно. Но это будет потом. Кажется, я сорвал голос… Ну и фиг с ним. После этого я будто отключился от мира, мысли сначала смешивались в невероятный коктель, потом вообще пропали. Помню только, что мне было очень, до безумия, хорошо.

***

Утро. Сколько боли и страданий отображено в этом простом маленьком словечке. Что же вчера происходило, что все тело теперь ТАК болит. Такое было только один раз, когда я успешно завершил свое первое задание высшего ранга. Вернулся я в весьма плачевном состоянии, а что было на следующее утро после празднования (которое, к слову, началось буквально через десять щепок после моего успешного возвращения) вообще вспоминать не хочется, но… Моё состояние сейчас не идет с этим ни в какое сравнение. Все тело затекло. Я попытался устроится поудобнее. Результат превзошёл все ожидания, меня будто током прошибло. У меня болит все тело, особенно поясница и шея; меня подгребло к себе нечто большое, тяжелое, теплое и безумно приятно пахнущее, плюс вчера у меня началась течка. Вывод. Господи, где же я так нагрешил, а? Глас свыше: «Сие судьба твоя, о сын мой!». Я страдальчески простонал куда-то в одну из многочисленных подушек. «Нечто» явно не одобрило моих копошений и начало просыпаться. Помнится, мне кто-то говорил, что «месть — удел слабых». Что же, тогда самое время побыть слабой омежкой. Не раздумывая, пнул это «нечто» ногой. «Нечто», не ожидав от меня такой подлости, не удержалось и плюхнулось на пол, утащив с собой покрывало. Оно смачно выругалось и начало предпринимать попытки выбраться из покрывала. Вот показалась рука, а за ней и ее обладатель. Вот, сидим. Смотрим друг на друга. Опять. Сначала Шахрияр внимательно меня рассматривал, а потом вдруг заухмылялся, да так пошло, что меня аж пробрало. Только сейчас до меня дошло, что я сижу перед альфой абсолютно голым. С другой стороны, чего стеснятся? Он и так уже все видел. И все равно продолжает ухмыляться и рассматривать меня. У меня настойчивое ощущение, что меня уже не только облапали, но и отымели во всех известных позах! И это одним только взглядом! Вот нахал! - Чего уставился? – первым не выдерживаю и нарушаю давящую тишину. Он улыбается. Довольно так улыбается, как кот, который сметаны объелся. Непонимающе смотрю на него. Он улыбнулся еще шире. - А я ведь говорил, что ты будеш моим, – и внимательно смотрит мне в глаза. Предчувствуя неладное, кладу руку себе на шею. ... Я. Его. Убью. Беру подушку и метко швыряю в альфу, ибо нефиг было мне, без моего же согласия, свою метку ставить! От подушки Шахрияр ловко увернулся и в промежутках между обстрелом завалил меня обратно на лежанку. Не могу ему сопротивлятся, да и смысла уже нет. И, как бы дико это не звучало, совсем не хочется. Кажется, я сошел с ума. Он целует меня так жарко, так страстно. Я, конечно, отомщу ему за такую выходку, но это потом. Не знаю как, но… похоже, я умудрился втюрится в свою пару. В этого наглого, на голову стукнутого засранца. Если даже ему захочется отказатся от меня, я его никуда не отпущу, он мой, моя пара. А я его. И будь, что будет. Конец.