Lejana y cercana

… Тесто уже приподнялось. Он часто пользовался замороженным полуфабрикатом, времени естественной разморозки как раз хватало на то, чтобы решить вопрос с начинкой. Сегодня было решено остановиться на двух вариантах. Грибы с лучком уже поджарились, сыр, более-менее пристойный «Дор-Блю» был уже покрошен в глиняную мисочку, изюм добросовестно отмокал в плошке с коньяком, ломтики яблок образовали внушительную горку. В кухонном шкафчике, как снайпер в засаде, притаился пакетик молотой корицы. Тонко раскатать слоеное дрожжевое тесто и не расплющить его – искусство. Тем более, если это делает не профессионал, а любитель, да ещё такой, который по роду деятельности больше привык иметь дело отнюдь не кухонными ножами. Тренированные руки могли управиться с любым оружием или типом взрывчатки, но здесь требовалось куда как больше внимания и аккуратности. Кто сказал, что кухня и готовка – женское дело? Это не для девочек и слабаков, уметь готовить, тем более, готовить вкусно – задача, достойная настоящего мужика! Тем более, когда дома полупустой холодильник, а в магазин тащиться, как говорят школьники, «в лом». Но он ещё с курсантских времен умел готовить «кашу из топора». Ффух, с тестом все получилось. Начинка, грибы с луком, улеглась на слой теста. Поверх густо насыпались сырные крошки. Второй слой теста прикрыл получившийся пирог, как крышкой. Отточенный нож аккуратно несколько раз надрезал верхний слой теста. Точно также, только с другой начинкой, он сформировал второй пирог, уложил оба своих творения на смазанные маслом противни. В принципе, не Бог весть какие мудреные блюда, но в сочетании с бутылкой хорошего «Бордо» и фруктовым салатом на десерт пироги должны были быть восприняты более чем положительно. Проверил духовку. Отлично, уже разогрелась. Противни с легким скрежетом встали на свои места. Теперь можно было снять фартук, прибрать стол и присесть минут на пятнадцать, почитать. Они дежурили в КТЦ сменами, после Афганистана Пригов завел порядок, что двое из группы в деле, двое – на подхвате, в полной готовности, на базе, а двое отдыхают. Правда, суровые реалии их службы частенько ломали этот порядок, да и сам генерал был конченым трудоголиком, но на страже здоровья группы стоял бдительный и заботливый Виктор Сергеевич. После планового медосмотра личного состава по итогам возвращения из Тура-Бура поведение начмеда в кабинете Пригова было больше всего похоже на баллистическую ракету, угодившую в дачный сортир. В принципе, Виктор Сергеевич был прав. Афганистан едва не убил Физика, чуть не прикончил Батю и Бизона, который, в довершение всех бед, едва не остался без жены. А разъяренный Виктор Сергеевич припомнил генералу и Африку, и Камбоджу, и псковские болота, и много-много других «мелочей», после которых группа продолжала нести суточные дежурства, как ни в чем не бывало. Но Пригова этим было не пронять. Едва генерал открыл рот, чтобы поставить на место зарвавшегося полковника, как коварный Сергеич нанес «coup de grace» - «удар милосердия», проще говоря, добил: - Ещё пара-тройка таких операций, и гарантирую потери. Двое-трое точно не вернутся, это я Вам как врач говорю. Нас всех переформируют, а Вас, товарищ генерал-майор, отправят, - начмед выдержал небольшую паузу и с гадючьим шипом выдал, - на ПЕНСИЮ! С тех пор Смерчи, если была возможность, дежурили парами. .. В прихожей заклацал ключ в замке, со скрипом открылась входная дверь. - А вот и мы!!! - Мммм, какие запахи! А у нас гости? - Так, девочки, быстро мойте руки и за стол! У нас праздник, называется – выходной, - сказал, улыбаясь, Батя, помогая жене и дочери снять зимние куртки… ,,,,,,, Отточенный клинок мелькнул в ладони от шланга ИДА. Встречный выпад черкнул по вражескому запястью, клубы темной крови вспухли в бутылочно-зеленой воде. Стремительный поворот, ноги с силой выталкивают тело, разрывая дистанцию. Врагов ещё двое, и оба явно не бойскауты. Ножевая, да и вообще бой в воде, - это совсем не то же самое, что рукопашный или ножевой бой на суше. В воде толком не размахнешься, она забирает у движений силу. На суше у бойца всегда есть точка опоры. В воде тело «подвешено», а опасности прут со всех сторон. Поэтому боевые пловцы никогда не размениваются на широкие размахи и красивые пируэты. Ничего эффектного, только простота и голая эффективность. Уколы, подрезы, тычки, быстрые и мощные удары по болевым точкам, в общем, все то, что в любом спорте запрещено и выглядит крайне мерзко и грязно. У боевых пловцов своя правда. Мерзко ударить в горло, пах, нос, ткнуть пальцем в глаз? Некрасиво ломать противнику трахею? Конечно! И это замечательно! Зачем врага бить дважды? Чья жизнь в бою дороже, своя или вражеская? Тем более, как любит иногда приговаривать контр-адмирал Иван Михайлович Булатов, «главное – это успешное выполнение задачи. Смерть не является оправданием неудачи. Умри – но сделай!» … Двое аквалангистов заходили с флангов, видимо, решили брать живым. Ага, как же! Он успел ударить первым, нож зацепил толстый кислородный шланг у шеи врага. В ребрах разорвалась дикая боль. Раз, ещё раз. Обожгло плечо. Три укола! Он снова вывернулся, вбил нож под маску третьего. Тот рванулся, дернул головой и выпустил загубник… …. Кот тяжело перевалился через борт катера. ИДА был пропорот в пяти местах. - Вася! – Мура упала на колени рядом с парнем, обдирая пальцы, расцепила зажим щлем-маски, обнажила ему голову, - Вася, не молчи! - Же…ня…, - прохрипел Ионов, - чтож… так больно-то… ,,,,,, Ума, шипя от тупой боли в отбитой спине, поднялась на ноги, приняла боевую стойку. - Ну, давай ещё! - Лесь, - сокрушенно вздохнул Бизон, - остынь! У тебя все равно не получится! - Ни фига! Давай! – Ума была в такой ярости, что смогла бы запросто перекусить стальной лом. - Добро, Серега, ещё раз. Бой! – Бизон нажал кнопку секундомера. Два сотрудника сцепились в рукопашной. Ума стремительно атаковала, обрушив серию ударов на уязвимые точки Мыцыка. Без толку, потому что Сергей атаковал навстречу. Твердый набитый кулак девушки просвистел мимо горла парня, горло сжали клещи боевого приема. Стальные пальцы старлея четко обозначили захват за кадык. В боевой обстановке Сергей сломал бы противнику трахею. Ума попыталась дернуться, но куда там. В глазах потемнело, в голове гулко бомкнул колокол. - Три секунды, - спокойно резюмировал Бизон, - Серега, медлишь! Привыкли уже с Ионовым руками-ногами махать, гладиаторы! А надо – рраз! И все! Один удар – один калека! - Ага, - разжал пальцы Физик, Ума со свистом втянула воздух, - или труп. - Или труп! – серьезно кивнул Бизон, - Лесь, ты пойми, ты двигаешься и дерешься, как спортсменка. А мы – солдаты. И драться должны, как солдаты, быстро и жестоко! Нет времени в бою на все эти твои красивые удары! - Ни фига, - упрямо мотнула головой Ума, - мы же группа контртеррористической направленности! Значит, наша задача – взять живым, по возможности целым! А ты учишь убивать! Причем убивать инстинктивно! Разве мы должны убивать? - Лесь, рукопашкой ты ничего не добьешься, - укоризненно покачал головой Физик, - пока будешь беречь врага, он тебя убьет. - Ни фига! – упрямо тряхнула головой Ума, - я – добьюсь! Я – возьму! - Ну, хорошо, - вздохнул Бизон, - попробуй, возьми хотя бы Физика. - Спасибо, товарищ капитан третьего ранга, - обиделся Мыцык за «хотя бы», - а сам-то? - Не вопрос, - Тарасов сунул секундомер в руки Сергею, шагнул на маты, хлопнул в ладони, - Бой! Олеся ринулась в новую атаку… и через секунду скорчилась на полу от дикой боли в лице. Борис также, на встречной атаке, пробил очень специфический удар, крайне редко применяемый даже в спецназе. Этот прием – удар чашкой ладони в область переносицы – пришел в боевое самбо из «искусства утонченной ловкости» - японского дзю-дзюцу, в частности, из фамильного стиля айки-дзюцу Такеда-рю. Удар, не столько сильный, сколько ловкий и быстрый, воздействует на центральный узел лицевых нервов, вызывая нервный спазм, способный вырубить на несколько минут любого, вне зависимости от цвета пояса и габаритов. В своё время этим приемом при задержании немецких диверсантов активно пользовались оперативники НКВД и «волкодавы» «Смерша». Разумеется, Борис лукавил. Риск нарваться на бойца с такими навыками был мизерным, но… такой риск был. Тем более, что командование всерьез озаботилось проблемой использования Смерчей для решения как текущих задач по борьбе с терроризмом, так и заведомо невыполнимых или провальных операций. Кто-то наверху всерьез уверовал, что Смерчи могут все, везде и всегда. Чтож, сами виноваты. Не надо было так хорошо работать. Последний год был щедр на события. А если учесть, что Новый год они всей командой встретили в Афганистане, то об относительно спокойных операциях хотя бы в пределах Ленинградской области в году наступившем можно было прочно и с чистой совестью забыть. Физик помог девушке подняться. Бизон, сокрушенно качая головой, пристроился рядом. Мужики уже собрались тащить девушку в раздевалку, как в спортзал ворвался генерал. - Бизон!!! – рык разъяренного Пригова заполнил помещение, - ты что это удумал, товарищ капитан третьего ранга?! - Владимир Викторович, Вы чего? – удивился Тарасов, - у нас урок рукопашного боя, мы тренировались… Ну, поспорили… - Поспорили?!!! Девочка на ногах не стоит! Претензиям генерала удивились все, включая Уму. На тренировках в Смерче никто не делал никакой разницы по весовым категориям, исходя из простой логики, что террористы бывают разные, и валить надо уметь любого, независимо от комплекции и роста. Если умений не хватало, что поделать, на то и тренировки. - А Вы зачем так шумите, а? – Бизон боднул коллегу и начальника тяжелым взглядом, - раз так, сами ей объясните, что в бою от спорта пользы нет! - Да ладно?! – Пригов завелся не на шутку. Смерчи знали, что генерал – мужик азартный, - ещё бы! Молодую девчонку такой бугай, как ты, завалил и не вспотел! Ты меня попробуй! - Товарищ ге…, - Физик сунулся было. - А ты не лезь! – Пригов сбросил ботинки, пиджак, выскочил на ковер, щелкнул подтяжками, - ну давай, крутой Бизон, возьми меня! - Ну, как скажете, - Бизон отпустил руку Умы. Противник закружили по ковру. Физик кивнул Уме, видишь? Пригов держал очень необычную стойку, правой рукой вперед. Так часто делают фехтовальщики, у них правая – основная рука для активной работы. Генерал, как знали все Смерчи, был фанатом ножевого боя. Пригов атаковал, как мангуст, быстро и зло, но пробить связку ударов у него не вышло. Бизон змеей ушел от атаки, ребро ладони впилось в генеральский затылок. Тело ссыпалось на пластик ковра. - Минут через пять будет в норме, - грустно сказал Борис. - Мы же боевые пловцы, - пояснил вытаращившей глаза девушке очевидную истину Физик, - нас так учили. Рраз – и готово! Только сухопутные дерутся по правилам. - А что с генералом? Он вообще сегодня какой-то задетый? – задумчиво спросила Ума. - А, вот вы все где! – в спортзал влетела, как всегда элегантная, Ольга Тарасова, - Боря, поднимай всех, Вася с Женей пропустили два сеанса связи. - Они же вроде на стажировке? – хором изумились Физик и Олеся. - Сережа, ты как маленький, ей-Богу, - укоризненно вздохнула Ольга, - ты первый день в разведке? Про слово «секретность» слышал, я полагаю? ,,,,,,, (за день до погружения) - Aprendimos a quererte desde la historica altura donde el sol de tu bravura le puso cerco a la muerte Тонкие сильные пальцы перебирали струны гитары в такт словам старой партизанской песни, сложенной Хуаном Пабло после известия о смерти Че. Густые каштановые локоны роскошной волной падали на плечи. Карие влажные глаза в обрамлении бархатных черных ресниц притягивали внимание. Глубокий грудной голос завораживал. Aqui se queda la clara la entranable transparencia de tu querida presencia comandante Che Guevara! - хором подхватили восхищенные крепкие парни в оливковой униформе, обступившие прекрасную певицу. Та сверкнула улыбкой и продолжала: - Tu mano gloriosa y fuerte sobre la historia dispara cuando todo Santa Clara se despierta para verte Она царила над этими парнями. Но… они все её не интересовали. Ни грамма. Нисколечко. Ни на секундочку. Ей был нужен Он. Вот этот вот guapo. Русский. Но он был равнодушен! Смотрит только на свою голубоглазую девку! Cabron! Vienes quemando la brisa con soles de primavera para plantar la bandera con la luz de tu sonrisa Она была в ярости. Чем она хуже, а? Ни грамма, хвала Мадонне, негритянской и индейской крови. К её стройным ножкам, обутым в форменные берцы, связками сахарного тростника падали парни, да не просто парни, а элита элит, бойцы спецназа! Дерзкая, яркая, сильная, она не раз бывала в опасных передрягах. Так почему же этот yobbo с серыми глазами смотрел только на свою рыжую кошку? Ну, погоди! Tu amor revolucionario Te conduce a nueva empresa Donde espera la firmeza De tu brazo libertario Она перебросила гитару Мигелю, своему самому преданному ухажеру, выскочила в центр круга, выбила каблуками чечетку на манер певицы Натальи Кардона. Вышло неплохо, танцевать она умела. В венах кипела гордая кровь покорителей Латинской Америки. Глаза метали молнии, щечки порозовели от ярости и азарта. Она тряхнула каштановой гривой, повела крутыми бедрами, затянутыми в оливу униформы, выгнула спину. Парни засвистели, заорали. Она, царственно-гневная, пропела речитативом: Seguiremos adelante Como junto a ti seguimos, Y con Fidel te decimos: hasta siempre comandante! - и вытянула руку к этой паршивке. Выходи, уродина! Посмотрим, как ты танцуешь, дочь медведя! Струны под пальцами Мигеля выдали перезвон. Рыжая кивнула, в два движения распустила косу, легко и как-то по-кошачьи перемахнула сидевших впереди парней и встала к ней в пару. Русые волосы разметались по плечам. Голубые глаза сверкнули северным сиянием, красивые губы чуть тронула усмешка. Ты хотела поединка? Со мной? Начинай! … Спустя час улыбавшийся Кот кружил Муру на руках под оглушительные вопли OLA!!! своих кубинских коллег. - Ну ты даешь! Женька, ты просто королева! – приговаривал Вася между поцелуями, - ты не говорила, что умеешь танцевать латино! - И не только латино! – гордо улыбалась счастливая Женя. Старший лейтенант Консуэла Хименес кусала губы. Она была горда. Слишком горда, чтобы отказаться от своей цели. Слишком горда, чтобы показать, что поражение её хоть как-то трогает. Хотя себя-то не обманешь. Утерла ей нос рыжая кошка, да ещё как! Кто бы мог подумать… - Старший лейтенант Хименес? – раздалось за плечом. О, Святой Себастьян! Только не полковник Ромеро! – завтра в час дня я жду вашу объяснительную по факту нарушения уставной формы одежды. Свободны! Сволочь! Гад! Зануда! Просто скотина! Индейская косоглазая тварь! Опять придрался к её завязанной на груди узлом рубахе. Ну да, она часто так делала, так фигура смотрится ещё эффектнее! Подумаешь, нельзя по уставу! Она в спецназе или где?