Lejana y cercana

,,,,,,, Ну, наконец-то! Макнамара облегченно вздохнул и набулькал бурбона. Дернул хороший глоток, осторожно выдохнул. Первый успех за полгода, за это стоило выпить. Сучка сработала как надо, самолет разлетелся на куски точно в указанный срок. Как только Дженни доложилась, полковник отдал приказ перепроверить её действия и запускать агитационный блок. Ну, как это было в восьмом году, или там во время «холодной войны». Опять эти русские собираются захватить мир…, и все такое. Целый самолет дохлых сектантов и, в качестве приятного бонуса, проклятые спецы из этой группы «Smerch» придали бы веса всей шумихе. - Разрешите, сэр? – в кабинет влетела Дженни. - Что тебе надо? – рыкнул Макнамара. - Сэр…, - пролепетала девушка, протягивая ему смартфон, - я не понимаю, как… Полковник выхватил гаджет. Ага, Фейсбук, новостная лента. Так, вот посты про коварных нетолерантных русских, вот… А это, мать твою, что такое? - Идиотка! Что ты мне взорвала, сучья дочь?! – в бешенстве заорал Макнамара. В спине дико закололо. Сердце пропустило удар. Полковник рухнул на кресло, застонал от прошившей тело боли. - Сээр? – пролепетала перепуганная Дженни. Девушка мысленно уже видела свою могилу на Арлингтоне. Так облажаться! Господи, как же так?! Ведь она все сделала правильно! - Не стой столбом, помоги! – Макнамара выжал торс на руках, ссыпался на ковер, - разотри спину! Коротко дзенькнул телефон закрытой линии. Дженни подскочила, схватила трубку, молниеносно передала полковнику. Тот, лежа на полу, с минуту слушал, после чего отшвырнул телефон в сторону. - Ты думаешь, я тебя уберу, девочка? – прохрипел Макнамара, - и не мечтай! Ты будешь пахать, пахать долго! Из-за тебя директор Конторы только что сделал мне новую дырку в жопе! Меня решили поставить на место Стивенса! Что ты встала? Растирай мне спину! Мы в полном дерьме, а мне надо работать! Живо, живо! Пошевели руками! Дженни просто трясло, пока она делала массаж полковнику. Она взорвала не тот самолет! Но как? Как? Впрочем, плевать. Хорошо, что она будет жить. Надо держать удар. Надо делать, как хочет мистер Сломанная Жопа. Ничего. Малышка Дженнифер – сильная девочка, она сумеет выбраться из этой задницы. ,,,,,,, Соленый ветер бил прямо в лицо, заставлял щуриться, вышибал слезу. Бизон не отворачивался. Он буквально пил всей грудью этот волшебный запах открытого моря, запах свободной стихии, частью которой он, как боевой пловец, всегда себя ощущал. А ветер? Пусть, заодно никто не увидит, как блестят его глаза. Тарасов бережно прижимал к себе обмякшие тела. Ребята… сколько ж вы вынесли за этот страшный год! Как долго длилась эта операция! И вот, наконец, все. Отмучились. Спецназовцы, сидевшие по бортам, помалкивали. Хотя в реве мотора особо и не поговоришь, но как-то не говорилось. Мужики жалели, что три «Зодиака», уже подкравшихся к дымившей пожаром яхте, ушли без прощальных подарков. Как хотелось, ох как хотелось пустить кровь этим гадам! Когда морпехи влезли на борт уже накренившегося судна, вспышку дикой ярости Бизон едва сумел направить в нужное русло. Да и то, пришлось пару раз тряхнуть самых ретивых за воротник. Ох, как хотелось причесать по этим лоханкам из турельного НСВТ! Или хотя бы из «Печенега»! Чтобы кровавые клочья по воде! Ну да ладно. Когда долбанула вторая ракета, штатовские «Зодиаки» что-то очень шустро отвалили от яхты и рванули к своим крутым корветам. Ну, дураки они, что ли. Два корвета против ракетного крейсера с кораблями сопровождения при авиационной поддержке, это все равно что пацан из восьмого класса с дедушкиной двустволкой против танкового батальона. Лодки подошли к трапу. Спецназовцы бережно передали матросам два тела. Вся команда высыпала на палубу, вышел даже капитан с мостика, кок с камбуза и механики из машинного. Неужели? Каждый уже представлял, как уйдут ракеты по новым целям, как ревущее пламя распылит эти поганые корветы, как в адском жару будут обугливаться кости и течь металл, как все это уйдет в морскую пучину, как… Кап-три Тарасов влез на палубу, вытер пот с бледного лба. Улыбнулся. - Тссс, тихо. Живые, живые. В отключке только. ПРишлось вырубить, чуть не взорвались. Дикий победный рев полетел над Атлантикой. Ага! Знай наших! УРАААААААААА!!! Кот открыл один глаз. Огляделся. Никак, свои?! - Жеень… - Ммм? – девушка пришла в себя. - Так я снова спрошу, можно? - Ммм? – а где это они? Опа! Бизон! Наши? Точно, наши! - Выходи за меня! - Васька, - всхлипнула Мура и прижалась к груди своего мужчины, - ну вот сколько раз тебе повторить, да, да, ДА!!! Боцман тихонько ткнул кока в бок, давай мол, расстарайся! Люди с того света приехали, пожрать бы, сто грамм. Сам боцман лихорадочно соображал про каюту и баню. Понимать надо! Капитан улыбаясь переглянулся с офицерами, и, резко посерьезнев, поднес руку к обрезу фуражки. Экипаж, как по щелчку, вытянулся. - Нашим гостям и товарищам, - раскатился над волнами бас боцмана, - троекратное гвардейское УРА! УРА! УРААААА!!!! Над приходившими в себя ребятами развернулся на ветру священный символ военных русских моряков – лазоревый крест Святого Андрея Первозванного. Мура счастливо улыбнулась. Вспомнились «черные осы» и бело-голубой бантик на грифе гитары Консуэлы, верной дочери Йемайи, ориши моря и материнства… ,,,,,,