Lex Fati

Жизнь все-таки хорошая штука, как ни крути. Лухан никогда не думал об этом до этого дня… Сегодня он узнал, что мог бы погибнуть, но остался в живых… Во второй раз за всю свою жизнь… Сильно прижавшись к груди своего парня, он плакал. Громко и навзрыд. Он не знал, почему судьба защищала его. Ведь уже второй раз он обманывал смерть, и она обходила его стороной. Первый раз он должен был погибнуть в автокатастрофе вместе с родителями, но тогда только маму с папой небеса забрали к себе. А второй… По луханевским меркам, он должен был умереть.. и тоже в автокатастрофе, но уже не в самой машине, а сбитой ею… - Где могила дяди? – еле выговорил Лухан, пытаясь успокоиться. Пожилая пара переглянулась. - Мы решили похоронить его в родном Китае, в одном из кладбищ Пекина. Лухан все же успокоился. Он встал, поклонился и ответил: - Спасибо вам большое! Я уверен, что и мой дядя был бы благодарен вам так же, как и я. Сехун встал за ним следом. - Дяде моего Лухана так повезло с его друзьями! Знайте, мы всегда будем помнить вас. Спасибо вам за все, но нам надо идти, - блондин тоже поклонился. - А как же чай? – огорченно пробормотал Чондэ. Парни, уже направившиеся к выходу, остановились. Лухан, резко развернувшись, подбежал к постаревшим друзьям и крепко обнял их. «Как жаль, что я встретился с вами спустя год…нет, спустя 40 лет…» - горько подумал китаец. - Спасибо, - прошептал тихо он и направился к своему парню. Попрощавшись, они вышли из дома. Медленно идя к воротам, Лухан тихо всхлипывал, а Сехун, придерживая его за талию, успокаивал словами. Вот парни вышли со двора старых друзей. Пройдя несколько метров, шатен упал на колени и, закрыв руками лицо, стал вновь плакать. Сехун присел на корточки и обнял своего парня. - Малыш, успокойся. Пожалуйста, успокойся… Не переставая плакать, Лухан обнял Сехуна, закрепляя руки за шеей блондина. - Т-ты… п-понимаешь? Если б-бы я не был перенесен из прошлого в будущее, то м-меня сейчас просто не с-существовало бы… - заикаясь и захлебываясь своими слезами, сказал Лухан. – Я мертвый жилец… Сехун, продолжая обнимать старшего, погладил того по голове. - Ну-ну, малыш, - он чмокнул шатена в затылок, - если бы ты был мертвым, мы бы сейчас не сидели посреди дороги. Ты бы не плакал, а я тебя не утешал бы. Вдруг китаец оттолкнул младшего. А сам вскочил на ноги. - Ты не знаешь, каково это – оказаться в другом веке, без друзей, родственников, денег и места проживания. Мне повезло, что попался такой хороший и добрый человек, как ты! А что, если бы я очутился под мостом, или, еще хуже, в лесу? Тогда бы я точно помер! Не то от голода, не то от страха! – после этой гневной тирады он опять осел на землю и, обхватив руками колени, стал качаться и тихонько ронять слезы. Сехун подполз к нему, совершенно не заботясь о своей одежде и о том, как глупо он выглядит в глазах незнакомых ему людей. Он просто хочет остановить слезы любимого человека. - Любимый, пошли домой. А там и успокоимся, - одной рукой он приподнял голову Лухана за подбородок. Глаза старшего стали красными от слез, а все лицо было мокрым. - Х-хорошо… - китаец поднялся и отряхнулся от пыли. Затем он обнял только что вставшего с земли Сехуна. – Прости меня. Я такой эгоист… Младший посмотрел в большие глаза напротив. Он поддался вперед и поцеловал мягкие губы шатена. Лухан углубил поцелуй. Теперь ему совсем было наплевать на то, что все люди, проходившие мимо них по этой дороге, видели это. Любимые губы. Эти сладкие губы младшего шатен готов целовать вечность. Он очень сильно любит своего мальчика, даже если в отношениях ведет явно не он сам. Оторвавшись от губ блондина, Хань погладил его по щеке. Слезы уже высохли. - Ну что, пойдем домой? - Пошли, хен, - улыбнулся Сехун, и они, держась за руки, направились в свое любовное гнездышко. Кай и Бэкхен всегда смеялись над тем, как иногда называет своего парня их младший брат. Такое сочетание, как «хен» и «малыш» явно считается немного глуповатым. Вот и сегодня, уже в который раз, Сехун зовет так своего Лухана лечь спать пораньше, чтобы… ну, вы поняли. - Хе-ен! – громко позвал блондин. Ответом ему последовала тишина. - Малы-ыш!!! – уже громче. Но все равно ему никто не отвечал. - Где ходит этот чертов олень?! – выругался шепотом младший, поднимаясь с кровати. Он часто называл Лулу оленем, зная, как переводится имя шатена с китайского. Надев тапочки, он защеголял было к двери, но в проеме столкнулся с Луханом. - Услышал-таки, - возмутился Сехун, укоризненно глядя на старшего. - М? – округлил и так большие глаза Хань. Се уже хотел было начать отчитывать своего парня, как вовремя заметил, что тот был в одних только боксерах. - Для кого это мы так разделись? – с похотью в глазах спросил блондин, притягивая Лулу к себе. Его сильные руки хорошо уместились на ягодицах старшего. Хлопая длинными ресницами и недоуменно смотря невинными глазками на своего парня, Лухан ответил тихо, возбуждающим тоном: - Для кровати… - и, тихонько оттолкнув парня, направился к постели. Закатив глаза, Се пошел следом за шатеном. Китаец лег на кровать и укутался одеялом. Блондин, внимательно следя за ним, повторил движения старшего. Лухан, пожелав спокойной ночи Сехуну, отвернулся от парня и уснул. «Ну уж нет! Так дело не пойдет!» - подумал про себя младший. Он поднялся с места и уселся верхом на “уснувшего” Ханя. Тот открыл глаза и удивленно посмотрел на него. - Ты чего? Блондин склонился к лицу старшего. Продолжая смотреть на него, он поцеловал Лухана. Шатен ответил. Как же он любил целовать младшего! Эти губы самые любимые, самые нежные, самые лучшие. Скинув одеяло с парня, Сехун раздвинул ноги китайца и устроился между ними. - Вот тебе мой подарок на нашу годовщину, - сказал он, прежде чем утянуть старшего в страстный поцелуй. Яркое солнце пробилось сквозь плотные шторы, закрывавшие часть огромных окон, которые находились прямо перед кроватью пары в спальне. Лухан нахмурился и заерзал в объятьях Сехуна. Сначала он приоткрыл левый глаз, затем второй. Потом мило похлопал ресницами, давая привыкнуть глазам к такому яркому освещению. Убрав одну руку с талии блондина, он прикрыл ею свои огромные карие глаза. - Тю… как мило. Получив чмок в щеку, Лухан убрал руку с лица и посмотрел на того, кто одарил его утренним поцелуем. Красивый Сехун с нежностью смотрел на старшего, вгоняя того в краску. - И давно ты следишь за мной, засранец? – пробубнил шатен. - Примерно минут 20. Ты еще тогда спал, малыш, - улыбнулся младший, вновь целуя китайца в щеку. Закатив глаза, Хань попытался развернуться к парню спиной, чтобы продолжить свой прерванный сон. Но крепкие руки, что не отпускали его всю ночь, которые держали его, пока Сехун вдалбливался в тело старшего, продолжали настойчиво удерживать Лухана в том положении, в котором он был, когда проснулся. - Пусти, мне больно. - А мне не хочется тебя отпускать, - ответил Се, наваливаясь на шатена сверху. – Я люблю тебя. - А мне кажется, что ты хочешь меня, - рассмеялся старший, притягивая блондина к себе за поцелуем. - И это тоже, - оторвавшись от сладких губ китайца, ответил Сехун, в то же время поглаживая его стройные ножки. - Похотливый извращенец, - процедил сквозь зубы Лухан, раздвинув свои ноги и впуская в себя младшего. Блондин охнул и, тихо прошептав о том, что его хен все еще слишком узкий, стал увеличивать темп и скорость движений в Хане. Теплая вода приятно освежала кожу. Сехун, прикрыв глаза и подняв лицо к струе капелек выходящих из душа, стал думать о том, что же делать с прошлым его любимого парня. Год назад они проснулись в одной кровати, недоуменно и откровенно пялясь друг на друга. Кто же знал, что спустя год эта парочка будет праздновать этот день, как самый лучший из всех, которые они провели вместе или отдельно. Правда, именно в этот день набралось лидируещее количество вопросов, на многие из них ответы все еще не были найдены. Выйдя из ванной, блондин направился на кухню, откуда доносилось тихое пение его парня. Стоя в любимом фартуке с оленями, Хань чуть пританцовывал, пытаясь в то же время готовить завтрак. Сехун подошел к нему и, обняв со спины, поцеловал в затылок. - Почти готово. Садись, я сейчас накрою на стол, - нежно проговорил старший, отрывая своими пальчиками руки парня от собственной талии. Позавтракав, парни решили прогуляться по Сеулу, но уже не по тем местам, где они были раньше. Конечно, что-то новое всегда завораживает и интересует человека. Вот пара забрела в какой-то переулок, и Лухану он показался каким-то знакомым. - По-моему, мы здесь уже были…. Блондин посмотрел на него: - Нет, хен, я впервые вижу это место. А без меня из дома ты никогда не выходил. Отреченно кивнув, он продолжил рассматривать до боли знакомый квартал. Дорога, вымощенная каким-то древним камнем, вела куда-то вдаль. Дома, стоявшие по обе стороны дороги, как-то грозно смотрели на парней. И даже то, что в данный момент был день, и на небе светило майское солнце, давало домам выглядеть еще более зловеще. Дернув за рукав рубашки парня, Лулу попытался остановить его. - Се, мне страшно идти туда.. Я боюсь этого места. Взяв старшего за руку, блондин с нежностью посмотрел на китайца: - Малыш, ничего не бойся. Я рядом. Все еще дрожа, шатен кивнул. Он стал осматриваться по сторонам: - По-моему, я был здесь еще в прошлой жизни… - вдруг, поразмышляв немного, он подпрыгнул и стал трясти Сехуна. – Точно! Тут дальше будет ларек со всякими побрякушками, где я купил вот это, - он поднял левую руку, на которой блестя и переливаясь всеми цветами радугами на солнце, висел черный браслет. – Я даже помню имя продавца! – горделиво добавил он. - Да? И как же? – Сехун сощурился и улыбнулся. - Исин… Чжан Исин. Тут улыбка сползла с лица младшего и, он, округлив глаза, переспросил: - Ч-что ты сказал? Шатен сглотнул. - Исин… что-то не так? Сехун ошарашено пялился на старшего. - Знаешь, в моей компании, которая как раз год назад погибла в том ресторане, был тоже свой Исин. Хотя, себе он взял прозвище Лэй. Так проще, да и китайское имя не все запомнят… - Он был китайцем? – расширил глаза Хань. - Да. И очень даже милым. Особенно мне нравилась его ямочка на щеке… Знаешь, я всегда благодарил его за то, что он спас мне жизнь в ту ночь. Он напоил меня каким-то алкоголем, после которого у меня разболелась голова, и я отправился домой… Милое совпадение, не так ли? С открытым ртом Лухан смотрел на своего парня. Если раньше он не придавал этому особого значения, то сейчас понял кое-что важное. Ведь его Исин тоже, можно сказать, спас его от смерти, ведь именно у него застрял Лулу в ту роковую ночь, покупая чертов браслет. У этого Исина тоже была ямочка… Подождите… - Се… Мне кажется, что те Исины, которых мы знаем, это один и тот же человек… - Тебе не кажется, мой дорогой друг. Это на самом деле так, - послышался голос сзади. Парни обернулись и увидели прямо рядом с собою темноволосого парня с милой ямочкой на щеке.