Тренировки

Проскользнув в тренировочный зал на очередное занятие, я практически нос к носу столкнулась с Дмитрием. Обычно наставник ждал меня, лежа в углу на матах и читая очередной вестерн или неторопливо разминаясь, так что я сразу заподозрила, что дело тут нечисто. Напряженный взгляд Дмитрия лишь подтвердил мои опасения. - Что такое, товарищ? В углу зала затаился стригой? - попыталась пошутить я, но осеклась под серьезным взглядом дампира. - Хуже. Дмитрий наконец-то соизволил отойти в сторону, позволяя мне осмотреть зал. Сначала я не заметила ничего не обычного, но потом… Да, это он. Ошибки быть не может. На матах тускло поблескивал амулет в виде небольшой розочки, на который когда-то наложил возбуждающее заклятие Виктор Дашков. - Ты… Откуда он у тебя? – я прислушалась ко внутренним ощущениям, проверяя, не пришла ли в действие магия амулета. Разум меня успокоил: я любила и хотела Дмитрия, но не больше, чем обычно. Да уж, отличное ‘успокоительное’. - Он остался в моей комнате после… - наставник тщательно подбирал слова. – После той ночи. Потом я перенес его в хижину на лесной опушке. Я думал, что он может стать доказательством в суде над Дашковым. Но процесс разворачивался так быстро, что у меня не было возможности не то что забрать – даже вспомнить его. - А вчера ты был в хижине и наткнулся на него! – воскликнула я, замечая удивление на лице Дмитрия. – Что?! В последние месяцы ты пару раз говорил, что со всей этой суетой у тебя нет времени просто посидеть в тишине и подумать. А вчера пришел на тренировку как никогда умиротворенным. И вообще… У тебя волосы пахли костром. Наверное, меня должен был смутить тот факт, что во время жестких тренировочных контактов я успеваю почувствовать, чем пахнет мой наставник. Но я была Розой Хэзевей, и такие мелочи меня не волновали. - Ты очень… - Дмитрий оценивающе посмотрел на меня. - Наблюдательна. И догадлива. Может, еще скажем, зачем здесь этот амулет? - Как и все, что здесь есть, - я хищно ухмыльнулась. – Для тренировок. - Роза, - подойдя вплотную ко мне, наставник приподнял мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза: так он делал, только когда хотел сказать что-то очень важное. – Шутки кончились. Эта тренировка – одна из самых важных в твоей жизни. И одна из самых опасных. Кто знает, что будет, если ты… Если мы не справимся с магией амулета. - Ничего такого, что я не могла бы – и не хотела бы! – пережить, товарищ, - пробормотала я, не отрываясь от карих глаз дампира. - Роза, - Дмитрий укоризненно покачал головой. – Магия амулета, долгое время находившегося без подпитки, значительно ослабла. Думаю, в этот раз справиться с ней будет даже проще. Но она все равно поможет тебе научиться преодолевать свои чувства. Сегодня тебя ждет очень тяжелое занятие. Твоими противниками будут не стражи или стригои, а собственные чувства и эмоции. Сложнее всего бороться именно с ними. ‘Кому, как не нам с тобой, это знать’, - мысленно усмехнулась я. Но вслух произнесла совсем другое: - Я готова. Вот только… Как мы сможем остановиться, если что-то пойдет не так? - Я все продумал, - Дмитрий кивком похвалил мою предусмотрительность. – Амулет будешь надевать ты, чтобы большее воздействие он оказывал именно на тебя. Это полезнее для тренировки. А еще – если что-то и впрямь пойдет не так – я смогу порвать цепочку и сдернуть ее с твоей шеи. Сил у меня на это хватит. - Не сомневаюсь, товарищ, - я улыбнулась и вприпрыжку поскакала к матам, лежащим в углу зала. Подняв амулет, я вновь прислушалась к своим ощущениям. Пока что никакого желания наброситься на Дмитрия здесь и сейчас, срывая с него одежду, у меня не было. Хотя… ‘Роза, это твой, черт возьми, наставник! Возьми себя в руки, дампирка-недоучка!’. Продолжая раздавать себе мысленные оплеухи, я вернулась к Дмитрию. Тот смотрел на меня довольно настороженно, но в целом тоже вел себя, как обычно. - Я буду нападать на тебя, пытаясь причинить вред. Защищайся и постарайся ‘убить’ меня тренировочным колом, - в ответ на реплику наставника я лишь едва заметно кивнула, застегивая цепочку с кулоном у себя на шее. И началось. Дмитрий, как и всегда, бросился на меня без предупреждения. Я отпрыгнула в сторону, задевая его скользящим ударом. Слишком слабым, чтобы причинить ему хоть какой-то вред. Новый рывок не заставил себя ждать – но в этот раз я предпочла не уворачиваться, а ставить блок, на ходу выхватывая тренировочный кол и переходя в контратаку. Тычок в предплечье дал наставнику понять, что теперь я вовсе не безоружна. Он ушел в сторону от одного моего удара, другого… А на третий кинулся на меня, застав абсолютно врасплох. Веса Дмитрия хватило, чтобы я потеряла равновесие и оказалось на полу подмятой под него. К счастью, я не выпустила из рук кол. Наставник нависал надо мной, удерживая мои руки своими. Я знала как минимум три способа вырваться из его хватки, но… Мысли вдруг сбились в кучу, уговаривая потянуться к нему не за ударом, а за поцелуем. Разве нужно куда-то вырываться, когда он так близко? И есть ли что-то важнее, чем ощущать прикосновения этих рук? В глазах Дмитрия, которые были так близки, я видела отражение борьбы, происходящей внутри меня. Его губы были сжаты в тонкую полоску. Мне мучительно хотелось поцеловать их, вот только… Да, какая-то заброшенная в угол сознания мысль мешала мне это сделать. Какая-то важная – или, напротив, совсем пустяковая? – мысль… Пытаясь сосредоточиться, я отвела взгляд от Дмитрия – моего любимого и желанного Дмитрия – и посмотрела в сторону. Взгляд наткнулся на зажатый в руке деревянный кол. Медленно начало возвращаться понимание происходящего. Ощущения прорывались сквозь пелену тягучего тумана, который заволок мой мозг, заставляя его сосредоточиться только на Дмитрии. Крупица за крупицей возвращались эмоции. Настороженность. Азарт. Готовность ринуться в бой. С диким рыком я рванулась вправо, одновременно ударяя по руке Дмитрия весом своего тела и зажатым в кулаке колом. Даже дампир его комплекции не мог выдержать такой атаки: наставник на секунду потерял равновесие. Мне хватило этого, чтобы вырваться и принять боевую стойку. Чертов амулет чуть не сделал меня абсолютно беспомощной! Сосредоточившись на вспыхнувшем в душе чувстве ярости и отгоняя все остальные, я бросилась на Дмитрия, решив применить одну из самых хитрых атакующих связок. Два удара наставник блокировал, от третьего увернулся, а вот четвертый пропустил. Мой кол ткнулся ему в грудь, впрочем, слишком слабо, чтобы в реальном бою пробить сердце стригоя. Наставник отшвырнул меня в сторону, но я смогла сгруппироваться в полете и уже через мгновение вскочить на ноги. Оттолкнувшись от пола, я прыгнула вперед. Дмитрий, не ожидавший от меня такой скорости, не успел поставить скользящий блок. Конечно, он выдержал мой вес, но секундное замешательство стало его ошибкой. Я подсекла его ногу, спустя мгновение приземляясь на упавшего наставника и точным ударом кола ‘пронзая’ сердце. Дмитрий потянулся ко мне. Сначала я подумала, что он хочет меня обнять, но в следующую секунду раздался звук глухого щелчка. Наставник снял с меня амулет и отбросил его в угол. Поняв, что наконец-то можно расслабиться, я буквально свалилась с Дмитрия и откатилась в сторону. Лежа на полу с раскинутыми в сторону руками, я пыталась привести в норму дыхание. Наставник оказался прав: эта тренировка была одной из самых сложных. - Зачем это все? – тихо спросила я, не поднимаясь с пола. - Чтобы ты научилась контролировать свои эмоции. - В бою не возникает тех эмоции, которые пробуждает амулет. Ненависть, ярость, страх, желание отмстить – да. Но не любовь, - задумчиво прошептала я. Дыхание постепенно восстанавливалось, что не могло не радовать. - Роза… - лежащий рядом Дмитрий приподнялся на локтях и заглянул мне в глаза. – Тебя ждут разные бои. Я искренне надеюсь, что среди них не окажется того, в котором тебе предстоит бороться не только с врагом, но и со своей любовью, однако… К сожалению, в нашем мире стригоями не рождаются, а становятся. И ты никогда не знаешь, кто из близких покинет тебя, став немертвым… - Эй, товарищ, - я тоже приподнялась на локтях и теперь смотрела прямо на Дмитрия. – Ты что это, настолько устал от занятий со мной, что решил бросить все и стать стригоем? Ну, нет! Так легко ты не отделаешься. - Дело не только во мне, - по серьезному лицу Дмитрия стало ясно: моя попытка обратить все в шутку провалилась. – У тебя много близких – гораздо больше, чем ты хочешь признавать. И я сейчас не только про Лиссу. Твоя мать, Мейсон, Кристиан, Эдди, Адриан, Мия… Любой из них может превратиться в стригоя. И если это вдруг произойдет… - …то я должна буду убить их, - закончила я мысль наставника. - Да. Потому что никто из них не пожелает жить, будучи таким чудовищем. Полежав еще несколько минут в тишине, я поднялась с места, на ходу разминая мышцы. Подойдя к отброшенному Дмитрием амулету, я подняла его и надела на шею. Наставник понимал меня с полуслова, поэтому тоже поднялся и терпеливо ждал, пока я буду готова вступить в новую схватку. - Ну, что, будем учиться побеждать мою любовь к тебе, потенциальный стригой? – я глухо усмехнулась. 'Кто-кто, а Дмитрий уж точно в последнюю очередь превратится в немертвого. Он Бог. Он непобедим…', - я и сама не заметила, что мысленно пытаюсь себя успокоить. Эта схватка была тяжелее предыдущей. Моя сила воли то и дело давала сбои, и вместо того, чтобы ударить Дмитрия колом, я вдруг гладила его по волосам. Или прижималась к нему всем телом, даже не пытаясь вырваться из захвата. А один раз наставник, изображающий стригоя, приготовился вонзиться ‘клыками’ мне в шею, но в итоге лишь запечатлел на ней поцелуй. В целом же бой получился довольно рваным и проходил с переменным успехом. Прошло примерно полчаса, прежде чем я почувствовала, что сила амулета мне больше не угрожает: теперь я пусть и с трудом, но каждую секунду могла держать себя в руках. Во время очередного рывка, которым я пыталась пронзить Дмитрию сердце, он перехватил меня и прижал к стене. От силы удара перехватило дыхание. Наставник сжал мою руку – и тренировочный кол выпал, оказываясь у его ног. Но Дмитрия это не волновало. Он с тревогой всматривался в мои глаза, ища – и одновременно боясь найти – в них отголоски действия магии. Но мой взгляд оставался чистым и незамутненным. Выждав несколько секунду, я выскользнула из его хватки, но не спешила набирать дистанцию. Да и куда мне идти, если позади – стена, а впереди – высокий и сильный дампир? Резким движением сорвав с себя амулет, я отбросила его в угол зала. Несколько мгновений мы стояли, глядя друг на друга, а потом… С тем же рвением, с каким прежде кидалась в атаку, я бросилась на Дмитрия, целуя его со всей страстью, на которую была способна. Все чувства, которые на протяжении тренировки я прятала глубоко в себе, вдруг прорвались наружу. И Дмитрий не стал им сопротивляться! Он ответил на мой поцелуй – аккуратно и немного неуверенно, но ответил! Стоя на цыпочках (чертова разница в росте!), я обняла дампира, короткими ногтями царапая ему шею. У нас с Дмитрием всегда было отличное взаимопонимание: не прерывая поцелуй, он подхватил меня на руки. Скрестив ноги у него на талии и упираясь спиной в стену, я наконец-то могла не думать о разнице в росте, а наслаждаться моментом. Чувствовать его руки, скользящие по моей спине. Растворяться в ощущении полной безопасности. Отдаваться огню, охватившему тело. Смаковать обжигающе-горячие, но безумно мягкие губы… Поцелуй закончился также неожиданно, как начался. Дмитрий бережно опустил меня на пол, но не разомкнул объятий. Я не спешила отпускать его, уткнувшись ему в грудь и чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. Но счастье не может длиться долго. Прежде чем отстраниться, Дмитрий легонько поцеловал меня в макушку. Это было настолько трогательно и нежно, что страстный поцелуй вдруг отошел на второй план. Наверное, именно поэтому я не выдержала и задала мучавший меня вопрос. - Почему? В этот раз мне хватило всего одного слова. Здесь был вопрос и о том, почему он нарушил вечное ‘Роза, нам нельзя’, и о том, почему он сделал это именно сейчас, и о том, почему он не списал все на действие амулета… Ответ оказался настолько же кратким. - Потому что мы заслужили.