Потомки Героев. Часть 2

***

София Джексон

Мы с Анабель просто смотрели на эту ссору. Я наблюдала за Нессой, и в одном Виктор прав, это не она. Я следила за её глазами, они темнели, на какой-то миг они стали абсолютно чёрными, с ней происходит что-то страшное, от неё исходило самое настоящее зло. Одна мысль у меня вертется – что-то происходит, что-то надвигается. Мне всё время кто-то шепчет, что меня предали, вспомни… Да, я вспоминаю, что было три года назад, это вызывает у меня внутренние слёзы, но я обещала себе, что забуду. В голове только один вопрос – кто-нибудь замечает это, кроме меня? — Ванесса! — закричала Анабель. Чжан упала вся в слезах, она что-то бормотала себе. — Что я наделала? Это была не я! — тихо говорила Несса. Мы подбежали к ней, стараясь как-то затащить её на кровать. Она тряслась. — Фрэнк! Хейзел! — звала на помощь Бель, а я словно оцепенела, просто смотрела, как тело внучки Марса дрожит. Я впала какой-то транс. И потом очнулась, когда родители Чжан ворвались в комнату. — Что?! Ванесса! — кричала её мама. Мы все сидели на её кровати. Она только повторяла и дрожала, — Доченька! Прошу! Внучка Плутона закрыла глаза, у меня чуть сердце не выпрыгнуло. Но потом она их открыла, они снова стали прежними. — Что произошло? — тонким голосом спросила она. Её мать, плача, заключила её в объятия, — мам, ты меня задушишь! Надо было видеть лицо Фрэнка, оно было злое и, как у меня, оцепеневшее. — Как это произошло? — Мистер Чжан, мы ничего не знаем, она упала, плачет, трясётся, и… — Анабель ничего не могла толком объяснить от шока. Он посмотрел на меня, в надежде, что я ему что-то расскажу. — Виктор пришёл к ней, он сказал, что не целовал эту девушку, а потом он поцеловал Ван, она его откинула вон туда. Они немного поговорили, и он ушёл. А затем, то, что сказала Ани, — Хейзел перевела растерянный взгляд на мужа, тот не сказал ни слова, а только подошёл к дочери. Она улыбалась, снова чувствовалась её нежность, похоже, она даже не поняла и забыла, что произошло между ними. В этот момент у нас с Бель зазвонили телефон. Мы с ней переглянулись и одновременно сбросили. Это были наши мамы. — Нам пора, но Ванесса, если ты хочешь, мы можем ещё посидеть. — Спасибо, Анабель. Мне уже лучше, я, наверно, какое-то время полежу, я вам перезвоню. — Не уверена, что ты до нас дозвонишься, мы же наказаны, — сказала я, — позвони нам на домашний, хорошо? — Да… — сказала она и ослепительно и мило улыбнулась. Мы с Бель вышли из комнаты, оставив наедине её и её родителей. — Как думаешь, что с ней было? Ты чувствовала эту злобу? — спросила меня Грейс, когда мы спускались по лестнице. — Я не знаю, что это было, но Вик прав, это была не она. — Это точно были не эйдолоны! — Да! Это что-то пострашнее. У нас снова зазвонили телефоны, мы улыбнулись и сбросили ради прикола. Это был мой отец и её мама. Мы просто медленно плелись домой в «темницу». — Так получается, ты, Джексон, встречаешься с моим дядей? — Никогда не лезь в родственную связь богов, но получается, что да! Знаешь, нас давно тянуло к друг другу, и я не первый раз вот так сбегаю из дома... — Дождалась! — закричала радостным воплем Грейс, не дав мне договорить, — наконец-то! Я не одна проблема предков! Она обняла меня, хорошо иметь лучшую подругу, ей всегда можно довериться и быть уверенной, что она тебя не сдаст. С ней никогда не соскучишься, она будет тебя дразнить, обзывать в моём случае на французском, но всегда поддержит! Мне повезло иметь целых двух лучших подруг! — Ну, и как это случилось? — мы шли с Грейс, заходя в каждое кафе, назло предкам не отвечали на телефонные звонки. Мы обещали, что только узнаем и пулей обратно. Ну, кто говорил, что мы не повеселимся? Насчёт веселья речи не было! — Что случилось? — Вы же целовались, ваш первый поцелуй! — Ну, это не передать словами, мы стояли на пляже, волны, ну, в общем, романтика. Во время нашего поцелуя мы взлетели! Прям как в фильмах! А потом у нас был пикник на Олимпе! Мы гуляли, летали, а затем он проводил меня до моей комнаты! Но откуда я могла знать, что там стоят мама и папа! Оказывается, мой отец очень ревнивый тип! Да, мне с горы Олимпа наплевать на его запрет! — Джексон, я и не знала, что ты умеешь быть такой! Горжусь! — она приподняла меня за плечи, мы смотрели на витрину какого-то магазина. У неё снова зазвонил телефон. — Это папа… Ладно, давай поторопимся, а то ведь они могут за всякую мелочь… — Ну, да, мелочь… Пойти в ночной клуб, вернуться на угонном мотоцикле вместе с моим братом, а потом уговорить отпустить на полчасика, а самим застрять уже на два! Класс! А про себя я вообще молчу! — Хоть что-то у нас есть общего! Знаешь, чего я сейчас хочу?! — Чего? — мы спустя какую-то паузу, обе сказали: «Мороженого!» Купили себе по порции моего любимого пломбира с шоколадом и побежали домой, ну как побежали, стали идти ещё медленнее. — Ладно, давай, ждём звонка от Ванессы. Я всё ещё не могу понять, что вокруг происходит, здесь есть какая-та загадка! — сказала я, стоя у своей входной двери, мы опоздали уже на два с половиной часа! Ну, и что? — Пока, Софа, я тоже буду ждать, и ты права, я тоже ощущаю что-то необычное… — мы последний раз обнялись, я нацепила на себя самую безразличную маску и вошла в дом. — Почему ты не отвечала на звонки?! — с порога накинулась на меня мама. Передо мной стояли два рассерженных родителя, полных намерений меня отчитать, а меня совершенно это не напрягает, я просто прошла мимо них и начала подниматься в свою комнату. — София, мы ещё не закончили! — кричал в след папа, я даже ухом не повела и продолжила подниматься. «По идеи, мы даже ещё и не начинали…» — усмехнулась про себя я, а затем снова задумалась. Анабель немного отвлекла меня от кошмаров, от рассуждений, но я снова погрузилась в них, мне сейчас некогда спорить и ругаться с предками! Питер вышел из своей комнаты с ухмылкой на лице: — О, я думал, родители тебя извергнут в самые глубины Тартара! Вместо тебя, они за это время переключились на меня! Ну, спасибо! — я с равнодушием выслушала тираду брата, потом он задал, слава Афине, нужный вопрос, — ты что-нибудь узнала? — Да, узнала, Ванесса думает, что Виктор и эта безмозглая медуза вперемешку с гарпией, по словам Чжан, они вместе. Виктор пришёл к ней, он сказал, что это всё она! А он только послал её куда подальше! Вот такая Санта-Барбара! Питер, Ванесса, мне за неё страшно, она меняется в худшую сторону! — мой брат резко стал серьёзным, он что-то понимает, мы все что-то ощущаем, но не можем узнать, что именно! — Поговорим об этом позже… Я: Почему? Питер: У тебя за спиной стоят два рассвирепевших минотавра! Если что, то я про маму и папу. Я: Почему минотавры? Питер: Первое, что взбрело голову, о том и подумал! Тебя только это волнует? Я: На данный момент да… — София… — мама разорвала нашу связь своим строгим голосом. — Что? — устало спросила я, повернувшись к ним лицом. — Да ничего! Если ты забыла, то я напоминаю тебе, что ты под домашним арестом! Мы отпустили тебя на полчаса! Ты пришла спустя три! Мало того, ты не отвечала на наши звонки! Я тебя не узнаю! — продолжала тараторить мама, я абсолютно все слова пропускала мимо ушей. Просто улыбнулась, развернулась на 180 градусов и ушла в свою комнату, не забыв громко хлопнуть и закрыть дверь. — Ну, всё! Это уже слишком! Открой сейчас же! — я и не знала, что у папы может быть такой громкий голос. В любом случае, я не ответила, а чтоб они меня не докучали, на всю громкость включила рок. Иногда они стучали даже под ритм песен, прикольно. Поразмыслив двадцать минут, у меня появилось очень много неприятных вопросов: «Что я делаю? Что это со мной? Во имя Посейдона, как я себя с ними вела?!» На меня накатилась волна стыда. Но потом снова это безразличие, знаете, а мне нравится наплевать на всё! Это удобно, чем волноваться из-за всего на этом свете! Это я сказала? Опять! Это не я, настоящая София не могла такого сказать! Сколько я просидела в таком состоянии? Уже достаточно долго, чтобы родители не на шутку разозлились, да, я на саму себя ох, как зла. Я выскочила из комнаты и врезалась в них. Видимо, они решили повторить попытку достучаться до меня. — О, неужели, вы изволили выйти?! — сказал папа. — Я не знаю, что это было. Я только сейчас поняла, что очень виновата! — мои слёзы, которые сейчас появились, стали ярким доказательством, что я не вру. — Эй, принцесса, не плачь! — сказал отец и прижал к себе. Я всё ещё обижена на него, да не хило обижена! И он это знает! Тогда какого Тартара он меня обнимает?! Я отстранилась и отводила глаза от своих родителей. Мама протянула руку, она вспомнила про телефон. Я глубоко вздохнула и отдала ей. — Иди! Надеюсь, такого больше не повториться! — Да, повтора не будет! — ответила я ей и с опущенной головой обратно направилась в свою комнату. Уже вечер, звёзды снова сияли и манили к себе этим блеском. Будь здесь Джон, может быть, мы ещё раз полетали, а ну, да, я ведь теперь непослушная дочь! — София! — меня кто-то окликнул за окном. Этот супермен влетел ко мне в комнату. Как же сейчас он мне нужен! — Джон! — он до конца перелез через моё окно, я смотрела в эти голубые глаза и улыбалась, как ненормальная. — Ты скучала по мне? — я заткнула его рот страстным поцелуем. Это было так трогательно, но почему он мне не позвонил, когда была такая возможность, и не предупредил?! — Скучала, но разрази тебя Зевс, почему ты не позвонил?! — он закинул голову назад, типа я его достала своими вопросами. — Да, так просто, какая разница?! Я тут! — Ладно, я хотела спросить, нет никаких новостей из лагеря? Ничего необычного? — Ну, если забыть, что мы потомки олимпийских богов, то ничего необычного! А что? — Да, так… У меня такое чувство, что вот-вот что-то грянет! — он обнял меня, от его прикосновений мне становится легче и хорошо, все заботы, которые окружают меня, забываются на это время. — Если что-то грянет, то я буду рядом, и ты будешь под надёжной защитой! — Останься со мной, мне столько нужно тебе рассказать. — Я внимательно слушаю, — он сел на моё любимое синее кресло, на котором я обычно читаю. Я пристроилась на это же кресло, каким-то немыслимым образом мы уместились. Я всё поведала ему, абсолютно всё, правда, буквально через каждые два слова, мне казалось, что кто-то идёт, а он бедненький всё время прятался. Но в итоге Джону это надоело, а мы перебрались на мою кровать, чтобы если что, он быстро под неё. — Это странно, но я понятия не имею, что это значит. — То есть, ты в этом мне не помощник? — Получается, что так. — Разберёмся с этим, когда мой грёбанный арест закончится! — Я буду стараться приезжать к тебе, как можно чаще… — сын Зевса нежно провёл по моему лицу. Я на автомате улыбнулась, что может быть лучше? — Уже поздно, тебе нужно уходить, пока ещё есть возможность… — Хорошо, до завтра, София! — я проводила его, а затем легла спать. На меня слишком много свалилось, Ванесса так и не позвонила, может, с ней всё нормально, а мне просто всё показалось? Мне снилась Келли! Твою ж Геру! Кто угодно только не эта гадина! Подождите, она была не одна, тому же стояла на коленях. Здесь было так темно, ничего, что связано со светом. — Мой господин, ваш план начинает действовать! Я вас поздравляю… — говорила она, кто этот чёрт её господин?! Что-то я уже стала слишком сильно всех обзывать. — Да… — этот голос! Он всё время мне шептал! Такой мрачный, неприятный, я только одного не понимаю, почему я не вижу это существо?! А эта эмпуса стоит на коленях перед, наверни-ка, его троном! — мы с тобой тут не одни… Келли обернулась, и я проснулась. Он имел в виду меня! Боль обвила меня, всё, что можно чувствовать, чувствовала я наяву! — А-а-а-а-а-а! — на моё тело будто положили несколько тысяч тонн одновременно. Моментально в комнату ворвался Питер со своим мечом, как он его в темноте, да нашёл? Затем и мама с папой. Мне уже было хорошо, боль, так же как и пришла, быстро и ушла. — Что?! — одновременно спросили мои родственники. Я только смотрела на них, они все были вооружены и готовы к бою, у меня самая ненормальная семья. — Э-э, уже всё хорошо, просто страшный сон приснился… — мама присела на мою кровать, она улыбалась, что в последнее время бывает редко, она гладила меня по волосам очень нежно, — а великим спасителям Олимпа и всего этого мира ничего не снится?! — Нет, ничего… Что конкретно тебе приснилось, что ты так кричала? — волнующе спросил отец. — Я кричала не ото сна, а что было после… — я рассказала им про этот тупой сон. Я знала, что они испугались, но виду мои родители не показывали. А вот Питер… Не в том смысле, что он визжал, как девчонка, а его глаза были наполнены агрессией, ненавистью и самой маленькой долей страха. — Если бы что-то случилось, то давно было бы пророчество… — Пап, а не может быть того, что пророчества просто нет, и у Аполлона просто не показывается картинка?! — спросил Питер. — Не знаю… Ложитесь спать, завтра поговорим… — сказал он, а мы с Питом переглянулись: Я и Питер: Спорим, что они ничего не скажут?! Я и Питер: У нас снова совпали мысли, иногда это бесит… — Спокойной оставшейся ночи… — сказала мама, и они втроём ушли из моей комнаты. Я снова уснула, да, это и меня удивляет, что я после всего этого смогла уснуть, но клянусь, резко очень захотелось спать.