Потомки Героев. Часть 2

***

Питер Джексон

Что это могло значить? Мы вышли из её комнаты, родители держались за руки и почти не смотрели на меня, но я с них не сводил глаз. Меня бесило их притворство! — Может, уже хватит?! — я не выдержал, они слишком спокойные, как можно быть такими? — Что хватит?! — спросила меня мама. — Да, всё хватит! Вы ведёте себя так, как будто всё на свете хорошо и мирно! Я открою вам великую тайну! Что-то в этом дебильном мире происходит! А вы ничего не предпринимаете! Только отмахиваетесь! — я говорил не своим голосом, он был полон агрессии и гнева, он отражал мои настоящие чувства, которые я скрывал на протяжении этих трёх лет. А именно – обида, злость, гнев, ярость! Меня до сих пор буквально изнутри съедает чувство, что меня предали. — Что с тобой?! Я же сказал, что завтра поговорим! — Пап, ты сам-то в это веришь! Ты ведь всегда нам врал! И сейчас врёшь! Стоп, это я сказал? — это был точно не я. Такое уже случалось, снова мои плохие эмоции управляют мной. — Питер, с тобой всё в порядке? — Нет, со мной не всё в порядке, мама! Да, я просто опупеть как зол! Что это? — я начал сопротивляться этому ощущению, за что поплатился, я взвыл от боли. — Питер! — закричали предки, они держали меня на ногах. Ну, уж нет, я никогда больше не повторю этого. Я расслабился, подумал только о хорошем, о своём детстве, о семье, о Софии, о Анабель? Её лицо встало перед моими глазами, её волосы, губы и небесно-голубые глаза, она что-то говорила мне: «Держись, Рыбьи мозги!» Бель говорила голосом, ласкающим мой слух. Это помогло, я подумал о хорошем, а не о злости и мести. — Как ты? — спросил папа. Он аж побледнел…Хорошо, что Софа не услышала, а то носилась со мной и расспрашивала обо всём. — Уже нормально… Это как тогда, на яхте… — мы с отцом поняли друг друга, мама уже не слушала нас. Она чуть не плакала, но я всегда знал, что моя мать – Аннабет Чейз, дочь Афины (ну об этом не всегда), сильная и храбрая женщина, но если это касается твоих собственных детей, то все становится в миллионы раз важнее, и уже самые храбрые не смогут сдерживать слёзы. — Точно? Что это было? Перси, нам нужно действовать, они правы! — Да, но не сейчас ночью, завтра… — Я, наверно, пойду спать… — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Мам, если ты каждые пять секунд будешь спрашивать, то лучше мне всё равно не станет. — Ему лучше... — сказал папа. Они ушли, а на меня резко напал сон. Где я очутился, честно не понимал. Это было какое-то чёрное помещение и всё. Ничего и никого больше. — Питер Джексон, ты слаб! — Да ну?! — усмехнулся я, голос был такой мерзкий, я подумал, раз это мой сон, то я могу издеваться над ним, сколько захочу. — И дерзок… Мне нравится… У тебя нет рокового недостатка, как у твоего отца, но ничего… Мы это изменим… — Мистер, я хоть и внук Афины, но иногда загадки меня докучают. Прошу говорите прямо, что вам от меня надо? — Ещё рано… — сказал этот мрачный, совершенно не приятный голос. А затем меня разбудил этот чёртов будильник, зачем я его поставил? Я оглядел свою комнату, ничего не изменилось, кроме того, что здесь больше нет моей плазмы, игр и компьютер под паролем. Бардак, разбросанные вещи, всё в норме. Я поднялся с кровати, солнце слепило глаза, поэтому я задёрнул шторы. Что мне снилось? А что было этой ночью? Ведь что-то было! Ладно, спросим у Софии и родителей. Я быстро оделся и вышел из комнаты. Я встретился с сонной Софией, то ещё зрелище. — Я первая в ванную! — Ага, как же, ты всегда там застрянешь на два часа! — А ты её как всегда разрушишь! — Подожди, ты помнишь, что этой ночью было? — А что было?— она непонимающе посмотрела на меня, а затем попыталась вспомнить, — это такой трюк, чтобы отвлечь меня? — Нет, тебе что-то снилось сегодня? — Вроде бы нет… — и моя сестра побежала по лестнице в ванну. Ну, значит, ничего действительно не было. Я спустился на кухню, мама и папа были уже там. Они улыбались и уплетали завтрак. — Вы помните, что было этой ночью? — спросил я, садясь за стол. — Ну, мы спали… Что ещё могло быть? — ответила мама. — Такое ощущение, что я что-то забыл… — У меня есть подобное… Но всё равно не могу вспомнить, — спокойно сказал отец. — Странно… — ответил я, «Посмотри на него! Этот тот человек, который тебе врал! Он может врать и сейчас…» — кто-то знакомый мне это говорил, я встряхнул головой и забыл это. Всё было так отлично, что очень подозрительно, все так счастливы. София выбежала с полотенцем на голове, не удивляйтесь, ей нравится, когда после душа у неё мокрые волосы, не легче просто сделать так, чтобы они были сухими, но нет, это моя сестра. — Ты меня озадачил, Пит, — сказала она, садясь рядом. — Чем? — Твоим вопросом, я думаю, что-то было, а не помню, но это что-то очень важное, я знаю, как сходила к Нессе и всё, оставшиеся время я не помню… — она взяла бутерброд и налила себе чай. Но если я её озадачил, то, что она такая спокойная? Я: Тебя это не волнует? София: Ну, не знаю, просто это совершенно не важно. Я: А что для тебя важно? София: Ничего, совершенно ничего, классно, правда? — Что классного?! — закричал я, родители посмотрели, как будто я сумасшедший. — Классно то, что не надо париться, а жить в своё удовольствие! Поэтому я, наверно, пойду и поплаваю, а лучше не в бассейне, а пойду на пляж! — Кхе-кхе, девушка, вы ничего не забыли? — А, мам, извини, но я хочу побыть одна, ты можешь позвонить Пайпер или Хейзел и пойти на другой! Нет, я лучше поеду в лагерь! — она издевается над ними, причём такое чувство, что, не задумываясь, — да, мы с Джоном хорошо проведём время! — Да, сестричка, ты умеешь… — сказал я, попивая апельсиновый сок, вы бы видели их лица! От этого даже у меня настроение поднялось! — Давайте, чтоб не ссориться, сделаем вид, что мы этого не слышали, — сказала мама, прерывая конфликт между отцом и Софией, хотя её похоже это ни капельки не волновало, — вы поели? А теперь уберите и идите к себе! София помотала головой, будто хотела выбросить все её мысли из неё, и посмотрела на всех с удивлением. — Ладно, я наверно пойду полежу… — сказала она и ушла, а я за ней. — Соф, постой! — Что? — Я хотел сказать, ты знаешь, что сейчас разговаривала с родителями? — Да… Знаю… — с остановками ответила она мне, а потом снова ушла. Что же с ней такое? Я вошёл в её комнату, она просто лежала и читала какую-то книгу. В её комнате так свежо и прохладно, мне прям и проснулось желание проведать своего деда, а точнее его царство. Ну, этого мне точно не видать, как своих ушей, тому же сейчас у меня одна цель – поговорить с сестрой. И видимо, не у меня одного… Отец тоже присоединился. Моя сестра не видела и не слышала, как мы зашли, так как она слушала музыку в наушниках и полностью была погружена в книгу. — Что читаешь? — неуверенно начал папа, София обратила на нас внимание и убрала один наушник. — Шекспир «Ромео и Джульетта». Просто что-то мне это напоминает… — я подавил смешок. Великий Гермес, она умеет издеваться над предками! Ей нужно побольше так делать, у меня действительно резко поднимается настроение, когда я вижу лицо папы, а как он сейчас пытается найти слова, чтобы с ней поговорить! — Пап, я не хочу разговаривать, вообще, поэтому давай потом. А тебе что надо, братик? — Да так, хотел кое-что спросить… Я: Это важно, Софа, я кое-что заметил. София: Хорошо, но сейчас уйди вместе с отцом, а потом один приди. Я: Я об этом и подумал. София: Знаю. — Подожди, я хотел сказать, что… — Пап, прошу, не сейчас, у меня тут самое интересное, хотя я это уже очень давно прочитала, захотела просто перечитать… И тебе советую, может, что-нибудь возьмёшь на заметку… — сказала София, демонстративно переворачивая страницу. — Ага, лучше другую «Что делать, когда ваша дочь начинает выносить все нервы и гулять по ночам?!» — София отбросила книгу и встала с кровати, смотря ему прямо в глаза. А мне так и хотелось ржать, но я, кстати, тоже против! Поэтому я болею за папу! — Тогда и мне поищи вот эту «Что делать, если ваш отец запрещает видеться с любимым человеком?!» — она, похоже, выиграла эту битву, ну, он – сын Посейдона, а мы – внуки Афины, в спорах умеем выигрывать, у него просто нет шансов. Но один большой, пребольшой козырь – он наш отец! — Мне даже не пришлось уходить… — сказал я, когда наш папа вышел из комнаты, а София улыбалась, что одержала победу, — между прочим, я на его стороне… — Питер! — Что?! — Софа перевела дух, и продолжила: — Ты говорил, что что-то заметил… — Ах, да… Так вот, что с тобой? Ты помнишь, как разговаривала с родителями на завтраке?! — Да, помню, сама в шоке, но я попытаюсь сдерживаться. — Не в этом дело! Ты помнишь, что ты сказала?! Точнее о чём подумала?! Насчёт безразличия?! — Я просто пошутила, не бери в голову… — она снова прятала глаза, потому что прекрасно понимает, что я знаю её, знаю, когда она врёт. — Зачем ты мне врёшь?! — Питер, тебе, кроме того, как докучать меня глупыми вопросами, нечем заняться?! — Ну, по идеи, реально нечем. Не суть, ты не ответила на вопрос… — Ради Посейдона, оставь меня в покое! — Нет, во-первых, ты моя сестра, пусть тебя не удручает этот факт, а во-вторых, мне нравится тебя доставать, а в-третьих, я за тебя волнуюсь! — У тебя нет повода волноваться, дайте мне побыть наедине с самой собой! — она подошла к ноутбуку и включила его. — Эй! Так нечестно! Почему тебе не поставили пароль?! Я там без плазмы, без компа, без телефона, а у тебя тут целая комната для веселья! — Синяя еда, — сказала София, не отрывая глаз от монитора. — Я думала, ты давно догадался… У отца такая плохая фантазия… — Я даже не пытался, я думал, что мама загадала… — Если бы пароль загадала мама, то нам с тобой пришлось долго думать… — Подожди, а ты уверена, что он поставил нам одинаковые? — Di immortales, братец, проверь, а? И оставь меня! — я быстро вышел из её комнаты и проверил пароль, и он совпал! Я обожаю свою сестру и папину плохую фантазию! «Она от тебя скрывает…Все от тебя скрывают…» — снова со мной заговорили, или я так думаю? Ничего не понимаю и не хочу понимать, честно, хочется немного отдохнуть от всех тайн. Чуть позже, возможно, я снова попытаюсь вспомнить… Снова… Они ведь нам стирали память, своим собственным детям, я их простил, но что если они опять за старое? Нет, не может этого быть! Или…