Независимое расследование

      В разнобой, перебивая друг друга, тикают две пары часов. Истерично завывая гудит старенький компьютер. Даже сам воздух в квартире кажется нервным и задёрганным.       Эйс, расположившаяся на диване, старательно заглатывает успокоительный, по уверениям Луффи, а, по мнению Портгас, так просто горький, чай, шипит сквозь зубы и отплёвывается от упрямо лезущих в рот чаинок.       Ло сидит на полу, привалившись к стене, с увлечением разглядывая рисунок обоев, и слушает Луффи, которая старательно пересказывает новости из полиции, попутно сопоставляя с имеющимся материалом.       — Итак, вторая жертва...Маршалл Ди Тич... тра-ля-ля рост, возраст, тар-ля-ля при первичном осмотре просматриваются все те же травмы, что и в предыдущем случае: странгуляционная борозда, отсечённая голова, надрез пересекающий грудную клетку... Всё так же?       — Да, пока всё совпадает... — Трафальгар не знает, как выглядит жертва, а потому пытается вспомнить Калифу, но под закрытыми веками на столе в морге вместо неё лежит Луффи, истекает кровью, но продолжает говорить...       — Судя по характеру раны и пятнам крови над телом были совершены все те же манипуляции и в аналогичном порядке...       — И всё-таки озвучь параметры тела, — прерывает её Ло, — Могут уточнить кое-что относительно убийцы.       — Ммм... Вы-со-чен-ная... Сто девяносто семь сантиметров, жуть! И весом восемьдесят два килограмма. То есть наш маньяк должен быть в отличной физической форме?       — Что-то вроде того...       — Тра-ля-ля... ждём подробности и официальную причину смерти после дальнейшего осмотра. —Монки задумчиво чешет нос, — Тич... Тич... Это та, про которую ты недавно рассказывала? Та, которую собирались выгнать?       — Да, она... Всегда казалась нормальной, а тут... — Эйс изо всех сил старается подобрать правильные, не слишком грубые, но точные слова, — Выяснилось, что она та... ещё... м-м-м... карьеристка. Накануне одного из матчей Сатчи загремела в больницу с серьёзными травмами: случайное нападение, ограбление в переулке. На её место ставят Тич, на место Тич — Калифу. А буквально несколько дней назад Марко м-м-м... через... друзей узнал, что Маршалл всё это и устроила. Доказать не докажешь, но информация достоверная. Мы это ещё не озвучивали, Ананас собирался поговорить с Маршалл, но, там Калифу нашли и как-то не до того было.       — Н-да... О друзьях уважаемого мистера Феникса много что говорят... — Трафальгару сложновато удерживаться от колкостей при такой благодарной публике, как Портгас, — Хотя, впрочем, не о нём речь. А о том, что такое приключилось с вашей командой, что уже вторая мисс отправляется на тот свет?       — А чёрт его знает... если хорошенько в биографиях покопаться, то у нас в команде ни одной пай-девочки, — Эйс делает невнятный жест рукой. Тяжело вздыхает. Раздражённо цокает. — Точнее сказать нас всех чуть ли не с помойки подбирали. С разных помоек.       Ло удивлённо оборачивается, хищно вслушиваясь в каждое слово, что пропитано едкой горечью неприглядной правды.       — Тич — детдомовская. Как и многие там подрабатывала: толкала что-то за подачки от местной банды. Па в какой-то момент наводил в том районе порядок, взял этот домик под опеку, раздал талантам пинков, чтоб не пропадали зазря... Есть у нас кто-то из попрошаек, парочка бывших сложных подростков. Да кому я говорю, сам же прекрасно знаешь, что до бати и его компании с нашего города колонию несовершеннолетних укомплектовать можно было!       — А то и две... — мрачно бурчит Трафальгар, — То есть думаешь не в команде дело, а в... "личных заслугах" по отдельности?       — Одно другого не исключает! — встревает притихшая Луффи, шурша бумажками и то и дело перекладывая их с места на место, — Я имею ввиду, что благодаря команде они стали известны, их по телеку показывают, фотки и данные в сети — вот и нашёлся какой-то кто-то, решивший, что нет у них права на такую жизнь. Ну, или что-то около...       — За рабочую версию сойдёт, — кивает Ло и с неохотой признаёт, что в такую версию излишне хорошо вписывается человек с доступом к полицейским архивам, а значит его из списка подозреваемых пока не вычеркнут.       — И при таком расскладе убийца может быть менее случайным: то есть жертвы, разумеется, могли его не знать вовсе, как и в случае с просто-каким-то-маньяком, а могли и знать из э-э-э... тёмного криминального прошлого, — Монки перебарщивает с театральностью. Всегда. Но сейчас это заметно куда ярче. Или просто есть кому замечать.       — Будем надеяться на лучшее: на вычисляемость убийцы. На эту тему, на тему тёмного и криминального, надо трясти Марко, — говорит Эйс, и имя мистера Феникса застывает улыбкой в уголках её губ.       — Ага, правда то, что упрощает нам расследование, усложняет вам жизнь... — слова Трафальгара впиваются в кожу мелкими иголками, — Ты же понимаешь, о чём я?       — О пополнении списка трупов... О чём ещё, — небрежно фыркает, будто о незначительной мелочи говорят, ведёт плечом и заливает чаем рвущуюся наружу брань. — Что поделать...       — Что? Соглашаться на охрану, когда полиция предложит, одним не оставаться, ну и так по мелочи, — поддерживает Ло её тон. — Да, и, разумеется, предупредить Феникса и прочих... Хотя, больше трупов — больше зацепок, так что решайте там сами, как вам удобнее.       — Решим, не волнуйся, — глубокий вздох, выдох и Эйс решает всё-таки не взрываться, не кричать и не калечить чёртову хладнокровную рептилию, удачно притворяющуюся человеком. — Так вот. Марко. Я собираюсь к нему наведаться сегодня, так что пока отложим этот вопрос.       —Ага, ведь куда интереснее, как труп попал в лабораторию! — Луффи потрясает блокнот с ценными знаниями добытыми у полиции. — Убитая обнаружена на столе запертой лаборатории в подвальном помещении полицейского участка, — Монки отметила вышеозвученное место крестиком на карте, разложенной на полу, — Следов взлома нет, камеры слежения в ночь происшествия не работали.       — И ключи, есть только у... — с саркастичным намёком не договорила Эйс.       — Ах, да, конечно, мы же настолько бедные и нищие, что у нас на всех один комплект ключей, — как-то апатично, но всё ещё язвительно отозвался Ло, — Хотя в чём-то ты права. В личном пользовании ключи, действительно, только у меня. Плюс комплект на посту охраны и запасной дубликат в сейфе Смокера.       — Про пропажу какого-то из комплектов — ничего, — пробежав глазами следующие несколько предложений, отозвалась Луффи, — Да и кому понадобится их красть, если можно за минуту сделать слепок и вернуть на место.       — А вот с камерами уже интереснее... — протянула Портгас, охотно верившая, что во всё произошедшем могли быть замешаны служители закона.       — И снова мимо мисс... Аут, если так понятнее, — Трафальгар горько усмехнулся, — С камерами не интереснее — безумнее... в пятницу всё оборудование поменяли, а подключение, естественно без одобрения, отложили на понедельник. И вроде никто не виноват, никому ничего не известно, а по факту...       — По факту всё на руку преступнику! — с энтузиазмом подхватила Луффи оброненную фразу, — Только вот, наверняка, невозможно вычислить, кто и что знал. Да и случайность отметать не стоит: преступник мог знать расположение камер, обходить их, мог вообще не скрываться...       — Но дежурный-то никуда не исчезал, — не дав закончить мысль, проговорил Ло.       — Окна? — чуть вопросительно, но уверенно.       — Решётки, — резко, хлёстко.       — Взлом, — лишь бы ни на шаг не отступать.       — Сигнализация, — ленивое от долгого сна упрямство сталью отдаёт в голосе.       — Везде? — критичное удивление, и на слух ощутимая улыбка.       Трафальгар замирает, не ответив, чуть вытягивает шею вперёд, судорожно вертит в руках ручку. В попытках вспомнить хоть что-то, ловит себя на том, что снова бездумно разглядывает... Теперь не обои, теперь Луффи: тонкий росчерк шрама, едва видную трещинку на задумчиво сжатых губах и острую линию ключицы, сросшейся самую малость не так. Но в ней же всё "не так". Абсолютно.       — Везде, но... — выдыхает Ло и жмурится, покачивая головой. Безопасность покойников, живых интересует мало. Зачем, собственно. — Если заранее изнутри открыть чёрный вход...       — То можно легко войти и выйти из лаборатории, — Монки подскакивает на ноги и в два шага пересекает комнату, — А потом?       — А потом сообщник... — Трафальгар неуютно ёжится и отодвигается чуть дальше от перебравшейся к нему под бок девушки, — возможно кто-то из участка, рано утром запирает дверь, закрывает лабораторию и уходит по своим делам...       — Значит ещё и сообщник, — недовольно хмурится, шмыгает носом и до неприличия пристально смотрит на Ло, не отрывая взгляд, кажется, даже не моргая.       — Не точно, но много... Кхм... многовероятно... — Трафальгару неуютно, дико, и дело вовсе не в том, что Луффи сидит близко, что слышно её дыхание и видно нежно-лиловые венки вокруг обжигающе-кофейных глаз, дело в том, что видит Трафальгар в этих глазах. Кого он видит...       — Не думала, что столь жестокий маньяк-убийца способен работать в команде, хотя без чужой помощи лаборатория бы осталась открытой и то, что воспользовались запасным выходом было бы очевидно, — Монки снова заглянула в записи, — А ты знаком с Клауном? Это он обнаружил труп, прибыв сегодня на работу раньше тебя.       — Да, уже приходилось работать вместе. Что могу сказать: патологоанатом, автор многочисленных научных статей, докторскую диссертацию не защитил, педант, зануда и просто невыносимый сноб, — Ло холодно усмехнулся, — Мы тогда "неплохо" сработались. Я обещал прикончить его крысу, если он будет мне мешать, а он в свою очередь обещал утопить в кислоте мой плеер.       — "Неплохо", очень... А если не он, то... — Луффи выразительно подняла бровь, ожидая услышать продолжение своей фразы от Трафальгара.       — То... Только меня не спрашивай, не думаю, что могу рационально оценивать своих коллег, — Ло поднялся на ноги и прошёлся по комнате, разглядывая разбросанные по полу записи и фотографии. — А тем более мои с ними отношения.       — По моим данным, тебя ненавидят примерно все, ну, и, видимо, в обратную сторону тоже самое... ши-ши... — хохотнула Монки и подняла взгляд от блокнота, внимательно следя за передвижениями собеседника       — Гений, что сказать... — внимание Трафальгара привлекла бумажка с уж очень знакомым логотипом. — Что в твоих материалах по делу забыл рекламный флаер автомастерской?       — А? Да-а-а... От Киллера достался, там его друг работает, — Луффи зажмурилась ненадолго, вспоминая подробности. — Кид. Мы собирались с ним поговорить, может он бы помог с портретом убийцы: несмотря на то, что работает он механиком, по специальности он психиатр. Странно, да?       — О, нет, ничуть... Юстасс ещё не завершил своё образование, насколько мне известно, — Ло уже определённо устал удивляться, как тесен этот мир. — И да, я с ним знаком. Не думаю, что он поможет. Он просто не любит помогать.       — Но, мы его очень хорошо попросим, — для Монки всё просто и очевидно, и Трафальгару хотелось бы хоть иногда видеть вещи так, как видит их она.       — Не имеет смысла "просить" Кида. Ему нужно показать выгоду: большой приз в яркой обёртке. Деньги, выпивка, адреналин — но, кажется, мы не можем ничего ему предложить. Вряд ли участие в расследовании ему покажется чем-то интересным. Хотя может потешить самолюбие: ведь спрашивают его "экспертное" мнение...        Эйс молчит, крепко сжав кружку, перекладывает с места на место подушку и никак не находит нужных слов, чтобы поддержать разговор: их просто нет, как нет сейчас Портгас для Луффи и Трафальгара, как нет ей смысла оставаться сейчас здесь, как, впрочем, нет и повода уйти, как нет и желания оставлять этих двоих наедине...       — Ну, раз ты его знаешь и Кира, то мы точно его уговорим!       — Вот меня только, будь добра, не приплетать. Мы с Юстассом друг другу... никто. И меня устраивает данное положение дел.       — Да ладно тебе, всего-то съездить до Ватер Севен, поболтать немного...       — Этот пункт развлекательной программы, оставляю на Вас... Хочешь заполучить его помощь — мучайся сама, — Ло запоздало отметил, что несмотря на свои намерения молчать и пользоваться информацией, которую можно получить от Монки, он всё же говорил. И говорил много. И ничего не мог с этим поделать.       Трафальгар закончил рассматривать бумаги, неровным слоем покрывавшие пол, и поднял голову. Невовремя. Как раз не вовремя, чтобы наткнуться на один из тех взглядов, какие не ожидаешь увидеть после подобного разговора. Сочувствующий. Буквально кричащий о том, как Луффи жаль несчастного и одинокого Ло.       А Ло было жаль её: маленькую, глупую, доверчивую... В отличие от неё, Трафальгар знал, чем скорее всего закончится эта история. И что ему бы не хотелось оказаться на месте Луффи в этот момент. Но ему нужно, чтобы она была на этом месте. Жизненно необходимо.       С десяток секунд молчания и тиканья часов, неловкость занимает отведённое ей по праву место, Луффи шаркает ногой, Ло тихонько кашляет, Эйс ищет хоть какие-нибудь слова.       — Раз вам пока больше нечего сказать, — Портгас потягивается и неспешно встаёт, — Предлагаю прогуляться. Меня ждёт разговор с Марко, не знаю о чём, но подозреваю о чём-то интересном. Тебя... — ей нестерпимо хочется наговорить гадостей, но Трафальгар её опережает.       — Меня ждёт Бепо, — и Ло рад, что повод уйти находится так легко.       — А тебя, Луффи, ждёт Барто и доклад по-чему-то-там-о-чём-я-знать-не-знаю!       — Но, Эйсу!       — Никаких "но"!

***

      Плавные линии, чистые цвета, лёгкий джаз на грани слышимости. Яркое освещение, запах кофе, глухой стук клавиш. Его карманная Вселенная размеренности и спокойствия, шуметь в которой дозволено лишь одной милой мисс. Его карманному апокалипсису.       — Мистер Феникс, к Вам посетитель, — приятным голоском секретаря сообщает интерком, и Марко задумывается, хочет ли он вообще кого-то видеть, — Мистер Сакадзуки. — и это немного меняет дело. Не то, чтобы его хотелось видеть. Однако при всех своих недостатках Акаину — не тот человек, который будет тратить время на пустую болтовню и бессмысленные визиты. А ещё он мог позвонить. Но предпочёл личную встречу, и это вполне может что-то значить.       — Проводи. А потом организуй кофе, — вышло суховато, но в последнее время ему вообще не хотелось говорить. Но работа обязывает.       Остаётся лишь встать, поправить галстук, скинуть парочку документов в ящик стола и ждать тихого скрипа двери.       — Добрый день, — голос Сакадзуки прокуренный и густой, сигарным дымом застилает всё возможное пространство, — Прости, что без приглашения.       — Не вижу никаких в этом проблем, — рукопожатие крепкое, но краткое, и пасс рукой в сторону кресел у окна. — Располагайся.       Они неторопливо садятся, Марко разрешает гостю закурить, без слов придвигая пепельницу: мало кто не знает о совершенно неспортивной привычке Акаину. Тот с благодарным кивком раскуривает и несколько затягивает молчание, будто ещё раз проверяя слова заготовленной речи.       — Марко, думаю, ты уже получил от нас официальные соболезнования и прочее, но я прекрасно знаю, насколько близкие и неформальные отношения у вас принято поддерживать, так что уверен тебя произошедшее задело тебя гораздо сильнее, чем может показаться... — Феникс несколько хмурится, но вежливо не прерывает собеседника. — Но, разумеется, я пришёл поговорить не об этом. Всё дело в Тич...       Неловко обрывая фразу, снова открывается дверь и в проёме, окружённая ароматом кофе, возникает мисс Бэй. Грациозно проплывает к столику, расставляет чашки, молочник, сахарницу, разливает напиток и удаляется: всё без единого звука. Но с одним едва заметным жестом. Уайти поправляет серёжку. Марко прикрывает глаза.       —Тич? — и имя будто продолжает скрип закрывающейся за секретарём двери.       — Да. После той шикарной игры, где у вас несколько сменился состав и расстановка, Маршалл попросила встретиться, — Сакадзуки затягиваеся и пристально смотрит на Феникса. — Она хотела к нам.       — Любопытно...       — Я обещал обсудить с коллегами, с командой, ничего не обещал. Вообще-то мы сейчас укомплектованы, но на скамейку — с удовольствием. Мы договорились о ещё одной встрече, я должен был сказать, что есть скамейка, и, при её согласии, обсудить условия и сообщить тебе.       — Вполне в её стиле, как выяснилось, за спиной что-то проворачивать — лениво проговаривает Марко и продолжает потягивать кофе.       — Встреча была назначена на девять вечера. Вчера. Но в девять она позвонила и попросила перенести всё на другое время, поскольку она не уверена, что успеет освободиться от некоего предыдущего мероприятия. Я предложил подождать, она подумав согласилась, и обещала перезвонить. Я прождал в кабинете до часа ночи — всё равно никакой жизни кроме работы — но она так и не объявилась. А с утра — новости.       Феникс бездумно кивает и устало потирает переносицу.       — Да, уж... Тич...       — Подумал: тебе стоит знать, — Акаину залпом выпивает кофе и встаёт, уже собираясь прощаться.       — Что от меня бегут девочки? — Марко не встаёт, смотрит изучающе снизу вверх и думает, чтобы всё это могло значить.       — Что мы соперники, но никак не враги, Феникс. — сигара опускается в пепельницу.       — Знаю, Сакадзуки, знаю... — остаётся лишь встать, оправить галстук, пожать протянутую руку и ждать тихого скрипа двери.       Дверь не скрипит — взвизгивает, на тишину обрушивается град шагов и громкое "Уэйти я таки женюсь на тебе!"       —Хаюшки, Анана-а-а-аствуйте, кхм, неловко вышло...