Глава 20
17 августа 2016 г., 21:54
Примечания:
После весьма расплывчатого разговора с врачами я, погруженная в раздумья, шла обратно в комнату. Конечно, одной, ровно как и с Эцио, мне мало куда разрешат пойти… Однако мой взгляд наткнулся на выход на улицу, и меня просто переполняло желание выйти. Конечно, кто меня опустит? Я вернулась в пустую комнату и не обнаружила там Аудиторе. Значит, он снова куда-то ушел. Не сильно волнуясь о нем, я прошла к окну и грустно пялилась на деревья и снег, потом открыла форточку и сидела рядом на стуле, чувствуя постепенный холод. Неожиданно кто-то из-за моей спины закрыл мне руками глаза, и от меня требовалось отгадать, кто это был.
— Эцио, хватит уже, я же сказала, что в порядке, — с нотками раздражения пробурчала я и стащила его руки со своих глаз. Настроения совсем не было.
Я сразу обернулась, чтобы выдать ему очередную тираду о том, что я не нуждаюсь в шутках и прекрасно себя чувствую, но только проглотила язык на первые пару секунд, пока мои глаза меня, возможно, сейчас подводили.
— Арно, — на выдохе произнесла я, до сих пор не веря своим глазам. Да, это был он, потрепанный, в некоторых местах раненый, но он, живой. Второй раз я сказала это с облегчением — грусть ушла. — Арно…
Я почти кинулась ему на шею. Вернее, крепко обняла, обхватив руками и вцепившись в него изо всех своих сил. Он обнял меня в ответ, легко поглаживая по спине и утыкаясь носом в мои волосы.
— Ты жив, слава Богу!
Я еле оторвала от него свою голову, чтобы взглянуть на его лицо. На щеке виднелись порезы, которые были уже кем-то обработаны. Значит, им все-таки удалось сбежать.
— Конечно, жив, — говорил он, слегка поглаживая большим пальцем ладони мою щеку. — И Альтаир жив.
Я почувствовала себя необычайно маленькой в его больших объятиях, но это было весьма уютно и приятно.
— Как только мы приехали, я решил сразу зайти к тебе, — говорил он, пока я наслаждалась обнимашками. — Ты можешь отвести меня к остальным?
— Конечно, могу, — довольно сказала я, запуская руки под куртку Дориана. — Но не буду. Я хочу побыть с тобой. Я так переживала…
— Мы только поговорим, и ты тоже можешь принять участие.
В конце концов, он с большими усилиями уговорил меня отвести его к Эцио. Он вместе с Альтаиром и моим отцом сидели в небольшой комнате. Мы пришли в обнимку, но строгий взгляд моего отца просто заставил меня отлипнуть от Арно и скромно сесть на диванчик рядом с Аудиторе, да и то не слишком близко к нему.
— Где Эдвард? — первым делом спросил Арно, и мы вчетвером переглянулись.
— Дело обстоит так… — Эцио начал снова рассказывать то, что, видимо, не так давно разъяснял Альтаиру.
По мере рассказа лицо Арно мало изменилось, он больше смотрел в сторону и нагнал на себя задумчивый вид. Выслушав еще раз наш фантастический рассказ, Эцио привел доказательство предательства Эдварда — меня. Я была свидетелем, который видел всю битву и ее трагическое завершение. Когда все посмотрели на меня, я энергично закивала, мол, все так и было, хотя мне все еще не верилось в это.
— Почему он стал работать с тамплиерами? — первым спросил араб. Это был вопрос, который уже, наверное, каждый себе задал. — Я не говорю, что если он раньше работал с ними, то и сейчас это делал, нет. Я о том, что его заставило сменить сторону.
Я пожала плечами, зная, что все равно никто на меня не смотрит. Эцио только задумчиво подпер голову рукой, а мой отец явно что-то хотел предположить.
— Возможно, они заключили что-то вроде сделки…
— Ты о чем? — спросила я, и все ассасины тоже смотрели на него.
— Как бы это сказать… У нас в Абстерго находятся некоторые шпионы, — говорил он, неторопливо проходя к другому дивану и успевая задержать взгляд на каждом из присутствующих. — Они доложили, что у тамплиеров, якобы, есть свои люди из прошлого.
Мы все переглянулись. Меня это не удивило — кроме самих ассасинов тут еще была и эта Элиз. Уверена, они тут еще и любого тамплиера могли спрятать.
— Они что, не единственные, кто сюда попал? — подняв бровь, спросила я и взглянула на всю троицу. — Кто еще?
— Нам неизвестны имена. Будем надеяться, это не ассасины.
— С ними все еще Чезаре, — подытожил Эцио. — И был еще и Эдвард. Отлично. Кого еще они смогут перетянуть на свою сторону?
Его слова вызвали молчание. У моего отца зазвонил телефон, и он вышел, чтобы ответить. Остались только мы вчетвером, что ситуации особо не изменило.
— Как Амелия? — спросил меня Альтаир, прерывая тишину. — Ей лучше?
Я коротко кивнула, и Арно с ним вздохнули свободно. Думаю, они вздохнут не так легко, когда узнают, что их к ней, как и меня, не пустят.
— Нас скоро перевезут, — сообщил вновь замолкшим ассасинам Эцио. Мне казалось, что ему прямо-таки не терпелось это сообщить, пусть он скрывал это под молчаливостью, неторопливым тоном и хмурым лицом. — В Лондон.
— И они могут не взять с нами Амелию! — выкрикнула я и чуть не взорвалась от негодования. Мне было необходимо сообщить им эту несправедливость. Я кашлянула в кулак и говорила уже спокойно. — Из-за ее здоровья.
— Только не предлагай им свой план, — вздохнул Эцио и закрыл лицо рукой, откинувшись на спинку дивана. — Тактик из тебя паршивый.
— Что она хочет предложить? — спросил Альтаир, слегка подаваясь вперед и опираясь локтями о ноги. Я была рада, что хоть кто-то заинтересовался мной.
— Она хочет снова сбежать. Если Амелию перевезут, то в Лондоне мы будем в относительной безопасности.
— Я не говорю по-английски, — фыркнула я и тут же замолчала. — Никто не говорит, кроме Амелии.
— Если ей станет лучше, мы спокойно возьмем ее с собой, — сказал Арно, и Альтаир согласно кивнул. — Стоит только подождать.
После этого наш разговор окончился. Вернее, я покинула их компанию под предлогом немного пройтись к Амелии, пока они тут все обсуждают. Но им тоже захотелось зайти к ней. Возможно, в этот раз меня к ней пустят, но такой толпой — вряд ли. Когда мы пришли, Эцио остался в коридоре, а мы втроем, вернее, я просилась зайти внутрь. Ассасины стояли позади, как моя охрана, и только молчали. Врач долго мне отказывал, пока Арно не сделал проще — не схватил его за воротник и не притянул к себе со словами «Нам очень нужно пройти», одновременно гипнотизируя своим недовольным взглядом. Тогда нас, наконец, пропустили, но на пару минут, хотя мне казалось, что мы можем там торчать хоть весь день. Меня-то выгонят, а вот ассасинов…
— О, гости, — довольно бодро произнесла подруга, сидя на кровати.
Да, ее здоровье стало лучше, гораздо лучше, она шла на поправку и могла самостоятельно сидеть и говорить… Ее радостный взгляд обвел нас всех, а я на радостях села рядом, но тискать подругу в объятиях не стала, чтобы ничего ей не сломать или не доломать.
— Ты у нас живчик, — я только легонько ткнула ее кулаком в плечо. Амелия тут же схватилась за него и заохала так, будто я ей его сломала. Я же вся перепуганная застыла в шоке и пыталась ее успокоить. — Тебе больно? Я что-то задела?
Амелия превратила гримасу боли в веселье, тем самым разыграв меня. Она нехило так ткнула меня в плечо, а я только облегченно выдохнула и снова села рядом.
— Ты думала, я такая хрупкая? — спросила она. — Ага, сейчас. Я здорова, как слон. Ну, почти…
Она взглянула на пришедших ассасинов и с улыбкой им кивнула. Альтаир пока оглядывался, Арно стоял напротив нас. В помещение вошла та рыженькая девушка — Элиз. Она прошла к врачу, что-то отдала, и когда шла обратно, встретилась взглядом с Арно. Скажу только, что в них обоих что-то словно замкнуло. По крайней мере, так показалось мне. Дориан медленно опустил скрещенные руки, не меняя выражения лица, и разглядывал Элиз с ног до головы, а она только рот приоткрыла от удивления и тоже стояла, как статуя.
— У-у-у, — тихо, почти мне на ухо провыла Амелия. — Кое-кому не повезло…
— Что? — не поняла я, глядя на нее. — Кому? Арно?
— ТЕБЕ, — громко сказала Амелия, но внимания ассасинов особо не привлекла. Она тоже наблюдала реакцию, только для нее это казалось каким-то шоу. — Была бы ты фанатом игры, ты бы все поняла…
До меня постепенно, но доходило — так же бывало от шутки, которую я не сразу поняла. Кажется, я уже вспоминала, кто такая Элиз и кем она приходится Арно. Только осознав это, я открыла рот в возмущении и взглянула на следящую за ними Амелию. Пока что я не находила, что именно мне сказать — слишком много мыслей роилось в голове.
— Арно? — спросила рыжая, но это был риторический вопрос — конечно, это же Арно. — Не знала, что ты тоже здесь.
Я снова взглянула на них, поджала губы и смотрела на Дориана, который тут же взглянул на меня, на Амелию, даже на Альтаира и пулей вышел из помещения. Элиз тотчас бросилась за ним следом, что напомнило мне сцену какой-то мелодрамы.
— Плакала твоя мыльная опера, дорогуша, — взглянув на меня, сообщила Амелия. — Он по уши влюблен в эту чертовку.
— Не-не-не, я… — я хотела встать, но Амелия не дала мне этого сделать. Правильно, мои ноги меня не держали. — Ты чего?
— Пусть поговорят. Может, все обойдется, — сказала мне подруга, а затем добавила. — А, может, ты останешься без теплых обнимашек на сегодня.
— Я сейчас все устрою! — я снова встала, и Амелия уже не успела меня остановить.
Я выскочила в коридор, где в одиночестве стоял Эцио, сразу заметивший мое громкое появления в коридоре. Я начала оглядываться, и он понял, что я ищу. Вернее, кого.
— Он ушел вместе с… Как ее зовут?
— Элиз ее зовут, — я запустила руку в волосы, оглядываясь по сторонам. Поздно, уже поздно… Я прошла к стене и удержалась от того, чтобы биться об нее головой. — Да почему я такая идиотка?!
— Ты преувеличиваешь, — лаконично прокомментировал мои слова Аудиторе и снова продолжил стоять как ни в чем не бывало.
Из помещения вышел Альтаир, тоже поглядывая по сторонам в поисках Арно. Все ищут Арно! Стоит выпустить фильм «В поисках Арно», потому что никто не знает, куда он свалил. И, правда, куда в этом небольшом здании можно скрыться?
— Может, он скоро вернется, — приободрил меня Эцио и пожал плечами, это не оказало никакого эффекта. Мне вообще показалось, что он и не пытался меня ободрить, а просто сказал то, что посчитал сейчас нужным. — Он знает, где твоя комната.
Итальянец направился к лестнице, Альтаир пошел за ним, и я поплелась за обоими. Потом к нам заглянул тот парень — Демиан — и сказал, что, если мы хотим, мы можем недолго прогуляться снаружи перед перелетом. Я зацепилась за эту возможность и сразу кинулась к куртке. Впрочем, ассасины тоже пошли — они за мной присматривают, по крайней мере, один из них. А на улице ровным тонким слоем лежал снег, снегопада не было, воздух был приятный и морозный. Я в раздумьях шла впереди, мужчины были позади. Говорить с ними тоже не хотелось. Я нашла себе утешение в мысли, что Амелии лучше, и она все-таки сможет полететь с нами.
***
Прогуляли мы долго, вернулись под вечер. — Я не хочу отсюда улетать, — пробурчала я, обхватив себя руками и расхаживая по коридору — да, я хотела подстеречь Арно и расспросить обо всем. — Италия — мой дом, пусть здесь и открыта охота за моей головой. — Привыкнешь, — говорил Альтаир, проходя мимо меня и направляясь в другой конец коридора. — Начни лучше учить язык. — Нам выделили другую комнату, — сообщил мне задержавшийся рядом со мной Эцио, — так что можешь не волноваться насчет нас. — Я и не волновалась, — хмыкнула в ответ я. — Иди. Я еще должна тут дождаться одну персону. Аудиторе хотел что-то мне сказать, но, видимо, передумал, только коротко мне кивнул и ушел за Альтаиром. Я встала у двери и ждала Арно. Рядом стояла охрана и с неодобрением смотрела на меня. Дориан довольно долго не появлялся, и когда я уже хотела вернуться в комнату, то и он появился на горизонте. Я остановилась на пороге и приоткрыла дверь, когда заметила его, и уже не решалась зайти. Вид у Арно был, скажем так, невеселый. Я поджала губы, мысленно сосчитала до пяти, чтобы не накинуться на него с расспросами, и зашла в комнату. Каково было мое удивление, когда я закрывала дверь, и он не дал мне ее закрыть, врываясь внутрь. Все это сопровождалось пристальным присмотром охраны. — Вы, мужчины, любите врываться ко мне в комнату, — расслабленно говорила я и пропустила его. — Так же было и в университете. — Нам нужно поговорить… — он остановился в середине комнаты и развернулся ко мне с обеспокоенным видом. — О, нет. С этой фразы всегда начинаются проблемы. Дориан не находил себе места, но все же сел на стул у окна, запуская руку в волосы. Я в волнении приподняла брови и аккуратно села на подлокотник кресла рядом с ним. — Послушай, — он говорил уже спокойно, будто в один миг собрал все свои чувства в кулак, — я и Элиз… Мы с ней выросли вместе, мы старые друзья, даже были чем-то большим… — Ты меня бросаешь? — я сразу перешла к делу, чем вызвала на его лице некоторое смятение. — Если так, то так и скажи. Не надо оправданий, мне и так все понятно. Я не ровня твоей старой знакомой. — Нет, я не это имел ввиду. Ну, возможно, но тут дело в другом. Я развела руками, мол, жду объяснений. Взгляд Арно не находил себе одного места, и меня это слегка напрягало. — Твой отец хочет нас всех разослать. — Это как? — я сползла в кресло и подперла голову рукой. — Куда разослать? — Кажется, по разным странам. Думаю, тебе он скажет больше, потому что мне известно только то, что я с Элиз отправлюсь в Париж. Я замешкалась, не зная, что на это сказать. Да и что, собственно, сказать? У меня язык попросту онемел. — З-зачем? — наконец спросила я, слегка хмурясь от непонимания. — Зачем ему рассылать нас? В чем причина? — Думаю, в тебе, — заявил он, так невинно глядя мне в глаза, что у меня аж скулы свело. — Во мне? — я ткнула себя в грудь. — А я-то тут причем? — На тебя охотятся тамплиеры, мы тоже у них под прицелом… — Значит, — я вскочила на ноги, — все дело в том, что в тамплиерском списке плохишей я на первом месте?! Из-за этого нас всех рассылать хрен знает куда?! Я не стала дожидаться никакого ответа от Арно, только вылетела на огромной скорости из комнаты и дверью, кажется, кого-то чуть не пришибла. Извинившись на бегу, я спустилась по лестнице и взглядом искала отца. Начала заглядывать в кабинеты, встречая незнакомые лица, обегала почти весь первый этаж и уже на лестнице на второй столкнулась с Альтаиром. Он окинул меня недовольным взглядом. — Ты не видел моего отца? — спросила я, поглядывая по сторонам. — Мне очень нужно его найти. — Я думаю, тебе двери не нужны, — съязвил араб. — Ты скоро их выламывать будешь, если продолжишь так носиться. Я убрала с лица волосы, сперва не поняв о чем он, пока не вспомнила, как кого-то чуть не пришибла. Почему-то я была уверена, что он смог бы увернуться. — Извини, — продолжила я. — Так ты видел его? Араб оглянулся на Эцио, который говорил с Арно, и отрицательно покачал головой. Через пару секунд я заметила в руке у ассасина сумку, что меня насторожило. — Извини еще раз, — я уперла руки в бока, — но куда ты намылился? — под непонятливым взглядом я удержалась от закатывания глаз и поправила себя. — Куда собрался? — Твой отец… — Все понятно, — прервала его я и вздохнула. — Тоже тебя в Париж отправляет. — Нет, — Альтаир внимательно смотрел на меня, и я уж подумала о Лондоне. — Не в Париж. В Иерусалим, где есть еще одна группа. Там находится моя знакомая — так он сказал, когда предлагал. У меня, наверное, челюсть отпала, потому что я стояла с открытым ртом и пыталась связать логичный ответ, но на языке крутились только «Альтаир, какой к черту Иерусалим?» и «Что все разъезжаются?». Сам араб выжидающе смотрел на меня, пока я собирала приличный ответ. — Эм, — я прокашлялась даже, — что за знакомая? — Не думаю, что это тебя касается, — он сказал спокойно, но я слышала нотки недоверия. Откуда им вообще тут взяться? — Мне пора, Бьянка, надо еще к Амелии зайти… Он отправился в кабинет, где была Амелия, а я хвостиком шла за ним. Естественно, его впустили, так как до этого Альтаир стоял рядом с Арно, и его тоже очень хорошо запомнили. Альтаир обменялся парой слов с Амелией, прежде чем он поднялся и вышел, а я встретила его в коридоре. — Значит, Иерусалим? — спросила я с надеждой, что он все-таки останется. — Ты уверен? — Да, уверен, — он замолк на пару секунд, чтобы потом добавить от себя то, что обычно от него не услышишь. Да, чем больше ассасины выражаются по-современному, тем больше меня это огорчает и иногда веселит, потому что некоторых значений они не понимают. — На все сто. — Тогда удачи тебе, — после моих слов от Альтаира последовала короткая, необычайно редкая полуулыбка, что не могло не заставить меня саму тоже слегка улыбнуться. — Надо было мне собрать тебе сумку, я бы положила консервированных персиков или йогуртов, чтобы ты поел в дороге… Пока я говорила, мы спустились вниз, к дверям, где уже стояли Арно и Эцио, а с ними и мой отец. Араб остановился на минуту, и я хотела протянуть ему руку на прощание. Конечно, это быстро вылетело у меня из головы, поэтому я просто обняла его и отошла назад, чтобы не упустить отца из поля зрения. Арно с Эцио коротко кивнули арабу, тот кивнул в ответ и вышел на улицу. Я хотела было пойти за ним, чтобы на крыльце постоять, но меня остановил отец, а француз и итальянец вышли. — Это нечестно, — фыркнула я и сложила руки на груди. — Я тоже хочу выйти. — Я слышал, ты меня искала, — убрав руку с моего плеча, сказал он. — Зачем? — Зачем ты распускаешь всех? — в лоб спросила я. — Это все из-за меня? Отец отвел меня в сторону, когда ассасины вернулись в здание. Я была готова принять любой ответ и уже готовилась к спору насчет его правильности. К тому же у меня сейчас был самый упрямый настрой. — Могу тебя обрадовать, — я поджала губы. Интересно, чем? — Амелия может отправиться с тобой в Лондон. Это слегка сбило меня с толку, но я только мотнула головой, чтобы вернуться к основному вопросу. — Так зачем ты всех распустил по миру? — Так вас всех будет труднее найти. Пока в Абстерго уверены, что вы все здесь, вам будет безопаснее в другом месте. Я забочусь обо всех вас, отправляю туда, где было бы лучше всего, — коротко, будто машинально ответил отец, строго смотря на меня свысока. — Тебе что-то не нравится? Он сказал последние слова с таким холодом и строгостью, будто я подросток, который спорит с родителем о том, можно ли ему пойти на вечеринку. Это значительно сбило с меня спесь, ведь авторитет у отца здесь был безупречный, теперь я понимаю, почему он во главе. Я быстро взглянула на ассасинов, которые с интересом смотрят, как я хотела проявить свою бунтарскую сторону, и опять взглянула на отца, после чего покорно опустила голову. Я ничего не добьюсь от него. — Нет, — тихо ответила я, глядя в пол. — Меня все устраивает. — Отлично, — сказал он и положил руку мне на плечо, слегка сжимая ее. — Придет время, и вы все снова соберетесь. Он поджал губы и ушел, пропадая с моих глаз. Я разочарованно смотрела туда, где он стоял пару секунд назад, и даже не пыталась смотреть на ассасинов, которые, наверное, уже обо всем догадались. Не дожидаясь от них никаких комментариев и вопросов, я направилась наверх к Амелии, где надеялась поговорить по душам. Меня впустили, потому что мое лицо тоже запомнили. — Ты знаешь, что мы уедем в Лондон? — тихо присев на край кровати, спросила я у нее. Амелия лежала, но открыла глаза и смотрела на меня. — А остальные все разъедутся. — Мне Элиз об этом сказала, — сглотнув, сказала она и приподнялась на локти. — Мы с ней поговорили почти сразу, как я пришла в сознание. — Я думала, что буду первой, с кем ты заговоришь, — сцепив руки в замок, спокойно сказала я. Не то, что бы это меня задело, но что-то неприятное было. — И ты с этим согласна? — Ну, не я же тут кое с кем шашни кручу, — улыбнулась Амелия, а я только разочарованно вздохнула. — Да ладно, ты же не рассчитывала, что все будет длиться вечно, да? — Нет, мне казалось, что все продлится чуть дольше, — под моим взглядом подруга фыркнула, откидываясь на подушку. — И правда, я слишком наивная, раз полагала, что будет хоть что-то серьезное и долгое. — Уверена ли ты, что это была настоящая любовь? — спросила Амелия, приподняв одну бровь и усаживаясь рядом со мной. — И ты не хочешь отпускать его? — Я так давно уже не чувствовала настоящей любви, а с ним было как-то… комфортно, что ли. Знаешь, будто ты в ужасно дождливый день сидишь теплой квартире, — слегка нахмурилась я, глядя на Амелию. — Конечно, Господи, я не хочу его опускать! — У тебя был Акилле, так что это ты перенесешь в разы легче. Знаешь, вы из разных эпох, может, по этому-то и не срослось так уж сильно. К тому же у тебя иногда появляется этот бзик… Что-то вроде боязни мужчин, да? Я закрыла лицо рукой уже на слове «Акилле» и удерживалась, чтобы не перебить ее. Что-что, а вот о бывшем слышать было чрезвычайно неприятно. — Нет у меня никакой боязни мужчин! — вспылила я, и на нас обернулись люди из другого конца комнаты. Я заткнула себя и заставила говорить тише. — Может, да, что-то есть, но я же от них не шугаюсь, как больная. Вот насчет эпох, то это, увы, правда. — Да не переживай ты так! — ткнула меня в плечо Амелия. — Найдешь себе другого, кого-нибудь, кому поменьше, чем пара веков. Если бы твой сосед этажом ниже не был бы женат, то бы у тебя был отличный шанс. Я в некотором непонимании посмотрела на нее, отчего она только пожала плечами со словами «Я пыталась». — В любом случае, у тебя появится шанс начать новую жизнь в Лондоне… — пожала плечами Амелия, когда я ее прервала. — Ты едешь со мной, — сообщила я ей с полуулыбкой. — Зато не придется тебя красть и прятать в багажном отделении, я бы подбила на это и Эцио. — Он тоже едет? — менее веселым голосом спросила Амелия, хотя уже догадывалась об ответе. — Что ему-то в Англии делать? Он на английском, как и ты, не болтает. — Я без понятия, зачем отец сунул его к нам. Оставался б тогда тут. Мы поговорили еще немного. На вопрос о собранных вещах я ответила, что у нас практически ничего нет. Потом сказала Амелии, что Альтаир уже уехал, следующим будет Арно с Элиз, а потом и мы. Как раз нас и прервал Эцио, зашедший в комнату. Он коротко кивнул Амелии и взглянул на меня, показывая на выход. Я поняла, к чему это, и рассталась с Амелией, которая только попросила попрощаться с ним. Я вышла в коридор и еле передвигала ноги по направлению к лестнице. Эцио шел рядом, явно заметив, что мне нелегко, но ничего не говорил. Думаю, он не знал, как тут меня подбодрить. Однако у выхода он меня остановил. Ого, мне все-таки разрешат выйти на улицу? Стоило прихватить куртку. — Только не наговори ему глупостей, — вскинул брови Аудиторе, а я скривила рот. Да что глупое я могу наговорить убийце на прощание? — Ты тоже идешь? — А как же. — И еще, — он снова остановил меня, когда я уже собралась выйти. — Не затягивай с этим. Я вышла на холодную улицу и сразу обхватила себя руками. Впереди виднелась машина, рядом с ней несколько человек, в том числе и Арно с Элиз. Я шла медленно, словно хотела оттянуть момент расставания, Аудиторе тоже не опережал меня и, кажется, специально не торопил. Мы приблизились к ним, и я заметила своего отца, который говорил с Элиз, а Арно пока одиноко стоял у машины. Я взглянула на итальянца, который только показал глазами на Дориана, мол, ты первая, уступаю. Сам-то он не горел желанием разговаривать с Арно. — Все-таки поедешь? — спросила я, совершенно не зная, как начать прощание. Слегка подрагивая от холода, я встала рядом, не в силах даже посмотреть на него. — Это ради всеобщей безопасности, к тому же… — его взгляд пал на Элиз, и я тихо протянула свое «м-м-м, ну, я поняла». Дориан сразу решил заговорить о другом. — Бьянка, я не хочу, чтобы ты думала, что ты была мне неважна. — Я и не думаю, — я слегка усмехнулась и опустила взгляд в ноги. — Можешь не волноваться насчет этого. — Просто помни, — он встал передо мной и приподнял мое лицо, хоть я и старалась не смотреть на него. Однако тут он не дал мне такой возможности, так что мои глаза сейчас подвергались этой зрительной пытке, — что я тебя никогда не забуду. Я только с жалостливым видом стояла перед ним и пыталась держать себя в руках. Арно бросил взгляд на Элиз, которая еще говорила с моим отцом и стояла сейчас к нам спиной. Тихо выдыхая, Дориан снова посмотрел на меня и оглянулся на Эцио, который наблюдал за нашим процессом. — К тому же, — продолжил он, — у тебя будет тот, кто о тебе позаботится. Я бы не оставил тебя, если бы не был уверен, что Эцио способен защитить тебя. После этих слов я только приоткрыла рот и не знала, что сказать. Не от возмущения, конечно. Интересно, чего ждет от меня сам Арно? Может, он хотел предотвратить слезную истерику или надеялся оставить меня не чувствовать себя виноватой? — Я буду скучать, — сдавленно произнесла я, сжимая руки сильнее. Мы молчали, тихо дыша, пока я не опустила голову вниз и не начала скрести ботинком снег. — Ненавижу прощания. — Как бы то ни было, — сказал Арно, расплываясь в ободряющей полуулыбке, и я подняла на него взгляд, — я тоже этого не люблю. Мне на ум пришло другое — я ненавидела прощаться, потому что это было обычно навсегда. С другой стороны, прощание все-таки было нужно. Ты можешь хоть что-нибудь сказать напоследок, чем-нибудь поделиться. Несомненно, это лучше, чем если вы неожиданно перестанете видеться и даже не скажете друг другу пару слов. Так случилось со мной и Иво — пусть я и была мала, но попрощаться по-настоящему все-таки стоило. Теперь же Иво, мой Иво, погиб в автокатастрофе. Тот, кого я видела, самозванец, пусть и внешне похожий на моего брата, но внутри он был мне совсем незнаком. То же я бы сказала и про дядю, и, возможно, про Акилле… — Иди сюда, — заметив, что я погрузилась в мысли после его слов, Дориан мягко привлек меня к себе, откладывая рюкзак на капот машины. Я обхватила его руками и обняла так крепко, насколько хватало сил, уткнулась в плечо, сморгнув проступившие слезы на глазах. Знала бы я об этом расставании, когда он только вернулся, то ни за что бы не отпустила! Мне стоило больших усилий не разрыдаться прямо у него в объятиях. Затем последовало странное ощущение в груди, ноющее, будто внутренняя я топаю ногой и требую отставить эту идиотскую поездку. Весь момент объятий тянется почти вечность, по крайней мере, почему-то мне так казалось. Пока я обнимала Арно, то мельком взглянула на Эцио. Он отвернул свой взгляд в сторону, держа руки сложенными на груди. Кажется, ему тоже холодно в этот морозный вечер. Настал страшный для меня момент — Дориан разжимает руки, слегка отдаляется, давая понять, что конец обнимашкам. Во мне словно забился зверь, призывающий сильнее вцепиться в Арно. Все внутри начало метаться, отвергать тот факт, что всему настает конец. Но внешне спокойно я отпустила Арно, пусть и не сразу, и снова взглянула на его глаза. — Мне уже пора, — с сожалением в голосе тихо сказал он и сглотнул, не спуская с меня глаз. Только сейчас я заметила, как на его подмерзших ресницах от моего частого и теплого дыхания подтаял иней. — Береги себя и не лезь в неприятности. — Ты же знаешь, я без них не могу. — Теперь-то у тебя есть тот, кто будет удерживать от этого. По крайней мере, я надеюсь на это, — когда Дориан обернулся, его взгляд поднялся на Эцио. Я посмотрела туда же, поджимая губы. Аудиторе заметил это, понял, что наше прощание подходит к концу, настает его очередь, и неторопливо подошел к нам с серьезным лицом. — Присматривай за ней. — Я и не переставал, — прохладно ответил ему итальянец. — И не давай в обиду, — вскинув брови, сказал Арно. По-моему мнению, он имел ввиду тот случай, когда на нас в попытке угнать фургон на заправке напали. Да, тогда Дориану досталось… Возможно, он говорил, что мне угрожали собственный дядя, муж и Чезаре, так что защита мне точно понадобится. Может быть, про то, что я в розыске, и каждый, кто узнает меня, захочет передать в руки властей, что равно в руки тамплиеров. — Ей это понадобится больше всего. — Она сама, кого хочешь, обидеть сможет, — отшутился Эцио, глядя на меня. — Я все равно этим займусь. — Ну, — Арно не слишком дружелюбным взглядом, скорее, немного безразличным, окинул Аудиторе, — удачи тебе с этим. Француз коротко кивнул мне и закинул рюкзак в машину. Элиз уже была в салоне, а я приостановила Дориана, схватив за руку. Он обернулся, заинтересованно глядя на меня, как и Аудиторе. Я приподнялась на носочки и легко поцеловала Арно в щеку, надеясь, что у его подружки ревность не взыграет. Хотя мне это бы принесло временное удовлетворение. Ассасин слегка провел пальцем по моей щеке и сел в машину, последний раз взглянув на меня и закрыв дверь. Я отошла назад, смотря вслед уезжающей машине, и снова обхватила себя руками. — Твой отец сказал, что выезжаем через пару часов, — раздался рядом голос Эцио. — Тебе стоит выспаться. — Тогда разбуди, когда поедем. Я развернулась ко входу и поплелась в помещение, потому что изрядно замерзла. Настроения не было, было только огромное разочарование и опустошенность. Апатия, так еще было можно это назвать. В своей комнате я плюхнулась на кровать, не переодеваясь, и уткнулась лицом в подушку, уже подумывая начать страдать. Только потом до меня дошло, что я еще и дверь не заперла. Однако с пониманием этого я услышала и шаги. Лениво повернув голову, мне на глаза попалась Амелия. Ее отпустили, чтобы собраться и, наверное, инициатором этого был Эцио — просто так отец бы ее не отпустил, до самого выхода. Впрочем, я думала правильно, потому что в дверях как раз и стоял скромно сам Аудиторе. Он только глядел на меня. Амелия положила мне на плечо руку со словами «Все будет хорошо…» и привлекла в объятие. Не крепкое, потому что она еще не восстановилась полностью, но достаточное, чтобы я ненадолго почувствовала себя лучше. Из-за плеча я одними губами произнесла «Спасибо», после чего Эцио только коротко кивнул и удалился, закрыв за собой дверь. Почему-то мне казалось, что отцу его идея не понравится, но вот самому итальянцу на гнев праведный моего отца было откровенно фиолетово. — Я уж боялась, что ты всего этого не переживешь, — сказала с полуулыбкой Амелия, отстраняясь назад. — А Эцио позвал меня взглянуть на твое тело. — Я была к этому близка, — так же ответила я и поджала губы, мол, будто мне жалко, что этого не случилось. — Что предлагаешь делать в Лондоне? — Что делать? — переспросила Амелия и задумалась. — Мы не досмотрели Игру Престолов, так что… — Джон Сноу жив! — воскликнула я, усаживаясь на кровати. — Черт побери, я заявлюсь на съемочную площадку, если это будет не так, и оживлю этого бастарда! — А еще кое-кто пропустил кучу серий одиннадцатого сезона Сверхов, — заманчиво вскинула брови Амелия. — Тебя ждет Дин Винчестер, дорогуша. — Сколько я спала? — ошеломленно спросила я. — Почему ты меня не разбудила? — Да так, половина сезона уже есть, сейчас пока еще новогодний перерыв. Когда тебе осточертит смотреть фэнтези и мистику, я хочу заняться вплотную детективными или комедийными сериалами, — она вздохнула. — Короче, тем, что не так сильно заставляет тебя страдать. — Буду рада убить свое время за всем этим. Спать мне не хотелось, но тем не менее я все-таки заставила себя задремать, а Амелия устроилась под боком, как в старые добрые времена, когда я отнимала у нее все одеяло, а она спала в холоде. В сон я не провалилась, только наслаждалась тишиной и тем, что явно пожалею, что не высплюсь заранее. Через некоторое время меня разбудил тихий толчок в плечо. Я сонно взглянула на источник пробуждения — передо мной стоял, вернее, сидел Эцио, молча глядя на меня. Я сразу же коснулась рукой постели за своей спиной — Амелии не было. Приподнявшись на локти, я протерла глаза. — Ты выспалась? — спросил Аудиторе, слегка склонив голову в сторону. — Кажется, да, — я оглянулась назад. — А где Амелия? — Она встала раньше, ей надо было снова вернуться к врачам, — ответил он, и я спокойно упала обратно на подушку. — Я хотел разбудить тебя сразу вместе с ней, но… — я с заинтересованной полуулыбкой посмотрела на Эцио, и он встал с края кровати и сложил руки на груди. — Но не стал, ты только заснула, и было бы бессердечно не дать тебе поспать еще немного. Потянувшись, как кошка, я зевнула и слезла с постели. Эцио показал на небольшую сумку на кресле. Я взяла куртку и надела ее, но не застегнула. Аудиторе забрал сумку, и мы вместе покинули комнату. — Амелия ждет внизу, — сообщил мне он, и у выхода я увидела ее. — Готова? — спросила Амелия, когда мы подошли к машинам. Я обернулась и увидела отца. Он стоял неподалеку и наблюдал. Молча. Ни с кем не прощался, даже со мной. Я не стала задерживать на нем взгляд, ведь вряд ли он скажет хоть чего-нибудь ободряющего. — Да. Я села с краю, Аудиторе между нами. Через пару минут машина тронулась с места. Я протерла чуть запотевшее стекло и выглянула на улицу. Фигура отца все еще виднелась на белом фоне здания. По мере удаления внутри меня все сжималось. Я отвернулась и печальными глазами взглянула на Эцио. Он заметил это и слегка поджал губы в небольшой ободряющей полуулыбке. Решив больше не смотреть в окно, я привалилась к плечу Аудиторе, как и Амелия на другом конце, и обвила руками руку итальянца. Сам ассасин страдающе вздохнул — с обеих сторон на нем висели женщины, что вряд ли его надолго огорчит. Эцио деться никуда не мог, так как был пристегнут. Он только еще раз вздохнул и смотрел прямо, в лобовое стекло. Я закрыла глаза под тихую музыку из радио, постепенно чувствуя, как моя рука сползла, а Аудиторе ее подхватывает и держит мою ладонь в своей. С этой картиной я окончательно закрыла глаза и решила думать о Лондоне. Что же нас будет там ждать? All around me are familiar faces Worn out places, worn out faces Bright and early for the daily races Going nowhere, going nowhere.
