Romano di falco

      Я поднялась к соседу. Как никак, он был ответственный за Чезаре. Естественно, и объясняться тоже надо ему. Я постучала в дверь. Открыла мне жена Марко, Люсия.        — Это снова ты? — Она была явно не рада видеть меня. — Забирай своего дружка и не приводи его сюда больше!       Она дала мне пройти в коридор. Даже не снимая обувь, я прошла в гостиную. На диване лежали Чезаре и Марко, по-видимому пьяные, оба с растрепанными волосами.        — Подъем! — крикнула я. — Вставайте, пьянчуги!       Они еле-еле пошевелились, но начали вставать. Я дождалась, пока Чезаре встанет, схватила его за руку и повела в коридор. Он спотыкался, запнулся за кеды Марко и чуть было не упал. Я надела ему на ноги ботинки, перекинула его куртку через руку и повела за собой наверх по лестнице. Я понадеялась, что Борджиа сам снимет обувь. Впрочем, он успел пройтись по ковру, оставив цепочку из грязных следов, пока я сама раздевалась. Чезаре уселся на кровать и, откинув голову назад, закрыл глаза. Спал он или приходил в себя, я не знала. Я собирала ботинки по квартире. С ним как с ребенком. Только вместо капризов у него алкогольное опьянение. Я не стала его тревожить. Раз уж Чезаре в стельку, то лучше не шуметь. Ну, что же? Раз он, то, значит, и я могу расслабиться. Я взяла бутылку с вином и стакан, ведь бокалов у меня сейчас не было, а последние были разбиты. Я закрыла дверь в комнату, уселась на кровать и налила первый стакан. За Амелию, она хорошая подруга. Я осушила стакан и тут же снова наполнила его. Подняв его перед собой, я смотрела на пузырьки. Второй будет за Чезаре, этого тамплиера, который свалился мне, словно снег на голову. По телу разбежалось тепло. Опустошив стакан, я снова его наполнила. За что теперь выпить? За ассасинов, которые меня чуть не убили? Да, за них. Мой мозг, теряющий трезвость, был уже рад любому тосту. Таким темпом я выпила половину вина в бутылке, которое там оставалось. Перед глазами все начало двоиться, а когда я встала, то упала обратно на кровать. Потом снова встала и хотела поставить стакан с пустой бутылкой на стол. В итоге промахнулась и все уронила на пол. Голова начала болеть, а живот скрутило. Я согнулась пополам и опустилась на пол. Что происходит? Началась мигрень, к горлу подкатила тошнота, я уже терялась в пространстве. Я снова встала, сделала несколько шагов, но споткнулась на ровном месте и упала. В глазах все потухло. Очнулась все там же — на полу. Голова болела, все еще тошнило. Когда к горлу подкатил мой обед, я рванула в ванную и опустошила свой желудок. Может быть я отравилась? Я умыла лицо холодной водой, посмотрела на свои покрасневшие глаза и растрепанные волосы. Я взглянула на часы, после чего вышла к окну — был уже вечер.       Оказалось, я провалялась на полу три с половиной часа. Сразу захотелось есть. Я привела себя в порядок, заглянула к спящему Чезаре, устроилась в своей комнате за столом и включила ноутбук, чтобы хоть что-то узнать об этих ассасинах и тамплиерах. С напряженным лицом, которое было подперто кулаком, я решила начать с википедии. Полазала по другим сайтам, ничего не поняла, начала сначала. Информация постепенно пропадала: ссылки, на которые я заходила раньше, теперь никуда не вели и выдавали ошибку. Пока я рылась в Интернете, похоже, успела подхватить вирус, так как экран компьютера погас, а кнопка энергопитания тоже потухла. Включить его уже ничто не помогло. Окончательно расстроившись, я пошла на кухню готовить ужин. Когда пришло время перекладывать картошку в сковородку, зазвонил телефон.        — Алло?       Голос на другом конце был мужской, отдавал некоторыми официальностью и холодом.       — «Интересуешься не тем, чем надо. Твой компьютер уже подхватил наш вирус?»       Кто это вообще? Я посмотрела на экран телефона, но высвечивалось лишь «неизвестный номер». Мне стало не по себе.        — Вы следите за… Так это ваша машина постоянно преследует меня?!       — «Ты догадливая, Бьянка. Хочешь спросить еще о чем-нибудь?»       Мое имя?.. Откуда? Кто эти «они». Я осторожно выглянула из окна. Машина стояла у обочины дороги.        — Нет, не хочу. Меньше знаешь, крепче спишь. Советую Вам убираться.        — «А у нас есть о чем спросить тебя. Твой тамплиер сейчас дома, если я не ошибаюсь»       Я задернула шторы, вернулась на кухню и выключила огонь под сковородой.        — Откуда вы про него знаете?        — «Мы все знаем о тебе, Бьянка. Вы нужны нам, пока они не пришли за вами»       Какой-то бред сумасшедшего. Может, это просто чья-нибудь глупая шутка? Я вышла в свою комнату и снова выглянула в окно.        — Вы точно не ошиблись номером?        — «Нет. Просто берегись. Они скоро придут за вами»        — Так, либо вы мне все объясняете, либо…       Звонок оборвался быстро, и я не успел договорить. Катитесь к черту все! Я бросила телефон на стол и закрыла лицо руками. Да что же происходит?       Я достала коробку с таблетками ибупрофена, чтобы голова, наконец, могла перестать гудеть от боли. Неожиданно я заметила небольшую приписку, которой раньше на упаковке не было. В графе «произведено» было написано «Абстерго Индастриз». Что-то подозрительно. Где-то я это слышала. Проглотив две таблетки болеутоляющего, я бодро направилась будить Чезаре. Сготовить не получилось, значит свожу его куда-нибудь. Может, в Мак? Сегодня очереди небольшие. Хотя мы оба в похмелье, а на улице так шумно. А, ничего, таблетки помогут.        — Чезаре! — громко сказала я. Борджиа, лежащий на диване, вздрогнул от моего голоса. Забыв, что он тоже сейчас чувствителен к громким звукам, я понизила громкость. — Вставай, идем ужинать!       Однако тот даже не развернулся, лишь засунул голову под подушку. Как страус прячет голову. Черт подери, просыпайся! Я решительно сдернула плед. Чезаре резко развернулся, и замер. Похоже, у него потемнело в глазах.        — Ты хочешь есть? — спросила я. — Мы можем сходить в центр, поужинать где-нибудь…        — Исключено, — раздраженно сказал он, потихоньку отбирая у меня плед обратно. — На улице ужасно шумно. Сейчас предпочтительнее тишина… — он перешел в сидячее положение. — И приготовь что-нибудь здесь, дома. Я не настроен сейчас куда-либо идти.       Я направилась к кухне, но остановилась в дверях, бросив взгляд на Чезаре. Он потер переносицу, зажмурив глаза. Увидев, что я стою в безделии, он выразительно нахмурился. Я тут же скрылась, убегая от этого ужасающего взгляда. Борджиа порой такой пугающий. Боялись его в гневе, наверное, все. Я наспех сготовила все, что хотела сделать раньше. Мы ужинали в тишине. Потом я снова уступила ему комнату, а сама вернулась на диван. Заранее я взяла тетрадь с заданием, которое мне нужно выполнить ко вторнику и сдать. Я плюхнулась на диван, и включился телевизор. Причем еще на такой замечательной программе, как опера. Мужчина на сцене, одетый в костюм дворянина с большим воротником, тянул высокую ноту. Все замерли, ожидая, получится ли у него это. Я не люблю оперу, но тоже придвинулась к экрану и наблюдала. На самом громком моменте я схватилась за голову, которая, как казалось, сейчас просто взорвется. Я села на пульт, причем не просто села, а еще и звука достаточно прибавила. Ох, я выключила телевизор, пока Чезаре не вышел из комнаты.       Вечер прошел скучно, тамплиер не вылезал из комнаты, а я принялась за задания в тетради. Жалко, что ноутбук не работает. Реферат еще написать надо. Однако уже через полчаса я снова спала с тетрадью на лице. Меня разбудил Чезаре, слегка потормошив за плечо. Я с недовольным лицом оглянулась вокруг, будто была здесь в первый раз. За окном было светло. Так, это что получается, сейчас утро что ли?        — Как я говорил раньше, ты долго спишь. — я прикрыла глаза и была готова снова прилечь на теплую подушку, как испанец схватил мое лицо за подбородок и держал так, чтобы я смотрела на него. — Вставай! Мне нужно, чтобы ты мне кое-что объяснила.        — Конечно, — беспечно согласилась я и потянулась. — Что нужно?        — Я хочу принять ванну.       Я кивнула и поднялась с кровати. Голова немного кружилась, и я, будучи как в тумане, прошла в ванную. Чезаре следовал за мной. Похоже, у него похмелье уже прошло. Я показала на ручки с синей и красной наклейками.        — Красная — горячая вода. Синяя — холодная…        — А теплой нет? — перебил меня он, с разочарованием смотря на кран. — Вообще нет?        — Не перебивай меня, когда я объясняю!.. — уловив грозный взгляд, я жалобно добавила, — пожалуйста.       Чезаре перестал смотреть на меня, переключившись на кран. Я продолжила, одновременно поворачивая ручки.        — Откроешь обе ручки — пойдет теплая. Не сразу, конечно. Если надо будет, то один из потоков воды можно уменьшить. Надеюсь, ты уже догадался. — тем временем я показала на шампунь. — Это шампунь, то есть, грубо говоря, жидкое мыло. Запах вкусный, но не советую пробовать его на вкус, если не хочешь отравиться и умереть, — Чезаре переводил взгляд с меня на шампунь. — Как сказано в применении, избегать попадания в глаза, будет щипать. Ну, обычное мыло тоже щиплет. В общем, это пока все. Полотенце я могу принести. Помощь в потирании спинки не оказываю. Для этого есть специальная длинная губка.       Борджиа кивнул. На его лице уже появилась щетина, и мне это не нравилось. Привлекая его внимание, я показала на свой подбородок.        — Насчет твоей бороды… Сбривать сегодня не будешь?        — Можно было бы, но пока нет.       Я мысленно выдохнула. Не хватало мне еще объяснять, как пользоваться бритвой. Причем пены для бритья у меня как раз-таки не было. Я сходила за полотенцем и показала, каким шампунем Чезаре должен мыть волосы. Свой я припрятала в дальний шкафчик. После всей техники безопасности я удалилась из ванной. Что-то заставляло меня волноваться за испанца. Он не пользовался современной ванной, а вдруг что-нибудь случиться? Я выбросила эту мысль из головы, отправляясь готовить завтрак. Ужасно хотелось есть, поэтому дожидаться Чезаре я не стала и уничтожила свою порцию очень быстро. Я положила тарелку в раковину и прошла в комнату. Компьютер на удивление работал, причем даже не тормозил. Вспомнился разговор о каких-то преследователях. Я не обратила бы на все должного внимания, если бы на мониторе ноутбука не была открыта страница. Я села за стол, поводила мышкой, полистала страницу вверх-вниз. В оглавлении было написано то, что вызывало во мне уйму беспокойства.       «Абстерго Индастриз». Снова.        — А-а-а, — ходила я по кругу в комнате, хватаясь за волосы, — что вообще происходит?! Абстерго, что за Абстерго?! Откуда это все взялось, вчера не было же!       Я начала наяривать круги уже по квартире. Схватила телефон и набрала Амелию. Я добьюсь от нее ответов, рано или поздно. Гудки прекратились, и прозвучал ее голос, по которому можно было предположить, что она еще спит.        — «Бьянка? Что ты трезвонишь в такую рань? Я надеялась поспать, к тому же нехорошо себя чувствую…»       Я спешно поведала все подробности моего торжества с вином, свое состояние и информацию, которую узнала позже. Подруга выслушала меня, но мне казалось, что она вот-вот заснет. Однако далее она спросила меня совсем не о том, что я ожидала услышать.        — У тебя есть обезболивающее? Голова раскалывается просто. Ни с того, ни с чего заболела, я аж упала. Хорошо, что ассасины рядом были. Они подумали, что я отравилась. Плохо, когда они начали копаться в аптечке и предложили мне сожрать порцию витаминов и чуть было не дали мне слабительное, — она прокашлялась. — Короче, есть таблетки?       Я объяснила, что из таблеток у меня лишь ибупрофен, анальгин, иксел, парнасан и простые витамины. Она согласилась на ибупрофен и анальгин.        — Окей, я заеду, жди.       Она первая положила трубку. Скорее всего она захватит с собой убийц. Я заметалась по квартире. Нужен план, нужен план! Чезаре вышел из ванной, уже поправляя на себе футболку, которую я ему дала.        — Что с тобой? — он нахмурился и встревоженно смотрел на меня. — Ты чем-то напугана.       Придумывать новую ложь, снова всех обманывать… Это уже раздражает. Ладно, придумаем что-нибудь.        — Нет, я в порядке. Просто волнуюсь за подругу, она плохо себя чувствует, — я села на диван. Чезаре сел напротив, закинув полотенце на плечо. — Вижу, принятие ванны прошло успешно.       Уловив сарказм в моих словах, Борджиа улыбнулся кончиками рта и отвел взгляд в сторону. Что же, ассасины приедут сюда, а тамплиер будет здесь? Четверо против одного? Это нечестно.        — Я… Это… К нам зайдет Амелия ненадолго. Ей нужно отдать лекарство.        — И какое отношение это имеет ко мне? — подняв брови, спросил испанец. — Твои слова должны как-то на меня повлиять?       Я пожала плечами. Надеюсь, своих телохранителей она оставит на улице или, в крайнем случае, в коридоре. Никак не в квартире. Я их просто не запущу внутрь.        — Да я так, просто предупредила.       Чезаре протянул мне полотенце, и я положила его в ванной в стиральную машину. Боже мой, что мне делать с Борджиа? Может быть, Амелия не узнает его? Вряд ли, она всех героев как облупленных знает. Я приготовила таблетки, чтобы сразу взять их и отдать, а Чезаре можно запрятать в комнате. Но если он выйдет оттуда, я за себя не отвечаю…       Через пятнадцать минут (которые я провела в хаотичном истерическом беге по квартире), я услышала короткий звонок в дверь. Сам испанец был в моей комнате, что-то читал. Я закрыла к нему дверь и открыла Амелии. Она улыбнулась и слегка помахала рукой. За ее спиной возвышалась остальная четверка: замерзший Альтаир с туго замотанным шарфом на шее, Эдвард в шапке и в шарфе, Эцио, совсем без шапки и с расстегнутой курткой, и Арно, тоже с расстегнутой курткой, но без шарфа. Все чем-нибудь, да и отличались друг от друга.        — О, круто, ты пришла… — с фальшивой радостью протянула я, нехотя отходя в сторону и пропуская всех в помещение. — Всей командой, это замечательно…       О, Господи, день только начался, а я хочу, чтоб он уже закончился. Я прошла на кухню, достала кружки и стала наливать чай, который у меня почти закончился, и кофе. Однако в моих действиях была некоторая… скованность.        — Все в порядке? — Голос Эцио, почти настороженный, прозвучал с другого конца кухни. Они уже сидели за столом. — Ты странно себя ведешь.       Я не повернулась к остальным полностью, лишь наполовину. Да и то повернула только голову, чтобы не выдать свое напряжение.        — Все отлично… И хватит меня подозревать, — я залила кипяток в кружку. — Просто ваш визит был несколько неожиданным для меня. Другое дело, если бы Амелия, — я бросила на нее недовольный взгляд, — предупредила меня заранее. Дня, например, за два. А так все…        — Да ладно, она просто стыдится своей маленькой квартирки, в сравнении с моим местом жительства, — ответила за меня Амелия. Немного обидно от ее слов, но эта обида вообще микроскопическая, так как подруга сама объяснила мое поведение. — Бьянка, ты нальешь мне кофе? — она села в пол-оборота ко мне. — Я еще окончательно даже не проснулась.       Я заметила на себе взгляд Эдварда. Он наблюдал за мной, откинувшись на спинку стула. Я расставила кружки с чаем и кофе, бросив взгляд на Арно. Ассасин старательно избегал моего взгляда, зато Эдварду, похоже, еще не объяснили, тамплиер я или нет, поэтому он был так… наблюдателен. Эцио молчал и грел руки о кружку с кофе, изредка перекидываясь парой слов с Амелией. Она и этому была рада, но, похоже, итальянец ее очень интересовал. Вах, нашла себе кавалера-убийцу, все уши мне про него протрещала, а теперь ее мечта сбылась. Кстати о мечте, места мне за столом не хватило, поэтому я скромно стояла у плиты, стараясь не привлекать к себе внимания. Альтаир же сидел и наблюдал за всеми, особенно за французом. Эдвард и Арно, если судить по их поведению, так и не уладили свой межнациональный конфликт, причиной которого стала я.        — Ну, что ты стоишь? Таблетки где мои?       Я протянула Амелии две пачки: анальгин и ибупрофен. Она убрала их в карман и продолжила щебетать с Эцио о том, о сем. Хотя по виду самого итальянца можно было сказать, что ему не очень интересно. Я в свою очередь, словно ниндзя, удалилась из кухни и заглянула к Чезаре, закрыв за собой дверь. Он сразу же обратил на меня внимание.        — Я слышал голоса. Кто-то пришел?       Испанец перешел в сидячее положение. Я кивнула, решаясь, говорить ему об ассасинах на кухне или нет.        — Да, пара гостей… Человек пять, в гости зашли.       Он протер глаза, будто дремал, а не читал. Даже его тон показался чуть-чуть сонным.        — Мне, наверное, стоит выйти, — он поднялся. Я спешно его остановила. — В чем дело?       Подозрительность. Все мое поведение было таковым. А лгать мне уже надоело. Но я так порой заворачиваю, прямо как уж на сковородке кручусь. Все, довольно лжи!        — Мои гости на самом деле не гости, — проглатывая слова, робко и до ужаса медленно начала я. — Они являются твоими… врагами. Ассасинами, — потом меня понесло. — Я не хотела их приглашать, я не знаю их, вернее, знаю, кто они, но я не имею с ними ничего общего! Я не одна из них, я тебе клянусь, я не ассасин! Я просто жила своей жизнью, потом появился ты, а потом и они! Я умоляю только не надо меня калечить или убивать, прошу!       Однако Чезаре просто стоял и смотрел на меня. До него доходил смысл моих слов. Когда же дошло, он снова стал хмурым. Я ожидала грозы.        — Ты говорила мне, что ничего о них не знаешь! Никого не знаешь из них! И теперь я слышу, что они в соседней комнате от меня! Ты поняла, что сделала, когда привела их сюда?       Я знала, на какой риск я иду, но, по видимому, Чезаре упустил всю вторую половину моей тирады.        — Я… Просто не показывай вида, что ты тамплиер, — я попыталась его успокоить. — Они тоже из прошлого, как и ты. Может, они даже не узнают тебя. Это было бы прекрасно.       Похоже, Борджиа и сам был в некотором шоке. Ассасины, его враги, через соседнюю стенку. Игра с огнем. За дверью я услышала голос Арно.        — Бьянка, ты куда пропала?.. — ассасин открыл дверь и замер. — Кто это?       Чезаре стоял и смотрел на француза. Арно зашел в комнату и закрыл за собой дверь. Я уже придумывала оправдание.        — Это мой близкий друг, живет у меня… Вроде бы мы встречаемся, верно? — я выразительно посмотрела на испанца. Он уловил мою идею, но его напряжение и почти не скрытая агрессия к противнику была чуть ли не как на ладони. — Вы просто не вовремя приехали. Шестеро человек в маленькой квартире. Многовато.       Арно перевел взгляд на Чезаре, а потом на меня. Он недовольно сощурился, но говорил безо всякого подозрения. По крайней мере мне так казалось.        — Ладно. Амелия зовет тебя, хочет спросить что-то про… — ассасин пощелкал пальцами в воздухе, вспоминая слово, — Абстерго.       Я кивнула и прошла к двери. Чезаре стоял на месте.        — Ты идешь? — спросил Арно, положив руку на ручку двери, тем самым мешая мне выйти. — Или останешься здесь?        — Нет, — сталь его голоса пронизывала до самых костей. По моей коже пробежал холодок. — Иди, Бьянка. Я подожду.       Я вышла из комнаты, Арно закрыл за мной дверь. Я молчала, не зная, что сказать. Однако француз сам заговорил, когда мы подошли к двери на кухню.        — Думаю, ты хотела бы, чтобы это оставалось в тайне, а остальные — в дальнейшем неведении, — я кивнула. Он пробежал глазами по двери в комнату, из которой мы только что вышли. — Хорошо. Маловероятно, что никто о нем не узнает, но я буду молчать.       Я не могла говорить от своего тихого шока. Я сделала ужасную ошибку, когда не только пошла к испанцу в комнату, но и плюнула на план по скрытию самого тамплиера. Я снова, как заведенный робот, кивнула. Мы зашли на кухню. Я подошла к Амелии и положила руку на край стула, на котором она сидела. Арно вернулся на свое место под строгим надзором Эдварда. Он, похоже, пил уже третью кружку кофе. По дороге к Амелии я успела ее выхватить из его рук. Взгляд, сочетающий в себе непонимание и некоторое недовольство, был отправлен мне вдогонку.        — Ты видела это? — я показала ей упаковку других таблеток. Указала пальцем прямо на «Абстерго Индастриз» — А теперь объясни мне, что это за хрень, ведь из-за нее мне ноут весь прочистили.        — О, так он теперь работает? — она улыбнулась. — В ремонт не придется нести.       Я вздохнула и мысленно закрыла лицо рукой. Боже, она так легко ко всему этому относится. Ее ничто не заботит.        — Абстерго. А-б-с-т-е-р-г-о, — по буквам проговорила я, — было в информации, которую я читала про этих, — я показала на мирно болтающих ассасинов, — убийц-сектантов. Если я что-то в чем-то понимаю, то это Абстерго играет какую-то очень важную роль!       Амелия посмотрела на своих телохранителей. После моих слов о них как о сектантах, все четверо с скрытым оскорблением смотрели на меня. Подруга схватила меня за свитер и, притянув вниз к себе, перешла на шепот.        — Ты этого не знаешь, но Абстерго — это тамплиеры будущего. Вернее нашего времени. Понимаешь? Они владеют крупными компаниями, практически везде! Каждая уличная камера, даже твоя на телефоне, в их распоряжении. Не удивлюсь, если один из этих тамплиеров станет когда-нибудь президентом. Если такое, конечно, уже не случилось.       Она отпустила меня, и я разгладила свой свитер. Не скажу, что она открыла мне глаза, но и говорить, что я ничего нового не узнала, тоже нельзя.        — Ладненько, мы пойдем. Собираемся в город, хочу посмотреть на Рим в мире Абстерго. До смерти интересно. Если хочешь, айда с нами. Места в фургоне хватит, за руль ты не сядешь, сразу говорю.        — Нет… Я, пожалуй, останусь дома. Я ведь любитель сидеть дома.       Она кивнула, и мы все вышли в коридор. Мужчины поочередно одевались — в маленьком коридоре сделать это было не очень удобно. Все, вроде бы, шло хорошо. Но испортить любой момент весьма легко. В этот самый момент Чезаре вышел из комнаты. Он и до этого проходил мимо, я его слышала, но сейчас, видимо, он думал, что все уже ушли. В итоге испанец и я стояли как истуканы и молчали, переводя взгляд с одного ассасина на другого. Больше всего меня поразил Эцио. Все ассасины почти оделись, он же уже был готов. Итальянец выпрямился, глядя на Борджиа, а тот с плохо скрываемой ненавистью смотрел на него. Так, я что-то пропустила? Кто-то чей-то враг, или я просто не в теме? Но на Эцио же в растерянности глядела и Амелия. Она в ужасе переводила взгляд с одного ассасина на другого. По ее взгляду можно было судить, что эти парни и в самом деле являются врагами.        — Так, — почему-то предвкушая именно драку, я расставила руки и начала новую практику своих ораторских способностей, — ребята, мы недопоняли друг друга. Это — мой друг и парень… — Чезаре хотел что-то сказать, но я незаметно наступила ему на ногу, — с которым я встречаюсь. Это не тот, о ком вы подумали. Это Франсуа, мой парень. И да, он похож на одну историческую личность, но это не он!       Да, я завралась. Арно ухмыльнулся и, скрестив руки на груди, смотрел на Чезаре. Я, представив себя щитом, встала перед испанцем. Альтаир и Эдвард все равно не понимали нас, но второму Амелия кое-что переводила. Альтаир же, по-моему, вообще не въезжал, что происходит.        — Да, мы все рады знакомству, — слава Богу, что перед Эцио стоят Альтаир и Эдвард с Амелией, не то сейчас была бы знатная драка, я думаю. — А теперь давайте, у вас были дела! Оревуар, чао, гуд-бай.       Эцио все еще смотрел на Чезаре. Я чувствовала неприязнь в его взгляде, но мне объяснить это было просто невозможно. Когда-нибудь я узнаю об этих двоих больше. Но не сейчас. Итальянца почти вытолкали за дверь, Эдвард вышел за ним. Альтаир постоял еще минуту, смотря на меня с подругой. Она ему кивнула, и араб тоже вышел на лестничную площадку. Арно решил не удостаивать нас своим уходом и стоял в дверях. Испанец спокойно зашел на кухню.        — Ты сумасшедшая?! Какого черта тут делает Чезаре Борджиа?!        — Ты думаешь, я хотела, чтобы он здесь появлялся?! — Я старалась не кричать, но, увы, меня вынуждали. — Я вообще не знала, кто он такой! К тому же ты тут у нас приручила четверых матерых убийц разных эпох! Я незнающий человек, я не играла в твои игры, причем скажу тебе, что это все, — я обвела все рукой, — не игра! Нас черт куда знает занесло, здесь есть Абстерго, здесь господствуют тамплиеры, а ты винишь меня в моей неосведомленности. И кто из нас еще с огнем играет, а?!       Амелия ткнула в меня пальцем и нахмурилась. Краем глаза я увидела, что Чезаре стоял, пил чай и наблюдал за нами.        — Ты, чертова уголовница, — начала она, — я тут распинаюсь, хочу, чтоб ты въехала, поняла смысл моих слов, а ты, упрямый баран, стоишь на одном месте! Ты не только безответственная, но и совершенно невменяемая! Ты не слушаешь людей и делаешь все по-своему! Ты даже мне не доверяешь!       Все. Нас понесло по полной.        — Это я тебе не доверяю?! — я ткнула себя в грудь. — Да я тебе все о себе рассказываю, все секреты открываю, а ты тут такое мне говоришь! — Тут я увидела, что остальные ассасины заглянули в квартиру, слушая наши крики. — Ты защищаешь тех, кто хочет мир захватить! Они возьмут Яблоко, нахрен всех уничтожат! Для тебя ассасины — святые! Ты не видишь, что они пытаются подчинить мир себе!        — Да где ты это видела, идиотка! — Амелия снова хотела ткнуть в меня пальцем, но я отвела ее руку в сторону. — Тебе наплел этот, — она показала на Чезаре, — полную чушь! Спросила бы знающего человека! — ее голос стал утихать. — И на твоем месте я бы рассказала о тамплиере в доме сразу бы, не задумываясь. Ты же скрыла от меня его. Вот и получай свою правду.       Я еще не успокоилась, но хотелось, чтобы последнее слово оказалось за мной.        — Вот и питайся своими иллюзиями свободы и истины! — верно, а не обманул ли меня Чезаре? — Я и сама со всем разберусь, а кто и безответственный здесь, то только ты!       Амелия надевала обувь, пока я говорила. Она подошла к недоумевающему Арно и жестом позвала его с собой.        — Спасибо за таблетки.       Она ушла. Они все ушли. Я оперлась спиной о стену и тяжело вздохнула. Ссора получилась немаленькая. Межнациональный конфликт называется…       А испанец встал рядом со мной, допивая кофе. Мы оба молчали, пока Борджиа не опустил уже пустую кружку.        — Из тебя выйдет хороший тамплиер.