7

      Больше всего в этой жизни она не любила ждать: родителей к обеду, вечно копающуюся сестру, автобус до Ковент-Гарденс, прибытия поезда. Теперь же вся ее жизнь превратилась в ожидание. В бесконечное ожидание новостей с фронта от своих братьев и от него. Точнее, новостей о нем. Сам он ей не писал. Вот уже два года, как он молчит. Иногда до нее доходят слухи, но не более. Она знает, что он где-то во Франции, но куда точно отправить письмо неизвестно.       С каждым днем ей все страшнее и страшнее подходить к сводкам погибших. Она боится найти там его имя. Ведь если не станет его, то, как бы банально это не звучало, не станет и ее. Она поняла это, как только он вскочил на ступеньку своего вагона, отправляющегося на фронт. Она ненавидела его за это молчание, но потом стыдилась своих мыслей. Он там, она не имеет права обвинять его, в чем либо. Но когда он вернется назад и попросит ее стать его женой, то она согласится и станет для него самой лучшей из всех. А если не попросит, то она станет ему самым лучшим другом и помощником. Она его ни за что не бросит. А пока она готова ждать его сколько угодно. Только бы он вернулся к ней.       Он тысячу раз порывался написать ей. Но что бы он ей рассказал? О том, как прекрасна природа во Франции в июле? Или какое удивительное зрелище – лавандовые поля? Он этого не видел. Перед его глазами смерть, кровь и грязь. И он бросает эту затею, не хочет ей врать, но и не хочет, чтоб она страдала. Он точно знал, что эта изящная девушка с хрупким сердцем и яркой фантазией не должна знать о всех ужасах, что он видит каждый день.       Он не писал ей и не позволял другим писать ей о себе. Но он всегда знал, что с ней происходит. Из дома к нему всегда доходили новости о ней. Он знал, что ее старший брат был ранен и отправлен домой. Он знал и то, что она и ее младшая сестра переболели ветрянкой и то, что в их дом упала бомба. В перерывах между атаками он собирал новости о ней. В один из таких моментов в своем окопе он встретил лакея из дома ее родителей. Он тоже узнал и бросился к нему со всех ног. Лакей рассказал ему подробную историю своей службы, а он лишь с удовольствием вглядывался в первое за долгое время знакомое лицо. - Вы представляете, даже в такое страшное время есть место любви и счастью! Наша мисс обручена, а когда кончится война, она станет женой очень достойного человека! – произнес лакей с сияющей улыбкой на лице.       Его будто ударили по голове и перекрыли кислород. Он явственно почувствовал, как кровь схлынула с лица. Она обручена. Она станет женой достойного человека. Она станет женой другого человека. Она станет не его женой. Она станет чужой женой.       Эти фразы набатом звучали у него в голове. Старый идиот. Думал, что она будет его безропотно ждать. Ведь даже он сам иногда думал, что больше не увидит белые кифы Дувра. А она, не получившая от него ни единой строчки, возможно, считала его погибшим. Но даже это не уменьшало его боль от этой новости. Она станет чужой женой. Она будет принадлежать другому мужчине. Она… - Старшая мисс от этой новости так повеселела. Хотя это и странно, что младшая выйдет замуж раньше старшей. Хотя в наше время на это внимания не обращают… - Что ты сказал? – изумленно переспросил он. - Сегодня неважно кто первый из благородных леди выходит замуж – старшая или младшая… - Нет-нет. Кто из двух леди помолвлен? - Младшая мисс приняла предложение…       А дальше он не слышал. Ему было важно лишь, то, что она ждет его. Несмотря на его молчание. Несмотря на его самодурство – она ждет его. Его маленькая, хрупкая леди ждала дома. Он уже хотел бежать в штаб за бумагой и чернилами, чтобы написать ей, но объявили всеобщее построение. Немецкие войска снова шли в наступление. Благодарю всех читателей. Спасибо за отзывы. Без них я бы не продолжила эту историю.