Осколки

мой Казу встречается с девушкой из Киото, она его поит нежности валидолом, когда нам придётся, мы вместе ляжем на рельсы - он без неё, а я без него - не протянем долго. мой Казу пьёт только колу, я - виски с содовой, заливая похмелье текилой с лимонным соком. иногда я думаю, как же было бы здорово снова напиться, не думать о нём, нисколько. но я всё равно, всё равно не смотря ни на, повторяя по кругу, пишу этот рванный бред. мой Казу смеётся и кружится голова, и кажется, что меня нет, абсолютно нет. и в эти минуты, когда я прошу: будь здесь, не на расстоянии в сотню пустых шагов. мой Казу смеётся, мой Казу смеётся ей, и смотрит в глаза мне, будто бы знает все. и я обоженной сверхновой смеюсь в ответ, мол, все хорошо, - я глуп, я смешен, беспечен. мой Казу, скажи мне, сколько осталось лет тебя не любить. - я знаю лишь, что навечно. мой Казу раскрашен в красный, как лист бумаги, так ловко ею вырванный из альбома. "она нужна ему", - я услышал по телефону, когда сидел среди ночи, и вдруг звонок, поднимаю: "здравствуйте, вас беспокоят демоны небосклона". ты говорил мне, что радость и моё имя единый ген, и в наших жизнях с момента встречи единый пульс. мой Казу, если я снова не отступлюсь, пожалуйста, будь со мною, не дай упасть. ведь в эти минуты, когда я прошу: будь здесь, не на расстоянии, - просто сидим вдвоем, мой Казу смеётся, мой Казу смеётся ей и смотрит в глаза мне, будто бы не влюблён.