Enclosed space

Минута. Две. Три. Час. Несколько часов. Кровать, взгляды в потолок, ненависть ко всему, что находится в этом подвале. Жгучее волнение в груди, а в следующую секунду вакуум, будто сердце больше не бьется. И тут же оно норовит пробить грудную клетку и выпрыгнуть, я чувствую его так отчетливо, как не чувствую самого себя. Сверху кто-то невероятно громко топает, увеличивая давление на мой мозг еще сильнее. Оповещение. Тихая трель, и я вскакиваю с кровати, будто она – раскаленная плита. И вмиг мне плевать на серые стены, на боль во всем теле, на ненависть к собственному существованию. — Курт? Привет. — Привет, недо-пудель, пере-человек! Я не знаю, как сдержать улыбку, потому что Курт закатывает глаза, а Себастьян довольно скалится. — Здравствуй, Себастьян. *** — Пока, Блейн, — Курт тепло улыбнулся юноше. Себастьян помахал рукой. Шла вторая неделя знакомства ребят с Блейном. Обычно, во всех разговорах пытался участвовать Курт, и Себастьян с Рейчел догадывались, почему. Красные щеки и глуповатая улыбка выдавали его с головой. Конечно, против они ничего не имели, но они, в отличие от Хаммела, замечали некую особенность за Блейном: скрывать все факты о себе. Конечно, ребята знали о его интересах, любимой музыке и прочем, но что-то конкретное, вроде места жительства, учебы, родителей и подобного оставалось в шкафу Андерсона. В то время, как Курт счастливо посвистывал, обожая все вокруг и не думая ни о чем, кроме таинственного Кудряшки, Себастьян размышлял над способностью Блейна обходить ненужные ему темы и так очаровывать Курта – парня, который на его памяти находился в таком состоянии всего единожды: когда в выпускном классе влюбился в юношу из бара. Тогда Себастьяну хотелось повырывать все волосы этому парню, потому что он наблюдал за всем, что происходило между ними. К счастью, ничего серьезного произойти не успело, и сердце Курта не было разбито. — Как он это делает?! — Себастьян всплеснул руками, не выдержав. Глаза его непонимающе метались по комнате. — Делает что? — Курт поднял голову от ноутбука с открытой в Фейсбуке перепиской. — И кто? — Этот Блееейн. Боже, ну и имя! Блеееейн, — Смайт вытащил язык на букве «е», и Курт лишь фыркнул на это. — Курт, где он учится? Молчание Курта послужило выразительным ответом. — Ну, хотя бы, в каком городе живет? Тишину прервал звук пришедшего сообщения. — Нужно ответить… — Хаммел суетливо начал что-то печатать в ответ. — Просто попробуй расспросить его об этом, хорошо? — Ладно… — буркнул Курт, все еще угнетенно пялясь в экран ноутбука. — Господи, да кто тебе пишет?! — Себастьян выхватил у Курта ноутбук, а тот тут же вскочил с дивана, бросаясь за Себастьяном. — Отдай сейчас же, Смайт, или я трахну тебя шваброй! Себастьян, побежав на кухню, поднял ноутбук над головой, успев на бегу прочитать больше половины переписки. — Адам? Это тот напыщенный индюк, который пару раз пытался подсесть к нам на обеде? Наконец, Курт, опершись на плечо друга, допрыгнул до гаджета и отобрал его, обиженно хмурясь. — Да, это он. — Я так понял, он приглашает тебя на свидание? — брови Себастьяна взметнулись вверх, а сам он игриво улыбнулся. — Нет. Просто прогуляться и посмотреть кино у него дома, — Хаммел пожал плечами и словил на себе взгляд Себастьяна, который смотрел на него, как на наитупейшего человека в мире. — То есть, погулять и потрахаться? — Что? Нет, Смайт, нет! — Курт захлопнул ноутбук и кинул его на диван. — Или да. Вообще-то, я собираюсь отказаться. В голове Себастьяна что-то щелкнуло. — Слушай, Фарфоровый… Может, он окажется отличным парнем, — он присел на диван, заинтересованно глядя на друга. — Может, и окажется, но идти с ним куда-то я не собираюсь, — он хмыкнул, скрещивая руки на груди. — Почему-у-у? — Потому что. — Потому что сохнешь по этому Блейну, да? — мурлыча, протянул Себастьян. — Что? Я не сохну по нему! — щеки Курта мгновенно залились краской, и он поспешил отвести взгляд в сторону. — Курт, ты ведь понимаешь, что вы даже не виделись, и, возможно, никогда не увидитесь? — И что с этого? Мне просто приятно с ним разговаривать, — он громко фыркнул, уже направляясь на кухню. — Курт, нельзя влюбиться в человека, не зная о нем ровным счетом ничего, — Себастьян прошел следом за ним, обеспокоенно глядя на друга. — Я не влюблен в него, — Хаммел полез в холодильник за очередным яблоком, наклоняясь чуть ли не вдвое. — Ты осознаешь, что тебе будет больно, если ты расскажешь ему о своей симпатии, а он просто выключит компьютер или просто посмеется и примет это за шутку? Потому что, я уверен, он понимает, что… — Я НЕ ВЛЮБЛЕН В НЕГО! — Курт хлопнул дверцей холодильника так яростно, что Себастьян вздрогнул и отошел на несколько шагов. — Хорошо, Курт, как скажешь. Я просто предупреждаю… — Нам интересно беседовать друг с другом, понятно? У нас много общего. И вообще, не твое дело, кто мне нравится, а кто нет, и с кем ходить на свидания, а кого отшивать, понято?! — выпалил он, и, схватив куртку и не забыв яблоко, выбежал на улицу. *** Возможно, Курту действительно нравился Блейн. Иногда, когда они говорили наедине, без лишних ушей, Блейн рассказывал что-то, отчего у Курта перехватывало дыхание. Возможно, он не знал чего-то «значительного» для других о Блейне, зато знал самое важное. «… — У меня никогда не было друзей. В младшей школе я очень любил петь, и бабочки, что я носил, были больше моей головы, поэтому я был белой вороной. Я не общался ни с кем в классе, потому что мальчики любили машинки, а девочки любили мальчиков, которые любят машинки…» Это было близко Курту. До того, как он вступил в хоровой кружок, его другом был отец. И мать, но она умерла в самом его детстве. Как и мама Блейна. «… — Ее звали Сара. Когда мне было четырнадцать, она умерла, и с тех пор я…» У Блейна было довольно много «с тех пор я», после которых он замолкал и опускал взгляд. Курта не пугали недомолвки, в конце концов, кроме Рейчел, Себастьяна, друзей из хора и родителей о нем никто ничего не знал. Он понимал, что открываться человеку, с которым знаком всего две недели, и вы не имеете возможности пообщаться лично, не очень легко (Курт не был уверен, что Блейн живет в Нью-Йорке, и теперь всерьез намеревался расспросить об этом Блейна). Зато Хаммелу было очень комфортно рассказывать Блейну все, что вспоминал о себе: прошлом, настоящем, и что думал о себе в будущем, о чем мечтал. «… — Тебе повезло. У меня нет мечт. — Не глупи, Блейн, каждый о чем-то мечтает. — Я… Я мечтаю стать свободным. — В каком смысле? — В каждом. И, когда я стану свободным, я хочу петь. Неважно, где и в какой ситуации, я хочу приносить в мир музыку…» Курт пытался заставить Блейна спеть, но тот категорически отказывался. Конечно, Хаммелу было интересно услышать голос парня в песне, почувствовать его мелодичность сполна, но Блейн лишь отнекивался и смущенно улыбался. О, они часто улыбались друг другу. Искренне и незабываемо. Блейн запечатывал у себя в памяти каждую улыбку Хаммела, а перед сном перебирал каждую из них и выбирал самую прекрасную за то время, что они смотрели друг на друга сегодня. А когда засыпал Курт, он прокручивал ведь разговор в голове, помечая нужные мелкие детали, которые ему нравились в Блейне. А нравилось ему абсолютно все. «… — Можно ли поинтересоваться чем-то личным? — Блейн смущенно посмотрел на Курта. — Конечно. Все, что пожелаешь. — Ты ведь… Ты ведь гей, да? — Да, — настала очередь Курта неистово краснеть. — Я хотел сказать, что… — Что? — Я тоже. — Я догадывался. У нас с Себастьяном гениальный гей-радар…» В тот вечер уши Курта пылали, а в голове роились бесчисленные мысли. Это был намек? Сигнал к действиям? Но, боже, какие действия, если они просто разговаривают, и сделать что-то большее нет возможности? «… — Как думаешь, можно ли влюбиться всего за несколько дней? — Ты на что-то намекаешь? — Нет, нет, просто хочу узнать твое мнение, — Курт неловко замялся, а Блейн заливисто рассмеялся. — Расслабься, я ведь пошутил, — конечно, Блейн заметил его облегченный вздох. — Я считаю, что влюбиться можно при любых обстоятельствах. Любви нет границ, Курт.» Тогда Курт задумался о том, что было бы неплохо встретиться. Эта мысль мучила его довольно долго, пока Себастьян не надавил на него. Тогда он решил действовать решительно, и сегодня же он устроит Блейну допрос с пристрастием. *** — Где он шляется? — Себастьян сомкнул пальцы на переносице, устало выдыхая. — Откуда мне знать? Ты его довел, тебе его и искать! — Рейчел кинула куртку другу, злобно проделывая в нем дырку своим взглядом. — Рейчел, Нью-Йорк большой, я не найду его, даже если захочу… Дверь открылась, и на пороге появился умиротворенный Курт. Себастьян и Рейчел тут же повернулись к нему, оба громко вздыхая. — Ты в курсе, что сейчас час ночи, куколка? — Себастьян поднялся с дивана, скрещивая руки на груди, Рейчел уперла кулачки в бока. Казалось, будто у обоих вот-вот из ноздрей повалит дым. — Я не могу прогуляться? — брови Курта поползли вверх. — Предупреждать надо! — выкрикнула девушка, подходя к другу ближе. — Рейчел, я большой мальчик, имею право выйти на улице. Себастьян гуляет до утра, и никто ему ничего не говорит. — Хорошо, большой мальчик, который обычно предупреждает, если задерживается, и поэтому мы волнуемся. Где ты был? — Я просто гулял, Себастьян, — Курт тепло улыбнулся, и Себастьян, раздраженно вздохнув, решил оставить попытки. Рейчел тоже решила, что, в конце концов, Курту действительно хотелось просто проветриться. Курт, находясь в хорошем расположении духа, снял верхнюю одежду и обувь, и, захватив ноутбук с диском, что так и остались лежать на диване, прошел в свою комнату. Удобно устроившись на кровати, он поставил ноутбук себе на колени и привычным движением вставил диск в дисковод. Через секунд десять во весь экран высветилась комната Блейна. Сам он был в центре нее, и, как понял Курт, он отжимался. В комнате было так тихо, что Курт мог расслышать счет. Блейн был без футболки, и этот факт заставил Курта судорожно сглотнуть. Он заметил, что тело у юноши крайне привлекательное, и, кажется, теплый ком начал собираться внизу его живота, а щеки запылали алым пламенем. «Восемьдесят шесть, восемьдесят семь…» — Блейн?.. «Девяносто, девяносто один…» — Блейн! Андерсон внезапно остановился и взглянул на экран. Увидев, что за ним наблюдает Курт, он тут же подскочил и мгновенно схватился за футболку, лежащую на кровати, прикрывая ей собственное тело и тут же надевая ее. — Курт? Привет, — он очаровательно улыбнулся, присаживаясь за кресло перед компьютером. — Ты не поздновато? Кажется, уже почти два… — Да. Почему ты делаешь это в почти два часа ночи? — Курт флиртующе хихикнул. — Делаю что? — Отжимаешься. Ночью. Нормальные люди в это время спят. — А во мне есть хоть толика нормальности? — очередная улыбка, немного печальная, но все равно невероятно завораживающая. — Нет, думаю, нет. Ты совершенно необычен. Они смотрели друг на друга несколько секунд, пока Курт наконец не решился на то, зачем вызвал Блейна в такой поздний час. — Я хотел кое о чем с тобой поговорить, — с одной стороны, стыд съедал Курта, ведь Блейн же не просто так скрывал что-то из своей жизни, но любопытство и, кажется, слова Себастьяна повлияли на него сильнее, чем все остальное. — Слушаю. Спрашивай, о чем желаешь, — кажется, в отличие от Курта, Андерсон был абсолютно спокоен. Он сложил руки в замок и внимательно разглядывал собеседника. — Я подумал, и решил задать ряд вопросов… — Хаммел нервно почесал затылок и вернулся взглядом к умиротворенному лицу Блейна. — Один из них… В каком городе ты живешь, Блейн? Или, в каком штате? Или стране? Уголки губ Андерсона мгновенно опустились. Он сделал глубокий вдох и медленно начал говорить. — Я не хочу тебе врать, Курт… Я живу в Нью-Йорке. Кажется, сердце Курта замерло. Оно решило больше не биться, что с него достаточно, и теперь можно и отдохнуть. В это время Курт забыл, как дышать, моргать и вообще функционировать, поэтому его глаза начали слезиться. — Курт, ты чего? Я что-то не так сказал? Ты ведь живешь тут, ты не можешь плакать из-за этого… — Все нормально, без паники, — Курт мягко ему улыбнулся. — Почему ты раньше не говорил? — Ты бы обязательно захотел встретиться, — Блейн прошептал это, опуская голову и упираясь взглядом в колени. Курт удивленно на него посмотрел. — А мы не сможем? Минута напряженного молчания, и Блейн поднял глаза, полные слез. — Нет, не сможем, — его голос срывался, а Курт не верил своим ушам. — Что нам мешает? Мы ведь в одном городе, мы можем увидеться в центральном парке, или в какой-нибудь тихой кафешке, в любом Старбаксе, почему нет? — Я не могу себе этого позволить, Курт. Курт пытался разложить все по полочкам, но у него явно плохо получалось. — Почему? — только и сорвалось с его губ. А на что он надеялся? Что живи они в одном городе, да хоть на одной улице, Блейн бы тут же кинулся к нему в объятья? Он не понимал: почему нельзя?.. Он мог бы отмести все последующие встречи, если бы им было не комфортно вместе. — Прости, Курт, я… Курт вытащил диск из дисковода и положил его рядом с собой. Рваные выдохи срывались с его губ. Все в доме уже спали, пока внутри Хаммела бурлило. Он злился, сам не зная, почему, и это раздирало. Положив ноутбук на тумбочку рядом, он перевернулся в кровати. Очередной вдох, принесший острую боль, и он попытался провалиться в сон.