Жестокость

Жизнь начинает казаться такой фальшивой и чужой, как только в ней происходит что-то не так, как планировалось. Эмили плохо помнит те дни после событий в госпитале. Да, были встречи с друзьями, с семьей, бурное обсуждение ее отъезда и, соответственно, возвращения, но это словно была не ее жизнь, а какой-то другой Эмили, и все, что оставалось, - это равнодушно наблюдать за фильмом, снятом о ней самой когда-то очень давно. Фильм обычно заканчивался по ночам и тогда приходилось включать настоящий телевизор и делать все, что угодно, только не думать о происходящем в реальной жизни. Жизнь, которая стала существованием в слепых надеждах о скором излечении от парализовывающего недуга. Несколько раз она собиралась наведаться в больницу, вот только как вырезанный кусок бумаги невозможно ровно приклеить обратно, так и она не представляла, что делать и о чем говорить рядом с ним… с ними. Все чаще и чаще в голове проскакивали простые человеческие вопросы: «А думает ли он обо мне? Счастлив ли с ней? Действительно ли все ушло безвозвратно? Кого он любит по-настоящему? Ведь если у нас была любовь, настоящая любовь, то не могла же она просто исчезнуть? И главное: кто сейчас себя обманывает: я или он?» Ответы нужны были как глоток воздуха в вакууме. Как не старалась Эм забыться, даже сквозь печальные картины мелодрам и глупые краски телешоу проступала жестокая реальность и съедала все силы с каждым днем все больше и больше. Возможность расставить все точки над «i» была преподнесена на блюдечке самим врагом. Позвонила Лила и сказала, что на следующей неделе Хайдена выпускают из больницы и что было бы здорово, если бы Эмили «приехала подбодрить его, как старый друг». Девушка согласилась, удивляясь про себя простодушию молодой Лу. «Либо она совсем простушка, либо настолько уверена в себе и, главное, в нем, что не считает меня угрозой… Или я чего-то не понимаю? Какой-то иной смысл всего этого?» День неумолимо приближался, а девушка не только не знала, где взять сил, физических и моральных, чтобы стойко его выдержать, но даже начала по-настоящему бояться его наступления, потому что понимала, что вместе с этим днем может наступить конец всего, во что она еще верила и чем успокаивала себя в трудные минуты. *** Эмили сидела на небольшой деревянной скамейке в парке, что прилегал к больнице. Подойти к дверям, а тем более пройти внутрь она не решалась и потому дожидалась, когда они выйдут на улицу. На мобильнике светилось два непринятых вызова от Лилы, а в руках дрожал дорогой чехол с мужскими солнцезащитными очками внутри. «И зачем я только их купила, какое-то издевательство над его болезнью...» Настроение было поганое. Странное ощущение, словно он стал теперь совсем чужой и не было никакого прошлого, никакого счастья, не давало девушки покоя. Она явственно чувствовала себя не на своем месте, все было не так, все ошибка, исправить которую уже невозможно, потому что прошло слишком много времени. «Я должна быть сейчас там, с ним, должна обнимать его, улыбаться так, чтобы он не просто видел это, но чувствовал, поддерживать и быть опорой, я должна быть его глазами, а не бельмом на этих глазах…» Стеклянная дверь сверкнула на солнце, и Эмили моментально узнала выходящую пару. Желание увидеть его снова задушило все остальные мысли и страхи, и вот она уже нагнала их на входе в парк. - Эмили, ты пришла! – искренне воскликнула блондинка, обнимая новоиспеченную подругу с каким-то утрированным облегчением, словно та спасла ее от эшафота. Переведя взгляд на Хайдена, можно было легко догадаться от чего в действительности была спасена Лила. Парень был чернее тучи: недовольный, озлобленный и какой-то непривычно нервозный. - Доброе утро, Хайд, - тихо пробормотал Эм, случайно пропустив приветствие Лу. На лице бойца отразилась странная гримаса разочарования, как будто он куда-то торопился, а его задержали в самый неподходящий момент. - Доброе… - буркнул он, нарочито театрально отвернувшись. - Я купила тебе… - девушка запнулась, растерявшись от неожиданного хлесткого негатива, исходящего в ее сторону. – Вот, примерь, - она аккуратно сняла с него очки и надела те, что были в чехле, непроизвольно задерживаясь кончиками пальцев на все таком же бледном лице. - О, они потрясающие! Идеально подходят! – тут же отреагировала Лила. - Очень мило с твоей стороны. Жаль я не могу оценить всю их божественную красоту. - процедил парень, отстраняясь от Эмили, - Так мы идем, милая, или так и будем стоять на пекле? – тут же повернулся он к другой девушке. - Мне нужно еще на секунду вернуться в больницу, я кое-что забыла, - сдавленно выговорила блондинка, видимо, на пределе самообладания, казалось, она вот-вот расплачется прямо посреди улицы, умоляющий взгляд был направлен в сторону Эм. - Да, конечно, мы подождем тебя… эээ… здесь, на лавочке, - она решила даже не поднимать взгляда на недовольное лицо Хайдена и просто, взяв его под руку, повела к скамейке. Вот и та самая возможность поговорить наедине, о которой они с Лилой заранее договорились. Сплошной спектакль. *** «Да что с ним не так?» - обеспокоенно смотрела Эмили на парня, который нервно ерзал на деревянной лавочке, судорожно потирал руки и дергал ногой. - Хайден, с тобой все в порядке? Послушай, не стоит устраивать это представление, я понимаю твое состояние, но это не повод так себя вести и по отношению к Лиле, и по отношению ко мне. - Так ты об этом хотела поговорить? – прерывисто спросил он. - Нет, - коротко ответила девушка, решив сменить тактику на более мягкую, и аккуратно взяла его за руку. – Я хотела поговорить о нас. - Только умоляю, без вот этих вот глупых вопросов: «Милый, а почему нас стало трое?» - судорожно рассмеялся он, парадируя женский голос. Девушка пропустила сарказм мимо ушей, вглядываясь в темные непроницаемые стекла очков. Впервые за все это время, она начала осознавать действительно существующую, ужасную реальность. «Он же ничего не видит… О чем я вообще думаю, он ослеп! Хайден!» - Нет, постой. А ты что, действительно думала, что я буду, как верный пес, продолжать ждать тебя под дверью, тихо поскуливая? – продолжай изливать яд парень. - Эм, ты – не пуп земли, и все не вертится вокруг тебя. Моя жизнь продолжалась, и моя жизнь теперь – это Лила, а не ты. Все кончено, до тебя еще не дошло? – он вытянул руку из ее скользких от пота пальцев и отвернулся, продолжая нервно отбивать ногой ритм. Но Эмили его не слышала, в ту секунду она его любила больше, чем даже позволено, и потому не верила ни единому слову. «Если бы он только увидел меня, увидел мои глаза…» - Эм, все кончено, - более сдержанным голосом выдавил Хайд, - уходи. «Как же все глупо складывается…» *** Долго и бессмысленно тянулись дни после их последней встречи около больницы. Педантично прожигая час за часом в своей кровати, Эмили погрузилась в бессознательное созерцание прошлой жизни, но все так же остро чувствовала не покидающее ее чувство беспокойства и ожидания чего-то важного… или несбыточного. Она не знала, куда девать себя и все свои накопившиеся чувства, а мысль начать новую жизнь и найти другого мужчину даже не приходили ей в голову. На четвертый день заботливая мать вызвала дочери на дом психотерапевта, видя в этом единственный выход из ситуации, вот только со звонком в дверь раздался звонок мобильного телефона. - Эмили… мне нужна твоя помощь, я прошу… приезжай скорее… - раздался срывающий на плач прерывистый голос Лу. Эм словно очнулась от долгого сна, взгляд прояснился, она вся подобралась, а сердце сильно стукнулось о ребра, сообщая о пробуждении всей системы. - Что с ним стряслось? – тут же спросила девушка, натягивая наспех джинсы. - Прости… прости меня, я должна была тебе рассказать… Он начал принимать наркотики еще до… до всего случившегося… но… я не думала… - ее слова слились в неразборчивую кашу и непрерывные рыдания. Эмили, опешив, стояла посреди комнаты с одним надетым сапогом. «Бог ты мой…» - только и пронеслось у нее в голове. - Что это было? – резко спросила она, пытаясь собраться и оценить ситуацию, но в ответ услышала лишь очередной поток истерики. – Что это было, Лу, мне нужно знать! - Кокаин… я не хотела, но он… - Только не говори, что ты приносила ему в больницу… - упавшим голосом выдавила Эм, поняв о чем говорит блондинка. - Я… он умолял, Эмили… я только один раз… в последний день… а потом… он… я не могу его остановить… Эмили, прошу… сегодня ему привезут героин, ты и сама знаешь, что это значит, а я ничего не могу сделать… - Я выезжаю, не дай ему принять дозу! – бросила девушка, проносясь мимо удивленного психотерапевта, стоящего у двери.