Независимая принцесса

      В поместье Вонголы на удивление тихо. Еще раннее утро, и поэтому все, включая Босса, еще спят. Почти все. Лишь Джанинни выполнял свои обязанности едва начало светлеть. Проверяя работу системы компьютеров в особняке, он раз за разом вспоминал себя в будущем в той вселенной, где они сражались с Бьякураном. Станет ли он таким же гениальным ученым, каким был там? Сейчас он хотя бы не портил оружие уже. Было стыдно признавать, но и этому он научился у Спаннера, еще малолетнего гения-инженера. Почти сумев залезть на полку возле шкафа, он с грохотом свалился оттуда, услышав громкий и даже немного визгливый звук сирены. «Надо будет поменять звонок на моем компьютере», — в который раз решил про себя парнишка, почти паникуя, и подошел к компьютеру. В конце концов, кто мог звонить в такую рань? Да, и кто бы это ни был, если срочно не вырубить этот звук, он перебудит всех в поместье. И тогда Джанинни точно достанется от Гокудеры. Это еще хорошо, что Мукуро со своей Бандой Кокуё так и не согласились переехать в особняк, мол не хотят так часто видеть Тсуну, не то соблазн завладеть его телом будет слишком велик. А если его еще и разбудить в такую рань, ведь не было еще и семи утра…       — Д-да? — чуть ли не заикаясь, ответил парнишка, когда дрожащими от волнения пальцами сумел наконец ответить на видеозвонок. На экране высветилась девушка со светло-рыжими волосами и ярко-зелеными глазами. Выглядела она довольно взволнованной, если не сказать напуганной. Находилась она на одной из так называемых баз Вонголы в другом городе. Что это за город, парень пока не мог определить — Что случилось?       — Джанинни! Наконец-то! Никак нельзя было раньше? На счету каждая минута, — начала она, глядя на инженера почти с испугом в глазах.       — Да в чем дело-то, Августа? — в голосе инженера уже тоже звучала тревога. Конечно, девушка обычно довольно грубовата, но никогда не набрасывалась ни на кого без причины. — Ты можешь объяснить нормально? Сама же сказала, что времени мало.       — Да, верно, — вдруг успокоилась она и глубоко вдохнула, готовясь начать свою речь. — В общем, дело в том, что я видела Люси Хартфилию в парке Она разговаривала с отцом. Вот и какого черта этот старик решил все рассказать ей по телефону?! Напугал его ночной звонок от доченьки с таким вопросом. Осторожней надо быть! Будто сам не был никогда в мафии и не знает. А если бы эту линию прослушивали? Это хорошо, что Дечимо все продумал и регулярно проверяет, не прослушивает ли ее кто-то. Черт, как можно быть таким беспечным? Да, и сама Люси…       — Августа, успокойся, — прикрикнул напуганный Джанинни, не совсем понимающий, в чем дело. Он знал, что как личность Люси Хартфилия важна как для Вонголы, так и для всего Альянса. Но в чем именно заключается эта ценность? Да, и к чему паниковать, что она поговорила с отцом и что-то узнала? — Продолжай и расскажи нормально, пожалуйста.       — Ну, в общем, Джуд ей все рассказал. Срочно расскажи Боссу! Он должен немедленно поговорить с ней. Ее предок был свидетелем Альянса, и она должна быть в безопасности. Тсунаеши-сан должен либо взять ее под опеку и уговорить присоединиться к Вонголе, либо затаиться и уйти из мафии. Он должен хоть что-то предпринять!       — Д-да, я сейчас же сообщу Джудайме! — воскликнул обеспокоенный инженер и тут же, прервав связь, выбежал из своей комнаты искать, раздумывая, где же мог уснуть Тсуна, ведь, зная его, это могло произойти даже на балконе или где-нибудь в коридоре.       Сперва он решил проверить все-таки спальню и кабинет Савады: вдруг, он все-таки сумел добраться туда и уснуть по-человечески? Кабинет Босса был довольно просторным, но буквально повсюду стопками лежали бумаги, документы, отчеты, которые мальчишке предстояло проверить, подписать, прочесть. И, судя по груде бумаги на рабочем столе, дела у Дечимо шли не очень хорошо. А за одной из стопок как раз и спал Тсуна, положив голову на стол и заляпав какой-то лист бумаги чернилами. Впрочем, его пальцы и рукав рубашки тоже были в чернилах. Видимо, ручка потекла. Ну, или опрокинул чернильницу.       — Джудайме! — не стал церемониться Джанинни и сразу громко позвал парня, ведь дело не терпело отлагательств. Раз уж даже Августа была довольно взволнована. — Джудайме, проснитесь же!       От неожиданности, Тсуна резко поднял голову и, не удержав равновесие в своем стуле, упал на пол, чудом не ударившись головой об него. Парень все растерянно сидел на полу и хлопал глазами, сонно оглядываясь, пока не нашел причину столь раннего пробуждения. Он никак не мог сосредоточиться и просто молча таращился на инженера, пытаясь что-то понять.       — И тебе доброе утро, Джанинни, — недовольно пробурчал парень и, опираясь рукой о стул, наконец поднялся на ноги. — Что случилось?       Потерев ушибленное колено, он сел за стол и, увидев следы от потекшей ручки, готов был взвыть от того, что не справляется со всеми этими бумагами. А еще, появилось навязчивое желание, подобно Занзасу, повесить заполнение бумаг на свою правую руку, а в данном случае — на Гокудеру. Подперев голову рукой, Тсуна, тем не менее, с интересом посмотрел на своего собеседника, не понимая, что его могло так напугать. Вария, что ли, всем составом пришла?       — Там это… Августа звонила. Говорила по поводу Люси. Она все знает. И говорила с отцом по телефону. Вызови ее сейчас же к себе, — начал тараторить парень, не совсем отдавая себе отчет, что же он говорит вообще.       — Стоп-стоп-стоп, — замахал руками Тсуна, пытаясь угнаться за мыслью Джанинни. — Августа говорила с отцом — и что с этого? Зачем мне ее вообще вызывать? К чему вся эта паника? У нее что-то случилось?       — Да не у Августы! Люси говорила с Джудом. Она узнала обо всем. Августа говорит, что ты должен ее вызвать к себе, — поправился парень, поняв, что и правда выразился более чем сумбурно.       — Люси? Узнала? Так скоро? — чуть вновь не упал со стула Савада, пытаясь понять, что же заставило Джуда вдруг рассказать все своей дочери. А может, Люси сама узнала? Но как? Неужели, на нее уже нападали? Хотя, это и не мудрено, ведь столько времени она была одним из лучших информаторов Италии. Да, и, судя по всему, она была как-то связана с Варией. Но ведь там никто не знает. Не должен знать. По крайней мере, на это надеялся молодой Босс, хотя от Варии всего можно ожидать. Чего стоят только их офицеры, не знавшие поражения? — Ладно, я придумаю что-нибудь, чтобы ее вызвать.       — Я тогда пойду, — кивнул Джанинни и, вспомнив, что не все отрегулировал, поспешил обратно к себе в мастерскую, оставив Босса самого в своем кабинете.       А Тсунаеши еще долго сидел за столом, пытаясь придумать, как же позвать к себе Люси, чтоб не вызвать подозрений. Так и не вытерев чернила с рук и рубашки, он положил голову на стол и снова уснул: время ведь ранее, а в школу ему не надо уже давно.       — Ши-ши-ши, почему это принц должен туда ехать? — возмутился Бельфегор, сидя на подоконнике, и с безумной ухмылкой на лице глянул на Скуало.       — Врой! Не беси меня, мелкий! Раз я сказал, что в Вонголу с ежемесячным отчетом отправляешься ты, значит так и будет!       Принц-Потрошитель недовольно оскалился, глянув на капитана, но промолчал в ответ. Все-таки какой-никакой у него инстинкт самосохранения есть. А он, будучи гением, прекрасно понимал, что, если попытается возразить, то в этот раз Император Мечей его не пощадит и точно зарежет. В последние дни он был слишком напряжен и на подколки или шутки реагировал совсем не адекватно. В общем, вел себя как и полагается ненормальному капитану ненормального отряда убийц.       — Врой! Раз уж возражений нет, держи отчет, — ухмыльнулся Скуало, бросив на журнальный столик стопку бумаг. Он и не ожидал, что хранитель Урагана так быстро сдастся и согласится на еще одну возможную встречу с этим ненавистным Гокудерой, единожды победившим его. — И чтоб от приготовленного текста не отходить. Ты у нас, может, и гений, но никакой самодеятельности! Ты меня понял?       — Понял, понял, капитан, — скучающим тоном произнес гений, с силой бросив несколько стилетов в потолок от досады. Увидев, как от них поползи мелкие трещинки, он фыркнул и довольно оскалился: кто смеет сомневаться в его силе, если даже бетон поддается его напору?       Дождавшись, пока Суперби еще что-то пробурчит себе под нос и уйдет, Бельфегор встал с подоконника, поправил рукава кофты — осень выдалась довольно холодной — и подошел к столику, на которой лежал отчет. Сверху первого листа была написана дата, когда необходимо будет заглянуть в Вонголу, а дальше — бесконечные листы скучного отчета. Принц-Потрошитель вдруг поймал себя на мысли, что не удивится, если Тсуна уснет, слушая монотонный голос принца. Что ж, тогда блондин просто не имеет права позволять ему уснуть, ведь сдавать отчет будет сам принц Бельфегор. Пробежавшись взглядом по листам, он широко ухмыльнулся, ведь на последнем листе огромными буквами была написана маленькая приписка: Сдай сам! Франу не поручать! Что ж, пока Скуало не напомнил, у хранителя Урагана и мысли такой не было, а теперь соблазн все повесить на своего нерадивого кохая все возрастал.       А в целом, довольно однообразный и монотонный текст. Но некоторые слова, такие как различные названия токсичных веществ или просто чего-то из химии, мог точно произнести только гений с его безупречной дикцией. Теперь понятно, почему Император Мечей не захотел сам сдавать отчет: боялся опозориться и не выговорить эти названия. Но тут же его взгляд скользнул по одному имени. Расиэль. Неужели, Скуало не поленился и даже эту заварушку записал в качестве неофициального задания? Хоть Вария и должна ежемесячно отчитываться обо всех своих действиях, но обычно капитан старался писать как можно меньше, мотивируя это тем, что Вонголе знать слишком много нельзя, но в этот раз решил рассказать об этом происшествии с Люси этому мелкому Саваде? Значит, это имеет какое-то особое значение. Но какое? То, что Бельфегор не мог догадаться, его ужасно бесило, но он решил, что может обо всем узнать от самого Тсунаеши. В конце концов, он как огня боится принца-Потрошителя. А что, занятная была битва тогда с Расиэлем. Мысль о том, что брат наконец мертв, довольно забавляла, но на душе становилось как-то необъяснимо паршиво. А с кем теперь сражаться за первенство? Кому теперь доказывать, что именно он, хранитель Урагана Варии — лучший? Конечно, они с братом друг друга ненавидели, но спокойней было жить, осознавая, что он есть, живет где-то на земле и, если постараться, можно его даже найти и снова подраться, поспорить, поругаться. Слишком сильна связь близнецов. Слишком много они думали друг о друге, будь то хорошее, или же плохое. Было кого ненавидеть. Было о чьей смерти грезить. «Черт, даже после смерти отравляешь мне жизнь!» — раздраженно хмыкнул принц, бросив ещё несколько стилетов в потолок.       Да, и как Люси отреагировала на смерть Расиэля? Определенно, она была довольно расстроена. Ведь их обоих она знала с раннего детства, хоть и давно еще смирилась с тем, что Расиэль мертв. Но каково это: узнать о том, что друг жив, а потом вновь лишиться его? Во всяком случае, Заклинательница никогда не показывала в открытую своего сожаления, и всегда улыбалась до самых последних своих дней в Варии.       — Апхчи, — чихнула девушка, сидя в кафе и растеряно потерла нос. Вроде, она одета довольно тепло, да еще и пьет горячий шоколад. Значит, чихнула, потому что ее кто-то вспоминает. По крайней мере, так решила она сама. — Да чтоб тебя. Вздохнув, она снова перевела взгляд с чашки с шоколадом на стопку выполненных заданий. Довольно много. Теперь осталось всего несколько заданий, и можно будет пару дней отдыхать и бездельничать. Может быть, она сможет посетить даже Венецию, город, в котором еще не бывала, но о котором так много слышала. В конце концов, кто знает, куда ее на этот раз забросит судьба. Но этот город действительно хотелось посетить: воочию увидеть ее величие, эти мосты, тоненькие улочки, тускло освещенные фонарем по вечерам. Так красиво…       Вздохнув, Заклинательница перевела взгляд на стопку еще не выполненных заданий и начала привередливо переглядывать их. Хотелось чего-то простого и такого, чтобы недалеко было, можно было б не ездить снова к черту на кулички. Хартфилии уже даже слегка надоело путешествовать. С тех самых пор, как она покинула родной дом, девушка жила постоянно в гостиницах, съемных квартирах, в особняке Хвоста Феи, если доводилось. Но нигде она не задерживалась надолго. Ей уже не хватало того семейного уюта, который Люси, как ни странно, чувствовала даже в Варии. Все-таки много она там прожила. Надоели ей уже постоянные переезды: ни нормального жилья, ни нормальной жизни.       Информатор чуть улыбнулась, вспоминая недавний разговор с отцом. Он был так растерян, что даже не предложил в этот раз девушке вернуться домой, что, честно говоря, ее слегка даже обидело. Да, и если она такой ценный человек для Альянса, почему же ее не оберегают? Почему всем мягко говоря наплевать на нее? «Они сами-то знают?» — часто задавалась этим вопросом девушка, раз разом вспоминая тот памятный разговор. Только Вария и тот таинственный Дино Каваллоне и согласились ей помочь.       Сколько раз Люси с улыбкой вспоминала Варию. А иногда — и со страхом или тоской. Она отчетливо помнила те события в поместье семьи, решившей схватить ее, видимо, с целью шантажировать Альянс или заставить ее саму уничтожить его. Но не это пугало девушку, а то, что там произошло. Убийство Расиэля. Конечно, Заклинательница и так знала, что Бельфегор убил брата, но она никак не ожидала, что увидит его бездыханное тело. А пришлось, ведь кому успокаивать сумасшедшего принца-Потрошителя, как не его «любимым» товарищам? А те в свою очередь оставить Люси одну не пожелали. Поэтому и потащили девушку с собой в тот зал, где сражались Бельфегор и Расиэль, где она собственными глазами увидела уже мертвое окровавленное тело старшего принца. В этот раз все иначе. Как будто все ее детство разбилось на осколки, и теперь она осталась один на один с удушающей действительностью.       Одно из кучи заданий показалось Люси довольно забавным: найти информацию о пропавшем кролике. Хм, но слишком далеко, и отправляться аж на другой конец Италии ну совсем не хотелось. И все равно девушкой начинало завладевать любопытство: кому же мог понадобиться кролик? Ребенок какой-то потерял домашнего любимца? Замечательно. Заклинательница из элитного информатора стала… Кстати, а как называются люди, занимающиеся поиском пропавших животных? Полицейские? Вероятно. «Ну уж нет! Не буду я этим заниматься», — решила про себя она, помотав головой. И все же прочла подробности задания. Как она и ожидала, просто какой-то сынок босса семьи потерял своего питомца. А отец, видимо, настолько опекал своего ребенка, что даже обратился к информатору. Может, помочь? Ну, разве что потом. Позже. Возможно, когда справится уже с другими делами. Помочь хотелось, но, может, кому-то срочно нужна помочь, вопрос жизни и смерти, а она ищет крольчонка, который, очень возможно, уже и умер.       Еще раз просмотрев другие задания, Хартфилия остановилась на одном конверте. На нем ярко пылало пламя Неба. Пусть зажигать кольца теперь умеет практически каждый в мире мафии, но так конверты запечатывать умеют только представители Вонголы, только босс. Странно, ведь раньше не было никаких просьб от босса Вонголы: так, мелкие поручения командиров отрядов, инженеров, рядовых убийц. Возможно, что-то случилось. А раз уж Варии под покровительством Вонголы, то грех не помочь.       Не сомневаясь ни секунды, она аккуратно распечатала конверт, и ей в руки выпал… Порванный, помятый, залитый чернилами клочок бумаги. И это — документ, подписанный и написанный Боссом самой влиятельной мафиозной семьи? Да уж, неожиданно.       — Никакого уважения, — пробурчала себе под нос информатор, пожав плечами, и вздохнула. Все таки придется прочесть: нельзя же оставлять вот так вот, даже не глянув на сам заказ.       Неразборчивые буквы, какой-то ломанный итальянский, множество ошибок. Да еще и кляксы на каждом шагу. Люси, безусловно, слышала многое о молодом Боссе Вонголы: что он родом из Японии, как и сама девушка, что он плохо учился, что он очень добрый. Но это уже слишком. Неужели нельзя было хотя бы это письмо правильно написать? Очень сложно, не так ли.       «Заклинатель. Срочно приезжай в Вонголу. Дело важное: касается тебя и мафии. Савада Тсунаеши. P. S. Адрес ты ведь и так знаешь, не правда ли?»       Люси, прочтя письмо, поправила выбившуюся из причёски прядь и заправила волосы за ухо. Вздохнув, она глянула на стопку ещё не прочтённых заказов. Тсунаеши написал письмо, просит прийти. Значит, все-таки уже известно о том, что она знает все? «Подслушали разговор? А если они были не одни?! Если не только они слышали?!» — девушка в ужасе подскочила, опрокинув стакан с горячим шоколадом и, собрав в охапку все свои задания, кинула на стол несколько евро и выбежала из кафе, на ходу накидывая на голову капюшон уже привычного плаща.