Любовь и вино.

Луиза проснулась и еще какое-то время упорно не желала открывать глаза. Тело немного ныло, и она не сразу осознала причину этого, а когда до неё наконец-то дошло, то сонная нега мгновенно улетучилась и девушка распахнула глаза оглядываясь. Штора на окне по-прежнему была задвинута, но через открытое окно были хорошо слышны звуки давно проснувшегося города. Киану в постели не было и, по всей видимости, достаточно давно. Луиза села на кровати и потерла лицо, стараясь смахнуть остатки сна. «Который сейчас час?» Она соскочила с постели, сдернула с прикроватного дивана покрывало, завернулась в него и пошла в сторону шкафа. Выудив из него одежду, направилась в ванную. Быстро приведя себя в порядок, Луиза в последний раз взглянула на себя в зеркало. Легкий румянец покрывал её щеки при воспоминаниях о вчерашней ночи, и того, как вызывающе и смело вела себя вечером. - Кажется, я сошла с ума - Пробормотала она, глядя на своё отражение в зеркале. - Неужели влюбилась? Девушка еще долго вглядывалась в свои глаза, пытаясь найти там ответ на этот вопрос, но в глубине души она уже давно знала его. Войдя в гостиную, Луиза огляделась. Киану нашёлся стоящим у консольного столика. Мужчина обернулся, встречаясь с ней взглядом. - Доброе утро! Выспалась? – взгляд его пробежался по девушке и вернулся к глазам. Он подошел ближе и ласково погладил её по щеке. – Выглядишь намного лучше, чем вчера. - То есть вчера, по-твоему, я выглядела отвратительно? С её губ сорвался невеселый смешок. - Нет, милая, ты просто выглядела уставшей. Я беспокоился вот и всё. Луиза хмыкнула на его слова. Сощурила взгляд, приподняла вверх бровь, и скептично взглянула в его глаза. - Да ну! Что-то вы, мистер О'Брайен, не сильно переживали когда я не то что ночь, а неделями не спала готовясь к презентации «Сaymus Cabernet Sauvignon». И, между прочим, полностью по вашей вине! – Она ткнула пальчиком ему в грудь и с удивление увидела, как он рассмеялся. - Луиза! – отсмеявшись, начал он. – Видишь ли, в своё оправдание могу абсолютно искренне тебе признаться… Она заинтересованно уставилась на мужчину, ожидая продолжения. - Что в то время, я, во-первых, не был в тебя влюблён, а во-вторых, ты же не хочешь, чтобы я проявлял подобную заботу ко всем женщинам, работающим в «O’Brian Winery»? Луиза нахмурилась. Конечно, она не хочет, чтобы он заботился ещё о ком-то кроме неё! - А.. – Она закусила губу не решаясь задать волнующий её вопрос. - Что? – Киану склонил голову в бок, пристально наблюдая за ней. - Спрашивай уже Луиза. Она вздохнула, собираясь с мыслями и подняла на него взгляд, встречаясь с его заинтересованным. - Когда ты.. Когда ты понял что… - Луиза старалась говорить спокойно, но её выдавал дрожащий голос. Девушка снова замолчала, но по тому, как растянулись в улыбке его губы, поняла, что он уже знает, о чем она хочет спросить. Повисла минутная пауза, только его взгляд всё блуждал по её лицу от чего щеки медленно начал заливать румянец. - Я не знаю. – Наконец ответил Киану. – Но скажу честно, ты заинтересовала меня ещё в нашу первую встречу. Она уставилась на мужчину так, словно он сморозил какую-то глупость. - В первую? – С любопытством уточнила она - Это на похоронах Майкла что ли? - Да. Она недоверчиво глянула на него. - Ни в жизни не поверю! Киану на это лишь пожал плечами. - Можешь спросить у Гевина. Какой мне прок врать тебе? - Но… Я не понимаю. Он вздохнул так, словно пытался объяснить простую истину. - Луиза, я всего лишь сказал, что заинтересовался тобой, не более. Я не знаю, когда начал что-то к тебе чувствовать. Это произошло постепенно. Могу только сказать, что осознал я это после нашей встречи в том маленьком итальянском ресторане. В груди девушки всё сжалось, от его слов и сердце грозило выпрыгнуть наружу. Пока Киану прожигал её внимательным изучающим взглядом. - Что ещё ты хочешь узнать, Луиза? Она отрицательно мотнула головой. Сейчас ей нужно время чтобы переварить уже полученную информацию. Её удивляло то, как спокойно мужчина говорил об этом, словно это что-то такое обыденное. - Ладно, – спокойно произнёс он и наконец, сделал шаг в её сторону. Его тело оказалось слишком близко к ней. Грудь почти соприкасалась с его при каждом вдохе, от такой близости кожа девушки покрылась мурашками. Он наклонился к уху и прошептал: - Раз уж мы всё выяснили, то я хочу получить свой утренний поцелуй Не дожидаясь ответа и не давая опомниться, Киану притянул Луизу к себе и жадно поцеловал. Объятия стали крепче, а страсть незаметно сменилась нежностью, доводя девушку до умопомрачительного состояния. Он развернулся и подтолкнул её, прижимая к стене. Руки Луизы взметнулись, одна ладонь сжала его футболку на талии, другая прошлась вверх по груди. От этой лёгкой ласки мужчина тяжело задышал и уже едва сдерживался. Он отстранился от девушки, отцепил её руки от себя и прижал их к стене по обе стороны от головы. Она непонимающе воззрилась на него. - Что ты… - Не трогай меня Луиза – прохрипел он – Я и без того едва держусь. Он уперся лбом в её лоб, их дыханья смешались. - Ты просто не понимаешь, как действуешь на меня. – Тихо произнёс он, словно признавая своё поражение – Видит Бог, я надеялся, что после нашей близости я перестану сходить с ума, но, чёрт возьми, всё стало только хуже! Он судорожно вздохнул. Неожиданно в дверь постучали, и Луиза дёрнулась от громкого звука. Киану вздохнул, почти невесомо чмокнул девушку в уголок губ и отстранился, отпуская её руки. - Не пугайся, это всего лишь наш завтрак. Он шагнул к двери. - Ты заказал завтрак? - Конечно! Сразу как ты проснулась. – Отозвался Киану, открывая дверь и пропуская внутрь сотрудника «room service». Луиза отошла к окну, разглядывая открывшийся перед ней пейзаж. Из окна их номера открывался прекрасный вид. Cправа виднелась Триумфальная арка, а слева, за Сеной, Эйфелева башня. Всего день назад она была в Нью-Йорке, а теперь любовалась видами, о которых мечтала всю жизнь. Она обязательно должна осмотреть все достопримечательности, но сначала им с Киану необходимо разобраться с делами. От мыслей её отвлёк запах свежесваренного кофе с нотками… корицы? Девушка обернулась и удивлённо уставилась на чашку с кофе в руках Киану. - Это корица? Он осторожно опустил чашку на стол и потянулся за тарелкой с круасанами. - Да, разве ты не любишь такой? Они встретились взглядами и Луиза кивнула. - Люблю, но как ты узнал? – Удивилась она. Мужчина ухмыльнулся и продолжил расставлять завтрак. - Арья всегда по утрам приносит тебе кофе и от него пахнет корицей. – Пояснил он - А ещё, когда Кира утром варила кофе, я заметил, как она положила палочку корицы в твою чашку. Было бы странно не обрати я на это внимания, не находишь? - Никто никогда не обращал.. - растерянно отозвалась она. Киану улыбнулся. Он поставил последнюю тарелку и жестом пригласил девушку за стол. - Но, я не хочу есть.. Брови мужчины удивлённо поползли вверх. - Луиза, но ты не ела со вчерашнего дня, к тому же мы пропустили ужин. И ты хочешь сказать, что не голодна? - Голодна… - Их взгляды встретились и в её глазах он прочёл желание, которое снедало его самого. Они были красноречивее любых слов. Киану понял, что абсолютно бессилен перед этой женщиной. В тот момент, когда Луиза нервно облизала и закусила губу Киану осознал не может больше бороться с доводящим до исступления желанием. В два шага он оказался рядом, наклонился и поцеловал её. Она тихо застонала, и мужчина уже не мог остановиться. Он чувствовал, как руки девушки обвили его шею, и она поцеловала его с той же страстью, крепко прижимаясь к нему. - А как же завтрак? – спросила она, когда он, подхватив её на руки, понёс в сторону спальни. - После! - Но, ведь кофе остынет… - Выдохнула Луиза, чувствуя как его губы, покрывают лёгкими поцелуями её шею и скулы. Он едва нашел в себе силы остановиться и пробормотал: - Закажу другой..

***

Гевин сидел за рабочим столом разбирая бумаги. Кондиционер в офисе не работал и мужчина время от времени чертыхался на ремонтников, которых приходится ждать уже второй день кряду. Погода выдалась на удивление жаркая и откровенно говоря, работать не хотелось от слова совсем. Раньше он бы ни за что не остался в городе, но сейчас мужчина чувствовал за собой груз ответственности. К тому же Киану сложно было бы отказать, да и Кира ни за что не оставит свою работу. Девушка с пышущим во все стороны энтузиазмом взялась за утвержденный Киану проект по переделке их винного погреба в Марлборо. И Кире явно нравилось то, чем она занималась. После поездки на ферму, она, получив одобрение Киану взялась за редизайн помещений, где они годами хранили свои вина. И Киану и Гевин понимали, что и ремонт и изменения необходимы. После проведенной девушкой инвентаризации в самых дальних помещениях, куда десятилетиями никто не добирался, нашлись старые и очень раритетные бочки с вином, которые требовали разлива по бутылкам. В ближайшее время они планировали реализовать большую часть сохранившегося вина. Гевин задумчиво уставился на стоящий рядом вентилятор, что своими широкими коричневыми лопастями бестолку гонял горячий воздух. - Как же невыносимо жарко… - устало простонал мужчина, утыкаясь лбом в более-менее прохладную столешницу. На мгновенье даже стало легче. Как же он ненавидит летний Нью-Йорк! Как же ему сейчас хотелось оказаться в Марлборо. Там никогда не бывает так невыносимо душно как в этих городских каменных джунглях. На столе завибрировал мобильный и Гевин не глядя ответил на звонок. - Да – Устало простонал он в трубку. - Тебе что, до сих пор не починили кондиционер? – удивленно и в то же время весело спросила трубка голосом Киры. - Нет. – Выдохнул он выпрямляясь. - Тогда давай сходим поесть мороженку? - Сейчас? - Ну да, время обеденного перерыва или у тебя дела? Гевин бросил взгляд на часы. Никаких важных планов на обед у него не было. С утра Луиза только напомнила про утренний звонок  и выслала необходимые бумаги. Гевин диву давался, как эта женщина успевала все держать под контролем и быть в курсе всего происходящего в компании. Даже находясь на другом конце земли, она каждое утро напоминала ему расписание и присылала список дел. Вот уж воистину идеальная пара для его чекнутого на работе брата. - Дай мне десять минут – Пробормотал Гевин – Я зайду за тобой. - Хорошо. Жду – Бодро отозвалась девушка, и Гевин позавидовал её бодрости. Он сейчас чувствовал себя словно выжатый лимон. Выйдя из кабинета он блаженно вдохнул прохладный воздух. - Карен, - он повернулся к секретарю – когда уже придут, чертовы ремонтники? - Я позвоню им и еще раз напомню! – Сочувствующе посмотрев на мужчину отозвалась секретарь. - Я отойду, если что переводи звонки на мой мобильный. - Конечно. - Выглядишь словно по тебе табун буйволов потоптался. – Хохотнула Кира оглядывая устало опершегося на барную стойку Гевина. Мужчина обижено глянул на свежую и довольную жизнью девушку. - Может на пару деньков поменяемся офисами? - Ну уж нет – расхохоталась Кира подходя ближе и привстав на носочки чмокнула мужчину в уголок губ. – Ты горячий.. - Да ну? – ухмыльнулся он приподняв левую бровь. - Я не об этом. – Она обхватила его лицо ладошками. – Как ты себя чувствуешь? - Словно меня прожевали и выплюнули. – Пробормотал Гевин кайфуя от прикосновения прохладных ладоней - Хочу чего ни будь холодного. - Гевин, мне кажется у тебя температура! – Обеспокоенно прошептала девушка, убирая влажные пряди волос с его лба. – Голова не болит? Горло? Насморк? Слабость есть? - Немного. - Что? - Голова немного болит и слабость. Но это от того, что у меня в кабинете жарко словно в аду! Кира нахмурилась, её брови сомкнулись в строгую линию, но в глазах читалась тревога. - «Немного» — это уже не «просто жара», — проворчала она, ловя его запястье. Её пальцы скользнули по пульсу, и Гевин почувствовал, как её ноготь нервно постукивает по его коже. — Ты реально горишь. Мороженое отменяется. - Ты издеваешься? — Гевин попытался вырвать руку, но Кира лишь сильнее сжала её. - Нет. Мы идём в аптеку, потом — домой. Или ты предпочитаешь, чтобы я позвонила миссис О’Брайен и она лично устроила тебе "заботу" с криками и угрозами? Гевин застонал. Мысль о матери, которая впадала в истерику при их с Киану малейшем чихе, заставила его сдаться. - Ладно, доктор, — проворчал он, позволив ей тащить себя за собой. — Но только если по дороге купим тот твой кленовый сироп с беконом. Кира фыркнула, но уголки её губ дрогнули. - Ты невозможен. Даже больной торгуешься. Горячий ветер ударил им в лица, когда они вышли на улицу. Гевин зажмурился — солнечный свет резал глаза, будто раскалённые иглы. Кира тут же достала из сумки солнцезащитные очки и нацепила ему на нос. - Вот видишь, — она одернула его помятый воротник, — без меня ты бы уже сгорел дотла. - Буквально, — пробормотал он, но ей уже не ответил — девушка мчалась к аптеке, оставляя за собой шлейф бодрящего цитрусового аромата. Гевин прислонился к стене, глядя ей вслед. «Чёрт. Может, и правда температура?» В голове гудело, будто в висках застрял тот самый сломанный вентилятор. Через минуту Кира вернулась из аптеки с пакетом, набитым коробками, и бутылкой воды. - Ты купила всю аптеку? — ухмыльнулся Гевин, но голос звучал хрипло. - Заткнись и пей, — она сунула ему таблетку, затем ловко поймала такси взмахом руки. — Едем ко мне. Гевин кивнул, с трудом фокусируясь на её словах. Голова гудела, а в глазах плавали радужные пятна от солнца. Он покорно последовал за ней в машину, с облегчением погружаясь в прохладный салон. Такси тронулось, и Нью-Йорк поплыл за окном — размытый, дрожащий от жары. Гевин прислонился лбом к стеклу, пытаясь унять тошноту. «Чёрт. Надо предупредить Карен… и Тейта». Он нащупал телефон в кармане, но пальцы не слушались — похоже, температура забрала последние силы. - Эй, - Кира мягко отняла у него телефон, словно читая мысли. — Я напишу твоей секретарше. А Херли сам разберётся — он же не ребёнок. - Ты… — Гевин хрипло рассмеялся, — …ужасно контролирующая. - Зато ты ужасно беспомощный, когда болеешь, — она потянулась к нему, поправляя воротник, и её пальцы на секунду задержались на его шее. — Ого. Ты реально пылаешь. Гевин закрыл глаза. Её прикосновения были прохладными и такими… бережными. Неловко стало вдруг, он привык, что о его здоровье давно никто не заботился. А тут — Кира, вся в солнечных бликах за окном такси, с лицом, на котором читалось искреннее беспокойство. - Спасибо, — пробормотал он. - Не благодари, — она улыбнулась, доставая его телефон. — Хотя… Можешь отблагодарить, когда поправишься. Её хитрая усмешка заставила его сердце учащённо стукнуть — и он не был уверен, виновата ли в этом температура. Кира втолкнула Гевина в прохладную прихожую, где пахло кедровым освежителем и кофе. Он едва успел снять ботинки, как она уже тащила его в ванную — энергично, как будто он был не взрослым мужчиной, а непослушным щенком. - Садись, — она указала на закрытую крышку унитаза, доставая термометр из аптечной упаковки. Гевин покорно опустился, наблюдая, как она моет руки с такой сосредоточенностью, будто готовилась к хирургической операции. - Ты вообще умеешь замедляться? — проворчал он. - Нет, — Кира сунула ему градусник под язык. — И не научусь. Замолчи и не дыши. Она скрестила руки на груди, ожидая. Гевин попытался отвлечься — разглядывал кафель с узором в виде морских звёзд. "Луизина любовь к порядку даже здесь" лениво подумал он, зеркало в изящной деревянной раме, бутылочка с розовой пеной для ванн… «Чёрт. Я в самом деле в их «девичьем логове» чувствую себя как дома». Термометр пискнул. Кира выхватила его, нахмурилась. - 38.3. Поздравляю, ты официально пациент. - Могло быть и хуже, — он попытался встать, но она резко прижала его за плечи. - Сиди. Сейчас принесу чай и лекарства. И не смей трогать мой крем для лица — вижу, как ты на него смотришь. - Она вытолкнула его из ванной и усадила на кровать. Гевин усмехнулся. Кира исчезла на кухне, а он, внезапно ощутив всю тяжесть температуры, прислонился лбом к прохладной стене. «Надо бы все же Карен написать…» — мысли путались. Он достал телефон, но экран расплывался перед глазами. - Эй, — Кира вернулась с подносом, на котором дымилась кружка, лежали таблетки и… бутерброд с арахисовой пастой. - Это что? — он скептически покосился на бутерброд. - Моя бабушка говорила, что это лечит всё. Даже дураков. Гевин хрипло рассмеялся — и тут же застонал от боли в горле. - Ладно, ладно, не смейся, — она вдруг смягчилась, поправила подушку за его спиной. — Пей. Её пальцы ненадолго задержались в его волосах — лёгкое, почти невесомое прикосновение. Гевин закрыл глаза. «Чёрт. Я, кажется, слишком привыкаю к этому».