Разделяя бессмертие /Sharing immortality

— Господин, зачинщик выявлен, — произнес один из Дарксоксов, преклонив колено перед фигурой в черном, стоявшей к ним спиной. На тонких губах появилась улыбка, обнажившая пару клыков, тогда как их синеглазый хозяин обернулся в сторону ассасинов, прихлопнув в ладоши. — Великолепно, приведем же суд в действие прямо во время Совета.

* * *

— Таким образом, Царь, Палезийское царство выражает свою категорическую позицию насчет введения новых поправок на своих территориях, — вещал один из возрастных советников, несколько искоса глядя на меня из-под немного опущенной головы. Я задумчиво потирал подбородок, не совсем ожидая от одних из подчиненных земель царства такой реакции, еще и одного из основных наших производителей оружия, в том числе и магических приблуд. То ли храбрости набрались, то ли за этим скрывалось что-то большее. Надо было проанализировать их правящий состав. — Совсем неудивительно, раз их посол, Петлиций, является главным зачинщиков мятежей в столице, — эхом прозвучал холодный голос Крайсилиана, появившегося прямо у подножия тронного возвышения. За спиной названного советника материализовалась тройка Дарксоксов, заламывая за его спиной руки и грубо ставя на колени. — Это все бред! Да как вы смеете, за меня вам… — начал было Палезийский представитель, но резкий удар под дых со стороны одного из ассасинов выбил из него прыть, и мужчина стал ловить ртом воздух. Тогда же Крайс взял за горло советника, прижимая к его шее черный блестящий клинок. — Как это понимать? — я нахмурился, вставая со своего места, переводя взгляд со своего наместника на качавшего головой Петлиция. — В ходе проведенного расследования, все следы привели именно к Палезийскому послу, думаю, нет смысла перечислять более пяти об этом свидетельствующих фактов, в том числе и информацию от опрошенных мятежников из трех заглушенных бунтов, — спокойным тоном огласил Крайсилиан, отпуская виновника, и, развернувшись, поклонился мне, не сводя своего уверенного и горящего взгляда. Остальные советники молчали, несколько удрученно глядя на всю эту картину. Китлали стояла в стороне, пораженно прикрывая нижнюю часть лица. Я был уверен в нем как ни в ком, поэтому не собирался нянчиться с тем, на кого пали факты. — Если так, то мы проведем суд над ним, и… — я не успел договорить, как Крайс меня опередил: «Предательство должно караться только смертью!» Дарксокс занес за спиной мятежного советника клинок, и я, завидев это, тут же направил за спину предателя защитный барьер. Всего секунда, и две печати перекрыли путь оружию к Петлицию, советники, все как один, быстро отошли в сторону, и один только Крайсилиан с недовольной ухмылкой скрестил руки на груди. — Да кем мы станем, если сами не будем исполнять нами же написанные законы?! — моему раздражению не было предела, я понимал Крайсилиана полностью, однако не мог позволить нам опуститься до уровня варваров. Я сел на свое место, указывая придворным вернуться на места. — Палезийский посол будет немедленно лишен своего статуса и выслан из нашего Царства, таков мой вердикт! — решительно произнес я, махнув Дарксоксам рукой. Те мгновенно отреагировали, утаскивая сопротивлявшегося советника из зала. — Вас настигнет кара Богов! Палезийское царство отомстит за меня! — верещал перепуганный Петлиций. Крайсилиан махом руки материализовал на его лице кляп, и ничего, кроме глухих вздохов, более не было слышно от предателя. Остальные советники согласно закивали, прикладывая правые руки к сердцу в знак поддержки моего решения. — Главное — потом не пожалеть о своей доброте, — прозвучало у меня в голове перед тем, как Крайс сверкнул хищным взглядом, откланявшись и испарившись в синем сгустке дыма. Я только вздохнул, отпуская советников и уходя в собственные мысли. Кто знал, как сложится далее. Потом уже было не до сожалений.

* * *

— Ты проделал отличную работу, — едва успевал дышать, сквозь стремительно набиравшие обороты поцелуи. Крайсилиан едва не рыча стянул с меня накидку, отбрасывая ее на пол, толкая меня в сторону кровати. Я опустился на мягкую поверхность, глядя снизу вверх на фигуру драга, опираясь на локти. — Не смею судить — прав ты или нет в своих решениях, ты — царь, и вся ответственность на тебе, — облизнулся мой наместник, через секунду оказываясь поверх меня, пригвоздив спиной к кровати. Я улыбнулся, касаясь лица своего первобытного красавца, и потянулся за очередной серией поцелуев. Крайсилиан играючи сузил веки, легонько прикусывая меня на запястье, а после перехватил мои руки, прижимая их к поверхности шелковой перины. Он стал касаться моей шеи горячим языком, переходя на ключицы и грудь, периодически для контраста покусывая кожу. Тут же по моему телу пробежались мурашки, а в пах предательски устремилось тепло. — Замечал ли ты, что чем могущественнее царь использует магию, тем ярче загораются на его теле печати? — промурлыкал Крайс, целуя рисунки на моей груди. — Учитывая, что я не хожу так часто полуголым, как местный развратник, то пока не доводилось заметить, — на выдохе прошептал я, хватая за шею своего наместника и притягивая к себе ближе для поцелуя. Меня просто сводило с ума от этого лиса, и чем больше я себе позволял, тем чаще и сильнее это влечение уводило от меня здравый рассудок. — Откуда, кстати, ты про это знаешь? — нахмурил я брови, разрывая страстный поцелуй и вызывая тем самым недовольный стон Крайсилиана. — Охмурить пытался, как еще узнать мог, — шутливо ухмыльнулся драг, глядя на меня своими невозможными синими глазами. Легкий укол беспочвенной ревности кольнул меня, и я чуть грубовато перекинул на бок Крайса, держа на его шее руку. Бешеный ритм сердца и томный взгляд будоражили во мне все чувства. Прикусил его нижнюю губу, чувствуя во рту металлические нотки. Окончательно потеряв остатки самообладания, мы стали буквально срывать с себя одежду, погружаясь в этот омут с головой. Мы не считали время, проведенное вместе, нам были важны чувства и ощущения друг друга. И ничто другое в это мгновение…

* * *

После того, как был лишен статуса и выдворен из царства зачинщик мятежа, в столице на протяжении месяца больше не появлялось и задатков волнений или недовольств со стороны народа. Магия давалась мне все лучше и лучше. Илларион был прав, что постигнув азы простых заклинаний, я полностью отдавал себе отчет при создании более сложных заклятий, понимал, что из этого будет и каким будет примерный масштаб. Крайсилиан умиротворенно лакомился виноградом, полулежа на широком кресле в зале, напротив него находился Илларион, с одобрением глядя на очередную созданную мной печать в воздухе, которая подожгла стоявшие манекены в отдалении. Единственный нюанс — после каждой тренировки я чувствовал себя все более и более вымотанным. Казалось бы, я не переходил на более мощные заклинания и не делал ничего дольше обычного, но что-то внутри меня будто то периодически сдерживало, то наоборот, вытягивало все силы. Высший эльф давал мне знания постепенно, как и помогал пустить в ход все большее количество магии только после достижения определенных результатов. Сейчас как раз был этап закрепления, я не делал ничего из ряда вон выходящего. Но что-то было не так. — Илларион, прошу под твоим контролем позволить мне сгенерировать большее количество энергии. Кое-что хочу проверить. Я чувствую какую-то нестабильность… — я посмотрел на свои руки, желая понять причину происходивших странностей. Илларион с интересом посмотрел на меня, кивая без каких-либо возражений. К слову, он нечасто шёл у меня на поводу, несмотря на иерархию подчинения и статусов. — Давайте я буду необходимой целью, — предложил без тени какой-либо шутки Крайсилиан, поднимая руку. — Все равно пока ты не владеешь магией того уровня, что я не мог бы отразить или способной нанести мне вред. Я вопросительно посмотрел на Иллариона, чувствуя себя настоящим профаном в этом деле. Пока я совсем не знал, чем отличалась магия царей, кроме того, что не являлась врожденной, и как она влияла на другие стихии или создания. — Думаю, это уместно, — кивнул высший эльф, поднимаясь с места. — Я же буду контролировать потоки энергии царя, в случае чего перекрою их. Крайсилиан с уверенной улыбкой встал напротив меня, закидывая в рот последнюю виноградинку и подмигивая мне. Вот же гаденыш самоуверенный, а. — Максимально сконцентрируйтесь и направьте всю свою силу на Крайсилиана, я буду считывать ее потоки и постараюсь разобраться в том, что вас тревожит, — сказал Илларион, вставая позади меня и размещая руки за моей головой. Легкая волна волнения промелькнула у меня в голове, однако я выдохнул, собираясь с духом. Ну, погнали. Я начертил перед собой пару магических символов в воздухе, магия мгновенно отреагировала, и напротив меня появилась пара жёлтых печатей, двигаясь вокруг своей оси, тем самым накладываясь друг на друга. Прозвучал негромкий треск, и от кругов пошёл яркий луч, практически настигая полуповёрнутую к нам фигуру драга. Ухмылка появилась на тонких губах, и лучу преградил путь синего цвета треугольник. — И это все? — прозвучал смешок со стороны моего наместника, и он выглянул из-за вспышки, начиная меня провоцировать. Этот жук даже руками не пользовался. Восхитительно. — Можешь увеличивать силу, — прозвучало одобрение со стороны наставника, и я кивнул, прошептав дополнительное заклятие для третьей печати, направляя и вторую руку в сторону Крайса. Вокруг оси моего луча стала виться более темная по оттенку световая нить, которая издала хлопок при столкновении с барьером Крайсилиана. Я закрыл глаза, концентрируясь и выдыхая. Казалось, будто вместо крови в моих венах начинали бурлить потоки магии, их энергия со всё большей скоростью проникала в мой разум и далее по телу, как через проводник, с увеличивавшейся силой выливалась наружу. Я стал острее чувствовать всё, что происходило вокруг меня — как Илларион, применяя свою магию, тонкими ниточками направлял мою силу и контролировал её потоки и его мерное дыхание. Я ощущал, даже что Крайс выставил одну свою руку, уже на полном серьёзе вникая во весь процесс. А поток энергии во мне все рос, как и увеличивались диаметр и сила яркого луча от моих печатей. Неожиданно что-то внутри меня сжалось, а в голове всплыл обрывок воспоминаний: — Просто верь мне и не отрекайся от меня… — вспоминал, как я нарушил своё слово, отрёкся от Него и лично передал в руки тирана, активируя один из чёртовых заветов Древних… Непонимание, сомнения и нерешительность тут же проникли в мою голову, я не понимал, о чём в полном масштабе шла речь, почему я так поступил когда-то и каков был результат... однако, этого хватило, чтобы выпустить из-под контроля нить. — Не позволяйте мыслям ослабить контроль! — серьёзным тоном громко произнёс Илларион, однако было уже поздно. Я почувствовал, какими нестабильными стали потоки энергии, они начинали будто биться друг о друга, и вместо прямой натянутой линии энергии, я ощущал прерывистые извивающиеся обрывки. Я открыл глаза, видя, как Крайсилиан применяя уже обе руки, в прямом смысле этого слова, начинал отъезжать от своего места, блокируя атакующий его луч. Магия Иллариона пыталась блокировать мою силу, а я в состоянии лёгкого страха осознал, что не могу остановить этот процесс. Сила проходила через меня, увеличивалась в масштабе, но больше не подчинялась мне. — По-моему, у вас проблемы, — часто дыша крикнул Крайс, выставляя перед собой еще один полукруглый барьер. Я через плечо обернулся на Иллариона, видя, как напряглось его лицо, а по виску прокатилась капля пота - он стоял с закрытыми глазами, используя всю свою магию для перекрытия моей… и даже это не помогало. Метки на моем теле светились как не в себя, даже через ткань одежды, и липкий страх стал одолевать меня. Если даже такого уровня магия высшего не могла ничего сделать с этим… то что было бы с Ним?! — Крайсилиан, осторожнее! — выкрикнул я, пробуя создать отражающий барьер, дабы пытаясь запереть бесконтрольный луч. Однако не успел. Послышался треск, точно огромного и толстого стекла, и я с упавшим куда-то в ноги сердцем наблюдал за тем, как трескалась сначала первая синяя печать и начинал идти по швам второй барьер. Просвистел громкий хлопок, закладывая уши, а яркая желтая вспышка на миг ослепила нас с наставником. Я почувствовал, как магия перестала транслироваться через мое тело, и печати царской магии постепенно гасли в воздухе. Звук разбившегося стекла и ужас, захвативший весь мой ум. Мы с Илларионом замерли, видя следы синей крови на светлом мраморе и царапины от крупных когтей в виде полос на каменном покрытии до самого витражного окна в пол, осколки которого разлетелись по залу, и большая часть из них была в Его крови… В этом зале все было построено из магических элементов, даже это толстое стекло, и просто так пробить его не представлялось возможным, даже при помощи магии. А если всё-таки умудриться сделать это, то одним Богам известно, какие увечья будут при этом получены. Мы подбежали к краю окна, Илларион тут же схватил меня за руку, телепортируя на пару этажей ниже. Едва придя в себя от резкого скачка, я потёр виски, оглядывая округу: на угловатых уровнях стены дворца виднелись проломы и кровь. Синяя кровь… на площадке, где мы оказались валялись остатки крупного толстого разноцветного стекла, а прямо перед нами был Он. Черные крылья дракона с рваными полосами от стекла и прожженными следами от магии были в полусложенном состоянии, на морде и теле также виднелись резанные полосы. Эндолл едва поднялся с земли, еле расставляя передние лапы. И только голова дракона поднялась, как послышался хрип и тихое глухое урчание — из приоткрытой пасти потоком полилась густая синяя жидкость, гулко капая на каменную плитку широкой веранды. Синие глаза волшебной рептилии жмурились от боли, длинная шея будто больше не смогла справляться с нагрузкой и голова дракона резко коснулась земли, а все его тело завалилось на бок. Длинный хвост с остервенелым усилием сносил собой кустарники, высаженные вдоль веранды, пятипалые когтистые лапы сжимались, раздавливая под собой всю поверхность земли и камня. Густой синий дым исходил от тела драга, будто пытаясь его вернуть в другую форму, однако ничего не выходило. Эндолл был меньших размеров, чем сам по себе может быть, однако даже находясь на боку в лежачем положении, он превышал человеческий рост в полтора раза. — Боги… — я рванул было к Крайсилиану, однако не пробежал и пары метров, как меня одернул на себя Илларион. Тогда же прямо перед нами на землю рухнуло левое крыло рептилии, когтистым сгибом пробивая каменную плитку и отодвигаясь в сторону в бесконтрольном движении от спазмов, раздиравших их владельца. Я подбежал к приоткрытой морде дракона, с трясущимися руками опускаясь рядом. — Крайсилиан… — с чувством ужаса и боли я не мог подобрать и слов, бегая глазами по ранам на голове Эндолла. Я коснулся его переносицы, проводя по ней рукой, стирая своим рукавом кровь с ноздрей, вторую приложил к основанию челюсти, чувствуя бешеный набат двух сердец дракона. Крайс подвинул свою морду, упираясь в меня своей нижней челюстью. А я с чувством собственной беспомощности только и видел, как текла синяя жидкость из его пасти, окрашивая ряды острых зубов в синие оттенки. — Прости меня, я... я-я не знал, что так может выйти, — я схватился ладонью за лицо, судорожно соображая, чем помощь. — Нет времени на сожаления, нужно помочь запустить его регенерацию и исцелить возможные внутренние повреждения, — крикнул Илларион, тогда же за его спиной появилась пятерка возрастных эльфов в светлых одеждах, каждый из которых будто уже знал, что необходимо делать, стремительно занимая позиции по кругу от драга. Синие затуманенные глаза с недоверием покосились на эльфов, и чёрный дракон сквозь рычание и глухое урчание вновь зашевелился, намереваясь подняться. Синяя дымка стелилась под ногами, а голова едва приподнялась над землей. Своей пасти дракон не закрывал, глубоко и часто дыша через нее. — Они пытаются тебе помочь, пожалуйста, успокойся, — я прижал прохладную чешуйчатую голову к себе, обхватывая ее и прокалывая руки о выступающие отростки и шипы на окончании челюсти. Синие глаза перестали метаться, в упор уставившись на меня. Расширенные вертикальные зрачки сквозь пелену боли более осознанно разглядывали меня, а крупные ноздри стали часто расширяться, вдыхая мой запах. На земле появились огромные белые круги магических печатей, и эльфы начали процесс исцеления драга. Крайс зажмурился, и даже я ощутил волну дрожи, пробежавшей по телу дракона. Эндолл опустился на землю, уперев свою голову в мои колени. Я был готов провалиться сквозь землю из-за всей этой ситуации, придушить себя сам. Насколько же я был самоуверенным и как мог не рассчитать свою силу… — Никто бы не смог предугадать такое развитие событий, Лэнокс, — послышался позади голос Иллариона, что стоял ближе всех к нам, транслируя свою магию. — Не стоит недооценивать силу Царской магии, — прозвучал неизвестный мне голос откуда со стороны. Я с непониманием повернул голову, видя неподалеку от нас жрецов храма Царей. Главный жрец вышел вперед, замирая у начала магической печати эльфов. — Только полное познание своего сознания позволит Вам полностью контролировать свою силу и могущество, царь Лэнокс, — жрец склонил голову, прислоняя правую руку к сердцу. — Когда будете готовы, мы ждем Вас, чтобы помочь Вам это постичь. Я, всё так же не понимая происходившего, нахмурился, согласно кивнув, поскольку не хотел отвлекаться от Крайсилиана и уж тем более его тревожить. Судя по приподнявшимся в их сторону ушкам, как раз это сейчас и грозило произойти. — Если вы готовы помочь сейчас, то помогайте. Если нет, то я позже пребуду к вам за ответами, — я отвернулся, успокаивающе гладя Крайса по переносице. Главный жрец кивнул, отдавая указание остальным. Десяток мужчин в желтых мантиях разошлись вдоль круга, начиная передавать свою силу магам Иллариона. Спустя время я облегченно вздохнул, когда почувствовал, что Крайсилиан более спокойно начал дышать, а по его телу больше не проходили волны спазмов, и не появлялась дрожь. Рептилия наконец смогла сомкнуть пасть, и из неё не текла кровь. Я сжал кулаки, прижимая свою голову к морде драга. Я больше не мог допустить подобного. Я был обязан контролировать силу, что оказалась столь разрушительной и могущественной и смогла навредить единственному созданию, которое было по-настоящему дорого мне. Я больше не смел причинить никому вреда по собственной глупости или никчемности. Я дал клятву.