Эмпаер

...- И Королевой выпускного бала стала… Блэр Уолдорф! Под шумные аплодисменты толпы, сопровождаемая улыбкой Серены и плохо скрываемым разочарованием свиты, Блэр поднялась на сцену и ей на голову надели корону. - А ее Королем – Натаниэль Арчибальд! Улыбка Нейта ослепила зал. Он поднялся на сцену, поцеловал Королеву в щеку, и у всех девушек в зале засосало под ложечкой. Он протянул Блэр руку, приглашая на танец. Сначала они закружились вдвоем в круге, который сформировали ученики ее школы для девочек, и школы для мальчиков, которые тесно сотрудничали. Потом к ним присоединились еще пары. В толпе Блэр увидела Серену – она почему-то отказывала всем партнерам. Подняв глаза к лицу Нейта и проследив за его взглядом, Блэр поняла, что он тоже смотрит на Серену. Осознание конца сказки нахлынуло на нее с неимоверной силой. Ей не было грустно от того, что ее Король влюблен не в нее. Ей было грустно от того, что она ошиблась. Она вдруг засомневалась. Любила ли она вообще его когда-то. Или она неправильно расценила свое теплое дружеское отношение к нему? Отстранившись, она сказала: - Потанцуй с Сереной, - и улыбнулась подруге. Выйдя из здания, она опустилась на ступеньку лестницы, ведущей к дороге. По щеке скатилась единственная слеза. Следом за ней из двери вышел парень, намереваясь перекурить, но увидев девушку со знакомой короной на голове, опустился на ступеньку рядом. Достал портсигар и предложил девушке сигарету. Она глянула пустым взглядом на сигареты. - Я не курю, - тихо сказала и все-таки взяла одну, - но почему бы не покурить? Парень поднес зажигалку с таким видом, будто сам каждый раз курит, задав себе этот вопрос. Вселенское понимание в его глазах и ни тени насмешки располагали к себе. Выпустив дым, она повернулась к нему и сказала таким тоном, будто каждый день это говорит: - Хочу напиться. Он понимающе кивнул, и ответил, выпуская дым: - В зале с родителями ничего толкового нет. Можем пойти в бар. Хотя ты слишком хорошо для этого выглядишь, - он снова затянулся, - но у меня в лимузине бар что надо. Блэр обычно не садилась в лимузины к незнакомым парням. Но она обычно и не курила. И не напивалась. Взвесив все за и против, она кивнула. Парень потушил сигарету каблуком своих дорогих туфель, и Блэр последовала его примеру. Поднявшись, он предложил ей руку, помог встать, и они спустились к лимузину. Галантно открыв дверь и пропустив девушку, парень нырнул вслед за ней. - Шампанское? Вино? - Виски. Молча кивнув, он налил ей в стакан янтарную жидкость, и она вдруг заметила, что глаза у него такого же цвета. Цвета виски. Он выглядел прекрасно в смокинге, с галстуком-бабочкой, с безукоризненной укладкой. Они просто сидели и пили в тишине. Никаких лишних расспросов, дешевых пустых фраз и жеманных жестов. Тот редкий случай, когда с человеком комфортно молчать. Он знал, что рядом с ним выпускница Констанс, королева бала, но ее имя напрочь вылетело с его головы. Когда они допили бутылку виски, он вдруг предложил: - Давай встретим рассвет на крыше Эмпаер-Стейт-Билдинг? Девушка кивнула, и он дал указания водителю. Он смотрел на ее грустное лицо и хотел спросить, в чем дело, но понимал, что она не ответит. Ее шоколадного цвета волосы были убраны в высокую прическу, тонкие руки сложены на юбке пышного выпускного платья. Бледная кожа на шее и плечах манила его к себе. И он, не привыкший в принципе не получать, что ему хочется, не удержался. Но что-то в этой девушке заставляло его вести себя по-другому, не так развязно, не так грубо, не так настойчиво. Его заботило то, как она отреагирует, и то, как будет выглядеть в ее глазах. Его безумно тянуло к ней, но он лишь нежно поцеловал ее плечо и отстранился, ожидая пощечины или чего-то в этом духе. Это птица другого полета, не такая, как все девушки, с которыми он имел дело. Но она заглянула своими большими шоколадными глазами ему в душу и поцеловала в губы, пылко и страстно, так, будто только этого и ждала, хватаясь своими маленькими руками за лацканы его пиджака. Он целовал ее шею, плечи, руки, а она срывала с него одежду. Он бережно расстегнул застежку ее платья, и она помогла ему снять его с себя. Его взору открылись стройные ножки в ажурных чулках. Она приблизилась губами к его уху и прошептала: - Ты будешь моим первым. - Тогда я буду предельно аккуратным, - прошептал он в ответ, и его захлестнула волна восторга. Девушка осталась перед ним в одной сорочке, и он не стал ее снимать. Таким нежным он не был еще ни с одной девушкой. В то же время, еще ни одна девушка не вызывала в нем такого восторга. Когда, закончив, они откинулись на сиденье, он не мог оторвать глаз от ее раскрасневшегося лица. Забрезжил рассвет, и он сказал: - Позволь подвезти тебя. Она покачала головой. - Тогда ты будешь знать, где я живу. А я хочу, чтоб ты пообещал мне, что мы забудем эту ночь, как сон. Она открыла дверь и прямо так и вышла в сорочке. Перед тем, как закрыть дверь. Она заглянула внутрь и сказала: - Но боюсь, я не смогу. Она поцеловала его в щеку и пошла ловить такси. В сорочке, с платьем в руках, на каблуках и в короне на голове. Он смотрел на нее, пока она не скрылась в желтой машине, и подумал: - У меня тоже...

***

Серена тихо вошла в комнату подруги. Не смотря на то, что утро было в самом разгаре, тут было темно – Блэр каждый вечер плотно сдвигала шторы. Серена тихо подошла и села на край кровати, вглядываясь в лицо, наполовину скрытое маской для сна. Губы девушки во сне расплылись в улыбке и она вдруг с придыханием протянула: - Чак… Брови Серены взмыли вверх, а ее подруга в этот же момент проснулась, и, сдвинув маску на лоб, подняла брови в ответ. - Ты во сне зовешь Чака? – со смешком спросила блондинка. Лицо Блэр изобразило негодование. - Мало ли кого я зову во сне, - отрезала она, - но ты ведь пришла не за тем, чтоб выведать о моих эротических снах? - Да, я пришла кое-что сказать, - лицо Серены стало серьезным и она уставилась в пол, - в общем, вчера, так получилось… Нейт признался мне в любви, - блондинка осторожно посмотрела на лицо подруги, но та глядела на нее, не выражая никаких эмоций. Потом она вдруг закинула голову и закричала: - Ну наконец-то! – и сжала Серену в своих объятиях. Девушка высвободилась из объятий подруги, взяла ее за плечи и заглянула в глаза. Потом стала искать на лице и голове признаки болезни или травмы. Но Блэр, отмахнувшись, уставилась на нее и спросила: - А ты что? Сказала, что тоже любишь? - Я сказала, что мне нужно поговорить с тобой, - растерялась Серена – Блэр выглядела здоровой, а вела себя странно. - Наверно, дело таки в цвете волос, - разочаровано кинула Блэр, и поднялась, - господи. Почему моя подруга в этих вещах так глупа, - пробормотала она прежде, чем скрыться в ванной. Серена еще пару минут молча смотрела на дверь, за которой скрылась подруга. Но крик «что расселась? У нас показ вечером» привел ее в чувства и она пошла в свою комнату приводить себя в порядок. Линия «Би для Уолдорф» возымела успех. В особенности фурор произвело последнее платье, которое продемонстрировала Серена Ван дер Вудсен. В конце показа весь коллектив вышел в полном составе – впереди Блэр в обнимку с Сереной и Дженни, рядом – Элеонор Уолдорф, за ними – все модели. В первом ряду пищали ученицы Констанс – свита Дженни Хамфри, которая стала королевой после Блэр. Собственно, на школьниц и была ориентирована работа Блэр – она знала толк в моде элитных школ. За кулисами ее нашел Чак. - Нужно сказать матери, что ее охрана плохо работает, - усмехнулась Блэр. - Не греши на охрану. Я – Чак Басс, для меня нет невозможного, - жеманно ответил парень. Затем он усмехнулся, давая понять, что для него ПОЧТИ нет ничего невозможного. - Кстати о невозможном – как вместить в машины наш отряд? - Я предоставляю свой лимузин. Для остальных закажу еще один. - Гениально! – одобрила Блэр и поцеловала его в щеку, вызывая еще более оживленный шепот среди моделей, следившими за каждым их жестом. Чак Басс был любимчиком моделей, потому что сам обожал их. А теперь вдруг и взглядом их не удостоил. Как же тут не пошептаться? На вечеринке в Эмпаер-Стейт-Билдинг все лавры достались Серене. Не мудрено, ведь она закрывала показ Блэр в платье, над которым та корпела дольше всего. И даже тот факт, что они все время стояли рядом, не мешал всем фактически игнорировать Блэр. Деловые партнеры решали вопросы с ее матерью, а ей самой оставалось лишь продолжать натянуто улыбаться всем и вся. Серена чувствовала себя и вовсе неловко. Но Блэр понимала, что тут ничего не поделаешь. Вот, еще одно пресмыкающееся приближается, чтоб воспевать Серене дифирамбы. Очередной полный отчаяния взгляд подруги. Блэр пожимает плечами, мол, не парься, ты тут ни при чем. - Мисс Ван дер Вудсен, если вы позволите, я бы хотел сказать, что вы выглядите потрясающе! Вы затмили всех в конце показа… - Несомненно, ведь на ней было лучшее платье коллекции мисс Уолдорф, - мягкий бархатный голос перебил мужчину, - я не перестану восхищаться твоим талантом, Блэр. Платье сидело превосходно, а фасон… блеск. Рука Чака Басса легко и по-хозяйски опустилась на талию Блэр. По ее телу пробежали мурашки, а от его слов улыбка осветила ее лицо впервые с начала этой вечеринки. Вечеринки в ее честь, как иронично. Нейт Арчибальд посмотрел на Чака, затем на Блэр «Вот! – закричало его сознание, - вот то, чего ты никогда бы не додумался сделать! Вот почему у вас ничего не вышло». Серена тем временем с любопытством рассматривала Басса. Она знала кто он. Как выглядит, но познакомится случая пока не представлялось. И то, как он только что отстоял заслуги Блэр… в корне меняло уже утвердившееся ее о нем представление. Мужчина, пробормотав что-то не членораздельное, удалился, и Блэр, повернув свое сияющее лицо к подруге, объявила: - Серена, знакомься, это – Чак Басс, - она перевела взгляд, полный благодарности, на Чака, и продолжила: - Чак, это Серена Ван дер Вудсен. Чак поцеловал руку подруги Блэр и, пробормотав что-то Блэр на ухо, растворился в толпе. Блэр светилась ярче роскошной люстры в зале отеля Эмпаер. Ее не интересовало, разделил ли тот мужчина мнение Чака. Ее совершенно не волновало уже ничье мнение. Чак Басс своими несколькими словами вселил в нее снова уверенность в себе. А если кто не оценил талант Блэр, что же… значит, этот человек попросту не разбирается в моде. Судьба лучшей подруги светской львицы не всегда радует, но спустя столько лет Блэр смирилась. В школе между ними было много недопонимания, ссор, даже драк… но они стали старше. Блэр стала старше. Серена теперь была вдвойне, а то и втройне популярнее, чем когда-то, но это больше не вызывало у Блэр прежних неприятных чувств, не распаляло дух соперничества. И теперь, стоя в зале Эмпаера на псевдосвоей вечеринке, Блэр уже не волновало, кто все замечают Серену, но не видят ее. Ее подруга оценила ее работу. Даже мать оценила. И самое на данный момент важное – Чак Басс оценил. Блэр обернулась и увидела, что он стоит на возвышении с микрофоном и бокалом виски и призывает всех ко вниманию. - Леди и джентльмены! Хотелось бы напомнить, что мы собрались здесь не ради дорогой выпивки, - он улыбнулся и присутствующие ответили смехом. – а чтобы отметить первый и грандиозно успешный показ дизайнера Блэр Корнелии Уолдорф, - зал разразился аплодисментами, но парень продолжил, - своей коллекцией Блэр Уолдорф предупредила мир моды, что величайшим дизайнерам придется потесниться, ведь это лишь начало. Она будет творить, и покорять новые высоты. Я бы хотел пригласить сюда мисс Уолдорф и, конечно же, миссис Уолдорф, которая своим талантом открыла для своей дочери мир высокой моды, и теперь мы имеем честь наслаждаться творчеством этих двух великолепных женщин. Он отошел от микрофона и стал хлопать, зал подхватил, и вот мисс и миссис Уолдорф идут к микрофону, сопровождаемые аплодисментами. Блэр первая взялась произнести речь. - Я хочу сказать спасибо моей маме, Элеонор Уолдорф, за все то, что она сделала, чтобы сегодня состоялся мой показ. Также я хочу сказать слова благодарности Серене Ван дер Вудсен за поддержку и помощь, которую она мне оказала. И за то, что так великолепно завершила мой показ, - мужская часть присутствующих выразила бурный восторг, но Блэр и бровью не повела, - и отдельное спасибо я хочу сказать Чарльзу Бассу. За это помещение, за помощь в организации, и просто за то, что он рядом, надежный и… Она не закончила фразу, наклонив голову и широко усмехнувшись. Пусть каждый сам додумает. Она развернулась, обняла и поцеловала мать, затем подошла к Чаку и прижалась к его груди. Заглянув в его пьянящие глаза, она поцеловала его в щеку. Конечно же, журналисты активизировались пуще прежнего. Хоть что-то заставило их обратить внимание на Блэр. Чак приобнял Блэр за талию и увел подальше, давая возможность Элеонор толкнуть речь. Парень и девушка вышли в холл, где было спокойно и тихо. Он легко прикоснулся к ее щеке и улыбнулся. Она в ответ улыбнулась еще шире. - Хорошо, что ты меня нашел, - тихо сказала Блэр, уткнувшись носом в его грудь. Он поцеловал ее в макушку. - Мы можем подняться в пентхаус и отпраздновать наедине, - девушка отстранилась от него, и хитро посмотрела в глаза. Вызвав ухмылку. Не дожидаясь ответа, он за руку увлек ее к лифту. Они лежали в темноте и думали каждый о своем. Бутылка виски из запасов Чака лежала тут же, рядом, возле их распростертых на полу тел. Волосы Блэр немного щекотали его ухо. Он повернул голову и ее губы оказались на уровне его глаз. Его ноги были далеко-далеко, указывая на север, а ее – на восток. Молчание было настолько комфортным, что его не хотелось прерывать какой-то чепухой. Потершись своим левым ухом о ее, он вдруг спросил, не узнав своего голоса: - Ты когда-нибудь чувствовала себя одинокой? Будто в целом мире нет человека, созданного, чтобы понять тебя? Блэр поднялась вдруг, и устремила взгляд на Чака, который тоже сел, силясь в темноте разглядеть его лицо. Этот голос… - Может, мы созданы, чтобы понять друг друга, и поэтому раньше нас никто не понимал?.. Они смотрели в темноте друг на друга, широко распахнув глаза. Он нащупал своей рукой ее руку. - Ты хотела знать, что повлияло на меня. Причину, по которой я изменился. Это была ты. В ту ночь ты придала мне силы. Дважды ты меня меняла, и исчезала, не оставив ни малейшей подсказки. Но я не мог не найти тебя. Он быстро, но мягко притянул ее к себе, прижимая что есть мочи, как будто боялся, что она снова исчезнет.

***

- Ох, ты видел это? – Серена опустилась за барную стойку рядом с Нейтом, - эти фото наверняка затмят мои, - без тени зависти, как-то мечтательно протянула Серена, и, заметив несчастный вид Нейта, обеспокоенно спросила: - что с тобой? - Я такой олух, Серена… - Почему? - Все было так просто – мне нужно было всего лишь ее поддерживать, а я промучил ее столько лет, - он обхватил голову руками. - Нейт, я думаю, тебе не стоит сокрушаться по этому поводу теперь, когда она совершенно счастлива. - Она могла стать счастливее раньше. - Раньше нужного человека не было рядом. Не вини себя в том, в чем сама Блэр не винит тебя. Вы оба заслуживаете счастья. И ты, и она. Нейт, - она взяла его руку в свою, и он поднял на нее взгляд своих изумрудных глаз, - те слова, что ты мне сказал на крыше… это правда? Парень кивнул головой, все так же глядя в ее глаза. - Я тебя тоже люблю, - мягко сказала девушка и улыбнулась, сжав его руку. Глаза Нейта вновь заблестели, а взгляд наполнился нежностью. Он поцеловал ее руки и притянул к себе. - Это гораздо большее счастье, чем я заслуживаю.