Глава 33.
15 апреля 2015 г., 19:24
Примечания:
Предупреждения: упоминание о смерти персонажа; Блейн/ОМП.
Было слишком много белого шума в комнате, соответствующего белым стенам, белому кафельному полу и белым халатам. Слева от Курта семья, прижавшись друг к другу, о чём-то панически шепталась. Справа была девушка, которой было около тридцати, нервно грызущая и без того уже короткие ногти. Мужчина рядом с ней не мог усидеть на месте. Вместо этого он решил ходить туда-сюда от фонтанчика с водой до стула.
В зале ожидания была беспокойная атмосфера, как и всегда. И Курт сидел там, ожидая. Спина болела от сидения на неудобном пластиковом стуле, челюсти сжаты, всё тело неподвижно, кроме рук, прижатых к бёдрам. Его руки дрожали. Глаза бегали по залу, от места, где был доктор, которого он знал, до двери, в которую вот-вот должны войти его друзья. Пока что он был один.
Прошло ещё полчаса, прежде чем Рейчел вбежала через дверь и сразу же обняла Курта со слезами на глазах. Как и ожидалось, она начала задавать тысячу вопросов, на которые у него не было ответов, потому что врач ему ничего не говорил. Всё, что Курт знал, что мужчина, о котором он так глубоко заботился, был в операционной по крайней мере уже час.
После этого он замолчал. Рейчел задала последний вопрос. Только один, который Курт ожидал услышать, но не хотел, потому что он знал, что случится после того, как она спросит. Он знал.
— Курт… ты в порядке?
Он в течение нескольких секунд смотрел на неё широко раскрытыми глазами, прежде чем его безразличная маска рухнула, и он зарыдал у Рейчел на плече. Всё, что он держал в себе, вышло наружу, пока девушка обнимала его, и это ранило — не знать, что должно было случиться. Был шанс, что человек в той операционной мог прощаться с жизнью в эту же секунду.
Курт заснул вскоре после того, как выплакался, погружаясь в этот белый шум в зале ожидания. Кусание ногтей, шёпот, звуки шагов были круго́м, пока ему снились все плохие вещи, занимавшие его разум. Он проснулся через час, содрогаясь, с тяжёлым сердцем и глазами, готовыми заплакать.
Прежде чем он смог в полной мере успокоиться, Рейчел помогла ему встать, потому что перед ними стоял доктор. Пришли ещё несколько знакомых, чтобы узнать о состоянии человека в палате. Доктор мрачно выдохнул, и в этот момент все поняли.
Курт услышал только «Мы сделали всё, что смогли, но…» перед тем, как он начал падать, и всё почернело; Курт упал в обморок на руки своих друзей.
*****
Это продолжалось каждое утро целые две недели, в течение которых Курт не покидал квартиру. Каждый день он просыпался с неизбежным напоминанием, что его больше нет. Он на самом деле был мёртв. Каждое утро он просыпался, стряхивая с себя остатки беспокойного сна, чаще всего — кошмара, и сверлил взглядом потолок, сдерживая слёзы и часами задаваясь вопросом «как?». Как это могло случиться, когда он делал всё, что от него требовалось. Как кто-то мог просто оставить его? Как могло стать ещё больнее после всего, что произошло? В это было почти невозможно поверить, и было время, когда Курт был почти готов сказать его имя. Сказать, как бы он хотел поговорить с ним, прежде чем остановиться и понять, что он не мог. Больше не мог. Это продолжалось каждое утро целые две недели, в течение которых Рейчел вытаскивала Курта из постели по утрам. Заставляла его съесть что-нибудь. Была рядом, когда он плакал. Уверяла, что это была не его вина. Что он не мог предотвратить это. Что он был в лучшем месте сейчас. Хотя, было трудно заставить Курта поверить в это, потому что он не был верующим. Несмотря на это, он ценил попытки, хоть слова и не действовали на Курта так, как должны были, и он продолжал страдать. Курт был вынужден помогать с похоронами. Каждый день в течение тех недель он должен был связываться с людьми, чтобы сообщить им. Это опустошало его. После каждого звонка он не мог прекратить рыдать, особенно после разговора с его отцом, которого Курт никогда не встречал. На пятнадцатый день он проснулся в своей постели и решил, что больше не будет плакать. Он принял душ и поел без присмотра Рейчел и вышел из квартиры. Он отправился в другую больницу, собираясь посетить пациента, который уже какое-то время ожидал его прихода. Он мягко постучал в дверь палаты, прежде чем войти внутрь, нежно улыбаясь кудрявому, кареглазому мужчине, который сидел на постели и улыбался в ответ. — Привет, — поздоровался Блейн, и его голос был немного хриплым то ли от недостатка воды, то ли ото сна, Курт не был уверен. — Привет, — ответил он, закрывая дверь палаты, и устроился на стуле рядом с кроватью Блейна. Его рука мгновенно нашла чужую, и на лицо Андерсона закралась улыбка, когда он ободряюще сжал ладонь Курта. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Курт, смотря усталыми глазами на Блейна, который неуверенно пожал плечами в ответ. — Лучше, чем вчера, так что это уже прогресс, — тихо сказал он, мягко поглаживая большим пальцем ладонь Курта. Курт опустил взгляд на их сплетённые руки и прикусил губу. — Я сожалею, что не... — Эй, нет… — быстро прервал Блейн, приподнимая лицо Курта за подбородок, чтобы смотреть ему в глаза. — Тебе нужно время, всё в порядке. Курт кивнул, негромко всхлипывая, а Блейн наклонил голову, нежно смотря на него. — Рейчел рассказала мне, что случилось. Мне очень жаль слышать об Адаме. — Всё нормально, — ответил Курт и отвёл взгляд. — Я правда не хочу говорить об этом. Блейн кивнул, всё ещё поглаживая пальцем его ладонь. Возникла успокаивающая, комфортная тишина, которая совсем не была напряжённой. Через некоторое время Блейн оглядел кровать и стал немного отодвигаться в сторону от места, где сидел Курт. Курт в недоумении смотрел на него, пока не увидел, как Блейн погладил освободившееся место. Курт долго смотрел, после чего покачал головой. — Сп-спасибо, Блейн, но я не... — Давай, Курт. Тебе нужен кто-то сейчас. — Блейн, я не… Я не могу... — Курт, я знаю, — сказал Андерсон, встречая блестящие глаза Курта и чуть ли не задыхаясь от своих слов. — Я знаю… Я делаю это как твой лучший друг. Ничего больше. Курт ещё раз неуверенно посмотрел на кровать, прежде чем снять ботинки и улечься рядом с Блейном. Он опустился на подушку немного ниже него, оба оказались на боку, и Курт уткнулся носом в шею Блейна, который прижался губами к его лбу. Курт всхлипнул, закрыв глаза, и Блейн обнял его за талию, притягивая ближе. Не заняло много времени прежде чем Курт заплакал у него на плече, хватаясь руками за его больничный халат. Он плакал до такой степени, когда уже закончились все слёзы, и всё это время Блейн потирал его спину, гладил по волосам или делал что-то такое же успокаивающее, что действительно помогало. Даже после того, как Курт закончил, он всё ещё всхлипывал или шмыгал, пока в палате не стало абсолютно тихо. Он сломал тишину через какое-то время, признавшись: — Я должен планировать похороны. Блейн прижал его крепче, и Курт услышал, как он громко сглотнул. Он поднял голову и посмотрел на сосредоточенное лицо Блейна своими голубыми, потускневшими глазами. — Я помогу тебе, — сказал Андерсон, встречая его взгляд. — Ты не должен делать этого, Блейн. Ты даже не знал его. — Это не имеет значения. Он много значил для тебя, и ты не должен делать всё в одиночку. Я могу сделать кое-что, позвонить его семье, назначить мероприятия. Курт улыбнулся сквозь слёзы и прошептал мягкое «спасибо», прежде чем снова уткнуться носом в шею Блейна. Они погрузились в тишину, и Курт поднял руку, чтобы провести по груди Блейна там, где находится сердце, двигая рукой ниже и мягко отслеживая контур края бинта через тонкую ткань одежды. — Как долго длилась операция? — спросил он, посмотрев на Блейна. Блейн пожал плечами и взял Курта за руку. — Пару часов, может быть. Я не помню, на самом деле. Просто знаю, что потребовалось время, чтобы вытащить все части пули. — Они нашли парня, который сделал это с тобой? — спросил Курт, и Блейн покачал головой в ответ, играя с пальцами Курта, после чего сплетая их со своими. — Больно? — Немного, — ответил он, нахмурившись, когда Курт убрал свою руку. — Хотя, вот это было немного больнее, — сказал он. Курт молча закусил губу, сжимая руку в кулак. Он раздумывал какое-то время, прежде чем со вздохом ответить: — Я просто… Мне нужно время, Блейн. Я знаю, что то, что ты делаешь, ни на что не намекает, но просто… я не могу. Мне нужно побыть в одиночестве какое-то время. — Я знаю это, Курт. Мне жаль, если тебе могло показаться, что я пытаюсь вернуть наши отношения, я не... — И, — громко сказал Курт, прерывая Андерсона. Он продолжил после небольшой паузы, говоря тише и мягче. — Я не знаю, как много времени мне понадобится, так что… Я не хочу, чтобы ты ждал, пока я буду готов. Я хочу, чтобы ты пошёл и нашёл кого-нибудь другого, как ты и говорил. Блейн посмотрел на него с запутанным выражением, немного отстранившись, но всё ещё оставаясь близко к нему. — Курт… Я не… я не понимаю. Курт вздохнул, опустил взгляд и пробормотал: — Ты заслуживаешь лучшего, чем я. Блейн. Ты сказал, что я не смогу вернуть тебя назад, и ты был прав. Я вёл себя ужасно по отношению к тебе... — Ты встречался с другим парнем. Я прощаю, и я хочу быть с тобой, даже если мне придётся ждать. — Ты достаточно ждал, чтобы я стал бойфрендом, которого ты заслуживаешь. Теперь я хочу, чтобы ты вышел и получил то, чего достоин. Я всё ещё хочу быть твоим другом, но ещё больше я хочу, чтобы ты был счастлив. — Ты делаешь меня счастливым. — Блейн… — Нет, Курт, — сказал Андерсон и разочарованно вздохнул. — Просто… давай позволим этому идти своим чередом, хорошо? После похорон, после траура, мы будем вместе, и ты будешь тем парнем, которым ты пытался быть. Парнем, в которого я влюбился. Теперь разочарованный вздох послышался от Курта, который вытирал мокрые щёки. Когда он ответил, его голос был хриплым от того, что он пытался сдержать новые слёзы. — Просто… Пожалуйста, сделай это для меня, Блейн. Найди кого-нибудь, и будь с ним, прежде чем сделать свой выбор. Я был с человеком, с которым не хотел быть, слишком долго, и я бы предпочёл, чтобы ты ушёл, чем сделал ту же самую ошибку. — Ты не ошибка, Курт, — утверждал Блейн. — Блейн, — строго сказал Курт, разом убивая все попытки Блейна возразить ещё, которые он хотел предпринять. Андерсон закатил глаза, сжимая губы, и вновь посмотрел на Курта. — Что если не будет никакого другого парня? — Будет, — настаивал Курт. Блейн негромко простонал и покачал головой. — Ты такой упрямый, — пробормотал он, глядя Курту в глаза. — И почему я люблю тебя? — Я понятия не имею… — правдиво ответил Курт, и его глаза снова наполнились слезами. Блейн молча смотрел на него, после чего крепко обнял и прижал ближе к себе. — Не хочу оставлять тебя, — прошептал он. Курт ничего не ответил, просто прижимаясь к нему ближе, чувствуя, как несколько слезинок скользнули по щекам.*****
Прошло немного времени, и Блейн вернулся домой. Его приезд стал огромным праздником для всех людей в его жизни, которые устроили ему сюрприз в его собственном доме. Даже его брат присутствовал на этой маленькой сюрприз-вечеринке, что радовало Блейна больше всего. Он веселился, он правда веселился, но на протяжении всего праздника ему казалось, что чего-то не достаёт, и он знал, чего. Прошло два часа прежде чем Блейн не только понял, что Курта здесь нет, но и то, что он не придёт вообще. Он сразу поник и оставшуюся часть вечера раздавал фальшивые улыбки, сидя на диване, и оправдывая это своим тяжёлым ранением. Когда вечеринка утихла, Купер помог ему всех проводить, а потом ушёл сам. Блейн, не теряя времени, достал крошечный кусочек торта и всё мороженое, что у него было, и отправился к Курту. К тому времени, как он добрался до него, Курт выпил уже полбутылки вина, бледный, с красными глазами и в одиночку. Блейн провёл эту ночь, держа сонного, плачущего Курта в своих руках на диване, с пустой коробкой из-под мороженого на полу и тихим жужжанием повтора «Секса в большом городе» по телевизору. Курт иногда шептал что-то незначительное, пришедшее на ум, и Блейн напрягался, чтобы расслышать, поглаживая его по волосам и придумывая ответ на каждую фразу. Всю ночь они говорили ни о чём, Курт лежал на груди Блейна и слушал тихое туктуктук его сердца, наслаждаясь тем, что может фактически слышать его. Их бесцельные разговоры утихли часам к двум ночи, и они погрузились в тишину. Их глаза были закрыты, но они не спали, а затем Курт открыл рот и начал говорить то, что удивило их обоих. Он рассказывал о вещах, которые скрывал от Блейна, и его броня внезапно пошла трещинами. Он говорил обо всём, что произошло, о том, почему Адам так сильно затронул его, и почему он не мог просто оставить его. Блейн вскоре устал слушать всё это, — они оба устали — но он сдерживался ото сна, пока Курт полностью не выговорился. Пока всё это не закончилось, и Курт не был удовлетворён. Какое-то время спустя Курт замолчал на полуслове и задремал. Он прижался ближе к Блейну, громко вздыхая и располагаясь на нём в позе морской звезды. Блейн также начал погружаться в сон, с небольшой улыбкой на губах, переставая поглаживать волосы Курта. Он не был уверен, слышал ли на самом деле, или просто хотел этого, но, когда он начал засыпать, Курт сказал кое-что. Негромкое бормотание, но достаточное для Блейна, чтобы услышать, что он что-то сказал. Слова заставили Блейна улыбнуться шире, прежде чем он заснул, тихо и размеренно дыша и повторяя в своей голове: «Я тоже не хочу, чтобы ты оставлял меня». Несмотря на эту ночь признаний, заставивших сердце Блейна порхать от счастья, Курт предпочёл сделать вид, что ничего не было. Он был всё ещё отстранён от Блейна, как сильно бы Андерсон ни пытался бороться с этим, и, в конце концов, у Блейна не осталось никакого выбора, кроме как послушать совет Курта и попытаться двигаться дальше. Похороны Адама были почти через месяц после того, как он умер, и Курт, хоть и был благодарен за предложение, не позволил Блейну идти с ним. Тогда появилась Рейчел, уверяя, что позаботится о Курте на похоронах, и Блейн наконец сдался, с тяжёлым вздохом отпуская его. Именно в этот день Блейн решил поспать дольше, чем обычно. Купить кофе позже, чем обычно. Встретить нового кассира, который активно флиртовал с ним и заставил Блейна немного покраснеть. Того самого, который оставил свой номер на его стаканчике. Не заняло много времени, чтобы очаровательный кассир, Аарон, и Блейн отправились вместе на обед, после чего Андерсон стал проводить меньше времени, пытаясь снова добиться расположения Курта. Время шло дальше, свиданий с Аароном было больше, а мыслей о Курте в голове Блейна становилось всё меньше. Они остались друзьями, и Блейн иногда заявлялся к Курту, чтобы проверить, как он, или просто потусоваться с ним. Он немного колебался, когда впервые рассказал Хаммелу о возможном будущем парне, когда Курт сидел на диване, а Блейн использовал его бёдра в качестве подушки. Это был тихий вечер, когда оба устали от бессмысленных разговоров, и на этот раз Курт медленно гладил Блейна по волосам. И тогда Андерсон просто ляпнул, быстро и не подумав: — Я встретил кое-кого. Курт замер, переставая перебирать его волосы, и в воздухе повисло молчание. Прошло всего мгновение, прежде чем он продолжил своё занятие снова, но теперь пристально и молча глядя в телевизор. Блейн повернулся на спину и с мягким выражением на лице посмотрел на него. — Курт? — тихо спросил он. Курт просто промычал, выгнув бровь, но не сводил глаз с телевизора, как будто заявление Блейна не имело никакого значения. — Пожалуйста, посмотри на меня, — прошептал Блейн, внимательно разглядывая его лицо, пока Курт не вздохнул и не встретился с ним взглядом. — Скажи что-нибудь. Курт нежно убрал волосы со лба Андерсона и какое-то время смотрел на него, после чего мягко улыбнулся. — Я рад за тебя, — прошептал он в ответ. Блейн улыбнулся прежде чем кивнуть и уткнуться носом Курту в живот, мягко вздыхая. Курт не сдержал смешка от этого действия, но продолжил расчёсывать его волосы, ожидая, пока он, как обычно, заснёт. Вместо этого его удивило тихое бормотание, и Курт снова засмеялся, тыкая Блейна, чтобы тот оторвал лицо от его живота и сказал нормально. — Повторишь ещё раз? — спросил он с лёгкой улыбкой. Блейн немного повернулся и посмотрел на него с сонной улыбкой, громко вздохнув через нос. — Я сказал, что ты всё равно мой лучший друг. Курт наклонил голову с гулом удовлетворения и прикусил губу. — Ты мой тоже, — тихо сказал он. Блейн кивнул и вернулся обратно в своё положение, утыкаясь в тёплый живот Курта. Через пару секунд он пробормотал что-то ещё. Курт закатил глаза и провёл пальцами по его волосам. — Засыпай, Мамбли. Не понимаю ни слова из того, что ты говоришь, — сказал он, но Блейн просто снова повернулся, не обращая внимания на его слова. — Я сказал, что хотел бы, чтобы ты оказался неправ, — сказал он, зевая и прикрывая рукой рот, прежде чем продолжить. — Хотел бы я не встречать кого-то ещё. Курт покачал головой, останавливая большой палец у виска Блейна и мягко поглаживая. — Это к лучшему, — заверил он. Блейн вздохнул, слегка надув нижнюю губу, а его глаза закрылись сами собой, неспособные больше сопротивляться сну. — Ты расстроен, что теперь у тебя здоровые отношения? — со смехом шепнул Курт. Блейн просто фыркнул, не открывая глаз. Курт мог бы подумать, что он, наконец, заснул, но его выдавали нахмуренные брови, как будто он хотел что-то сказать, но не знал, как. Через какое-то время Блейн сдался и вернулся в первоначальное положение, вздыхая. Курт мягко улыбнулся ему, продолжая гладить по кудрям, пока Блейн не признался: — Я бы так сильно хотел доказать, что ты неправ… Несмотря на то, что он пробормотал это, уткнувшись Хаммелу в живот, Курт услышал всё довольно ясно, и он замер, не в состоянии ответить что-либо. В уме он мгновенно придумал ответ, но произнести так и не смог. Он сдержал это в себе и закрыл глаза, отчаянно желая признать, что да, он тоже хотел бы этого. Он хотел, чтобы Блейн доказал, что он неправ, хотел сделать его счастливым вместо того, другого парня, который занимал так много времени в жизни Блейна, как когда-то давно Курт. Вместо этого Курт проглотил собственные слова и молчал, пока не услышал тихое сопение Блейна, лежавшего на нём. Курт посмотрел на него с грустной улыбкой, прежде чем прикусить губу и провести по лицу ладонью. — Почему я не встретил тебя раньше, чем его? — прошептал он и откинул голову на спинку дивана, с тоской глядя в потолок. — Почему я так сильно люблю тебя, Блейн Андерсон? Блейн прижался ближе к нему и что-то промычал, как бы отвечая ему без слов. Курт печально посмотрел на него сверху вниз, убирая волосы с его лица, и положил ладонь ему на щёку. — Я очень сильно люблю тебя, Блейн Андерсон.
