Роман с Дьяволом

— Как мои дела? — переспросил Джереми, повернув голову, и выпучив свои и без того большие глаза. Это был тот взгляд, который колит в самое сердце острым кинжалом, а потом еще и выкручивает в нем пируэты. Бонни не могла понять его чувств. Да и как можно понять человека, которого не видела столько времени, даже если вы были очень близки. За такое долгое время люди меняются, и Джереми не стал исключением. Она чувствовала его тепло тогда, когда он дотронулся до нее, а потом обнял, но сейчас — от него веяло холодом. Он продолжал смотреть ей в глаза, не отводя взгляд, как будто играл с ней в игру «Кто первый моргнет». Бонни не выдержала этого напряжения, что повисло между ними, и отвернулась. Теперь она смотрела в стенку камина и еще не зажженные поленья. Спустя мгновение парень тоже отвернулся, а потом закинул руку за спину, доставая подушку, видимо мешала ему, и отбросил на кресло, которое стояло рядом. Отодвинулся в сторону. Все — это конец. Подумала Бонни. Она скосила глаза в его сторону, не поворачивая лица, пытаясь увидеть хоть что-то. Он сидел и тоже пялился куда-то в камин. — Тебя не было девять месяцев, Бонни. Когда ты исчезла, ты позвонила мне по телефону чтобы попрощаться. — тихо проговорил он и повернул голову к ней. — По телефону! Это прозвучало чуть громче. Бонни вздрогнула и закрыла глаза от безысходности. Она не хотела поворачивать голову, она не смогла бы сейчас посмотреть ему в глаза. Ей было стыдно. И обидно. И больно. Девушка все еще продолжала смотреть куда-то в пустоту. Бонни понимала, что то, как она поступила, было не справедливо по отношению к Джереми. Но она не хотела, чтобы он страдал. Бонни хотела защитить его. Зная Джереми уже много лет, она понимала, что узнав правду — он может совершить какую-нибудь глупость для того чтобы спасти её. Тогда она хотела, чтобы Джереми верил в то, что все может закончиться хорошо для неё. Но уже в тот момент она знала — этого не будет. И ей было страшно. По-настоящему страшно, что она сможет потерять его, и поэтому она хотела побыть с ним еще немного до того как уйдет. Именно поэтому Бонни и не рассказала правду. Она не хотела причинять ему боль. Но, видимо, как раз это она и сделала. — А потом ты исчезла… просто исчезла. Испарилась, вроде тебя никогда и не было. И как ты думаешь у меня дела? — почти перешел на крик Джереми. Она молчала. Она не знала, что ответить на это. Просто не могла представить, что он переживал все это время. Бонни не могла представить, какие чувства он тогда испытывал, и какие испытывает сейчас. Это тяжело. Слишком тяжело. Она думала, что если ей удастся выбраться — все будет так, как прежде. Только теперь она поняла, как глубоко ошибалась в своих предположениях. Она растерялась. Рядом сидел человек, которого она когда-то любила, и будет любить дальше, но она не могла представить, что у них уже не будет все так, как раньше. Джереми напрягся. Все его тело сейчас, казалось ей, было каменной глыбой. Он даже не шевелился — как будто мраморная статуя — такой же холодный и такой же бесчувственный. И эта его отстраненность очень пугала. Бонни, наконец, совладала с желанием не смотреть ему в глаза и обернулась, автоматически подавая знак Джереми сделать то же самое. Этот его взгляд был наполнен чистой болью. Боль эта давила его изнутри, сжимала все его внутренности, колыхала тонкие струны его нервов. Бонни заметила это, и ей снова так захотелось утешить его, прижать к себе, как маленького ребенка. Но он был слишком далеко… — Я же здесь, Джереми, — она потянулась ладонью к его щеке, но он отстранился, отвернулся в сторону кресла. — Не надо. — с выдохом произнес он. Она так и застыла с протянутой рукой. Пальцы, которыми она хотела торкнутся Джереми, согнулись, и она сначала не до конца убрала руку, лишь легонько дернула на себя, а через секунду и вовсе опустила на диван, вместе с глазами, которые уже наполнялись слезами. — Я не хочу чтобы мне опять было больно. — объяснял Джереми, снова повернувшись к Бонни. Он одной рукой нежно взял её за подбородок и поднял лицо девушки, чтобы видеть её глаза. — Я научился жить без тебя, Бонни. Я уже начал справляться с тем, что тебя нет в моей жизни. Удивительно, как бывает. Ты не хочешь отпускать человека, который уже давно отпустил тебя. Ты не хочешь, чтобы человек уходил от тебя, в то время как он уже прокладывает свой путь по другой, противоположной от твоей, дороге. Он начал двигаться дальше со своей жизнью. Бонни не могла винить его за это. Она снова опустила голову вниз, но пальцы Джереми все еще сжимались на ее подбородке. Она едва сдерживала слезы. — Эй, ты что? — нежно спросил Джереми. Она хотела закричать. Едва сдерживая слезы, она подняла голову и посмотрела ему в глаза, с силой выдавив из себя жалкое подобие улыбки. — Все нормально. — ответила Бонни. — Я собираюсь уехать из Мистик Фоллз. — продолжил он. Вот он, тот путь, по которому Джереми решил пойти. Уехать подальше от всего этого. От неё. И что это маленькой струйкой потекло вниз от её сердца? Радость? Горе? Она не знала. Она не думала за себя, что с ней будет. Она думала только о нем. Возможно, это и есть любовь — переживать за судьбу другого человека больше, чем за свою.  — Я хочу нормальной жизни, Бонни. Без вампиров, без сверхъестественного.. Просто хочу жить как все нормальные люди, понимаешь? Его тон был молящий. Будто он хотел, будто умолял Бонни понять его. Она взяла его за руку и легонько сжала. — Я понимаю… — почти шепотом произнесла она. — И не буду тебя удерживать. И она потянувшись вперед, обняла его. На прощание. Бонни знала — она уже никогда больше не сможет обнять его. Пару минут Джереми сомневался: стоит ли ему ответить на объятье. Он так и сидел с опущенными руками, пока Бонни прижималась к нему. А потом его руки медленно прикоснулись к спине Бонни, и с её груди свалился камень такой большой и тяжелый, что даже самый сильный вампир не смог бы поднять его. Это продолжалось всего пару минут. Ей было по-настоящему уютно и тепло. Её голова мирно покоилась на плече Джереми, пока его руки нежно скользили по её спине. Она закрыла глаза, вспоминая прошлое. В голове начали появляться картинки их первого поцелуя, первого танца… Ночи их любви… Бонни резко открыла глаза. Она больше не хотела падать в этот омут памяти. Взгляд скользнул под стол, и она заметила там небольшую сумку, из которой показывался маленький полукруг чего-то. Она сузила глаза, присматриваясь, и обнаружила… Мисс Каддлс. В голове будто вспыхнуло что-то, и она отстранилась от Джереми. Тот посмотрел на нее удивленно, будто не ожидал этого жеста с её стороны. — Ты не мог бы принести мне воды, в горле пересохло. — выпалила Бонни. На самом деле она не хотела пить, просто ей нужно было, чтобы он ушел, и она смогла бы вернуть себе магию, которую спрятала в мишке. — Да, конечно. И когда он побрел на кухню, скрываясь из виду, Бонни подбежала к сумке. В соседней комнате было слышно скрип дверцы шкафа и журчание воды. Она быстро подняла Мисс Каддлс, произнесла заклинание, и магия снова наполнила её, полилась по венам как горячая вода по телу, когда принимаешь душ. Только это все происходило у неё внутри. Это тепло текло по жилам, проникало в каждые клеточки её маленького тела, как поток свежего воздуха. У неё снова есть магия. На лице появилась самая искренняя улыбка. Впервые после разговора с Джереми она улыбалась. Вода из крана в соседней комнате перестала бежать, и это был знак того, что нужно поторапливаться. Девушка быстро бросила мишку на диван, и помчалась к выходу из особняка. Она пулей вылетела из огромного дома и прикрыла дверь так, чтобы и звука не было, и побежала по уже знакомой дороге прямиком в школу Мистик Фоллз. Интересно, что скажет Деймон, когда увидит её? Какова будет реакция Елены? А еще было интересно: удивится ли Кай её появлению в реальном мире? И почему она об этом думает? Бонни тряхнула головой, прогоняя мысли об этом ненормальном. И все же ей хотелось посмотреть прямо Каю в глаза и ехидно улыбнутся, типа: вот смотри ублюдок, ты думал если у меня нет магии, то я не смогу выбраться? Чертов психопат. Боже, как же она хотела увидеть его реакцию. Это был настоящий адреналин. Её желание. Она прибавила скорость и уже быстрее бежала к назначенной цели. С мыслями о его удивленной мордашке, она уже открывала дверь школы. И сразу вспомнила о том, что большинство неприятностей, которые случались с ней и её друзьями — были именно здесь. И почему всех злодеев тянет сюда? Здесь что медом помазано? Бонни шла по пустым коридорам родной школы. Темно как в бочке. Она подняла голову к потолку и увидела мигающие лампочки на нём. Что за..? — Где Елена? — Голос Деймона заставил её остановиться. Он исходил из кабинета напротив. Дверь была закрыта, но голоса слышались очень хорошо  — У меня есть предположение, что ты ее больше никогда не увидишь. В буквальном смысле, — иронично ответил Кай. Это он. Сердце, которое до этого стучало очень быстро от того что Бонни бежала, прибавило темп, а тело начало колотить как будто она только что слезла с карусели. И почему она так реагирует на звук его голоса? От страха? От предвкушения того, что она собирается сделать? Или от того, что ей не терпелось увидеть его реакцию на её появление? Или может быть это что-то другое? Без разницы. — Зачем она тебе? В этом же нет никакого смысла, — спросил Деймон. — О, ты ошибаешься. — ответил Кай. И видимо, зашагал по комнате, потому что Бонни услышала короткие шаги. — Я проводил некоторые опыты. Она у меня вместо лабораторной крысы. Хотя, она не очень то и похожа на… — Ах ты сукин сы…. А-а-а-а-а! — закричал Деймон. От неожиданности Бонни подскочила и попятилась назад. Под ногами что-то хрустнуло, и этот звук эхом раздался по всей школе. Девушка замерла на месте. — Не надо делать резких движений, Деймон. — голос властный, даже не дрогнул. — Я же могу не только мозги тебе поджарить. Деймон все еще продолжал прерывисто стонать. От его криков они не заметили шума, который только что прозвучал в холле. Они не услышали её. Слава Богу. Бонни облегченно выдохнула. — Видишь ли, я сейчас немного не в себе. — продолжил Кай. — Во мне сейчас очень много магии, что круто, кстати. Но вот в чем проблема — я не могу её контролировать. Поэтому я взял с собой твою подружку для того чтобы научится этому. Вот ублюдок. Он пытал её. Чокнутый псих. Как же я тебя ненавижу. На сколько далеко, на этот раз он может зайти. Бонни пылала от злости. — Где она? — послышался приглушенный звук из кабинета. — Она здесь, в этой комнате. — ответил Кай. — А ты бы мог и сам придти, а не тащить за собой этого бесполезного. Что? О ком он? — Не трогай его! — с угрожающим тоном сказал Деймон. Боже, она совсем забыла о том, что Аларик пошел с ним. И это стало последней каплей для того, чтобы Бонни решительным шагом последовала к двери того самого кабинета. Секунду колеблясь, толкнула дверь. В кабинете не горел свет, только одна лампочка на потолке устало мигала, будто сейчас потухнет. Она освещала только маленькую часть комнаты возле учительского стола, на котором сидел Кай, сложив руки на груди и скрестив ноги. Недалеко от второй парты в проходе валялось тело Аларика. Он был без сознания. А Деймон скрючился на полу напротив Кая, держась руками за голову. Картина маслом. Две пары глаз тут же уставились на нее. Деймон начал медленно подниматься на ноги, а Кай… Лицо каменное, ни одной эмоции. Только что сияющая улыбка на его лице, превратилась в поджатые губы и стиснутые зубы. Бонни заметила, как двигаются его желваки. — Вот что происходит, когда ведьмак не может контролировать свою магию. — он тыкнул пальцем в сторону Бонни. Что? Бонни не поняла, что он только что сказал. Она выбралась, но не знала как. А теперь Кай стоит тут и говорит ей, что это Он её выпустил. Нееет! Не может такого быть. — Что? — озадаченно спросили в один голос Бонни и Деймон. — Уберите эти дурацкие выражение со своих лиц. Деймон чем ты слушаешь? — он повернул голову в его сторону. — Я же тебе только что говорил, что у меня куча магии, которую я не могу контролировать. Тебе что по слогам объяснить? Мно-го ма-ги-и-и.. — Я понял! — перебил его Деймон, закатывая глаза. — Возможно, я каким-то образом не в ту сторону направил поток энергии, и это повлияло на тюремный мир. Я не знаю. — размышлял Кай. — Я тебе не верю. — вырвалось у Бонни. Она направила свой взгляд в сторону Кая. Тот обратил все свое внимание на девушку. То, что творилось у нее в голове, не возможно описать словами. В ней смешались все эмоции: растерянность, недоумение, паника и раздражение от того, что она выбралась благодаря этому… — Правда? Тогда объясни мне, как ты выбралась. Я слушаю. — язвительно промолвил Кай. Он поднялся со стола и подошел к окну. Куда-то смотрел. А Бонни стояла на том же месте, не двигаясь. Глаза скользнули в сторону Деймона, который о чем-то задумался. Было видно по его выражению лица: сдвинутые брови и серьезный взгляд. Она не знала, что ответить Каю. Она не знала, как объяснить все это. Потому что она действительно не понимала как выбралась. И если то, что только что сказал Кай правда… Она не хотела думать об этом. Она не хотела быть зависимой от него. Она не хотела иметь с этим человеком ничего общего. А теперь что? Он спас её. Хоть не намеренно, но все же — спас. Остановите землю. — Ну, так что? — Кай обернулся и присел на подоконник. — Я жду историю. — Я не знаю. — тихо произнесла Бонни опустив глаза вниз. — Что и требовалось доказать. — улыбнулся Кай, постукивая пальцами по подоконнику. — И что ты хочешь этим сказать? — вмешался Деймон в разговор. — Я хочу сказать, что моя неспособность контролировать магию, может привести к очень плохим последствиям. Как это, например. — Кай кивнул в сторону Бонни. Девушка сложила руки на груди и вскинула подбородок вверх. Этот угрожающий взгляд, что она кинула на Кая, мог бы убить его, если бы взглядом можно было убивать. Она была так зла на него, что не хватало сил даже дышать. Она с силой стиснула зубы, чтобы сдержатся от того, что она хочет сейчас ему сказать. — Думаю, на сегодня хватит разговоров. Твоя болтовня уже достала. — сказал Деймон и сделал пару шагов к Каю. Тот вытянул правую руку вперед, установив барьер, чтобы Деймон не смог подойти ближе. — Держи дистанцию. Я чувствую себя неловко, когда ты так близко. — обнажил белоснежные зубы Кай. Бонни закатила глаза. — Ой, заткнись! — скривился Деймон. — Давай просто ты вернешь мне Елену и мы уйдем? Кай поднял брови вверх. Это добром не кончится. Подумала Бонни. Этот его взгляд говорил о том, что он все здесь контролирует, что у него есть преимущество. Так оно и было. — Ладно, она все равно мне надоела со своим нытьем. — сказал Кай, обходя Деймона и направляясь в сторону Бонни. — И как вы её терпите? О, это он зря сказал. Подумала Бонни про себя и скосила взгляд на Деймона, который все еще стоял спиной к ней. Девушка заметила, что он сжал кулаки. Он сдерживался, чтобы не разорвать Кая на куски. Зная Деймона, она предположила, что вампир именно этого и хотел прямо сейчас. Да и Бонни тоже бы не отказалась поколошматить эту наглую мордашку как следует. — Fes matos oculex. — пробормотал заклинание Кай. И на одной из задних парт появилась Елена. Руки её были откинуты назад — привязаны. Рот был закрыт, обвязан какой-то тряпкой, так что часть ее была во рту, а остальная часть двумя тонкими струнами обхватывала щеки и соединялась на затылке. Кожа на лице Елены была в кровавых ранах. Должно быть, тот придурок окунул тряпку в вербену. — Елена. — тихий выдох Деймона. Он тут же с вампирской скоростью подлетел к ней и начал развязывать ткань сначала ту, что закрывала рот, а потом ту, что связывала руки. Бонни хотела подбежать и помочь чем-то, но застыла на месте. Она просто стояла и смотрела, как Деймон, обжигая руки вербеной, развязывал Елену. Ему было все равно, что кожа горит огнем. Он просто делал свое дело. А Бонни стояла, как вкопанная, наблюдая за происходящим. Это был ступор. Она как будто приросла к тому самому месту, даже не шевелилась. В голове зашумело, а в глазах начало мутнеть. Что это? Паника? Страх? Бонни не знала. Слишком много незнания на сегодняшний день. Слишком много недосказанного, недопонятого. Девушка продолжала смотреть на то, как Деймон пытается освободить Елену, потом резко моргнула и перевела взгляд на черную фигуру, стоявшую возле окна. Кай смотрел на нее все это время. Когда она неожиданно повернулась, Кай резко перевел взгляд куда-то в сторону. Что это было в его глазах? Заинтересованность? Взгляд был изучающий, задумчивый. Похоже, он и сам не понимал, как вернул её из того мира. — Бонни! — закричала Елена. Девушка не успела повернуть голову в сторону исходящего звука, как вампирша уже налетела на неё с объятьями. Она так сильно стиснула её спину, что кажется, сломала пару ребер. Но это было не важно. Бонни обняла Елену в ответ. — О, ну хватит уже этих нежностей. — съязвил Кай. Девушки отстранились друг од друга, хмуря лица. — Ты еще здесь? — спросил Деймон угрожающим тоном. — Полегче, Деймон. Я ведь могу и передумать. Все три пары глаз с угрозой смотрели на Кая. Деймон подошел к Елене стал спереди нее, как стена, защищая. Кай расхохотался. — Передай моей сестренке, что слияние произойдет в ближайшее время. — он поднялся с подоконника и зашагал к выходу, пересекая кабинет, по пути останавливаясь возле Деймона. — Когда будет следующее небесное событие — я приду за ней. Кай сказал это ему прямо в лицо, а потом сделал шаг вправо, и вышел вон, захлопнув за собой дверь.

***

Деймон унес Аларика в свою комнату, чтобы привести друга в чувство, оставив Бонни и Елену наедине. Он знал — им есть о чем поговорить. Девушки вмостились на диване в гостиной и оживленно болтали. Столько всего произошло за последние месяцы и Бонни не терпелось поскорее обо всем узнать. Елена рассказала Бонни о Джо — новой возлюбленной Аларика и по совместительству её наставнице в медицинском центре Уитмор. О Лиаме, её так называемом парне из колледжа. Бонни удивленно подняла брови, когда услышала слово «Парень» из уст подруги. А потом она рассказала, как стерла себе память об отношениях с Деймоном и о том, как сильно любила его. Бонни была ошарашена этой новостью, потому что она знала, как Деймон скучал по Елене. В тюрьме он каждый день говорил о ней. Каждый день представлял их встречу. Каждый день мечтал выбраться ради неё. Бонни выдела какое чувство вины подруга испытывает из-за этого. Она не могла её осуждать. Потому что знала: потерять любимого — это потерять частичку себя. — И как вы справляетесь с этим? — спросила Бонни. — Ну, знаешь, когда он вернулся, я выпрыгнула в окно, чтобы избежать встречи с ним. — улыбнулась Елена. — Ты сделала что? — удивленно подняла брови Бонни. — Да. Ну, а потом я решилась.. — И? — не терпелось узнать, что было дальше. — Ну и мы встретились. И я увидела незнакомого мне человека. То есть, я знала, что он брат Стефана, но он был мне не знаком, как пустая книга. Понимаешь? Бонни продолжала смотреть на Елену. Она пыталась объяснить свои чувства. И Бонни вроде как понимала подругу. Пыталась понять, по крайней мере. Это был чистый лист их отношений. Она представила, как Деймону было тяжело, ведь он помнил все. Но, начать все сначала, лучше, чем не начинать вовсе. Бонни кивнула на её вопрос. — Ну, вы хотя бы пытаетесь начать все сначала? — спросила она. — Ну, вроде того. Пока все идет нормально. — улыбнулась подруга. Это уже что-то. — Это хорошо. — Ну, а как ты там справлялась? — спросила Елена нерешительно. Сейчас не лучшее время, чтобы вспоминать тот ад, который она пережила. Она не хотела говорить об этом. Не хотела даже думать. Она посмотрела на Елену, которая опустила голову вниз, явно сожалея о том, что спросила. — Я сейчас не хочу об этом вспоминать, прости. — ответила Бонни тихо. — Это ты меня прости. — Елена взглянула на подругу, и взяла за руку. — Я не подумала. Вот я дура такое спрашивать. Бонни только кивнула, и быстро перевела разговор. — А где же Кэролайн? Елена опустила глаза. Лицо её стало чернее тех туч, что сегодня утром свисали у Бонни над головой. Она колебалась, рассказывать или нет. Да что случилось? Подруга молчала. — Елена? — переспросила Бонни настороженно. — Она уехала. — тихо, хриплым голосом. Это очень настораживало. — Куда уехала? — В Дюк. — коротко ответила Елена. Боже, она что собирается ей по одному слову вот так отвечать. — Зачем? — спросила опять Бонни, и добавила, поднимая голову Елены, чтобы посмотреть ей в глаза. — И я хочу услышать ответ, который состоит больше чем из двух слов, если ты не против. Глаза Елены наполнились слезами, и Бонни стало страшно. Что-то действительно плохое случилось. — Я думаю, сейчас не лучшее время, чтобы тебе это зн… — Елена, расскажи мне! — перебила её Бонни. Она почти кричала. Подруга вздрогнула. — Если ты мне сейчас же не расскажешь, я не знаю, что сделаю. Что за тайны? Не понимаю. — Она поехала туда за ответами. — нерешительно ответила Елена, отводя взгляд в сторону. Бонни уже ничего не спрашивала. Ей надоело вытягивать из подруги по одному слову. Она вопросительно подняла брови, жестом показывая, что ждет продолжения. — У Лиз обнаружили рак последней стадии. — Елена тяжело выдохнула. Боже. Почему это происходит с людьми. Почему? Бонни покачала головой в разные стороны. Она не могла в это поверить. — Вампирская кровь? — спросила она озадаченно. — Стефан и Деймон говорят, что за всю их жизнь, они ни разу не слышали о том, что вампирская кровь может вылечить рак. Нет. Этого не может быть. Как так? Как кровь может вылечить человека, после того как его собьет автомобиль на большой скорости, и переломает все кости в организме, и не может вылечить рак? — Боже, Кэролайн. Как она это восприняла? — Она справляется. Стефан поехал с ней для поддержки. — ответила Елена. — Кэролайн молодец. Не пала духом. Все еще верит, что есть шанс. Это было слишком, как для одного дня. Бонни скользнула взглядом на часы, которые висели на стене возле огромных книжных шкафов. Стрелки показывали полночь. И Бонни только что поняла, как сильно у неё разболелась голова. Она потерла лоб, опуская голову вниз и закрывая глаза от усталости. Она хочет уснуть. Хотя понимала — врят ли у нее это получится. — Я хочу отдохнуть. — подняла усталые глаза на Елену. — Конечно, какую спальню выберешь? Идем я тебя провожу. — встала с дивана Елена. — Я бы хотела остаться здесь. Елена удивленно поднял брови. — Правда, все нормально. Мне тут хорошо. — ответила Бонни на вопросительный взгляд подруги. — Ну, как хочешь. — она показала пальцем в сторону лестницы. — Я тогда пойду? — Да, иди. — Бонни попыталась улыбнуться. Но у нее это не очень хорошо получилось. И когда Елена скрылась за стеной, Бонни сложила поудобнее подушки на одну сторону дивана. — Insendia. — прошептала заклинание, и в камине загорелся огонь. Она еще немного посидела, размышляя обо всем случившемся, обо всех новостях, а потом легла на бок, положив под голову обе руки, и всматриваясь в языки пламени, которые колыхались, словно листья на ветру, погрузилась в сон.