Гостья из Тени

https://litnet.com/ru/book/gostya-iz-teni-b488169 - читать без впн можно здесь

ПРОЛОГ

      Рядом кричали люди, быстрый топот сотрясал пол и рождал бесконечно разрастающуюся головную боль. Над Каррой склонился светловолосый мужчина — губа рассечена, светло-ореховые зрачки светятся, как медные монеты.       — Сэр Каллен, эта эльфийка упала с неба! — крикнул кто-то.       — Ты жива? — удивился он, приподнимая Карру за плечи. Ее голова безвольно откинулась, она не могла пошевелиться, дыхание вырывалось с хрипом. — Во имя Андрасте… Носилки, живо! — следующие слова прозвучали, будто сквозь воду: — Ты упала… Упала из… Кто ты?       У Карры потемнело в глазах. Она оставила свои бесплотные попытки выкарабкаться из обволакивающего сознание забытья и сдалась, окунувшись с головой во тьму, что подарила, такой желанный ею сейчас, покой.              

— 1 —

             — Ты решил помочь? Ты хочешь, чтобы я поверила отступнику? Сейчас?!       Железная женщина, но вернее будет сказать — женщина в железных доспехах. Её звали Кассандра Пентагаст. Она кричала и недоумевала уже больше часа. Солас зол, раздражен и мрачен, но пытается сохранить вежливость. Что, кстати, не так уж и просто. Люди глупы, грубы и не осознают того, как несправедливо распорядилась история, возвысив их над другими народами.       — Да. Я. Хочу. Помочь, — уже в который раз проговорил он, сцепив руки за спиной.       — Не держи меня за дурочку, эльф! Я не знаю, кто взорвал конклав, но уверена — это снова ваших рук дело!       — Эльфов?       — Магов! Где бы не прошли маги, после них остаются руины! Снова и снова…       Солас чуть склонил голову и тихо сказал, заставляя ее слушать:       — Твой мужчина ведь… тоже маг, — он осознавал, что может взорвать ее как бомбу, но в то же время надеялся, наконец, достучаться до Искательницы. А как, если ни через любимого мужчину достучаться до женщины на грани истерики?       Ее лицо искривила гримаса боли.       — Откуда ты…       — Однажды в Тени я наблюдал событие, возвысившее тебя до помощницы Верховной жрицы. И смог сделать некоторые выводы. Я ошибся?       Кассандра на мгновение зажмурилась и покачала головой.       — Он погиб вместе со всеми на Конклаве… — ее голос прозвучал тихо. Солас сглотнул. Если бы она знала правду, то попыталась бы убить эльфа-отступника прямо сейчас. И наверняка преуспела бы в этом: он был слишком слаб и едва ли смог бы без оружия противостоять такому сильному воину, как Кассандра. О смерти ее мужчины Солас не знал и не хотел причинять лишнюю боль, но раз уж это её немного отрезвило, то пренебрегать словесной оплеухой, конечно, было бы глупо.       — Мои сожаления.       На самом деле, ему было не жаль. Сложно переживать из-за потери незнакомого человека.       — Ох… — Кассандра раздула ноздри и нахмурилась, морщина перечеркнула высокий лоб. Искательница вернулась к столу и буквально воткнула в столешницу руки, звякнули о дерево металлические клепки перчаток.       — Ты наблюдал?       — Я сновидец.       — Это должно что-то объяснить мне?       — Прости. Я думал, что Искательница знает, кто такие сновидцы…       — Я знаю. Однако все равно не могу понять, как это объясняет твою осведомленность в… моих отношениях с магом.        — Как ты знаешь, сновидец — это тот, кто может сознательно пребывать в Тени. Во сне, разумеется. Тень же сродни изнанке нашего мира, Искательница. Все, что мы делаем, оставляет на ней свои отпечатки. Иногда они слишком нечеткие и запутанные, а временами яркие и глубокие, как свежий след на снегу. Твоя жизнь тоже оставила свой отпечаток.       — Ты так говоришь, будто восхищаешься Тенью…       — Я увлечен теми загадками и знаниями, что она хранит в себе — да. Тень безусловно вызывает мое восхищение, но не думай, что я не осознаю опасности. Я много времени посвятил ее изучению.       Кассандра чуть покривила рот и промолчала.       Уже темнело и на столе горели свечи. Искры вспыхивали на доспехах Искательницы, на коротко стриженых темных волосах. Солас мог представить ее с длинными, ведь раньше они лежали ниже плеч, а ее тело было изящнее, еще не тронуто грубой силой. Это видение пришло внезапно, вырванное из недр Тени. Там же он видел воспоминания о мужчине. О молодом маге, с которым юной Искательнице пришлось пережить несколько страшных дней. Тем не менее, эта борьба и потери принесли ей победу, а значит того стоили. И вот теперь перед ним стоит взрослая женщина, а не та быстрая, кареглазая лань… Или все же та? Просто уже другая. Более крепкая, сильная, закаленная в невзгодах, как лезвие в огне. И как же горько осознавать, что даже такие люди, как она, слепо слушают указания Церкви.       Солас подавил желание презрительно фыркнуть. Он не в том положении, чтобы злить Кассандру Пентагаст.       — Что ты можешь нам предложить? — наконец-то спросила она. Во взгляде воительницы на секунду мелькнула какая-то дикая усталость… Мелькнула и тотчас исчезла под, нацепленной на лицо Кассандры, маской командира.       Солас ждал этот вопрос с того самого момента, как осознал, что без его помощи люди не справятся. Даже если он рискует… Но небо раскололось, там зияла огромная дыра, похожая на воронку. Из нее дождем сыпались демоны. Мир точно сошел с ума. Сложно предложить что-то разумное людям, которые столкнулись с невероятным.       — Я могу изучить Брешь. — И добавил, чтобы смягчить пронзающий взгляд: — Закрыть ее — это одна из важнейших задач. Закрыть и остановить весь этот хаос. Думаю, должен быть способ.       — Кассандра! — крик донесся с улицы, в дверь постучали.       Искательница мгновенно прошла через комнату и открыла дверь. На пороге стоял мужчина. Грязный, измотанный, по подбородку стекает кровь, рваная рана прошла от носа через губы.       — Что случилось, Каллен? — интонация воительницы ясно говорила о том, что она явно не питает никаких иллюзий насчет новостей — в такое время они могут только огорчать.       Капитан храмовников промолчал и махнул рукой, явно желая, чтобы Искательница последовала за ним. Солас вышел наружу следом за Кассандрой, хоть его и не звали. Чтобы ни случилось, он просто обязан это увидеть.       

— 2 —

             В небольшой хижине на кровати лежала эльфийка — хрупкое телосложение выдавало происхождение незнакомки даже больше, чем пара едва прикрытых темными волосами, острых ушей. Больная периодически хмурилась, бормоча что-то несвязанное. Лицо неестественное бледное, в подтеках сажи и грязи, в которой она успела изваляться с головы до ног, блестело потом. Мужчина — видимо, лекарь Убежища — уже ходил вокруг пациентки, не зная с чего начать. Солас приостановился в дверях, поморщившись, как от резкого запаха. Это она попутала его планы! Но почему еще дышит?       — Ты позвал меня ради этого? — Кассандра удивлённо взглянула на Каллена.       — Мои люди видели, как она вышла из разрыва. И ее рука… Светится! Я думаю, она может быть причастна к созданию этой дыры в небе.       — Светится? — переспросила Кассандра. — Магия?       — Я… — Каллен не нашелся с ответом. — Я не знаю. Даже если это магия, то она не похожа ни на что, с чем мне приходилось сталкиваться на службе у Ордена.       И пока они обсуждали произошедшее, Солас в два прыжка пересек комнату, подгоняемый пониманием, но больше всего страхом — на руке эльфийки горел Маяк. Легкая изумрудная дымка переливалась и вспыхивала зажатым в небольшом кулачке огоньком. Он взял ее за руку: кожа была холодной и влажной, пульс то еле прощупывался, то пускался вскачь. Солас смотрел на пульсацию света и не верил.       — Она получила Маяк и осталась жива! Невероятно.       — Маг! — возмутилась Кассандра. — Что ты там делаешь?       — Это необычная магия, — невозмутимо ответил Солас.       — Ты говорил что-то… И я еще не разрешила тебе!..        Со скрипом двери, в хижину зашел эльф-слуга, в его руках плащ храмовника, что тяжело спадает почти до пола.       — Сэр Каллен, вы просили принести… — начал было эльф.       — Отлично, — Каллен забрал плащ и подошел к лежащей в беспамятстве эльфийке. Возле кровати становилось тесно, и Соласу пришлось подняться, чтобы отойти. Как только он выпрямился, рыцарь-капитан Каллен стал ниже чуть ли не на полголовы. Солас почувствовал всеобщее удивление и направленные на себя слегка озадаченные взгляды — именно сейчас они заметили разницу в росте. Сейчас среди эльфов такие высокие мужчины были редкостью. Но когда-то… Солас невозмутимо продолжил прерванный разговор: — Я не вижу здесь больше никого, кто изучал бы Тень и предложил бы вам помощь. У тебя есть другие варианты, Искательница?       Кассандра зло проворчала что-то себе под нос.       — Если эта девушка причастна к взрыву на Конклаве… — сказала она уже громко. — Она опасна! Только Создатель знает, что случится, если эльфийка придет в себя.       — Она не угрожает вашим жизням! — вырвалось у Соласа.       — Ой ли? — фыркнула Кассандра.       — Я не думаю, что она как-то замешана в происходящем. Вероятно, это кто-то из агентов… — Солас прервался — это предположение было уже лишним. — И потом, она, возможно, что-то видела.       — Видела? А как же эта… эта штука у нее на руке? Это не может быть совпадением!       Солас высоко приподнял подбородок и, убрав за спину руки, сжал кулаки. Если ему придется бороться за жизнь эльфийки не только словесно, но и силой… Что ж, он готов. Она должна выжить, даже если ему придется уничтожить все Убежище. Вот только он еще слишком слаб, чтобы бороться…       — Этому должно быть объяснение.       — Она, возможно, единственная, кто знает, что произошло, — заметил Каллен, накрыв ее плащом.       — Верно, — быстро согласился Солас, удивляясь поведению храмовника. Но чтобы ни двигало командиром, это было очень кстати. — Она единственная выжившая. Мы должны подождать, пока она придет в себя. И я хочу изучить метку.       — У нас нет времени на исследования! — Кассандра сморщила нос, буравя Соласа взглядом. — Маг, разве ты не видел, что творится снаружи?       — Так предложи план получше, Искательница! — Солас начинал злиться. Ему хотелось встряхнуть Кассандру за шкирку, пока эта упертая женщина не наделала глупостей.       — Она нам нужна!       В хижину вошла высокая, рыжеволосая женщина, двигаясь, как тихий убийца.       — Лелиана? — охнула Кассандра. — Я думала, ты погибла во время взрыва. Верховная жрица…       — Джустиния мертва, — Лелиана опустила взгляд. — Я была на задании. И… Я не должна была… — она сжала губы, пытаясь остановить слова, и, приподняв голову, сказала уже другим голосом — холодным и нейтральным: — Никто не понимает, что происходит. И как нам вернуть все на круги своя. Эльфийка — это единственная ниточка.       — Пусть она сначала придет в себя. Поставь ее на ноги, маг, — сдалась Искательница. — Или пожалеешь, что пришел сюда. Каллен! Пусть храмовники ни на шаг не отходят от этой хижины!       — Я понял, Кассандра.       Она развернулась и быстро вышла за дверь. Каллен и Лелиана двинулись следом, слуга тоже поспешил сбежать. Лекарь взглянул на Соласа.       — Ну что же, господин маг, нас оставили тут, ничего не объяснив… Что мы должны делать? Она умирает!       — Кто-то должен что-то сделать, — тихо сказал Солас. — Принеси эльфийский корень, веретенку… И лириум.       — Но постойте, что это даст?       — Принесите. Это не для нее.       Лекарь вскинул брови, но счел необходимым послушаться. Когда он ушел, Солас сбросил плащ храмовника, словно грязную тряпку, и заглянул эльфийке в глаза. Зрачки закатились, слабое дыхание грело и щекотало его руку. Это была долийка — лицо спрятано под узорами валласлина. Такое красивое лицо… Очень красивое… И спрятано. Солас устало вздохнул. Эльфы… Глупые, глупые эльфы. Тяжесть памяти о старых ошибках заставила его низко склонить голову над ее постелью, острой иглой кольнули боль и досада — он не должен был оставлять эльфов без присмотра.       Если не контролировать Якорь и не поддержать ее организм сейчас, она умрет. Уже то, что эльфийка еще дышит, было чудом… А она сама была загадкой. Ему не хотелось терять единственный возможный сейчас ключ к спасению этого мира, но так же хотелось бы знать, как смертная выжила, получив Маяк? Это же немыслимо.       Коснувшись висков эльфийки, Солас направил энергию в ее тело. Раскаленные ручейки бежали сквозь пальцы, голова кружилась — он был слишком слаб после сна и давно не тратил столько сил на магию, что с непривычки на мгновение потемнело в глазах. И пришлось прервать лечение.       — Что вы делаете?       Лекарь бросил травы на стол и с недоверием посмотрел на Соласа.       — Не даю ей умереть. Это все, что мы можем для нее сделать. Я не знаю, как много уйдет времени, но организм должен принять метку. Случиться может все, что угодно. Надо быть готовыми вытаскивать ее с того света.       — Такая юная…       — Да, — Солас вздохнул и потер глаза. — Она молода.       По его прикидкам, эльфийке было не больше девятнадцати.       — Я не могу, — вдруг проговорила она. И эльф, и лекарь одновременно подскочили и склонились над ней, едва не столкнувшись лбами.       — Она бредит, господин маг.       Эльфийка шевелила губами. Маленький шрам пересекал верхнюю губу, уголок нижней и еще чуть-чуть виднелся на подбородке. Солас слегка наклонился, чтобы разобрать слова, и в этот момент она моргнула: на бледном лице зажглись янтарные огоньки глаз и, кажется, осмысленно посмотрели на него.       — Эй… Ты слышишь?       Эльфийка сглотнула.       — Как тебя зовут?       Она не ответила.       — Сожми мою руку, если понимаешь меня, — Солас стиснул холодные пальцы, ожидая ответного пожатия. Его не было.       Она чуть повернула голову и снова закрыла глаза. Губы слегка пошевелились, он разобрал:       — Не могу.       — Почему?       — Я ухожу.       Солас вздрогнул. Она по-прежнему в Тени, ее сознание…       — Так возвращайся, da’len.       Лекарь потер шею, перевел взгляд с Соласа на эльфийку и с эльфийки на Соласа — он явно ничего не понимал.       — Не могу… Вниз… Только вниз… Не могу… Давит… Не могу…       — Хорошо, будь там. Только не заходи далеко.       Она громко вздохнула и затихла. Солас охнул… Душа в груди встрепенулась, как бабочка, ощутив укол страха. Он придвинулся к эльфийке вплотную — она не дышала. Пульс не бился… Нет, не может быть! Только не сейчас!       Солас выругался на древнеэльфийском и опустился на корточки возле постели — ноги не держали — он крепче сжал ее ладонь.       Должен… Он снова должен…       Для этого Солас и был рожден, чтобы не забывать о своем долге перед Народом. И сейчас ему необходимо вытащить ее из той бездны, в которую она падает, не в силах вернуться…       — Сделайте мне настойку. Если я свалюсь раньше времени, от меня будет мало толку.       — Хорошо, господин маг.