Теория вероятности

Сан И проснулась словно от толчка. В голове, казалось, стоит туман, сквозь который пытаются пробиться мысли. Точнее, только одна мысль, которая, собственно ее и разбудила: пора. Девушка тяжело поднялась с кровати и села, осматриваясь и не понимая, где она оказалась. Что вчера было? Последнее воспоминание, оставшееся в памяти, это ЕнДже, наливающий в стакан соджу. Господи, неужели она после этого вырубилась? Или нет? Что она творила? Стыдно, как же стыдно! Никогда, НИКОГДА больше не надо пить. И все таки, где она? Комната, большая и просторная, со вкусом обставленная, наполнялась солнечным светом, щедро сочившимся сквозь ткань штор. Из-за неплотно закрытой двери слышались знакомые голоса. Мозг внезапно прошило понимание того, что «пора» – это вовсе не ее мысль. Сердце бешено заколотилось, девушка, судорожно откинув одеяло, поспешила покинуть комнату и присоединиться к говорящим. – А вот и спящая красавица, – ухмыльнувшись протянул ЕнГук, – Или, надо выразиться иначе? Спящая защитница? – Ты о чем? – не понял ХимЧан. Судя по всему, ЕнГук только что пришел, потому что не похоже было, что они уже долго разговаривали. ХимЧан стоял в пижаме, босой, словно его только что подняли с кровати, выглядя еще немного заспанно, но уже почти отошедшим ото сна. ЕнГук выглядел так, словно и вообще не спал, всю ночь шатаясь по городу или еще где. – О, ты все поймешь, – пообещал ЕнГук, – Правда, Сан И? ХимЧан недоуменно огляделся на девушку, стоящую немного позади него. Однако Сан И смотрела только на его друга. ЕнГук, ухмыляясь, тоже не отводил взгляда от девушки. Пора. Так вот что оно обозначало. Наконец-то это все закончится. Но действительно закончится ли? Что задумал ЕнГук? Что скажет? Что за этим последует? – Что же ты, Сан И, прячешься за спиной ХимЧана? Не ты ли обещала быть на моей стороне? Неужели твое решение изменилось? – Нет, не изменилось, – девушка подошла ближе и остановилась между парнями, словно секюрити на ринге. – Да о чем вы? – раздосадовано воскликнул ХимЧан. – Сначала ты пришел, даже не предупредив. Нет, не подумай, я не против, просто ты еще никогда не пользовался своим ключом. Разбудил меня, сказав, что начну тебя ненавидеть, так еще и Сан И каким-то чудом оказывается втянута. Объясните идиоту, что происходит. – Дома кто-то есть? – спросил ЕнГук. ХимЧан отрицательно покачал головой. – Объяснять в коридоре? – Вернемся в комнату, – пожав плечами, ХимЧан развернулся и пошел двери первым. Остальные последовали за ним. Когда за ЕнГуком закрылась дверь, Ким потребовал: – Говори. А то мне уже всё уже на нервы действует. Что такого страшного случилось? Сан И присела в мягкое кресло, которое как нельзя к стати оказалось возле нее. Сейчас ей хотелось быть как можно незаметнее. Пусть ребята разбираются без нее, она тут ни при чем, это только их дело. Она залезла в кресло с ногами, обхватив колени руками, и приготовилась слушать. – Тот случай, когда в тебя стреляли, – начал ЕнГук. ХимЧан удивленно свел брови. – Это был я. – Что «ты»? – в недоумении уставился на кузена Ким. – Это я стрелял. ХимЧан как-то странно улыбнулся. Словно мама, знающая правду, когда ей признался во вранье ребенок. Однако видно было, что к такой новости он не был готов. Его руки охватила мелкая дрожь. Ким медленно сел на кровать, около которой стоял, и как можно более спокойно спросил: – Почему? К такой реакции оказался неготовым ЕнГук. Сан И почувствовала, что он ожидал чего угодно: крика, недоверия, даже драки, но не смирения. Его поставило в тупик такое спокойствие. Однако девушка видела и то, что спокойствие ХимЧана было мнимым. – Потому что ты имел отношение к убийству моих родителей. Сан И подумала, что ослышалась. – Он что? Ты в своем уме, ЕнГук? – парень медленно повернулся к ней и, все еще глядя на ХимЧана произнес: – А ты его спроси. Спроси, почему, когда я пришел домой и увидел их тела, моя сестренка, до смерти напуганная и почти ничего не осознающая, сжимала в руках его кулон, – голос сорвался на крик. – Спроси, что он делал в тот день? Где он был, если должен был весь день провести со мной, но отменил встречу и появился только когда я возвращался домой? Я знаю, что ты думала все время: ох, ЕнГук, такой фальшив, замышляет убийство за спиной, а в глаза улыбается. Кто из нас фальшив? Я? Или тот, кто лишив меня родителей, убедительно разыграл шок, сочувствие и все, что полагается близкому другу? О, да, я плохой. Зато он – одна святость. Скажи мне, ХимЧан, какова причина? Зачем ты это сделал? ХимЧан молчал. Сан И не знала, почему. То ли потому, что его вот так несправедливо обвинили в убийстве, то ли из-за того, что обвинение было правдой. – Молчишь? – ЕнГук перешел на шепот. Внезапно он обратился к девушке: – Так что же мне делать, Сан И? Сдаться полиции? Признаться, что это я стрелял? Сан И молчала. Действительно, что ему теперь делать? Что она может посоветовать? Сдаться и оставить сестру на попечение людей, которые, как он думал, были причастны к смерти их родителей? Бежать? Каждый из вариантов, проносившихся в голове девушке, требовал немалых жертв и никого не устраивал. – И ты молчишь? Где же та обещанная поддержка? – глаза парня полыхнули злым огнем. – Ну же! Ты меня вынудила сюда придти, неужели ты была не готова к этому? Неужели не знала, что это случится? Или не угадала, когда это будет? Время остановилось в его объятьях? «Что он несет? О каких объятиях речь?» – подумала Сан И. – Я пришел. Немного позже, чем ты хотела, но ты этого и ждала, верно? В игре теперь изменятся правила, правда? Если все обо всем в курсе, значит, нет смысла притворяться. До свидания, братишка, хорошенько обдумай стратегию теперь. Ах, да, учитывая новые обстоятельства, возвращаю тебе ключик, не бойся, что я ночью тебя пристрелю, – ЕнГук бросил ключ от входной двери на кровать рядом с ХимЧаном и стремительно вышел из комнаты. ХимЧан и Сан И обменялись взглядами. Через мгновение девушка резко вскочила на ноги и побежала вслед за вышедшим ЕнГуком. Мысли вихрем носились в голове, и она даже не представляла, что скажет, когда его догонит. Уже в подъезде она увидела спину удаляющегося парня. Запыхавшись она крикнула первое, что пришло в голову: – Ты дебил? Парень притормозил. Он подождал, пока девушка подойдет ближе и отдышется. – Очень точная формулировка моего состояния. А конкретней? – Как можно столько наговорить человеку и уйти, не дав ничего объяснить? – Не заметил, что он хотел что-то объяснять. – Да он в шоке просто! Если бы тебя обвинили, ты бы сразу нашелся на ответ? Давай честно, ты даже не хотел его слышать и ушел прежде, чем это случилось бы. Знаешь почему? Потому что вся твоя теория могла бы рухнуть от его объяснений. Ты уверен, что все понял правильно? Ты детектив? У тебя есть улики? Кулон? Ты серьезно, что ли? Один такой кулон на свете? Он не был с тобой весь день? Да мало ли какие у него дела были! Ты проверял алиби? Да-да, конечно, я дура глупая, ничего не понимаю, один ты у нас умный, все вот так высчитал. Вся полиция даже рядом не стояла рядом с таким Шерлоком Холмсом местного разлива! Чего ты сегодня добился? Тебе полегчало? Пришел весь такой из себя плохой, но справедливый. Кого думал убедить или напугать? Меня? ХимЧана? Себя? Ты что, реально думаешь, что я поверила? Думаешь, раз страшным тоном сказал, что плохой, то я испугаюсь? ЕнГук, ты же не думаешь, что на этом все закончилось? – на глазах выступили слезы, голос дрожал, но Сан И продолжала: – Я давала тебе три дня. Ты не справился. Но я верила, что нужно еще чуть-чуть подождать, дать тебе еще немного времени и ты все поймешь. Я прожила месяц в аду! Ты знал, как меня мучаешь? Нет, конечно, ты ничего не видел, кроме себя и своих убеждений. Ты ничего не понял. Я зря ждала. Все, что я в тебе чувствовала хорошего, ты задавил своими же размышлениями. «Я должен, потому что так учил отец». «Возможно, это не правильно, но я должен отцу». Ты не понял? Ты никому ничего не должен. Когда будешь готов поговорить об этом, дай знать. Только теперь, выговорившись, Сан И почувствовала, что ей холодно стоять. Посмотрев себе на ноги она увидела, что выбежала босая, настолько спешила за ЕнГуком. Парень со странным выражением лица смотрел на нее, раскрасневшуюся, заплаканную, растрепанную, с пылающими глазами. – Я все еще на твоей стороне, ЕнГук. Пусть ты и никогда этого не признаешь, но я тебе нужна. Думаю, сейчас тебе нужно еще раз хорошенько все обдумать. А теперь прости, я оставила друга одного, ему я тоже, наверное, нужна, – девушка медленно развернулась и пошлепала босыми ногами назад к лестничной клетке, осознавая по пути, что не помнит номера квартиры, которую только что покинула.