Связь

      Влад проснулся от истошного чириканья воробьёв, раздавшегося вдруг совсем рядом. Птицы, похоже, самозабвенно дрались между собой за кинутый им кем-то кусочек хлеба и пищали в диапазоне ультразвука. Влад поморщился, он чувствовал, что ещё не выспался, но опять провалиться в глубокий сон ему не удалось, как он ни старался. Парень со стоном разомкнул веки.       Спальня была озарена ярким солнечным светом. Миллионы крохотных, почти незаметных пылинок кружились в воздухе, блестя в этом сиянии, как золотые. Влад на секунду прищурился, потом потянулся, как довольный кот, и сел на постели.       Вроде бы ничего странного, комната выглядела, как обычно, всё на своих местах. Но у Влада возникло непонятное ощущение. Словно проснуться в собственной спальне было для него неожиданностью. И парень не смог даже понять, отчего так подумал.       Едва Влад откинул одеяло и потянулся к стулу, стоящему рядом, чтобы взять с него одежду, как из коридора послышались шаги, дверь приоткрылась, в спальню заглянула мама.       — Проснулся, мой зайчик? — весело спросила она, раскрывая дверь, входя в комнату и садясь на постель рядом с парнем. Рукой она погладила встрёпанные со сна золотисто-русые волосы и почесала за большим ушком.       — Проснулся, мам, — Влад подался вперёд и прижался к ней, прикрывая глаза. — Мне кажется, что я видел какой-то необычайно длинный сон… А теперь даже вспомнить не могу, что там было…       — Это нормально. Мальчикам твоего возраста частенько снятся такие странные видения, мозг перевозбуждён, вот и всё, — мать поцеловала его в макушку. — Поднимайся. Сегодня очень важный для тебя день.       — Да, я помню… Сегодня за мной приедет Хозяин.       Влад тяжело вздохнул. День, когда ты должен наконец увидеть свою половинку, предназначенную тебе судьбой, обычно является одним из самых счастливых в жизни Жертвы. Она с трепетом ждёт этого мгновения практически с самого сознательного возраста, с того момента, как начинает нормально мыслить и учиться думать. Владу недавно исполнилось восемнадцать лет, тот самый возраст, когда Хозяин появляется на горизонте и забирает Жертву к себе. Никто не отнимает её силой, не тиранит, не запрещает видеться с родными, это просто определённый обряд, похожий на свадьбу, причём очень во многих вещах, в нём так же присутствуют клятвы и надевание на палец Жертвы кольца, на котором изображена печать Хозяина. Поэтому для некоторых такие моменты очень волнительны, и Влад относился именно к этой категории. Он очень нервничал.       — Не говори об этом так, будто тебя на плаху ведут, — воскликнула мать.       — Не могу. Я очень беспокоюсь. Вдруг он мне не понравится? — Влад прикусил нижнюю губу.       — Понравится, вот увидишь. Думай о хорошем, и настроение у тебя будет соответствующее.       Слова мамы обычно успокаивали Влада, но сейчас они не помогали. Эта тревога змеёй вползла в душу и уютно там расположилась, не собираясь покидать своё новое место жительства.       — Значит, так. Хозяин приедет за тобой совсем скоро, и я хочу, чтобы ты сходил в магазин и принёс что-нибудь к чаю, — мать опять погладила его по голове. — Папа на работу поехал, у него там какие-то срочные дела обнаружились, но он непременно вернётся к тому времени, когда тебя станут забирать, поэтому придётся уж тебе сейчас идти за продуктами.       Влад засмеялся.       — Я схожу, мусь. Мне не трудно.       — Ну, вот и прекрасно. Тогда вставай, завтракай, а я пока напишу список.       Она встала и, поцеловав сына в лоб, удалилась. Влад вздохнул и стал натягивать брюки. Мама, конечно же, права — надо думать о хорошем, тогда и беспокойство отойдёт на второй план. Это же прекрасно — найти наконец человека, с которым ты был связан крепкими узами ещё задолго до своего рождения. Здесь дело уже не в симпатиях. Просто так предназначено судьбой. В этом мире она имеет решающее значение.       Магазин, в который мать послала парня, находился в паре кварталов от их дома. Влад вышел на заснеженную улицу и с наслаждением втянул ноздрями утренний морозный воздух. В нос тут же влетела снежинка, юноша чихнул, дёрнув большими ушками. Он убрал данный матерью список в карман тёплой синей куртки, отороченной на воротнике и манжетах серым норковым мехом, и отправился вверх по заснеженной дороге. Влад всегда был очень домашним ребёнком, предпочитающим коротать вечера в своей спальне с книжкой или бегать по дорожке в специально оборудованной под спортивные занятия комнате, но время от времени он всё же любил вот так выбраться на улицу и побродить по родному району. Это его успокаивало.       Выходной день, нормальные люди, вымотанные длительной рабочей неделей, ещё спят, ни одно окно не горит в близлежащих домах. Вокруг очень морозно и тихо. Падают снежинки, каждая размером с блюдце и с собственным уникальным узором. Красиво…       Снег приятно похрустывал под ногами. У Влада немного поднялось настроение, он стал успокаиваться и даже нашёл кое-какие плюсы в сложившейся ситуации. Мама с папой ни за что не отдадут единственную кровиночку, пусть и родившуюся Жертвой, какому-нибудь маньяку. Ведь обычно этот процесс происходит не так просто, не то что на восемнадцатилетие Жертвы откуда ни возьмись появляется Хозяин и, хотят этого родители или не хотят, отнимает у них ребёнка. Такие варварские времена, слава богу, уже миновали, правительство, наоборот, делает всё, чтобы защитить таких детей, воспрепятствовать тому, чтобы они попали чёрт знает к кому. Нет. Процесс передачи Жертвы её Хозяину проходит несколько сложнее. Высокопоставленный Хозяин хорошо знает, какого возраста и пола будет его Жертва; в нужное время к нему начинают поступать списки более или менее подходящих кандидатур. Хозяин внимательно их просматривает, потом отбирает несколько человек и изучает их личные дела. Формирует окончательное впечатление, и из этой компании остаётся кто-то один. После чего он связывается с родителями Жертвы и ведёт с ними длительные переговоры. А те, в свою очередь, выясняют подноготную самого Хозяина и решают, следует ли отдавать ему дитя. Долгий процесс, который может порой длиться и несколько месяцев подряд.       Беззаботно думая о своём, Влад завернул за угол. И тут перед ним, как скала, выросли две коренастые мальчишеские фигуры. Юноша быстро увидел отсутствие ушек. Будущие Хозяева, определённо.       — Потерялся, мышонок? — спросил один из них хриплым голосом. Второй криво улыбнулся.       Влад вздрогнул, чувствуя, что оказался в опасной ситуации, но постарался как можно твёрже ответить:       — Нет, я просто иду по своим делам.       — Уверен? По тебе и не скажешь, — хихикнул второй. — Такие маленькие детки не должны гулять по улицам в одиночестве в такое ранее время.       — Дайте пройти, — Влад шагнул вперёд, стараясь показать, что что бы ни замышляла эта парочка, он в их планах не заинтересован.       — Ты посмотри, какой храбрый мышонок, — рассмеялся первый, не двигаясь с места, преграждая юноше путь. — Ну, если ты не потерялся, может, не откажешься попить с нами кофе?       — С какой стати? Я вас не знаю, — не выдержал Влад.       — Так, может, познакомимся?       Влад покраснел, зло прижал ушки и раскрыл было рот, чтобы достойно ответить и послать этих нахалов на три буквы. Но на плечо вдруг легла узкая бледная ладонь с длинными чёрными ногтями и сильно выступающими суставами, над самым ухом прозвучал мягкий глубокий баритон:       — Прости, я опоздал. Давно ждёшь?       Парочка откровенно опешила.       — А ты ещё кто такой?       — Я его сопровождаю. А вот вы, ребятки, шагали бы отсюда подобру-поздорову. Мне не хочется с вами драться, предпочитаю решать конфликты тихо и мирно.       Влад, онемевший от ужаса, медленно скосил глаза в сторону. И растерялся.       Рядом стоял молодой, на вид не больше двадцати лет, парень. Маленького роста, макушкой едва достававший Владу до мочки уха, очень худенький, складный и красивый, как фарфоровая кукла. Белокожий, со смешным вздёрнутым носиком, пухлыми розовыми губами с широкой белой полосой шрама в углу нижней, необычного, миндалевидного разреза зелёными глазами и длинными прямыми светлыми волосами, чуть-чуть не доходящими до узких плеч. Из одежды — длинное чёрное кашемировое пальто, узкие брюки и лаковые ботинки, на шее замотан огромный толстый светло-серый шарф, исполняющий, видимо, роль воротника. Очень элегантный наряд, даже чересчур строгий для юноши его возраста. И он явно только что выскочил из машины — на его пальцах покачивалось серебристое колечко, на котором висел брелок в виде значка «Порше». И Влад опять же отметил отсутствие ушек.       Из груди едва не вырвался завистливый вздох. Ну надо же, Хозяин, да ещё такой молодой и красивый, повезло же кому-то в этой жизни со Связью.       Странно, но было в голосе этого парня нечто такое, что сразу заставило мальчишек ему повиноваться. Резко развернувшись и едва не столкнувшись лбами, они шустрее застигнутых врасплох тараканов рванули прочь и исчезли в одном из многочисленных узких переулков.       — Не сердись, — Хозяин ласково улыбнулся, поглядев на Влада и покрепче сжав его плечо. — Они неплохие ребята. Немножко нормального воспитания — и из них вырастут прекрасные члены общества. Тебе куда? Могу проводить.       Влад внезапно для самого себя смутился. Из глубины души поднялось странное, незнакомое чувство. Ему очень понравился этот парень. Вот так, сразу. Скептичный Влад на словах никогда бы не поверил в то, что такое может произойти, особенно с ним, однако сейчас ему пришлось признать, что бывают и случаи, когда у тебя при первом же взгляде на незнакомого человека в груди загорается безумный огонь. К тому же, Влад вдруг уловил необычные поползновения своей Нити; обычно не доставлявшая ему никаких неудобств, сейчас она заунывно и натужно гудела, тянясь в пустоту, словно её второй кончик был совсем рядом, и она пыталась его достать.       — Э…Вообще-то я шёл в магазин, — несмело ответил юноша. — Спасибо, что прогнали этих двоих…       — Ну, я не просто так это сделал. Видишь ли, на улице пусто, спросить некого, а я впервые в этом районе, заблудился немного, — парень округлил глаза. — Не подскажешь, где здесь четырнадцатый дом?       Влад дёрнулся. Это был номер жилища, где находилась его квартира.       — Да вон он, за углом, — указал рукой юноша. — Там несколько подъездов, вам какая квартира нужна?       Хозяин вскинул брови.       — Двести шестьдесят вторая.       Влад похолодел; где-то в желудке встал ледяной колючий шар, постоянно ворочавшийся, спина вспотела, тонкий свитерок мигом прилип к ней.       — Вы ведь… Жертву приехали забирать из этой квартиры?       — Допустим, — недоуменно отозвался тот и встряхнул густыми белокурыми волосами. — А что за странный интерес?       — Вы сейчас… Назвали мой адрес, — Влад густо сглотнул, внутри него всё так и затрепетало от осознания неожиданного факта.       Красавец осёкся и окинул юношу недоуменным взглядом.       — Подожди… — подозрительно проговорил он. — Тебя Всеволод зовут?       — Да… — прошептал Влад. Именно так звучало его полное имя, стоявшее в паспорте. Всеволод, не Владислав. Просто родители в детстве, вопреки всеобщим правилам, звали его Владом, и малыш привык, откликаясь только на такую уменьшительную форму.       — Всеволод Соколовский? — медленно повторил Хозяин. Его зелёные глаза расширились.       — Да, — кивнул Влад. Он медленно моргнул и несмело, боясь его реакции, спросил: — А вы… Мой будущий Хозяин?       Из глаз красавца ушло напряжение. Губы разошлись в мягкой улыбке, и он разом стал казаться ещё очаровательнее.       — Подумать только, до чего мир тесен. Романтичное знакомство получилось. Право, не ожидал.       — Но как же это… Получается, вы до этого никогда не видели будущую Жертву? Даже на фотографиях? — запоздало удивился Влад, наивно глядя на него своими голубыми глазищами.       — Видел. В том личном деле была твоя фотография. Но ты на ней выглядишь гораздо старше, и ушки совсем другие, — пояснил тот, поправив толстый шарф.       — Они у меня совсем недавно сменили форму… Наверное, это связано с тем, что в моей ДНК есть демоническая природа, так родители говорили, — Влад чуть улыбнулся. — Называли это как-то… — он наморщил лоб, усиленно вспоминая. — То ли Ранаг, то ли Ренам… Не помню, трудное слово. Вы лучше спросите об этом у моих родителей.       — Наверное, имелся в виду Ренар, дух лисицы, — улыбнулся в ответ Хозяин. И тут же слегка насупился: — Только прошу, не «выкай». Знаешь, как это раздражает? К тому же, это звучит более чем странно, когда Жертва зовёт своего Хозяина на «вы».       — Хорошо… — прошептал покрасневший Влад. — А как же мне вас…то есть, тебя называть?       Парень бережно обнял его за плечи и посмотрел прямо в глаза.       — Меня зовут Дмитрий. Дмитрий Бикбаев. А для близких знакомых — просто Дима, без всяких формальностей. Рад знакомству.       — Я тоже… — Влад опустил ресницы на повлажневшие глаза. Нить утихла, она наконец отыскала свой второй кончик.       — Почему ты гуляешь один по улицам? — с некоторой укоризной спросил Дима, прервав установившуюся неловкую паузу. — Разве не знаешь, как опасен город для Жертвы с неустановленной Связью? А если бы я сейчас не подоспел? Эти двое бы от тебя мокрого места не оставили.       — Я не гуляю… Меня мама в магазин отправила, а я слегка задумался и не увидел опасность, — признался Влад и виновато опустил ушки. — Прости. Больше не буду.       Почему-то он сразу почувствовал расположение к Хозяину, казалось, мог говорить с ним так, словно знает его уже сто лет.       — Ничего страшного. Главное, что всё обошлось, — Дима погладил его по волосам, удивляясь про себя, какие они мягкие и пушистые. Словно шёрстка у новорождённого котёнка. Предполагаемая Жертва на самом деле оказалась ещё большим ангелом, чем была на фото: стройный, статный юноша, даже слегка высоковатый для своего возраста, необычайно мягкие и красивые черты лица, больше, наверное, даже бы подошедшие девушке, чем молодому человеку, голубые глаза, похожие на какие-то редчайшей чистоты драгоценные камни, золотисто-русые волосы и…огромные, в длину сантиметров пятнадцать, острые нервные ушки, покрытые нежным пушком в тон волосам. И вправду Ренар — такие ушки бывают у фенеков, пустынных лисиц.       — А зачем мама отправила тебя в магазин? — поинтересовался Дима.       — Ну как же… За единственным сыном приезжает высокопоставленный Хозяин, не каждый день такое событие случается, — пробормотал Влад. — Наверное, она хотела поближе с тобой познакомиться.       — Боюсь, что это будет лишним. Я, конечно, очень уважительно отношусь к твоим родителям, хоть и почти не знаком с ними, — Дима покачал головой, — но у меня нет времени на то, чтобы разводить китайские церемонии. Я планировал просто увезти тебя.       Влад прикусил губу.       — А как же все ритуалы? Ну там… Кольцо с печатью, клятвы…       — Всё проведём на месте, без посторонних ушей. Как настоящую свадьбу. Даже, — Хозяин вдруг усмехнулся, за приоткрытыми губами мелькнул один острый белый клык, похожий на те, что торчат из пасти вампиров в классических версиях легенд, — вполне возможно, с брачной ночью.       Влад вспыхнул огнём; даже внутренняя сторона полупрозрачных ушек стала красной, как пожарная машина.       — Ты серьёзно? Прямо вот так, сразу?..       — А что? Некоторые пары друг друга впервые видят в брачную ночь, что не мешает проводить её как положено, — Хозяин ухмыльнулся, его пальцы, царапая длинными ногтями кожу, пробежались по щекам Влада. — Ты мне понравился, хорошенькое личико, а тело, думаю, ещё красивей…       Влад по цвету лица сравнялся с огнетушителем. А Дима вдруг приник к нему, встал на цыпочки и, прижавшись губами к уху, прошептал:       — Не красней так. Вот увидишь, тебе понравится. А сейчас отведи меня к своим родителям. Нехорошо получится, если я увезу тебя, не дав попрощаться с родными.       Влад обхватил рукой его тоненькую талию, ткнувшись лицом в волосы. Аромат кожи вдруг показался ему знакомым — нежный, прозрачный, как сирень, смешивающийся с запахами дорогих сигарет и горького парфюма, и одновременно отдающий каким-то металлом. Но Влад так и не смог вспомнить, что ему напоминает эта смесь.       — Слушаюсь, мой Хозяин. ***       Родители на удивление спокойно восприняли весть о том, что Хозяин не намерен тратить время и хочет увезти Жертву сразу. Они не стали препятствовать, наоборот — Влад до этого никогда не видел маму и папу такими счастливыми. Юноша попрощался с родными, взял небольшую сумку с наиболее ценными ему вещами, такими, как пара любимых книг, телефон и кое-какая одежда, и последовал за Димой, как тень. Сел рядом с ним на переднее сидение огромной роскошной машины, пристегнулся ремнём безопасности, складывая руки на коленях. И замолк. Он хорошо знал, что Жертва не должна слишком уж задумываться о многих вещах и донимать Хозяина вопросами. Если Дима захочет, он сам всё расскажет.       Квартира, в которую привёл юношу Хозяин, потрясла его почти до потери речи. Влад и представить себе не мог, что на свете может существовать такой шик. Юноша считал себя ребёнком весьма обеспеченных родителей, но о таком ему даже мечтать не приходилось. В прихожей вполне можно было играть в футбол, настолько она была огромна. Окна здесь выходили на юг и пропускали очень много света, вся обстановка была оформлена в белых и светло-серых тонах, очень красивая мебель, повсюду дорогие ткани, шёлк, атлас, бархат, на полу пушистый ковёр и паркет.       — Нравится? — улыбнулся Дима, уловив его восторг.       — Не то слово… — севшим голосом прошептал Влад. -Я даже и не знал, что может существовать такая красота…       — Здесь всё совсем по-другому, правда? — Хозяин опять встал на цыпочки и чмокнул его в скулу. — Не бойся. Увидишь, ты очень быстро ко всему этому привыкнешь. Как и ко мне.       С удовольствием заметив, как юноша опять покраснел от этого вполне невинного прикосновения, Дима отлепился от него и, указав на ближайшую дверь, велел:       — Можешь пока бросить вещи вон там. Потом разберёшь их. Давай, клади сумку, и пойдём.       — Куда? — недоуменно спросил Влад, не понимая, что задумал этот парень. Странным образом тревога никуда не девалась, она просто ушла на второй план, не так явно давая о себе знать.       — Куда-куда, на приём к английской королеве, — хихикнул Дима, пихнув его острым кулачком в спину. — Видишь вон ту последнюю дверь? Шагай туда.       — А ты?       — А я подойду через минуту. Вперёд, Влад. Не трусь, я не кусаюсь. По крайней мере, пока.       И Дима стремглав кинулся в противоположную сторону, куда-то в глубь лабиринтов огромной квартиры. Влад минуту похлопал глазами, потом передёрнул плечами и отправился в указанном направлении. Приоткрыл створку и замер, поражённый увиденным.       Эта комната была полнейшим антиподом всех остальных помещений. Она была оформлена преимущественно приглушёнными и тёмными тонами, окна скрывались под толстыми бархатными портьерами, не пропускавшими внутрь ни луча солнца; единственным источником света здесь была настольная лампа, абажур которой был прикрыт каким-то полупрозрачным платком. Владу пришлось напрячь зрение, чтобы увидеть обстановку в деталях. Стены, покрытые тёмными обоями, чёрное дерево на полу, пара книжных шкафов, старинный гардероб с узорчатыми дверцами, небольшое трюмо, кровать с резными ножками и спинкой, застеленная блестящим покрывалом насыщенного вишнёвого цвета.       Всё ещё не понимая, что происходит, Влад медленно прошёл внутрь и присел на край постели. Ему вдруг показалось, что он здесь не один; дёрнувшись, юноша повернул голову и выдохнул с облегчением — нет, никого больше нет, просто стена напротив кровати представляет собой огромное зеркало. И в нём Влад увидел собственное озадаченное отражение, которое, собственно, и напугало его.       Ждать пришлось недолго. Не прошло и пяти минут, как где-то совсем рядом раздался голос Хозяина:       — Успокойся. Я чувствую твой страх, и это раздражает.       — Я бы с радостью, но…       Влад повернул голову на звук и оборвал свою речь на полуслове. Голубые глаза расширились, пальцы вцепились в шёлковое покрывало до посинения суставов на пальцах, так, что ткань тихо заскрипела. Дима стоял на пороге, прислонившись боком к косяку, чуть согнув в колене ногу и уперев руку в бедро. Светлые волосы красиво переливались в слабом свете лампы. Слегка сощуренные глаза смотрели на Жертву, игриво поблёскивая. Всё было бы просто прекрасно, если бы не одно «но». На теле Хозяина не было ни нитки. Влад покраснел, осознав этот факт и то, как бесстыдно его разглядывает, не отводя в сторону взгляд. И в голову тут же полезли совсем уж неприличные мысли. Как же Дима красив. Какой он складный, хрупкий и невесомый. И его бледная кожа словно сама по себе, без всякой магии светится в этой полутьме.       — Похоже, ты хорошо знаешь, куда надо смотреть. Совсем неприемлемо чистому наивному мальчику.       Ни капли не смущаясь его пристального взгляда, Дима медленно подошёл к Жертве и встал перед ней, легонько дёрнув за волосы, заставив поднять голову.       — Ты сумасшедший… — прошептал Влад, густо сглотнув. — Мы же почти не знакомы… И ты готов вот так легко раздеться перед посторонним человеком?       — Ты не посторонний. Ты моя Жертва. Поэтому неважно, сколько мы знакомы, — Дима наклонил голову, медленно опустился на колени парня и прижался губами к его уху. — К тому же… То, что мы почти не знаем друг друга, не мешает тебе хотеть меня.       Влад опять стал краснее помидора.       — Только не вздумай отпираться. Я же чувствую. Я могу разгадать каждую твою эмоцию.       Дима приложил пальцы к его щекам, обводя выступающие скулы. Влад прикусил нижнюю губу, едва удерживаясь от желания потереться о его ладонь, как котёнок.       — Просто… Ты очень красивый, — чуть слышно прошептал он, подавшись чуть вперёд.       — Не красивее тебя, мой хороший.       Дима потянулся навстречу ему. Губы соприкоснулись, сначала чуть-чуть, едва уловимо, но уже через несколько мгновений это лёгкое прикосновение превратилось в самый настоящий поцелуй, по-прежнему несмелый, но уже с отголосками страсти. Влад никогда раньше ни с кем не целовался, но сейчас ему почему-то казалось, что ему знакомы эти губы, их привкус; ощущение дежавю, словно он уже проделывал подобные манипуляции, и тоже с Димой.       С трудом отлепившись от Жертвы, Дима облизнул блестящие от слюны губы и прошептал:       — Как сладко. Хочется большего… Но нельзя спешить. Дай-ка мне руку, Влад.       Ошалевший Влад покорно протянул ему кисть. Дима обхватил её пальцами, поглаживая бархатистую кожу. В его ладони вдруг невесть откуда появилось тонкое серебристое кольцо с печатью в виде полумесяца в круге. На его предплечье вспыхнула точно такая же татуировка. Хозяин осторожно пристроил украшение на безымянном пальце Жертвы — оно село, как влитое — и замер, глядя в его лицо. Влад понял, что от него хотят. Накрыл руку Хозяина своей, сплетая их пальцы, и заговорил.       — В этот судьбоносный для меня день становления Жертвой, связанной с Хозяином нерушимым узлом Нитей, я даю клятву. Я клянусь любыми усилиями, даже ценой собственной жизни защищать своего Хозяина. Клянусь быть ему надёжной опорой и помогать во всех делах. Клянусь быть рядом с ним в любой ситуации, если даже рухнет весь окружающий мир, и никогда не покидать его. Клянусь быть для него Жертвой, достойной этой Связи. И я клянусь не нарушать этих обетов. Если же случится такое — Хозяин имеет право разорвать Связь и убить меня.       Влад поцеловал ладонь Хозяина и прислушался к его прекрасному голосу.       — Я же, со своей стороны, клянусь не причинять вреда своей Жертве и так же поддерживать её во всём, если только это не противоречит моим приказам. Клянусь всеми возможными усилиями оберегать её. Клянусь не давать невыполнимых или не соответствующих принципам Жертвы указов. Да будет заключён нерушимый союз.       Их светящиеся Нити, вырвавшись из груди, сплелись крепким узлом, подчиняясь клятвам, конец которых прозвучал как настоящее заклинание.       — Идеальная совместимость… — с некоторым изумлением прошептал Дима. — Связь установилась с первого раза…       — Это означает… Что мы и вправду были предначертаны друг другу самой судьбой? — Влад сжал его ладонь, вновь переплетая пальцы. Голубые глаза засияли, как яркие звёздочки.       Дима, улыбнувшись, прижался лбом к его лбу.       — Природа намного умнее человека, она всё предусмотрела. Связь, заложенная ещё до рождения, никогда не сводит двоих людей просто так, Влад. Она формирует нас, делает тем, чем мы должны быть… И в итоге становится нашим персональным проклятьем. Кого-то она делает несчастным, а кого-то — счастливым, и тебе никогда не угадать, какой из этих финтов судьба тебе подготовила. Но если эти половинки действительно предназначены друг другу — они обязательно соединятся. И тогда они будут способны перевернуть весь мир, даже разрушить его и построить заново, изменить прошлое, кардинально развернув всю свою жизнь.       — Но для чего? — мягко улыбнувшись, Влад провёл свободной ладонью по его лицу, убирая с лица мягкие пряди волос. И он уже знал, какой ответ услышит.       — Для того, чтобы наконец стать счастливыми.