Pink Hair Happiness

Нимфадору разбудил филин. Птица настойчиво стучала в окно и пыталась открыть его лапой. Девушка потянулась в теплой постели, еще раз осознав, насколько она счастлива. Дора улыбнулась и еще сонным голосом спросила: - Кто-нибудь пустит птицу в комнату? - Это не мне, - протянула Элина из-под одеяла, - наверное, оно тебе, сама открой. Дора лениво сползла с кровати, обула пушистые тапочки и подошла к окну. Недовольный школьный филин лениво протянул лапку девушке. Нимфадора повозилась с узлом и наконец отвязала лист пергамента с подписью «Нимфадоре Тонкс, прости, что разбудил». Прочитав строку знакомого почерка преподавателя по ЗОТИ, она широко улыбнулась, волосы вспыхнули ярко-фиолетовым. - Тонкс, кто пишет тебе в такую рань? – поинтересовалась подруга, - больно ты счастливая сегодня. - Эл, это секрет, - Дора оторвалась от пергамента и быстро-быстро поморгала глазами. - Ладно, потом расскажешь, - недовольно протянула Элина. Пуффендуйка никак не отреагировала на подругу. Она запрыгнула на окно села по-турецки и развернула лист. «Доброе утро, родная! Наверное, самое доброе в моей жизни! Я так сильно по тебе соскучился, как будто не видел тебя уже несколько лет, а ведь прошла всего одна ночь! Еще раз прости, что разбудил, уверен, ты еще спала. Ведь у тебя так много таких же привычек, как и у Бродяги! Ты тоже соня, моя самая любимая соня. Как тебе спалось? Мне снилась ты. Черт, меня переполняют эмоции, я не могу сложить их в предложения. Дора, я хочу тебя обнять прямо сейчас, прямо сейчас поцеловать. Если ты все еще хочешь быть со мной я жду тебя у себя в кабинете. Если нет, Тонкс, я все пойму и не буду тебя удерживать. С любовью, не смотря ни на что, твой и только ТВОЙ Римус Люпин.» - Ты так просто от меня не отвяжешься, - усмехнулась Тонкс. - Кто? – У Эли от любопытства даже сон пропал. - Элочка, - Дора спешно натягивала вчерашнюю футболку, которую забрала у Марлин (ту самую, что и футболкой не назовешь. Как она столько лет-то только живет) - Я спешу, давай все вечером или завтра, ну, или когда я освобожусь. - Ты опять к Сириусу со своими душевными проблемами? – возмущённо протянула Эл. Последнюю неделю ей не нравилось, что у ее подруги появились от нее секреты. И вот опять она куда-то спешит ни свет ни заря! - Нет, я не к Сириусу, я буду в школе, - она уже зашнуровывала кеды, - душевных проблем больше нет. - Слушай, Нимфадора, мы подруги или нет? - Элина, конечно же, да! – Тонкс подсела к подруге, одновременно корректируя длину и цвет волос, - понимаешь, в моей жизни кое-что произошло, и чтобы тебе рассказать об этом, я должна посоветоваться. - Отлично! Ты мне не доверяешь, - девушка обиженно отвернулась. - Доверяю, конечно, просто он меня убьет, если я скажу, - Дора испуганно приложила ладонь ко рту, ляпнула лишнего. - Так, так, так - глаза Эли блестели любопытством, - кто он Дора? Кто смог, наконец, завоевать твое внимание? Тайлер Олман? - Мерлин упаси, - рассмеялась Дора. - Ну слава Мерлину, а то я уже успела расстроиться, - широко улыбнулась другая девушка. - Он круче, намного круче, – подмигнула Дора, - не гадай - не угадаешь! Я расскажу, только у него спрошу, хорошо? - Тонкс, все равно все узнают, рано или поздно. - Нет, не дай Мерлин, кто-то узнает! - Я ничего не поняла, ладно иди, - Эл недовольно сложила руки на груди, - учти, я жду твоих откровений. - Спасибо, что понимаешь меня, - она чмокнула ее в щеку, - ну, как я выгляжу? Дора покрутилась перед подругой: ярко фиолетовые волосы до плеч собраны в небрежный пучок, каре-зелёные глаза (Тонкс уже обратила внимание, что ему такие нравятся больше всего), розовые, слегка пухлые губки, месиво из ткани вместо футболки «а-ля Марлин Блэк», джинсовые шорты, кеды. Дору нельзя было назвать первой красавицей, она вся состояла из нюансов. Вместо того, чтобы лепить себе ослепительную внешность, она баловалась с цветом волос и ногтей. Несмотря на то, что Дора не гналась за красотой, поклонники вились вокруг роем, но Тонкс мечтала об одном, единственном и настоящем. Вдохновленная историями своего дяди, Джеймса, Северуса и их избранницами, она знала, такой есть, и он где-то рядом. Последние полгода девушка была уверена, это Римус! - Как всегда, - улыбнулась Эла,- странно, но одновременно сногсшибательно! - Ну, тогда я побежала, меня заждались, а я соскучилась. Девушка сломя голову мчалась по ветхому каменному полу любимой школы. Еще несколько минут, и она окажется в объятьях любимого. Дора так мчалась, что не заметила Северуса и почти сбила его с ног. - Профессор Снейп, доброе утро. - Тонкс, ты бы лучше так на уроках ко мне обращалась. - Блин, Сев ты уже определись, как тебе нравится. - Куда мы с утра так быстро и такие счастливые? - А ты что делаешь в Субботу в школе? Мегги и карапузы выгнали тебя? - Тонкс, - усмехнулся Северус, - я первый спросил! - Да? Она мечтательно подняла глаза к своду потолка. - Кое- что нужно закончить в школе, да и Рему я зелье на завтра сварил. Кстати, о Реме, как ваши занятия продвигаются? – подмигнул Северус. Дора загадочно поманила его пальцем, Сев наклонился к ней. - Ты просто не представляешь себе насколько отлично. - Дора, то есть? - То и есть, я спешу! Два раза в неделю это слишком мало, готова жертвовать и выходные! - Я ничего не понял, - помотал головой, – неужели Римус решился? - Ну как тебе сказать, скорее я решилась. - УРА! – завопил Северус на пол-Хогвартса, - УРА! - Сев, не ори, как объяснить это кому-либо еще в Хогвартсе, я понятия не имею. Я даже Элине не сказала. - Прости, беги, беги – он широко улыбнулся, - я рад за вас! - Спасибо, - уже на ходу крикнула Дора. Счастливая, девушка добежала до кабинета, распахнула дверь, влетела в класс, затем быстро поднялась по лестнице и открыла дверь личного кабинета преподавателя ЗОТИ. На столе стояла бутылка вина, которое подарил вчера Сириус, два бокала и шоколадные пирожные. Она улыбнулась. Мужчина, которого Дора не увидела сразу, подошел сзади и обнял ее. - Доброе утро, родная! - Доброе, - она развернулась к Римусу и обняла его, - я так скучала по тебе. - И я. Он приподнял ее, обхватив за талию, и покружил, девушка звонко рассмеялась, а затем поцеловала его. - Ночь была отвратительная, - недовольно протянула Дора. - Почему? – испуганно спросил Рем. - Рядом не было тебя. - Черт, Тонкс, напугала, - он приобнял девушку и чмокнул ее уже в розовую макушку, - хочешь, сегодня мы можем все исправить. - Ты хочешь смерти моих родителей, - слова Люпина ее немного напрягли, и девушка решила прикрыться родителями. - Тонкс, ты не о том подумала, - он повернул ее лицо к себе за подбородок, - я никогда ничего не сделаю тебе против твоей воли. - Прости, - она попыталась опустить глаза, самой было стыдно за то, что она смогла так подумать о Римусе, - просто я… понимаешь… - Дора, любимая, родная, - он смотрел в ее глаза и не мог насмотреться, - если ты меня боишься… - Тихо, - Тонкс приложила руку к его рту, - когда тебе хочется сморозить глупость, ты лучше целуй меня, договорились? - Договорились. Я думаю, мне теперь часто будет хотеться сморозить глупости, вот например, сейчас. Она рассмеялась. Он подался вперед и коснулся розовых мягких губ. Римус нежно поцеловал ее, затем немного откинул назад, ее кожа покрылась мурашками. - Анигиларе, - направил палочку на дверь Римус, - ничего не подумай, я просто не знаю, как объяснить кому-либо в школе, почему я целуюсь с тобой в субботу в семь утра. - Опять глупости? - А ты как думала, пользуюсь возможностью. Он впился в губы девушки своими губами. Целовал долго страстно, с наслаждением. Дора была только за, она так давно мечтала быть рядом с ним. Римус начал рассыпать поцелуи по скулам девушки. Добравшись до ушка, он обдал ее теплым дыханием, Тонкс улыбнулась. - Я люблю тебя, - прошептал он . - Я сильней люблю тебя, - прошептала в ответ Нимфадора, тающая в наслаждении. Он улыбнулся и притянул к себе девушку. Она развернулась к нему спиной и облокотилась на широкую грудь Люпина. - Ты вина хочешь? – спросил Римус, поглаживая ее по волосам. - Можно, - Дора взяла его свободную руку, - но больше всего я хочу, чтобы ты всегда был рядом. - Я тоже. Он просунул свои пальцы сквозь ее пальцы. Затем подхватил заклинанием бутылку и налил вино в бокалы. Дора тоже достала палочку и помогла отлевитировать бокалы и тарелки к ним на диван. - За нас, - прозвучало из уст Тонкс под звон бокалов. - За тебя, родная!