Попробуй, удержи

У меня дежавю? Такое ощущение, что это уже было. Или я умер? Или все же было? А то, что это происходило сейчас, мне никак не верилось. Сквозь мутную пелену в глазах, которые я еле разлепил, да и то не полностью, так как они слипались обратно под тяжестью усталости, я видел стройные ножки в мини халатике. Здравствуй, милочка, или это другая медсестра? Ну не лысый же так нарядился. Хотя, кто его знает… Может он любит такие игры? Но, все же, нет, у него ножки не настолько стройные, да и волосатые… А эти, гладенькие, точно женские. Раньше бы я облизнулся, и изнемогал от желания погладить их и заглянуть под этот мини халатик. А сейчас мне было поровну. Так поровну, что самому стало странно от этого. Неужели я стал геем? И, словно в подтверждение, мне вспомнились некоторые моменты… ну те недолгие промежутки времени, когда парням удавалось меня возбудить. Я их попытался прогнать, но было поздно. Замечтался. И вы представляете о ком? О том идиоте с клуба. Да, я все еще жалел, что сопротивлялся. Это я идиот. Так и достался лысому нетронутым, бля. И вот я лежу тут, пытаясь разлепить глаза и абсолютно равнодушно смотря на женские ножки, и только думаю, сколько я пробыл времени без сознания, до сих пор ощущая слабость во всем теле. Единственное, что меня волновало насчет нее, так это, надежда, что это будет другая девушка. Да я очень надеялся на это. Так как окажись ей Марина, то я не знал, как смотреть девушке в глаза. Я же, сволочь такая, только о себе думал, когда сбегал… Меня снова морило в сон. Глаза все еще не хотелось открывать. Яркий солнечный свет заставлял щуриться. Да и голова тяжелая и болит. А еще предчувствие говорило, что тут была именно Марина. Поэтому я перестал пытаться открыть глаза, зажмурив их, и почти сразу провалился в сон. Да это еще и от того, что меня как-то лихорадило, и было жарко, очень жарко. Я чувствовал, как весь пропотел. Я спал, но сон был чуткий. Вздрагивая, я то и дело, что просыпался, снова погружаясь в дрему. Видимо, я стал сильно елозить или не знаю, что. Но, почувствовал, как мягкая рука опустилась мне на лоб. Затем услышал цоканье, недовольное, тихие шаги, которые удалялись. Я снова погрузился в дрему. Вздрогнул от чего-то холодного и мокрого и сразу захотел это скинуть со лба. Но мою руку затормозили, вернув обратно. И чуть позже мне стало даже полегче от этой влажной прохлады. - Тихо, лежи спокойно, - тихо сказала девушка, - у тебя жар, и нужен отдых. Я согласно промычал в ответ. Голос знакомый… Это Марина. Я не знал, радоваться или нет. Все же то, что девушка была жива, это хорошо. Но что она думает обо мне? И, какого ей сейчас находиться рядом, да еще и лечить меня? Не думаю, что она по доброй воле вернулась. Или уже нечего терять… Нет, я бы все равно не согласился на ее месте. Или она дура, или лысый ее чем-то снова удерживает. Лысый, лысый… Как же с тобой быть? Мне осточертели твои побои, а бить ты меня точно будешь. Не оставишь же ты без наказания побег. Отымел бы тебя кто-нибудь, а... Ну а я бы на это посмотрел, запивая коньяком. Устроился бы поудобнее в кресле помягче. Эх, что-то я замечтался. Вот уж кого тут отымеют, так это меня… Наверное, я снова сплю, перед глазами этот козел. Лыбится весь такой, сверкая золотым зубом. Выбил бы ему его, чтоб неповадно было. А то, ишь, рожа то какая довольная. Я невольно начал лыбится ему в ответ, корча при этом гримасы. Естественно, моя улыбка была натянута, а не искренняя. Я, забавляясь, менял выражения то на радостное, то на грустное, то дразнился, но при этом все было наигранно-искусственным. Довольно таки увлекшись процессом, я даже развеселился. Ух ты, а во сне может быть еще и весело! И я начал еще активнее корчить гримасы, полностью уверенный в том, что я сплю. Дело дошло даже до того, что я решил поиздеваться над лысым, состроив мордочку лица такую, которая говорит: «Милый, что такое?» и, надув губки бантиком, быстро захлопать ресницами, глядя в потолок. Долго моргать не пришлось, так как глаза удивленно застыли на месте, уставившись на рожу лысого, который грубо схватил одной рукой меня за щеки. Мои губки, сложенные бантиком, теперь еще больше свернулись в трубочку. А я же вошел в роль… О да, прям великий мим, мом, мум… ааа, как правильно то? Да не важно, этот, который без слов корчит рожи, и не только их. Так вот, я своими вытянутыми губами в трубочку еще и зашлепал, пытаясь послать воздушный поцелуй. - Прекратишь кривляться или нет? Че? Почему то я сразу понял, что не сплю. Бля… Я че, на самом деле корчил рожи лысому? Ааааа! Блять же, самый блядский блять о.О… Он меня видел в таком состоянии. А, мне стыдно. Перед самим собой стыдно. На этого козла пох. Но как так? Неееет. Я опозорился. А Марина? Она тоже это видела? Или, может быть, она мне приснилась, а все остальное нет? Она видела… Это доказывает женский смешок, который, похоже что, девушка не смогла сдержать. И эта рожа, она реальная… Лысый передо мной, во плоти, в здравии, в крепкой форме, что я ощущал по его цепкой хватке моего фейса. У меня сейчас зубы повылетают, так крепко он сжал мне челюсть. Я замычал, надеясь, что он отпустит. Отпустил же, гад… Так долго время еще никогда не длилось. Не, ну у меня уже были моменты, когда, казалось, что все замерло. Но сейчас мне казалось, что замерло то, что уже итак замерло, и от этого время остановилось, и даже шло в обратную сторону, в очень медленной перемотке. Слушайте, отмотайте, пожалуйста до того момента, когда мой отец решился взять в долг у этого козла. Я тогда по-другому с ним поговорю. Вразумлю, как следует, папашу, если надо, привяжу, посажу на цепь, но не дам влипнуть в это дерьмо, за которое теперь расплачиваться мне, своей задницей. Вообще, я был уверен, что мужик озвереет, и набросится на меня. А он же зверь и не даст больному человеку прийти хоть немного в себя. Хотя, стоп… Как-то было такое, что он дал мне оклематься, подлататься… А ну да, если я откину кони раньше времени, то кого же он будет ебать? Ведь больше нет таких лохов, как я. И все же, чего он медлит? Или правда время остановилось? А я могу шевелиться. Проверив на пальце, что тот двигается, я подумал, а вдруг мне дали шанс сбежать? Ага, ахаха. Пошутили типо, да? Представляю, вот пока все замерли, я тихонько вылез из объятий, пробрался к воротам, а охранники тоже обездвижены, вышел смело и направился вперед, наблюдая кто как завис. Вон ребенок, прямо в воздухе, и мяч над ним. Бабушка, выплевывающая кожурку от семечки, которая замерла недалеко от ее рта, а рядом вторая старуха, что-то рассказывающая ей, стояла, выпучив глаза. А на ней еще очки, поэтому ее прекрасные глаза, были просто огромными. А там, подальше, парень, кружа девушку, ее подкинул и, видимо собирался ловить, но так и замерли. И, вдруг, резко время пошло снова. Мячик падает на голову ребенку, и тот начинает реветь. Бабка давится семечкой, а у второй чуть глаза дальше из орбит не выскочили. Девушка валится на землю, а парень в панике скачет перед ней. Но мне некогда забавляться над ними, приходится бежать, и, запыхавшись, удирать от стаи охранников, бешено высунувших языки и лающих. Подождите, нет. Это были собаки, да. А за ними уже охранники. Ну, естественно, что меня хватают и тащат в объятия лысого, который уже заждался меня с плеткой в руках. Стоит такой, покручивая пальцем вокруг соска, типо, соблазняя меня, и манит. Ага, щас, аж два раза, размечтался, побегу я к тебе, как же… Ой, что-то я и вправду размечтался… Помычал еще раз. Да отпустит он или нет мое лицо? Точно скоро сдавит так, что я лопну. Держит. Тогда хватаю его руки и пытаюсь отодрать от себя. Ура! Наконец-то отпустил. Но, так ничего и не говоря, продолжал смотреть на меня. Я не мог понять, что он думает. Вроде бы в его глазах и была злость, но какая-то не такая. Он негодовал, это однозначно. Но не бесился. И, казалось, что даже рад был меня видеть. Но не в том смысле, что вернул игрушку на место. А как-то по-другому… - Зачем? – сухо спросил он меня, после еще долгого молчания. Казалось, что он хотел еще что-то сказать, но решил ограничится пока этим. А что я ему отвечу? Не нарваться бы. Так не охота, чтобы меня били. - А? – прощупываю почву, будто бы мне это поможет… - Почему ты снова сбежал? – нет, он не сразу меня спросил. Лысый опять же молчал продолжительное время, чем выводил меня из себя. Это что, новая пытка такая? Если да, то у него здорово выходит. Я уже весь негодую. - Хах, - из меня вырвался смешок, затем последовали бы мат и несвязная речь, поэтому я просто не смотрел на лысого, уставившись в невидимую точку, позади него и молчал. Он же, наверное, думал, что это я его так любовно разглядываю. - Ты че ржешь то? – возмутился лысый, и на этот раз, заметьте, пауза была короче, хотя он до сих пор еще тормозил, - жить надоело? Да чего ты мне грозишься, и грозишься? Не надоело, жить я хочу. Только чтобы тебя не было в этой жизни. - Ну че молчишь? – еще больше негодуя продолжал лысый, так и не дождавшись моего ответа. Честно, я бы сказал, ой как сказал! Но только его пальцы, сжимающие мне плотно горло, не позволяли. А об этом я тоже не мог сказать. Я мог только хрипеть. А лысый, по всей видимости, так увлекся своими мыслями в одной извилине, что не слышал хрипа, и думал, я молчу. А я же сейчас так вот глупо задохнусь… Даже, вон, кислород в легкие стал хуже поступать. Эээй! Я запаниковал и забился руками. Тот очухался и отпустил мою шею. Я закашлялся, хватая свежий воздух, которого реально стало не хватать. - Черт, ущербный, а я думаю, почему ты молчишь… - Да ты тупой! – кашляя, выкрикнул я, не выдержав такого обращения. - Че ты сказал? – разозлился лысый. Хотя, вообще то, он уже и до этого был не в духе. - Я сказал, что ты КОЗЕЛ! – последнее слово я проговорил четко, по буквам и еле успел произнести завершающую Л, как меня огрели пощечиной. Чего и следовало ожидать, так что я не удивился и сидел, потирая горящую щеку. - Снова ты заладил… - мужик поднялся, кинув что-то мне на кровать, - ладно, мы с тобой позже поговорим, когда ты придешь в себя. И, подумай, как ты объяснишь свой маскарад. Он вышел, хлопнув дверью. Я еще посидел, глядя в след и боясь шевельнуться. Напряжение сковало все тело, голова раскалывалось, но я уставший, хотел спать. Так, сидя, проваливался в сон. Ко мне кто-то подошел, и попытался уложить. Но я был, как камень, и не двигался с места. Не от того, что не хотел, а просто не мог, я застыл в ступоре. Не знаю, какой то шок, ужас, не пойму что. Но так хотелось испариться отсюда. - Ложись, тебе нужен отдых, - сказал мягкий, но дрожащий женский голос. - Марина? – все же повернув голову в сторону девушки, я разглядел ее лицо. Вроде бы это была она, но я не сразу узнал ее. Замученное, осунувшееся лицо, бледно серого цвета. Сама стала худее прежнего, кожа да кости. Руки дрожали, - Марина… что с тобой было? - Ложитесь, больной… - девушка явно не собиралась говорить со мной. Я ее понимал, поэтому поддался и позволил ей уложить меня. Почти погрузившись в сон, я вдруг вспомнил, что лысый что-то оставил. Подскочив на месте, я стал искать, нащупывая на поверхности кровати. Вроде это были бумажки, не? Но ничего не попадалось, либо упали, либо куда-то закатись. Ладно, потом найду. - Ты это ищешь? – подойдя ко мне, девушка сунула что-то в руки и сразу отошла. Это были две фотографии. Зачем я их искал? Лучше бы забыл и спал себе спокойно. Черт! Я теперь не усну. И руки задрожали, и меня всего заколотило от ужаса. Хотя, чему я удивляюсь? Блин, я же предупреждал этих идиотов… А они все равно хотели денег, а теперь они им не нужны. На одной фотографии был высокий, а на другой малыш. И лучше не буду говорить, в каком виде они там были. Одним словом, были они уже на том свете… Я даже не знал, жаль мне их или нет. Я еще долго лежал, глядя в потолок и не мог заснуть. Меня мучили разные мысли. Девушка забилась в угол, подальше от меня. Она бы и не сидела тут, но лысый чем-то заставил ее, может, снова шантажируя или так же забрав в рабство, как меня, без возможности сбежать. Чувствовал я себя паршиво. Неужели нет выхода, и мне всю жизнь придется терпеть этого ублюдка? А если я буду сбегать, то обязательно кто-нибудь пострадает? Как же мне все это противно, бля. И, все же, что-то странное появилось во взгляде лысого. Но вот что, никак не могу понять… За раздумьями, я не заметил, как провалился в сон.