Попробуй, удержи

Сказать, что я был в шоке - это, ровным счетом, не сказать ничего. Я просто в ахуе смотрел сначала на удаляющегося парня, а следом за ним, и лысого. Да я уже понял, что попал и, причем так, мягко говоря, не хило. В жопу... Ой нет, в жопу-то попали, как раз мою, а не я в чью-то. Да я там побывал, наверное, один раз случайно, который был первым и последним. С этими типами мне другого и не светит. Удавиться что ли? А, вообще, мне казалось, что начинается веселье, как бы это комично и не звучало, я ведь сижу тут с разорванным задом и смеяться было как-то не в тему, учитывая, что я тут на правах раба… сексуального, но, тем не менее, позабавила сценка, как сын из-за меня ударил отца. А лысый как посеменил за ним, я думал, он тут рвать и метать будет, но что-то не то. Задумавшись, я тихо похихикал и вздрогнул, испугавшись, когда мне на плечо опустилась рука. Пара глубоких вдохов, и я поднял глаза. Ну, конечно, кому же еще там быть? Лысый стоял надо мной, обеспокоенно разглядывая. - С тобой все в порядке? – спросил он меня. - Ээ.. хи-хи… хкмкххх - я начал мычать, изображая удивление, но невольно снова смех вырвался наружу, и я прикрыл рот кулаком, уже делая вид, что чихаю. По-идиотски, но что поделать? Мало ли как лысый отреагирует… а тот факт, что ржу я над ним, был очевиден. С чего бы я еще смеялся в столь печальном положении? Ах да! Точно! - кхм-кх-х… да, я просто счастлив! - Че? – мужик реально впал в ступор от такого заявления. - Я так рад! Просто вообще! – при этом из улыбки я изобразил божественный оскал, показывая все мои, пока еще целые и белоснежные зубы, а взгляд попытался сделать такой, чтоб ослеплял. Не знаю, получилось ли или нет, но лысый явно был ошарашен. - Я рад, что ты рад… Но, эмм… Чему? – он даже почесал свой лысый затылок. - Как это чему? Одежде! - Чё? Эээ… - А… Ты передумал? – я сразу поменял выражения лица на жалостливую мордочку. - Эй, ты еще тут поплачь… - мужик мялся, не зная, как себя вести со мной. Не заржать бы снова. - Я.. – и я так демонстративно задергал носом, как будто и вправду начну рыдать. Вот только откуда во мне актер вдруг проснулся, я даже сам себе удивляюсь. - Ну, Алекс, - жалобно протянул мужик, присаживаясь на край моего лежака. А край, скажу я вам, был большой, потому что сидеть я мог только полубоком, ибо, сами понимаете, задница то болит… - Ну да, я Алекс, и? – хлопая ресницами, я снова взглянул ему в глаза. - Малыш, да что с тобой? – он потянулся к моему лицу. Ой нее, вот не хочу чтоб он меня лапал, надо это прекращать! - Ты обещал, что у меня будет новая одежда! – при этом я резко подскочил с лежака так, что он даже завалился на него, не успев прикоснуться ко мне, - Много, очень много новой одежды! Да же? - Да… - с недоумением он смотрел на меня, не зная, что еще сказать. - Уррра! – я запрыгал на месте, хлопая в ладоши. Блять, больно прыгать-то… - А когда? – надув губки, спрашиваю. Надо закругляться. - Завтра, малыш, - он даже улыбнулся, сказав это как-то заботливо. - Ммм, а они будут дорогие? – заведя руки за спину, я стал покачиваться. - Конечно, высшего класса, не волнуйся, мальчик мой, я тебя приодену. - Круто же! – я воскликнул радостно, при этом чуть не поперхнувшись от того, как он меня называет, но решил потерпеть, чтобы не злить мужика. Резко подняв руки вверх, я забыл, что на мне халат, под которым ничего нет, а он, зараза, распахнулся, и лысый сразу провел взглядом по моему истерзанному телу, затормозив, сами догадаетесь где. Блять, стало неловко, а точнее боязно, что он снова начнет меня лапать, - упс… - с извиняющимся тоном, я быстренько снова укутался в этот предмет одежды. - Малыш, ты чего стушевался? – ну, трындец, мужик шагнул ко мне ближе. Ай, черт, я не хочу, чтобы он снова делал свое грязное дело. Скорей бы завтра… А радовался я на самом деле, так что мой спектакль был отчасти правдой. Только косил под дурачка я совсем не тому, что у меня появятся какие-то шмотки, а тому, что пусть на несколько часов, а может быть даже и целый день, буду находиться за пределами этих адских стен. Конечно, одежда мне тоже не помешает, а то, знаете ли, ходить всегда голышом, не сильно прельщает. Хотя, чего уж там... Я даже привыкнуть успел. Но все же… Сколько я тут уже торчу, да еще и на привязи. Осточертело. А еще знаю, что идиот, и смысла в этом нет, но осознавать то, что есть даже маленькая возможность, почти не реальная, но она есть, меня окрыляла. Какая возможность? Свобода же! Я ненавижу торчать в одних и тех же стенах постоянно, поэтому оставалась надежда, что я смогу сбежать. Опять? Да, опять, хоть и понимаю, что меня найдут и несдобровать, но я упрямый идиот. Ну а что? Может, удастся среди магазинов где-то затеряться, да и подрапать оттуда ко всем чертям. Парень вряд ли будет за мной бдить неустанно, я ему нафиг не нужен. - Пойдем, - приобняв меня, лысый подтолкнул в сторону дома. Вся моя искренняя, а тем более и наигранная радость тут же улетучилась, а на смену которой пришел мандраж. На ватных ногах я стал делать короткие шажки. Ну вот и все, здравствуй ад. Сейчас он меня снова отведет в ту комнату, на ту мерзкую кровать, на которой, кстати, как я понял, было много кого и до меня. Несчастные! Привет наручники, прощай моя не зажившая попа… Я даже сжался, как представил, что это будет снова. Но к моему удивлению мы прошли мимо той несчастной двери и завернули к лестнице. Правда, я все равно не начал радоваться от этого, хотя немного отлегло. Но, а вдруг, у него другая камера пыток этажом выше? Не-не, не расслабляйся, рановато. И о да, было точно рановато. Поднявшись на третий этаж, я вспомнил, что тут моя белая комната и решил, что меня определят в нее, но мы прошли дальше. Лысый распахнул очередную дверь, жестом приглашая, войти. Я сглотнул, но двинуться дальше никак не мог. Тогда он меня подтолкнул, и я чуть не упал, шагнув, совершенно ватной, ногой внутрь. Только не говорите, что я буду спать с ним в одной кровати. - Давай, малыш, не бойся, проходи, - слащаво произнес мужик, продолжая меня подталкивать к большой, нет просто огромной кровати. Я вздрогнул, когда за нами захлопнулась дверь, - сын прав, я с тобой плохо обращаюсь, - и он прикоснулся своими ручищами к моим плечам, стягивая халат. Вещь отлетела в сторону, и я снова остался в уже привычном виде, то есть голышом. Не сдержавшись, я шумно и обреченно вздохнул. По всей видимости, находились мы сейчас в его спальне. Мрачновато. Темно-бордовые стены, тяжелая мебель из дорогого дерева, кое-где позолота, мягкий ковер черного цвета и огромная кровать, на которой бельё из красного шелка. Жутковато, как в берлоге вампира… А я понял, тут все в красных тонах, это на случай, когда будет много крови. Ой мама родная… Мужик, оглядев меня, недовольно поморщился, проведя пальцем возле некоторых ссадин и больших синяков. Сам же их наставил и еще не рад, странный какой-то. Нет бы, так с удовлетворением разглядывать свой труд, а он еще и расстроился. Так, но не расслабляемся… Лысый, обойдя вокруг меня несколько раз, с недовольным видом хмыкнул, а затем сам принялся раздеваться. Я сглотнул и нервно ждал. А интересно, с третьего этажа прыгать больно? - Пойдем, - ласково произнес он, взяв меня за руку, и повел в сторону двери. Нет, не к той, в которую мы вошли, а там была еще одна, внутри комнаты. Все хорошо то, что хорошо кончается. Это явно не про меня. Вот она и новая камера пыток. Я даже не мог шагнуть, мне было так страшно, что лысый с силой меня потянул, и я еле сдвинулся с места. Кхм, я ожидал увидеть тут разные сооружения, вплоть до древних видов пыток, но к моему удивлению это была ванная комната. Такая бооольшая, с огромным джакузи. Мне бы порадоваться и попрыгать от счастья – всегда мечтал в таком побултыхаться, но сейчас абсолютно этого не хотелось. Ведь я там буду не один кайфовать, а значит и вовсе не кайфовать. Бля, кругом одни обломы. Мужик, тем временем, настроил воду, налил пены, пузырьки сразу радужно стали переливаться. Он еще и свечи зажег, типо, для атмосферы, что ли? Нахрен мне твоя романтика? Я хоть так, хоть сяк, все равно не хочу… А этот, что-то мурлыкая себе под нос, достал откуда-то пару бокалов и бутылку шампанского, которую с упоением открывал. Свет он выключил, и мы остались в полумраке, с приятным шумом набирающейся воды и мягким мерцанием свечей. - Котенок, залазь, - лысый поманил меня пальчиком, а я все не мог сдвинуться с места, уже шокированный происходящему и просто радикальной переменой в поведении этого изверга. Что, блять, такого с ним произошло, а где же его грубость? – Или тебе помочь? – через пару минут, что я продолжал стоять в оцепенении, спросил он. Я отрицательно замотал головой и пошел к джакузи. Когда я залез в воду и уселся поудобнее, а было там, как ни крути, но очень удобно, я все же кайфанул от приятных пузырьков и теплой воды. Лысый, ведь включил гидромассаж. Расслабляет. Так бы и сидел, только уберите эту рожу подальше… куда-нибудь на Марс, хотя бы. А он тоже залез и устроился напротив, взяв оба бокала в руки, один из которых он протянул мне. - Ну, малыш, давай выпьем за начало новой жизни, - улыбаясь, он собрался чокаться. - Эээ, в смысле новой жизни? – протянул я, не особо поняв, что он имеет ввиду. Такое ощущение, что мы после загса, и у нас медовый месяц. Меня же сейчас вырвет… - Ты только веди себя хорошо, и я не буду тебя наказывать, - все так же улыбаясь, со счастливой рожей, продолжал лысый, - будешь жить, как человек! - Эээ… то есть? - Спать в нормальной кровати… - Ага, в нормальной, с тобой, да? – не дал я ему договорить, возмущаясь. Не, ну это ему нормально, а мне как-то… да лучше бы в ту белую комнату, чтоб ее. Но спать рядом с лысым… - Да, со мной, в этой комнате. Это моя спальня. Теперь она и твоя, малыш, - и он, сказав это, скользнул своей ногой, по моему бедру, задевая член. Я напрягся, еле сдерживая себя, чтобы тут же не выскочить оттуда. - Ой, я так рад, аж уссаться… А мое мнение спросить? Хотя, о чем это я, все равно моя роль раба остается и мнение мое тут не играет роли… - Алекс, конечно, ты сам не согласишься, но это лучший вариант, чем то, где ты раньше был, - он это говорил, а его пальцы ног продолжали играть с моим членом. Я поёрзал, желая отодвинуться, но было некуда. - Конечно, не соглашусь, я что идиот? – нервничая от того, что происходило под водой, я не мог даже нормально говорить. - Через неделю ты пойдешь в школу… - Ч-ччё? – заикаясь, протянул я. Конечно, это круто, что я смогу образование все же получить, но зачем мне оно? Если я все равно раб… Да еще и возвращаться в старую школу, где уже наверное, все растрепали обо мне… - Малыш, я не хочу портить твое будущее. Будешь не справляться, еще и репетиторов тебе наймем. Школа хорошая, лучшая в России. - Погоди, я буду учиться в другой, не в своей старой? – удивился я. - Конечно! – лысый даже засмеялся, - да чтобы мой мальчик ходил в какое-то отстойное место? Нет, ты будешь учиться в лучшей школе, правда, может быть тяжело, уровень там высокий, но ничего, ты же умный у меня? - Умный… вроде бы был. Но боюсь, как бы ты мне все мозги не отбил за время пыток… - Отобьёшь их у тебя, как же, - продолжал смеяться лысый. - А не боишься? - Чего? – он покосился на меня с удивлением. - Ну, мало ли чего в школах происходит, вдруг меня там бить будут, как новенького, изнасилуют? - Чуть что, сразу звони мне, я разберусь! – с гордостью сказал мужик. Ну кто бы сомневался... - Ладно, мы еще поговорим о твоем будущем, а сейчас расслабься, - протянул он, делая глубокий вдох. Я тоже вздохнул, не зная, радоваться или нет. Все же такая перспектива лучше, чем постоянные пытки и унижения. Но мне по-прежнему не нравился этот тип. Да и не понравится. Он такое со мной вытворял, что еще чуть-чуть, и я сам бы его убил. Интересно, надолго его хватит, такого всего доброго и слащавого? Мужик потягивал шампанское, продолжая ступней шарить у меня между ног. Я нервно опустошил бокал, не зная куда деться, елозил на месте. И, все же, как бы пузырьки ни старались меня расслабить, у них это не выходило. Меня напрягало присутствие лысого, который, кстати, сдвинулся с места. Мужик плавно скользил в воде и уже навис надо мной, дыша прямо в губы. Мало, мало я выпил… - А давай еще шампанского? – предложил я, в надежде, что тот отстранится. Лысый призадумался, затем согласно кивнул и пополз к бутылке, наливая новую порцию. Я жадно выпил, протянув ему пустой бокал, - ещё! Тот на меня покосился, но налил. Таким образом я в одного опустошил почти всю бутылку, малую часть, все же, выпил лысый. Зато я расслабился из-за алкоголя, да еще и теплая вода и шум пузырьков. Мужик снова навис надо мной, впиваясь в губы. Я не отвечал, но и не сопротивлялся, понимая, что этого не избежать. - Может не н-н-надо? – оттолкнув его от себя, я жалобно простонал. - Надо, малыш, надо, - улыбаясь, он прошептал мне на ухо, а рукой гладил по спине. - Не надо… - Я буду осторожен, обещаю, - обдав горячим дыханием, он прикусил мочку уха. Слабое место, зараза, очень слабое, так как мурашки поползли по коже, от приятного ощущения. - Э-это как? – с придыханием спросил я, удивляясь. - Узнаешь, просто не сопротивляйся. И даже можешь молчать, - обдавая горячим дыханием, он языком заскользил вниз по шее, спускаясь на ключицу и прикусив ее. А рука, тем временем перешла на мой торс, медленно поднимаясь к верху. - И даже не спросишь, как я должен тебя называть? – вот зачем я сам же нарываюсь, но меня продолжало удивлять поведение лысого. А он провел пальцем по моему соску, от чего последнее слово я произнес с придыханием. - Нет… - его губы нашли мои, а язык требовательно, но, тем не менее, мягко, стал проникать внутрь. - Но, почему? – промычал я, тем самым облегчая задачу лысому, который уже впился в мои губы, а его язык ласкал мой, который я еще пытался спрятать. - Потому что я знаю ответ, но не хочу его слышать, - оторвавшись, прошептал лысый, и снова прильнув ко мне, слегка прикусил нижнюю губу. - Нн…мм..м- хотел я что-то сказать в ответ, но не смог, так как мой рот был занят. Мужик, уже крепче обхватив одной рукой меня за голову, глубоко целовал, а внизу он активно ласкал мой член. Как бы мне не хотелось, но голова закружилась от непривычных ощущений, которые были приятны после многочисленный пыток. Поняв, что я расслабился и не собираюсь сопротивляться, лысый отпустил мою голову, продолжая целовать, а руками стал поглаживать мое тело, скользя то по спине, то по торсу, то по груди, задевая возбужденные соски. Черт бы побрал это предательское тело, почему оно не хочет слушать мозг, который твердит, сопротивляйся, не сдавайся? Его руки скользнули к моим ягодицам, сжимая их. А вот тут я уже сам напрягся, поняв, что каким-то чудом оказался сидящим на его бедрах, и в меня упирается не что иное, как его возбужденный член. Я забрыкался. - Эй, ну что такое? – с придыханием спросил мужик. - Не надо! Не хочу! – я стал колотить по нему кулаками. Вообще, я испугался, что он снова в меня войдет без подготовки и смазки, - Я не хочу этой боли, нет! - Малыш, успокойся, я буду осторожен, если и будет больно, то совсем чуть-чуть, - лысый приподнялся и потянул меня за собой, - вылезай, - скомандовал он мне. Я на трясущихся ногах, не отойдя еще от возбуждения и испытывая страх, поднялся, а он помогал мне, придерживая, так как я умудрился несколько раз поскользнуться. Мужик следом вылез из ванны, взяв полотенце, накинул его на меня. Обмакнув бережно влагу с моего тела, он тоже вытерся, а затем, подхватив меня на руки, понес на кровать. Аккуратно уложив меня на нее, он чмокнул в губы, поглаживая по руке. - Не волнуйся, малыш, все будет хорошо, - ага, очень хорошо. А ты спросил меня, хочу я этого или нет? Да, я тебе даже орал, что не хочу, но тебя это не волнует. Хорошо все будет. Ну-ну… Лысый стал покрывать мое тело, еле касаясь губами, обдавая горячим дыханием, что снова начало меня возбуждать. Выйдя из ванны, в которой было жарко, на контрасте прохладной комнаты, я сильнее почувствовал опьянение. Он прикусил сначала один сосок, проведя по нему языком, затем другой, и скользнул вниз. Эх, тело, мое тело, снова меня предаешь. Я невольно застонал, когда почувствовал, как он прикоснулся губами к моей головке. Живот от напряжения прилип к позвоночнику, грудная клетка приподнялась кверху, да и, вообще, я задышал чаще. А лысый, нежно ласкал языком головку, иногда беря ее в рот. У меня начало сносить крышу, и я перестал понимать происходящее, отдаваясь ласкам, лишь чувствуя, как руки скользят по телу, как язык меня ласкает. Немного пришел в себя, когда почувствовал, как в меня что-то проникло. Я напрягся и, подняв голову, посмотрел, боясь, что лысый уже там внутри, но он продолжал делать мне минет. Да и ощущение было не очень приятным в заду, но и не болезненным, похоже, что он когда-то успел взять смазку и сейчас залез мне туда одним пальцем. Ёпт, уже двумя, почувствовав больший дискомфорт, я заелозил. Я морщился, стараясь вытолкнуть из себя ненавистные пальцы, при этом пятясь назад. Но лысый, усилив хватку, продолжал пробиваться глубже, одной рукой подхватывая меня за бедра и возвращая к себе. Когда добавился третий палец, я взвыл, прикусив губу. Он сказал, что будет хорошо. Обманщик! Где же мне хорошо, когда снова эта боль? Он накрывал страстными поцелуями мои губы, шею, грудь, иногда кусая мочку уха, от чего во мне боролись два чувства. Дискомфорт, неприятное жжение, желание избавиться от этих настырных пальцев, перебивалось волной мурашек, пробегающих по всему телу, возбуждая его. Мозг, я уже сказал, был почти в отключке. Вдруг перед глазами мелькнула вспышка, от чего я прогнулся, а из груди вырвался тихий стон. Мое дыхание стало прерывистым, а возле своего уха я чувствовал, как шепчет лысый, но понять, что, я не мог. Он осторожно вынул пальцы, а на их смену тут же пришла головка, которая настойчиво упиралась мне между ягодиц. Мозг это понял, и я снова испугался и напрягся. - Малыш, я люблю тебя, - прошептав мне это в самое ухо, он вошел в меня. Я остался шокирован сказанным, что даже не почувствовал, как он это сделал. А дошло это до меня лишь тогда, когда он, подождав немного, начал медленно двигаться, проникая глубже. Все же пришел в себя я быстро, так как новая порция боли разрывала мне зад. Он медленно продолжал входить в меня, так же медленно двигаясь обратно. Было больно, но не так, как раньше, все же он подготовил меня хорошо. Но, черт возьми, там ведь еще ничего не успело зажить, вообще-то, а ты, ненасытная мразь, долбаешься. А еще мне не хотелось по-прежнему доставлять ему удовольствия в созерцании того, как я могу стонать под ним, да и сомневаюсь, что когда-либо искренне захочу его. Но организм разве будет прислушиваться в такой момент? Конечно же нет... Чему тут же было доказательство. Лысый прошелся внутри меня, задев то место, от которого предательски прошла волна возбуждения. Контролировать себя, изображая недотрогу стало крайне сложно, а точнее, невозможно. Лысый, уже ускорял темп, а мне конкретно сносило крышу, странно, что только сейчас, а я уже было подумал, что давно, но по другому поводу. Из глаз, разве что, не сыпались искры, но фейерверк я наблюдал, причем такой яркий, с разноцветными искрами. Я не заметил, как выгнулся от напряжения, и мне уже было мало, инстинктивно я сам двинул бедрами, чтобы сильнее почувствовать. Но через пару таких движений остановился, сообразив, что сам себя предаю, и снова стал безвольной "куклой", которая не отвечает. Ага, получилось у меня, как же... Лысый, заметив, что я замер, напрягшись, снова облизнув мочку уха, прикусил ее. Блять! Почему это так возбуждает? Одновременно он взял в руку мой член, начав водить по нему, слегка сжимая, и продолжал двигаться, каждый раз задевая внутри меня то, что вызывало непередаваемую волну ощущений. Я лежал обессиленный, наблюдая какие-то вспышки перед глазами, по телу расползалась нега, да еще и мурашки до сих пор бегали, учащенное дыхание никак не могло прийти в норму. Да, чёрт возьми, мне было хорошо. Да, я кончил. Только я теперь сам себя ненавижу. Вот как только посмотрю на себя в зеркало, поплююсь. Как я мог? Аж от самого себя противно. Но все же… видимо, устал я от боли, и тело слишком чувствительно откликнулось на нежные ласки. Меня даже удивляло, как лысый держался, чтобы не взять меня силой. А я сопротивлялся? Вроде да… Да же? Или нет? Да где же я сопротивлялся-то? Повыделывался как баба, а на самом деле даже самому хотелось. Ненавижу это предательское тело. В общем, я как-то упустил момент, когда успел кончить, а тем более, когда это сделал лысый. Тот осторожно слез с меня, посмотрел с довольной рожей. Блять, мне итак противно, а еще ты тут нависаешь… - Что, козел, оторвался? – нагло кинул я ему, хотя он и не пытался в этот раз требовать того, как я должен называть его. - Ах, ты! – он замахнулся, собираясь меня ударить, но затормозил руку на пол пути, еле сдержав себя. Ну надо же! - Ну бей, бей, че ты? – а я продолжал нарываться. Честно, мне хотелось проверить, долго ли он продержится со своей, так сказать, любовью и заботой. - Я же сказал, - он сглотнул, собираясь с силами, - что не буду больше причинять тебе боль… - Не сможешь же, - да, не верю я ему. Как за один день человек может так измениться? И раньше любил, он сам спалился, но продолжал меня мучить. Неужели на него так влияет сын? Кстати, все же странная реакция была у этого Виктора. - Смогу! Вот увидишь, - в его глазах была искренняя уверенность. - Ну скажи, как тому, кто любит мучить, может нравиться вся эта нежная чушь? - Тебе меня не понять, - с грустью мужик вздохнул, - давай спать. - А помыться? – возмутился я, поняв, что он уже решил точно укладываться. Как-то не хотелось снова спать, когда все в сперме. - Считай, что это наказание за вредность, - он хихикнул и потянулся к тумбочке. Забренчало железо, - давай-ка сюда ручки. - Эээ, - отпрянул я от него, - нафига наручники? - На всякий случай. - Какой еще такой случай? Не надо! - Малыш, я пока в тебе не уверен, вдруг ты чего решишь вытворить ночью, - он все же умудрился меня поймать, хотя я побегал по комнате. Пытался и дверь открыть, но она не поддавалась, в итоге я устал, а сил итак уже не было. Он, притащив меня обратно к кровати, прицепил одну руку к наручнику и приковал меня к железному пруту. Я очень шумно вздохнул, недовольно покосившись на него, - спокойной ночи. Лысый, схватив мою голову, притянул к себе, поцеловав. А затем, оставив тяжесть, в виде своей руки, на моей талии, засопел. Ладно бы сопел, так через какое-то время он захрапел. И как тут спать? Нет, завтра надо попытаться сбежать. Пошло все к черту…