Попробуй, удержи

*ну вот, ко мне вроде вернулась муза) не кидайтесь тапками за долгое ожидание, и надеюсь глава получилась нормальной, все никак не мог собраться, чтобы ее написать х)* Он… он сын этого урода? Этот парень, с которым я чуть… А если бы… Капец! Вот же подстава. А может лысый специально его тогда подослал? Да нет, он ведь не мог знать, где я буду, когда я сам об этом был без понятия. Совпадение? Третий раз совпадение? Я надеялся, что больше никогда не увижу этого блондина… Да, и мне стыдно в глаза ему будет посмотреть. Я же вел себя, как не знаю кто, позорище! - Не хочу я по магазинам! Я что, девка, чтобы целый день ходить шмотки выбирать? – в сердцах выкрикнул я, только потом поняв, что действительно произнес это вслух, а ведь думал, что это я продолжаю про себя возмущаться. Упс, надеюсь, то что до этого проносилось в моем мозгу, осталось только там… Но лысый спокоен, нет, он даже засмеялся, значит все нормально, я не спалился. Так, вообще, Алекс, не нервничай, дыши глубже. Что-то я разволновался. Почему я так отреагировал, при виде этого парня? Ну поколотил его пару раз, причем, сам же наткнулся на него по пьяни, сам же на себя его коктейль пролил и за это еще и отдубасил. Во я дурак! Поцеловались… Ммм, а это ни в какое сравнение не идет с тем, как это делает лысый. Да после этого мужика плеваться хочется без остановки, а сейчас даже странно, вспоминая тот вечер на дискотеке, я ощущаю на своих губах покалывание, вспоминая его прикосновения. Такое приятное чувство. Да идиот я был! Сдался мне этот водитель тогда? Ведь я хотел этого парня, мне не было противно. Нет же, я еще и опозорился окончательно перед ним, чуть не вылетев из машины на полном ходу и, возможно, разбившись. Он, несмотря ни на что, жизнь мне спас. Я понимаю его, почему тогда не захотел меня видеть, я же его грубо оттолкнул. Но он мог же как-то без свидетелей? Ведь я же смущался, первый раз то… Да даже если и не в первый, но… Блять, это было бы все равно лучше, чем с лысым. А что бы изменилось? Вернулся, и мужик своего не упустив, как следует отымел бы меня, или как было или у меня уже бы болела задница. Эх… Целый рой мыслей проносился в голове, а я уставился в точку, куда ушел сын лысого. И все же попандос, так попандос… Как мне сейчас с ним себя вести? Какого хрена я вообще о нем думаю? А ну брысь из головы… - Никто не заставляет тебя целый день ходить по магазинам, выбрали что-нибудь на первое время, да и ладно, - просмеявшись, ответил мне мужик. А я уже и забыл, что что-то выкрикнул, углубившись дальше в свои размышления. Поэтому, когда он мне это сказал, я даже вздрогнул от неожиданности, а сердце, которое итак от волнения колотилось, забилось еще сильнее. - А? – рассеянно, спросил я, не понимая, о чем он. - Да что с тобой? – лысый подошел ко мне, и, наклонившись, притянул мою голову за подбородок, чтобы я смотрел ему в глаза. Это сродни испытанию! – Ты, словно, привидение увидел… - И часто твой сын наблюдает, как ты мучаешь бедных мальчиков? – почему-то я стал возмущаться. - А разве он сейчас видел, как я тебя мучаю? Мы отдыхаем, – мужик даже удивился. - Ага, отдыхаем, потому что этого захотел ты. А, вообще, я явно не первый тут, по его словам… - мялся я. - И? – он даже почесал свой лысый затылок. - И… Не стыдно тебе подавать сыну такой пример? – а я разозлился. - Да какой пример? О чем ты? – продолжая чесать голову, мужик, явно был в тупике, не понимая, чего я к нему лезу с такими вопросами. - Да и вправду, чего это я… - вздохнув, я решил замять разговор. И о чем я думал, разве имею право на свое мнение? Сиди и молчи в тряпочку. - Не, малыш, что ты хотел сказать? – а лысый, похоже, решил выпытать из меня то, что явно даже не воспримет серьезно. - Понимаешь, сын твой это видит… - помолчав изрядно, я, все же, стал говорить, - и он вырастет таким же чмом, как ты! Таким же моральным уродом, не знающим, что такое – свобода для других. Тем, кто унижает и прогибает под себя, ломает… Гадом, для которого важны только его прихоти. И так же будет трахать парней против воли на глазах у других… Лысый смотрел на меня, внимательно слушая и не прерывая, а я резко замолчал, когда парень снова вышел из дома и направился к нам. - А тебя хрен сломаешь! – с гордостью выдал мне лысый. - Одевайся, - кинув мне что-то, приказал парень, когда подошел ближе. - Витя, ты чего тут раскомандовался? – возмутился мужик. А я теребил в руках то, что мне кинули. Это был халат, и я его надел с превеликим удовольствием, завернувшись чуть-ли не в комочек. Знаете, как-то напрягает быть постоянно нагишом. Так что я был благодарен парню за «подарок». - Ничего, папуля, - презрительно поморщившись, сказал парень, - давай-ка при мне ты не будешь так вольничать. Ты прекрасно знаешь, что я не выношу этого твоего увлечения. И видеть этих несчастных, разгуливающих голыми по дому, не желаю! До сих пор перед глазами та мерзкая картина! – он даже отплюнул в сторону, склонившись над отцом, и с удивлением спросил, - зачем ты с ним возишься? - В смысле, зачем? – пожал плечами лысый. - Затем, что ты дольше одной ночи, вроде как, не держишь их. Так, какого хрена, я должен гулять с ним по магазинам? - Тебе что, сложно? – умоляющего посмотрел на него мужик. - Да мне не сложно, мне противно! Как представлю, что ты с ним делал… Лысый хватал ртом воздух, не зная, что сказать, лицо его налилось красной краской, а из носа и ушей почти пошел пар от злости. Но парень развернулся и направился к бассейну, даже не оглядываясь. Скинув халат, он приготовился прыгнуть в воду. Я залюбовался его телом, почти пуская слюни. Подкачанный, красивый, стройный, закат солнца красиво играл, переливаясь на мускулах... И когда я стал засматриваться на парней??? А как нырнул-то! Я невольно залюбовался тем, как парень плыл. И еще бы любовался, но лысый, обхватив мое лицо, притянул к себе и поцеловал. Как обухом по голове, честное слово! А одна рука его полезла под халат, нащупывая мой член. Вот сволочь! Они же только что разговаривали с сыном, чтобы тот не делал этого в его присутствии… И че?… Разве он будет слушать сына? Язык мужика уже во всю шарил у меня во рту, а его рука настойчиво водила по моему стволу, до боли сжав его. Тут я, все же пришел в себя от наваждения, и стал сопротивляться, отталкивая мужика. Но когда это его останавливало? Правильно - никогда. Он, отстранившись, скинул халат, и я увидел, что у него, конечно же, уже стоит. Мужик, схватив мои ноги, уселся на лежак, подстраиваясь, чтобы войти в меня. Не, я как мог, продолжал брыкаться, но толку от этого не было. Уже почувствовал, как головка его члена упирается в мои ягодицы. Я зажмурил глаза, чтобы не видеть эту мерзкую рожу. И тут, вдруг, мужик отлетает в сторону. Я, сразу открыв глаза, смотрю на это с удивлением. Сыночек его скинул с меня. И сейчас даже занес кулак. Хрена себе, зрелище! Черт, жалко сухариков нет… - Я же сказал, что не желаю видеть этого! – и парень со всей силы врезал по лицу своему отцу, да так, что тот отлетел в сторону. А я даже рот открыл от удивления. - Но… - замямлил лысый. - Никаких но! – я даже загордился этим парнем, он за меня заступился? Ведь, приятно же. А он продолжил, - занимайся этим без чужих глаз… И я никуда с ним не поеду, - сказав это, он развернулся и пошел в дом. А меня, как в воду опустили. Чего это я тут уже губу раскатал? Понадеялся, что кто-то встал на мою сторону… Это он, всего-лишь, свои глаза бережет, а так ему насрать на меня. Нет, я ненавижу этого парня, его отца и темноту! Он ушел. Я напрягся, решив, что лысый продолжит свое дело. Но я ошибся. Мужик понуро последовал в дом, вслед за сыном. Оставшись один, я не знал, что делать. Запахнув халат, опустился снова на лежак и так, блять, сидел, нервничая. Ох, достанется сейчас Вите, наверное… *** POV ЛЫСОГО - А ну стой! - крикнул я вслед уходящему сыну. Странно он отреагировал на Алекса… очень странно… Почему он так разозлился? Да, ему никогда не нравилось то, что я делаю с мальчиками, но он и не вмешивался. Просто мог уйти молча, презрительно глянуть, но так, чтобы мне по лицу бить? Что-то тут не так… Может быть они знакомы? Нет, откуда? Не может быть. Это все мое воображение, черт бы побрал этого мальчишку! Он мой! Только мой и ничей больше! И я с ним буду обращаться так, как сам этого захочу! Ишь, нашелся мне указчик. Давно ли ты вырос, чтобы отцу своему указывать и бить его? Да где это видано, чтобы на своего родителя руку поднять? Я же никогда его не бил. Ни разу! А он… Ну погоди, сейчас я тебе покажу, как тут мне своевольничать. Я скрывал от него, что люблю позабавиться с молоденькими мальчиками. А ничего не мог поделать с собой, это моя слабость. Я ненавижу баб. Эти дуры, курицы тупые. Витя, да знал бы ты, какая у тебя мать, шлюха! Скажи спасибо, что я ее не убил на месте, когда в нашей же кровати застукал с двумя мужиками, моими же компаньонами по бизнесу. Вот так я и убил в первый раз. Сразу двоих, еле отмазался тогда. Это сейчас у меня все под контролем. Сейчас я главный, меня все бояться. А тогда… Тогда мы были обычной семьей, я только-только начал бизнес поднимать. А, ты сынок, еще в пеленках был. Я без матери тебя растил, один, когда это было так сложно. Но женщин я возненавидел навсегда. Эти сучки хотят только денег, много денег и еще больше денег. Да без нее сразу легче стало, дела пошли вверх. Нет, мне было сложно, с маленьким ребенком, но я справился, потом нашел тебе няню. Помнишь ее? Хорошая была старушка, добродушная. Взял-то я ее из-за старой закалки, да не знающей нового мира. Ей не нужно было много денег, она просто любила детей. Ты рос в ласке, а вместо благодарности на отца руку поднял. Негодяй! Я стал жестоким, после того случая с женой. Но зато не побоялся идти по головам, связался с мафией. Хах, от мелкой пешки я стал главой! А ты сын, посмел меня ударить. Я ради тебя на все это решился. Ради твоего будущего, чтобы ты не бедствовал. А ты… - Стоять! Не смей хлопать дверью перед моим носом! – нет, вы посмотрите, этот гаденыш что творит, - а ну открывай! - Отвали! – он еще и кричит на меня. - Если сейчас же не откроешь и мы не поговорим, то я тебе все кредитки заблокирую, - кричу я ему в надежде. - Давай, удачи! – выкрикнул он мне. За дверью слышался какой-то ворох и возня, а мне оставалось лишь переминаться и только гадать, что он там делает. Через несколько минут ожидания, а точнее их прошло где-то три, я уже хотел выламывать дверь, и даже долбанул по ней плечом один раз. Сын, как я подумал, сжалился надо мной и открыл ее. Я, не ожидая этого, пролетел в комнату, распластавшись на полу. - Хоть бы поддержал, предупредил, млять! – заорал я на него. Хотел и дальше материться, но, заметив чемодан, в который наспех были накиданы вещи, я замолчал. - Что, больше нечего сказать? – с издевкой спросил сын. - Это что? – все же собравшись с мыслями, я спросил у него, указывая на чемодан. - Это то, что ты видишь, - пожав плечами, он продолжил кидать туда вещи. - Зачем? – судорожно спрашиваю я любимого и единственного сына, который точно решил уйти. - Давно я уже надумываю жить отдельно, вот вижу, что пришло время, - сказал он, уже застегивая молнию на чемодане. - Нет! – подскочив, заорал я и кинулся к нему, растопырив руки, чтобы остановить. - Отойди, - сказал он мне сухо, шагнув в сторону. Но я последовал за ним, продолжая преграждать дорогу. - Нет, стой! Выслушай меня! Как ты там один? Тут у тебя есть все, а там что? - Как-нибудь справлюсь и без твоих подачек! – гордый он у меня, я это ценю. Но не всегда она к месту, гордость эта. - Подожди, - вытянув руку вперед, я его продолжал тормозить, - послушай меня. - Это ничего не изменит, я все равно уйду! – Сын, ну зачем ты так, я все ради тебя делал, ну прости… - Ты еще заплачь для пущей убедительности, - смеясь мне в лицо, чуть ли не плюя, сказал Витя, моя кровь, мой наследник. - Я буду мальчика держать в закрытой комнате, ты его не увидишь, только оставайся, не уходи! – еще чуть-чуть, и я на колени перед ним встану. - Ты идиот, отец! Неужели мне так будет житься спокойно, зная, что у нас в доме пленник, твой раб, и ты с ним вытворяешь все, что захочешь. Он, между прочим, тоже человек, а не собака. С животными лучше обращаются, чем ты со своими игрушками. Похотливый извращенец! Знаешь, мне противно, что ты мой отец! - Нет, Витя, прости, но я тебя не отпущу! - Что? Ты и из меня сделаешь своего раба? А может еще и выебешь? Ведь любишь молоденьких парней, да? - Витя! Я такое никогда не смогу сделать, ты мой сын! Не неси чушь… - Я не останусь в этом доме! А ведь я не хотел, чтобы сын это видел. Но однажды, он вернулся домой раньше, думая сделать мне сюрприз. На каникулах, после первого курса, я его отправил в Европу, и он должен был приехать только через пару дней. Поэтому я забавлялся с очередным мальчиком у бассейна. В тот момент, когда этот щенок давился, делая мне минет, а я усердно насаживал его голову на свой ствол, вернулся сын. Он был не один, а с девушкой. Счастливые улыбки вмиг сошли с лиц, и на их месте появилось отвращение при виде бедного парня, тому было лет пятнадцать, не больше. По обычаю, одежды на нем не было, зад разорван, на бедрах засохшая кровь, весь в ссадинах и синяках, зареванный. Да я тогда хорошо его отжарил, как же он орал. Вот с тех пор, сын меня возненавидел. Он хотел познакомить со своей невестой, в которую влюбился по уши. Встретились они на отдыхе, и оказалось, что живут в одном городе. Полюбили друг друга с первого взгляда. Девушка даже не знала сначала, что у моего сына отец при деньгах, а значит и парень ее не беден. Не ради богатства была с ним, а я теперь виноват. Она, только увидев все это, осталась шокирована, может даже с психологической травмой и больше видеть Витю не пожелала. А он еще полгода, да даже больше мучился от потерянной любви, вот запала эта шлюха ему в душу. Витя долго отходил, потом вроде успокоился, но изменился. Стал он каким-то отстраненным, но я даже рад, раньше он был более мягок, добрее, а сейчас появилась жесткость и самоуверенность. Так лучше, а то был, как баба разнеженная. Нет, мой сын должен быть сильным мужиком. Это хорошо, что он характер проявляет, только бить отца? И зачем же из дома уходить? - Ты никуда не уйдешь, под арестом, понял? – я на полном серьезе посмотрел на него, ожидая ответа. - И что ты этим добьёшься? – пожав плечами от безысходности, он сел на диван. Прекрасно же понимает, что если я не хочу, то так просто от меня не уйти. - Дай мне время, и я тебе докажу, что могу быть приличным отцом. Если тебе жаль, что мальчишка будет сидеть взаперти, то помоги ему приодеться, и тогда ты не будешь видеть его голым. А уж то, что я с ним буду делать, это останется в стенах специальной комнаты. - А чего он тебе, вообще, сдался-то? С каких пор ты о ком-то так печешься? – удивился мой сын. Эх, Витёк, если бы я сам знал… А, правда, почему я не могу быть с Алексом, как я обычно это делаю со всеми? Выебал как следует и кинул в бордель, а там уже его латают и клиентам идет. За такой лакомный кусочек спросу было бы много. Я никогда ни к кому не привязываюсь кроме сына, но он… его глаза… Зачем я хочу, чтобы он перестал смотреть на меня с ненавистью? Какая мне разница, что он скажет, или то, что он молчит… Что со мной такое? Почему он до сих пор у меня? Еще и сам же не хочу его сдавать на мясо. Шел бы доход, так нет, я еще и трачусь на него. Да он меня благодарить должен, в ногах валяться, восхвалять и пятки вылизывать. А вместо этого что? Брыкается, обзывает козлом и ни капли уважения… Глаза… зачем я посмотрел в них? Почему я это сделал? Еще тогда, когда собирался прикончить несчастного отца этого щенка. Он был напуган, но этот живой огонек в глазах, духовная сила, меня покорили сразу, и я захотел его. Я лишь желал, чтобы этот мальчишка был моим. И он мой. Я могу делать с ним все, что захочу. Но в последние дни я стал замечать, что этот огонек в его глазах меркнет, он уходит в себя, не реагирует. Я не пойму, мне не кажется, что он сдался, но не вижу в нем той жажды к жизни, что была все время. Как бы я его не мучил, Алекс терпел, и не поддавался. Как же меня это бесило, и в то же время восхищало. Этот его гордый нрав, он покорил мое сердце. Да он ни в какое сравнение не идет с теми щенками, которые сразу же безропотно делали все. Я даже было разочаровался, решив, что Алекс сдался и покорно отсасывал у меня. А он, вот же мля, сбежать задумал. Сукин сын, уважаю! И еще больше хочу его от этого… Малыш, не сдавайся, только не плюй в меня. Глядя на него в последний раз тогда в комнате, я так испугался, что он умирает. Нет, я не хочу его терять. Меня что-то переклинило, и я решил, что впредь буду осторожней с ним. Да и до этого, с каждым разом, как я его видел, в душе становилось теплее, хотелось его приласкать, но он этого не замечал. Я для Алекса лишь мучитель, насильник, изверг и козел. Я козел, самый настоящий козел! Почему, если мне нравится этот мальчишка, я делал ему все больнее и больнее? Я просто не мог в силу своей привычки поступить иначе. Я понимаю, почему он меня ненавидит. Но что мне с этим делать? Я хочу, чтобы он перестал презрительно смотреть на него. Хочу сделать из него человека: выучить, поставить на ноги, чтобы он смог работать… А не многого ли я хочу? Я просто уверен, что Алекс не примет этого от меня. Но, что мне делать? Я лю… - Пап, ты чего? – сын стоял рядом со мной и щелкал пальцами, чтобы я отреагировал. Когда я стал приходить в себя, он это заметил, - ты че завис, молчал, молчал… а потом бац, как долбанешь кулаком об стену. Смотри, даже штукатурка посыпалась. Ты о чем думал? - О тебе… - соврал я, сам ошарашенно глядя на стену. - Хорошо… Я тебе даю максимум месяц, если хоть раз увижу прежнее, то, пожалуйста, не держи меня и не делай преград, ты сам виноват. - Спасибо, спасибо, сынуля! – я на радостях встал на колени, прижавшись к его ногами и зацеловывая кисти рук. - Все-все, папа, не надо этих телячьих унизительных нежностей, - отстраняясь от меня, он стал раскладывать обратно вещи. Я вздохнул с облегчением. - Только надеюсь ты нормально отнесешься к тому, что Алекс будет, как член с-с-семьи, - замявшись, сказал я. - Чего? - Не-не, ничего страшного, не переживай, - успокаивающе я продолжил, - просто он будет с нами есть, отдыхать, я его в город буду выгуливать, хочу в школу записать, чтобы не ломать парню жизнь. Ну-ну, он в одежде будет! Только вот твоя помощь тут нужна… - Блять! Отец, ты что, совсем того? Рехнулся? - покрутив у виска, сказал сын с издевкой. - Нет, я просто так хочу… - Сдается мне, что ты влюбился, ахаха – сын стал смеяться надо мной. А я уже стал верить в это. Неужели я правда влюбился в этого ще… парня?