Ответственное задание

Глаза Лу, и без того большие, за толстыми стёклами очков стали ещё больше. Он с минуту молчал, осмысливая услышанное, потом ойкнул и мелко задрожал, отступив на шаг. — Убийцы! — заголосил антиквар в попытке нащупать дверную ручку. Однако, Бутч быстро пресёк все попытки сбежать, а заодно и поставить на уши весь квартал. Рокет подскочил к дедуле и зажал ему рот ладонью. — Тихо, не то хуже будет, — пообещал Бутч. — Прекрати сейчас же! — Джеймс в ужасе смотрел на напарника. — Что ты творишь? — А ты хочешь, чтобы мы в полицию загремели? — агент гневно сверкнул глазами, но Лу отпустил. — Ты слишком долго объясняешь. А прямолинейность — моё лучшее качество… После обаяния, разумеется. — Что в-в-вы сделали с Монтгомери? — Мы — ничего. А вот вы, — парень нагнулся и ткнул пальцем в грудь старика, от чего тот слегка покачнулся, — сдаётся мне, кое-что знаете. — Ты это о чём? — Джеймс нахмурился. — Я всегда считал, что ты — мозг нашей команды, — эровец недовольно посмотрел на него. — Ладно, для особо непонятливых объясняю: Лу, если я правильно помню, говорил, что его приятель «…опять влип». Значит, такое уже бывало. Значит, вы проворачиваете какие-то мелкие афёры. И он должен был что-то принести сюда после того, как передаст кейс, правильно? — И Джеймс, и Лу вытаращились на Бутча, как будто он говорил на другом языке. — О, чёрт, как всё плохо. Кхм. Монти собирался что-то купить на деньги, которые ему обещали за выполнение поручения. Как он сказал, для жены или как-то в этом роде. Я так понимаю, Лу и есть «жена», раз он собирался прийти сюда. Да и Лу не далее, как несколько часов назад обмолвился, что в городе творится нечто… странное. Странные люди, странные коробки… Что было в том кейсе? — Бутч встряхнул старика за плечи. — Да не знаю я! — чуть не плача, пролепетал Лу. — Да, нам нужны были деньги… Он сказал только: «Я быстро, я скоро вернусь. Я всё сделаю сам». И больше я его не видел. И не увижу. Вы отняли у меня… — Мы следили за Монти, чтобы забрать кейс. Если бы он сразу отдал, ничего бы этого не произошло. Но он заупрямился, как осёл. Даже вывел нас из строя на какое-то время, и скрылся. Но вскоре чудесным образом нашёлся, и мы повели его в отель, чтобы утром со свежими головами всё обдумать и вспомнить, где же прячется таинственный адресат. — В отель? — севшим голосом переспросил Лу. — В отель… а я тут, один… всю ночь! Я уснуть не мог, переживал, как он и где… Все нервы измотал! — А что со священником? — рокет проигнорировал попытки разжалобить их. — Он как-то замешан в происходящем? — Убийцы! У-у-у! — не унимался Лу. Лампа в его сухонькой ручке опасно затряслась. — Если он не заткнётся, я его стукну! — процедил Бутч. Сомневаться в решительности напарника ещё не приходилось, и Джеймс торопливо подошёл к антиквару. — Послушайте, успокойтесь. Нам действительно очень жаль, и… — что говорить дальше, агент понятия не имел. Да и понимал сам: будь он на месте Лу, наверняка вёл бы себя так же. Ну, разве что чуть менее эмоционально. Просто взял бы и застрелил обидчика, и дело с концом. «Стоп, разве я не убеждал Бутча, что мы не убийцы? А теперь сам готов убить». — Ваш друг погиб, помогая нам. Погиб, как герой… — Бутч закатил глаза, но благоразумно промолчал. — Мы не хотели, чтобы всё так произошло. Но нам нужно забрать те проклятые бумаги. Монтгомери отнёс их или нет, вы не знаете? Возможно, он говорил какие-то важные подробности вам? Или где-то в тексте попадались имена или названия? Вспомните, прошу вас! Ради вашего друга. К удивлению агентов, Лу медленно, с опущенной головой, развернулся и вышел из их комнаты, и потопал вниз, не переставая шмыгать носом. Минут пять подряд раздавались кряхтение, сопение, стенания и ругательства. Затем — тишина, снова шаги по лестнице, и вот Лу снова перед ними, но уже с металлическим чемоданчиком в руках. Джеймс сел на диван, не в силах отвести взгляд. Неужели это и есть цель их поиска? И всё это время кейс находился здесь, и Монтгомери никому его не отдал? А за ними пришёл, чтобы рассказать, что кейс надёжно спрятан? Выходит, он искал их целенаправленно, а не случайно. Но почему тогда не сказал ничего? Зачем водил по городу? Знал, что за ними могли быть слежка, и запутывал следы? Рокет покосился на Бутча — тот недоверчиво рассматривал то кейс, то Лу. — Вот. Только тут замок. А код я не знаю. И цифр никаких не знаю! — Что, вообще? — съязвил Бутч. — Я имел в виду, что не слышал ничего похожего на код или пароль. Джеймс дёрнул напарника за рукав форменной куртки: — Прекрати. Лу, могу я взять?.. — Да берите. Хотите попробовать открыть? Я пытался. Ничто не берёт. Похоже, я так и не узнаю, за что умер мой друг. — А серной кислотой не пробовали? — БУТЧ! Простите… Так, что тут у нас? Металл приятно холодил кожу. Агента захлестнуло возбуждение и любопытство, однако, кое-что вспомнив, он посмотрел на застывших в ожидании Лу и Бутча. — Босс вряд ли оценит наши труды, если увидит сломанный замок. Лучше просто отдать ему и закончить на том. Пусть сам разбирается… Хотя, попытка не пытка. Если что, скажем, что замок до нас открыли. Ему же нужно то, что внутри. — И он поставил кейс на колени. — Но там может быть любое число, — ужаснулся Лу. — От нуля до девятисот девяноста девяти! На разгадывание уйдёт уйма времени! Хорошо, давайте так: вы относите это своему шефу и узнаете, о чём там говорилось, и находите способ связаться со мной. — Ничего себе требования, — присвистнул Флетчер. — Нет, — подумав, ответил Джеймс. — Я попробую сам. Да и не уверен, что босс расскажет нам что-либо. Если, конечно, ситуация не достигнет мирового масштаба… — Мирового? Это что, вирус какой-то? — в ужасе спросил впечатлительный Лу. Вирус? Эровец задумчиво посмотрел на кейс. Стал бы босс так рисковать своими подчинёнными? Нет, он бы предупредил. Возможно, там всего лишь некие указания или сведения о том, как создать вирус. Но зачем? Чтобы наши учёные изобрели лекарство, и «Команда «Р» нажилась бы на этом? Слишком опасно, Джованни должен понимать. Любое неверное движение, любое неправильно понятое слово — и всё. На такое босс бы не решился. — Есть только один способ проверить, — сказал рокет, сосредоточенно рассматривая замок, и наугад набрал три цифры: 2, 5, 1. Естественно, не подошло. — Это надолго, — Бутч зевнул. — Займи себя чем-нибудь. Почитай. Ну, или поспи. — Ну да, и пропущу всё самое интересное? — напарник взлохматил Джеймсу волосы и отошёл к своему дивану, уселся поудобнее. Идея «почитать» его явно не привлекала; то немногое, что рокет соизволил прочитать, были лекции в академии «Команды «Р». Практически всё время он подшучивал и наблюдал за Джеймсом (чем занялся и сейчас), вгоняя того в краску и мешая сосредоточиться на занятиях, а потом и вовсе предложил работать в паре. О его наклонностях Джеймс узнал позже и сначала даже пожалел, что согласился: эровец очень ревностно опекал его, одного отпускал разве что в туалет, выпросил у начальства общую для них комнату и таскал вместе с собой на все тренировки («Мне же не нужен напарник-неженка»), после чего, уже в общежитии, учил другим наукам. Бутч отлично помнил их первый поцелуй, неуверенный, почти испуганный взгляд напарника, и свои слова: «Доверься мне…»; помнил прерывистое дыхание друга и дрожь возбуждения, которая постоянно охватывала их. «Это неправильно, — говорил парень, слабо сопротивляясь — Бутч стянул с него футболку. — Мы не должны…» — он охнул, когда Бутч принялся расстёгивать ремень на брюках, а затем довольно грубо взял его за бёдра, развернул к себе спиной и нагнул. «Правила существуют для того, чтобы их нарушать, котёнок», — шепнул ему на ухо нависший сверху Бутч. Их разгорячённые тела соприкоснулись, но в последний момент Флетчер отстранился, вспомнив, что до него у Джеймса не было партнёра; подумал немного, сплюнул на ладонь и смазал член. Аристократ тихо застонал под ним тогда сквозь сжатые зубы, тем самым лишь ещё больше заводя Бутча. Вскоре он уже был внутри — вошёл до основания, и, одной рукой опираясь на кровать, а другой поддерживая приятеля за подбородок и запустив тому в рот два пальца, начал бессовестно иметь его. Не обращая внимания на стоны, жалобы, всхлипы… «Не плачь, маленький, — почти с любовью произнёс рокет, не сбавляя темп. — Тебе же нравится. Тебе же нравится, да? Другой ответ не принимается.» — «Да…» — еле слышный шёпот. — «Хороший мальчик, молодец», — Бутч явно наслаждался, издеваясь над ним. Да, да, ещё, ещё!.. — Бутч, что с тобой? Эй, ты меня слышишь?.. — Что?.. — Флетчер моргнул, ничего не понимая, и огляделся. Воспоминания, мгновение назад такие яркие, растворились, как будто развеянные ветром, возвращая его в реальность. — В чём дело? — Я проверил все комбинации до трёхсот. Пока безуспешно… С тобой всё в порядке? Бутч молчал, переваривая информацию. — Это всё, что ты хотел сказать? — Да. Лу пошёл вниз, вроде успокоился… Звук пощёчины разнёсся по комнате, отдаваясь в голове Джеймса странным звоном. Он несколько секунд приходил в себя, лихорадочно соображая, в чём провинился. — Ты чего?.. — рокет приложил ладонь к щеке и тут же отдёрнул её. Разозлился и вскочил на ноги. — Совсем чокнулся, да?! Что я сделал-то? — Я уже не могу больше ждать! — прорычал Бутч, отталкивая напарника к стене и упираясь коленом ему в пах. — Я смотрю на тебя и понимаю, что хочу! Хочу тебя. Сколько можно?.. Плевать на всё, слушай, давай прямо здесь. Я так тебя хочу… — эровец провёл кончиком языка по шее друга, прикусил мочку уха. — Дай мне трахнуть тебя. Помнишь наш первый раз? Я так хочу его повторить. — Ты ударил меня потому, что хочешь? — Нет. То есть… Я посмотрел на тебя и вспомнил, как мы начинали. А ты прервал это. Чтобы сообщить, что ни черта не изменилось! И кто из нас бесчеловечный? — Надо же, — глаза Джеймса блеснули. — Не знал, что ты такой сентиментальный. — Прекрати. Я не… — Нет, это ты прекрати. — Неожиданно в голосе напарника появился кремень. — Если ещё раз ударишь меня, я всерьёз задумаюсь о нашем будущем. Бутч выдохнул. Только что внутри него бушевали страсть, похоть и нетерпение, и вдруг там стало пусто. Он испугался. Джеймс высвободился из ослабшей хватки и сел на диван, возвращаясь к своему занятию. Довольно долго рокеты молчали: один прокручивал колёсики, дожидаясь характерного щелчка, другой, скрестив руки, сидел на диване напротив и смотрел в одну точку. Потом задремал. Изредка Джеймс посматривал на него и улыбался: конечно, у него тоже были мысли, мечты, он тоже представлял себе картинки. И ещё он понял, что периодически Бутча надо укрощать. Ведь для того и существуют близкие люди — чтобы поддерживать, уберегать от ошибок… Щёлк. Агент чуть не вскрикнул от неожиданности. Не веря своей удаче, он дрожащей рукой снял замок, несколько раз глубоко вдохнул, чтобы унять участившееся сердцебиение, и приоткрыл крышку кейса. Никаких подозрительных конвертов с не менее подозрительным содержимым тут не оказалось, только герметично упакованные бумаги и флешка в углублении рядом. Вот, за чем охотился босс, вот, за что отдал жизнь Монтгомери. За информацию. Монтгомери неосознанно пожертвовал собой, чтобы сделать их королями положения — так, получается? — Бутч! — Джеймс сам не узнал свой внезапно охрипший голос. — Бутч, проснись, в этот раз действительно получилось! — М-м? — любовник протёр глаза и недоверчиво уставился на него. Вместо ответа рокет развернул к нему открытый кейс. Брови Бутча слились с чёлкой. — И что там? — Я пока не читал. Надо позвать Лу. — Зачем? — Он заслуживает узнать правду. Как и мы. — Ладно, зови давай, — Бутч махнул рукой. Лу не заставил себя долго ждать. То ли рокетам показалось, что ли действительно за то короткое время, что дедуля побыл один, он в чём-то утвердился — по крайней мере, уже не выглядел таким потерянным, или же просто мастерски скрывал это. Напарники обменялись взглядами, и Морган достал файл с бумагами, поднёс к лампе и стал читать: Ч. 2. Сообщаем, что наши исследования идут полным ходом. Благодаря своевременной оплате техники, необходимой для работы, а также тщательной обработке всех полученных сведений я могу с уверенностью сказать, что нас ждёт успех в задуманном деле. То, с чем мы столкнулись, — неслыханное дело, опасное. Надеюсь, вы хорошо подумали прежде, чем давать добро на осуществление идеи. Создать полностью контролируемое и повинующееся существо — задача сложная; не стоит забывать, что всё может обернуться против нас, когда мы совсем не будем того ожидать, а потому я советую вам и вашим людям перестраховаться. Риск, несомненно, дело благородное, но, если допустить хоть малейшую оплошность, можно поплатиться человеческими жизнями. На этом заканчиваю свои нотации и перехожу к делу. Перед нами стоит следующая задача: создать искусственный разум. Разумеется, тот факт, что он искусственный, т.е. созданный человеком, в некоторой степени облегчает выполнение задачи. НО! Не забывайте, что человек сам себе враг. Однажды люди уже поплатились за свою заносчивость и перестали понимать друг друга — отделались малой кровью. Мы всё равно должны быть умнее — умнее всего, что придумаем. Помимо этого, имеется другая проблема: как переносить этих существ. Ведь не все они (как я думаю) окажутся размером с футбольный мяч, который можно носить под мышкой. Было предложено сделать временное переносное устройство с функцией свёртываемости объекта, другими словами, материально-волновой ретранслятор, который позволит содержать в нём вашего подопечного до тех пор, пока он вам не понадобится (об этом подробнее я расскажу при встрече). Естественно, любая техника требует подзарядки, и ретранслятор не стал исключением. В связи с этим, будут разработаны специальные установки, заряжающие прибор и позволяющие восстановить как материальную, так и физическую оболочку находящегося внутри объекта. Да, мы хотим достигнуть максимальной правдивости, если это слово здесь уместно: не только смотреть, но и контактировать с объектом напрямую — тактильно. Это позволит установить тесную связь между носителем (отдельным человеком) и его питомцем. Не могу не отметить ещё один плюс: существо невозможно убить. Можно ударить, покалечить, измотать, но убить — нельзя. Чтобы восстановить его, нужно всего лишь положить контейнер (ретранслятор) в специальное гнездо установки. Друг мой! Вы назвали их «карманными монстрами», «покемонами». Пока что, для краткости, мы будем называть их именно так. Возможно, название закрепится — не вижу смысла изобретать велосипед. Люди узнают о покемонах и примут их, хотят они того или нет. Нужно лишь время, чтобы привыкнуть. К выше написанному прилагаю дополнительные материалы, которые, несомненно, заинтересуют вас. В надежде на дальнейшее сотрудничество, искренне ваш, Дж. С. P.S. Найдите расходный материал. Джеймс нахмурился и недоумённо посмотрел на Бутча и Лу. — Что всё это значит? — растерянно спросил дедуля. — Если я правильно понял, какие-то сумасшедшие пытаются создать монстров, которых можно приручить, и использовать их в своих целях, — рокет снова пробежал текст глазами. — Но они боятся… — Что он имел в виду, когда писал про заносчивость? Такое уже случалось, что ли? — Бутч пребывал в крайнем недоумении. Напарник ответил не сразу. — У меня есть лишь предположение. Это отсылка к легенде о том, почему люди говорят на разных языках. — А поподробнее? Джеймс послал ему красноречивый взгляд, как бы говоривший: «Какой же ты недалёкий!», но всё же снизошёл до объяснения: — Библейское предание про Вавилонскую башню. Те, кто строили её, хотели прославиться и бросить вызов Богу. Но Богу не понравилось затея, и он сделал так, что люди перестали понимать друг друга, и не смогли достроить башню. Со временем она разрушилась. Это если вкратце. Но больше ничего и не надо знать, всё сходится… Помнишь, что сказал священник? «Не гневите Бога!» Наверное, он что-то знал. И, возможно, это действительно Доминик стрелял в… в нас. Ему было всё равно, в кого стрелять, мы для него все враги, посягнувшие на святое. И он таким образом собирался помешать нам. Так что вряд ли они с Монтгомери были в сговоре. — А что значит «расходный материал»? Джеймс пожал плечами. Ответ у него имелся, но делиться своими мыслями на этот счёт ему не хотелось. Да нет, вряд ли, конечно… Интересно, кто такой «Дж. С.»? — Полагаю, мы закончили, — подытожил Бутч. — Информацию достали, теперь нужно вернуться в штаб и отчитаться боссу… — Эй, а как же я?! — воскликнул Лу. — Значит, бросить тут меня решили, да? Вот как, да? Одного?! Да меня не сегодня-завтра растерзают! А я вам помог, между прочим! Я… Настойчивый стук в дверь заставил всех троих вздрогнуть, а возмущённого продавца антиквариата замолчать. Он покосился на окно — только начало светать. — Кого это принесло в такую рань? — Лу с опаской смотрел в сторону лестницы. Стук повторился. — Я думаю, надо открыть, — сказал Джеймс. — А… может, сделаем вид, что тут никого нет? — Ты только что орал как резаный! — напомнил Бутч. — Кстати, не удивлюсь, если это полицейские. Так что, пока будешь спускаться, придумай объяснение своему поведению. Лу тихо ойкнул, но всё же последовал совету эровца и направился к лестнице. Выждав минуту, он начал очень медленно и осторожно спускаться, громко кряхтя и болезненно постанывая. Рокеты переглянулись. Бутч кивнул в сторону окна, схватил бумаги и, сложив их в несколько раз, вытащил из гнезда флешку. — Это тебе. А документы у меня останутся. На случай, если разделимся. — Но я не хочу, — Джеймс сам удивился своему испуганному голосу. — Я тоже, — заверил его напарник и поцеловал — неожиданно горячо и страстно. Морган бросил флешку на диван и ответил на поцелуй. Ему было всё равно, даже если бы сюда сейчас ворвались десять полицейских и сам Джованни. Как бы он ни стремился урезонивать Бутча, не мог не признать, что сам его хочет. Хочет подчиняться этим сильным рукам, хочет утонуть в тёмно-карих глазах, хочет слышать шёпот, то успокаивающий, то возбуждающий, хочет… Морган посмотрел на напарника — тот улыбался. — У тебя такие длинные ресницы, Джимми. — Да, ты говорил. — Очень скоро мы останемся вдвоём, и никто не сможет нам помешать. — Лёгким движением руки Бутч убрал с лица друга непослушную прядь волос. Они оба желали, чтобы эти мгновения длились вечность. Но… Вот Лу, наконец, дошёл до двери, открыл — звякнули колокольчики. Приглушённые голоса. Снова скрип двери, голоса чуть звонче. Ранние покупатели? Лу тихо разговаривал с ними, потом воцарилась абсолютная тишина. И снова разговоры. А ещё через минуту дедуля взлетел по ступенькам куда резвее, чем спускался с них. Он вошёл в комнату с таким видом, словно ему открылась какая-то тайна. Увидев обнимающихся рокетов, Лу смутился, но всё-таки нарушил их уединение: — Мальчики, к вам пришли. — И произнёс имена, от которых Джеймс слегка побледнел, а Бутч пришёл в ярость. — Скажи им, что нас тут не было! — прошипел агент, жалея, что они не ушли раньше — да хотя бы через окно, по крышам. Спускаться по водосточной трубе казалось куда более привлекательным, чем встретиться с теми, кто ждёт их внизу. — Не могу. — Лу развёл руками. — Я уже сказал, что вы есть. Они же ваши коллеги! Вы ведь команда! Помочь хотят. Так что пошевеливайтесь, а я пока чай сделаю. — И, пробормотав что-то насчёт того, что магазин сегодня будет закрыт, поспешил вниз. Напарники поглядели друг на друга и обречённо вздохнули. — А, может, всё-таки через окно, а?