Ответственное задание

Первое, что Бутч увидел, открыв глаза, — безмятежно спящего Джеймса. Напарник дышал спокойно и ровно, и это почему-то придало уверенности в сегодняшнем дне. Рокет убрал с его лица прядь волос, сунул руку под подушку и улёгся поудобнее, продолжая наблюдать за ним. Утреннее солнце заглянуло к ним в окно и упало на подушку Джеймса. У Бутча аж дыхание перехватило, стоило ему взглянуть на напарника, освещённого лучами светила. Но тот повернулся к нему спиной, и, слегка обиженный, агент придвинулся ближе и приобнял друга, провёл ладонью по талии и опустился ниже. Аристократ улыбнулся сквозь сон, почувствовав прикосновения. Приятное пробуждение, что ни говори. Он приподнялся на локтях и посмотрел на Бутча, щурясь от яркого света, потом на часы. — Восемь утра? — парень запустил в волосы пальцы и «расчесался». — Ты чего не спишь? — Догадайся, — прошептал Бутч, притягивая его к себе и нежно покусывая мочку уха. Джеймс ответил томным взглядом. — Я тебя хочу… — Если мы сейчас продолжим, то здорово смутим нашего гостя, — напомнил Джеймс, покосившись на дверь. В первую секунду Бутч хотел ответить, что ему всё равно, пусть там даже было бы сто гостей, — уж слишком он изголодался по телу напарника, но, подумав, вздохнул. — Когда выполним задание, я поимею тебя, — пообещал он, надевая майку. — И ты не отвертишься. — Я весь твой. — Джеймс послал ему воздушный поцелуй. Рокет подошёл к двери комнаты Монтгомери и несколько раз ударил кулаком в неё. Дверь тут же распахнулась, словно он только того и ждал — выбраться наружу. — Что, уже идём? — Да. Через десять минут выходим. — А как же завтрак? — обеспокоенно спросил Митчелл. — Я не ел со вчерашнего утра! — Нам тоже нужно поесть, — кивнул Джеймс. Бутч раздражённо пожал плечами, но спорить не стал. — Однако это не повод оттягивать наш визит сами знаете куда. Посыльный закивал часто-часто, как китайский болванчик. Кажется, он сегодня пребывал в приподнятом настроении — наверное, верил, что если ребята будут с ним, то всё получится. Наскоро перекусив, все трое вышли на улицу. — Ну, веди, — великодушно разрешил Бутч. И Монтгомери повёл. Первые минут двадцать он шёл довольно уверенно, оглядываясь лишь, чтобы проверить, не отстали ли идущие за ним агенты. Но они и не думали отставать; напротив, следовали за ним по пятам, след в след, словно цепные псы. Каждый раз, когда Монтгомери останавливался, Бутч нетерпеливо фыркал и отпускал колкий комментарий по поводу их ходячего GPS-навигатора, ссылаясь на недолговечность нынешней продукции. «Что, связь со спутником потерял?» — посмеивался он, наблюдая, как Монтгомери растерянно оглядывается, заведя друзей в очередной тупик. — Я… я ночью шёл, я не знаю точно… — лепетал он. Насмешки Бутча здорово сбивали с толку, мешая сосредоточиться. — Бутч, заткнись, пожалуйста, — попросил Морган. — Мы так сто лет искать будем. — Да ладно, — рокет потянулся за зажигалкой и сигаретами. — Что с ним, что без него… — Так. Я думаю, сюда! — торжественно провозгласил «гид» и двинулся по одной из многочисленных улочек, петляющих между домами. — Старые районы города — просто жесть, — сказал Бутч, и Джеймс мысленно с ним согласился. Через некоторое время блуждание по пустынным улицам начало утомлять. Нет, конечно, тут было красиво и пахло историей (а также содержимым мусорных баков), но агентов это не радовало. И, когда Монтгомери вывел их из лабиринта улиц в какой-то внутренний дворик, напоминающий маленькую площадь, рокеты в замешательстве переглянулись. — Здесь, — почти шёпотом произнёс он, обойдя их и посмотрев вверх. Ребята только сейчас заметили, что ни дверей, ни окон нет; лишь на высоте метров тридцати — одинокий балкончик. Джеймс тоже взглянул наверх и увидел на крыше человека. Разглядеть с такого расстояния его лицо не представлялось возможным, но силуэт и чёрные свободные одежды показались смутно знакомыми. У эровца внутри всё похолодело. Он покосился на остальных, однако Митчелл ничем не показал, что заметил нечто странное, а Бутч и вовсе головы не поднимал. Он со скучающим видом изучал свою сигарету, время от времени выдыхая дым. — Я… я только что видел кого-то там. Наверху. Вы ничего не видели? Напарник окинул взглядом крыши. — Нет. А… как он выглядел? — Весь в чёрном, и… как будто в плаще. Не знаю. — Ты видел Бэтмена? — Бутч широко улыбнулся, притушил сигарету и бросил её в снег. — Далековато его от Готэма занесло. Ну же, давай. Убей! — Да ну тебя, — отмахнулся Джеймс, не в силах унять дрожь. Кто же всё-таки это был? — Ладно, я куплю тебе комиксы, если хочешь. Только позже, после задания. Эй, Монти, что там у тебя? Джеймс дождался, пока Бутч повернётся к нему спиной, молниеносно присел, собрал побольше снега в ладони и скатал увесистый снежок. Как следует прицелившись, запустил им в напарника, но тот отошёл в сторону, и снежок попал в Монтгомери. К удивлению рокета, он рухнул как подкошенный, на бок. Бутч обернулся и укоризненно покачал головой. — Промазал. Если ты, конечно, в меня хотел попасть, — эровец рассмеялся. Однако друг смеяться не спешил — он пристально смотрел на упавшего, округлив глаза, словно увидел привидение. Затем быстро подошёл к нему и перевернул лицом вверх. Эровцы попятились: снег окрасился красным, а в виске темнело отверстие от пули. — Твою мать, — севшим голосом выругался Бутч. Агенты переглянулись и, не сговариваясь, нырнули в узкую улочку, по которой пришли сюда. — Куда-нибудь… в людное место, — выдохнул бегущий сзади Джеймс, подталкивая рокета. Отдышаться получилось только в первом попавшемся магазине. Эровцы встали по обе стороны двери и посмотрели друг на друга. — Так это что, Бэтмен стрелял? — шёпотом спросил Бутч. — Понятия не имею. Но наша единственная возможность узнать местонахождение кейса накрылась медным тазом. Причём второй раз. И, честно говоря… — Джеймс прислонился к дверному косяку. — Мне кажется, это был Доминик. — Кто? — Отец Доминик. Тот священник. Помнишь? — А-а, да, припоминаю что-то… Но зачем ему надо убивать Монти? Морган сердито уставился на него. — Да не его он хотел убить, а тебя. Если бы ты не отошёл… — он содрогнулся. — Но мы же ничего плохого не сделали. И вообще, он священник! Как можно… «Может, он так взъелся на меня из-за того, что я ему фак показал?» — подумал Бутч. «Не гневите Бога!» — пронеслось в памяти вчерашнее наставление. А что, если… — Так-так-так, у меня тут гости, оказывается! Рокеты подскочили, но к ним всего лишь подошёл невысокий пожилой человек, поправляя очки с толстыми стёклами и подслеповато щурясь. На нём была цветастая накидка — что-то вроде пончо; поношенные вельветовые брюки, заправленные в сапоги. А вот волос у него, несмотря на возраст, было предостаточно — они торчали в разные стороны, придавая ему вид слегка взбудораженный. — Мы уже уходим, — сказал Джеймс, с сожалением берясь за круглую деревянную ручку двери, но перехватил взгляд напарника. Нет, Бутч никогда не был трусом, но выходить на улицу сейчас очень не хотелось. Тем более, вряд ли Доминик (или кто-то другой) осмелится в открытую прийти сюда и пристрелить их. — Простите… — Ну вот, а я только заварил чай, — дедуля всплеснул руками. — Может, останетесь? — Чай? — переспросил Джеймс, оглядываясь. — Вы кого-то ждали? И мы разве не в магазине? — У меня тут и дом, и магазин. Проходите, проходите, тут одному совсем скучно! Услышав про чай, Бутч довольно резво двинулся вглубь помещения, но Джеймс схватил его за руку. — Не теряй бдительности, — шепнул эровец. — А если это враг? — Брось. Ерунда. — А если друг? Пострадает ещё один невинный человек. Что, думаешь, если некто хочет убить нас, то отделается одной смертью Монтгомери? — Нас позвали на чай, — ледяным тоном произнёс Бутч. — И отказываться я не собираюсь. Магазин оказался коллекцией антиквариата. Старинные вазы, картины, музыкальные инструменты, пожелтевшие от времени книги с хрупкими страницами, причудливо оформленные тикающие часы — настенные и напольные; фотоаппараты, компасы и даже какие-то карты, и множество других интересных вещиц занимали всё пространство от пола до потолка. Неудивительно, что среди возвышающихся башен из книг друзья не сразу заметили хозяина магазина. А юркий старичок нырнул куда-то в подсобку и вскоре вернулся с подносом и тремя чашками на нём. Помещение наполнил приятный аромат, и сразу стало тепло. Садясь в удобное кресло с высокой спинкой и мягкими подлокотниками, Джеймс старался не думать о том, что в подворотне лежит мёртвый человек, мёртвый по их вине. «Он же что-то говорил о том, что собирался купить подарок матери… или жене», — некстати вспомнил агент, и сердце его болезненно сжалось. Вслед за этой мыслью пришли другие, не менее мрачные: в смерти скольких они ещё виноваты, пусть и косвенно? Сколько раз их пытались убить и сколько раз им удалось избежать смерти, самим того не ведая? Мы работали, выполняли задания и даже не задумывались… Каждое задание могло стать последним. И только теперь, когда, по счастливой случайности Бутчу захотелось отойти на шаг, Джеймс понял, насколько в жизни всё связано, и насколько эта связь непрочна. А теперь ещё этот… — Как вас зовут, мальчики? — Я Бутч, а его имя — Джеймс. А вас? — странно, Бутч всегда тяжело сходился с людьми, но сейчас запросто разговаривал, как будто они сто лет знакомы. — Лу. — Радостная улыбка. Должно быть, действительно рад гостям. — Меня называют Лу, и вы меня так зовите. Все говорят: «Магазин Лу». А теперь ещё этот Лу со своим магазином. Чем больше Джеймс хотел закончить с выполнением задания, тем отчётливее он понимал, что разгадка далеко. Как знать, может, пока они тут прохлаждаются и пьют чай, в мире уже что-то происходит, чему нельзя происходить. «Но, с другой стороны, — эровец перекинул ногу на ногу и невидящим взглядом уставился на подвешенный на стене ковёр с замысловатым узором, — выполни мы задание, происходило бы то же самое, только под руководством босса… Что же находилось в кейсе? Что за бумаги стали причиной гибели маленького запуганного человечка? И стоит ли оно того?» Вряд ли. — А вы какими судьбами в нашем городе? — Ну... — Мы туристы, — сказал Джеймс, послав предостерегающий взгляд неожиданно разговорившемуся напарнику. — Гуляли по городу, мимо проходили. — А, путешествуете, значит, — понимающе закивал Лу. — Да! — подхватил парень и улыбнулся. — У вас медовый месяц? Бутч издал странный звук — чай попал не в то горло. Ребята переглянулись. — Э… Нет… — Да бросьте, — Лу размешивал сахар, позвякивая ложечкой о стенки чашки. — Этим сейчас никого не удивишь. Сердцу не прикажешь! А как вы познакомились? — На работе, — в один голос ответили парни. Джеймс добавил: — И тут мы тоже… по работе. — Стало быть, совмещаете приятное с полезным? Понимаю, понимаю! — В каком-то смысле, — осторожно произнёс рокет, с опаской рассматривая столь понимающего владельца магазина. — Знаете, нам всё-таки пора идти. —На ночь глядя?! Да вы рехнулись! — всполошился Лу. Он поставил блюдце с чашкой на столик и принялся спешно закрывать и зашторивать все окна, после чего на цыпочках прокрался к двери, аккуратно выглянул на улицу, проверил обстановку и закрыл дверь на несколько замков, задвижку и цепочку. Агенты, уже привставшие, снова переглянулись. — Никуда вы не пойдёте. По крайней мере, до утра. — А к чему все эти меры предосторожности? — поинтересовался Джеймс. Лу метнулся к своему креслу, уселся в него и набросил на голову какой-то старый огромный платок с бахромой по краям, обмотал голову и оставил прорезь для глаз, точнее, для очков. Бутч закусил губу, сдерживая смех. — Вы не знаете, но я вам расскажу. Дело в том, что… Что-то происходит. Что-то плохое. Я чувствую. В этот момент за окном громыхнуло, и на шторах заплясали разноцветные пятна. Лу сдавленно пискнул. — Успокойтесь, это фейерверк. Новый год всё-таки, — Джеймс отодвинул тяжёлую бархатную ткань и выглянул в окно. — А ну отойди! Умереть хочешь? — Чего? — Бутч аж напрягся. — Почему? — Я видел пару раз странных людей в подворотнях. Они шептались, передавали друг другу какие-то коробки… оружие, наверно. А потом они меня заметили, еле ноги унёс! Боюсь, что найдут меня и магазин подожгут. Уезжать отсюда надо, а не могу — магазин-то по наследству ко мне перешёл, от отца, а ему от деда. Наше семейное дело, вот! А ещё друг мой, не из этих мест, должен был приехать, а его всё нет и нет. Опять вляпался в какую-нибудь скверную историю, я ж знаю, — проворчал Лу и отхлебнул чаю. Сердце Джеймса учащённо забилось, а в душу закралось неприятное давящее ощущение. — А как зовут вашего друга? — Монтгомери Митчелл. Да вам всё равно его имя ничего не скажет… В наступившей тишине тиканье часов звучало особенно громко. Ночевать остались у Лу — возражать уже не было сил. Как выяснилось, магазин плавно переходил в квартиру, занимавшую аж два этажа старенького, но крепкого (по словам Лу) здания. Друзья разместились наверху, на диванах, и долго молчали, прежде чем пожелать спокойной ночи. Бутч через некоторое время заснул, а Джеймсу не спалось: он просто лежал с закрытыми глазами и прислушивался к дыханию напарника. Мысли перемешались, и он с трудом восстанавливал цепочку событий, пытаясь собрать воедино все факты: документов на руках нет, и где искать — неизвестно; единственную ниточку, ведущую к ним, в лице Монтгомери они потеряли; в городе, судя по всему, обстановка накаляется, и празднование Нового года — лишь маска. И что это за «странные люди» и какие дела они ведут? Что в тех коробках? Связано это как-то с заданием босса? Ко всему прочему, прибавились душевные терзания по поводу дружбы Лу и Монтгомери. Они были знакомы… Возможно, как и рокеты. Возможно, именно поэтому он оказался таким понимающим. Впрочем, всё это неважно. Джеймс попытался представить, что будет, если с Бутчем что-то случится. Долго думать про такие вещи эровец не смог и отогнал мрачные мысли. Он уже начал проваливаться в сон, как почувствовал чьё-то прикосновение. — Тс-с, это я, — напарник навис над ним и неслышно поцеловал его в губы. — Спал? — Нет, — Морган повернулся к Бутчу, присевшему на корточки рядом с диваном. — Думал. — Мне иногда кажется, что ты слишком много думаешь, — усмехнулся парень. —Винишь нас в произошедшем? — Мы просто воры, Бутч. Мы берём то, что плохо лежит, но мы не забираем жизни. Мы не убийцы. А всё идёт именно к тому. Монтгомери — только начало. Не знаю, что затеял босс, но… это может плохо кончится. — Ну, он же босс. И у него свои интересы. А наше дело — задание выполнять. Моя интуиция мне подсказывает, что мы не справляемся. — Он тихо рассмеялся. — А что мы скажем Лу про Монтгомери? — Ничего. А почему мы должны? — Он же его ждёт. — Джеймс сел. — Я даже подумал, что эти двое… — Что? Что они вместе? — Напарник покрутил пальцем у виска. — У них же разница в возрасте… большая. — Да ладно. Сердцу не прикажешь, так ведь? Я же полюбил такого бесчувственного тебя, почему Монтгомери не мог полюбить старика Лу? — Эй! С каких пор я бесчувственный? И вообще, ты тот ещё извращенец! — Сам такой, — парировал Джеймс и прикоснулся к его лицу. Вдруг на лестнице раздались шаги, и рокеты отстранились друг от друга. Бутч издал рассерженный приглушённый рык. — Прошу прощения, мальчики… не разбудил? — Лу постучал и втиснулся между дверью и косяком. В руке он держал масляную лампу, от тёплого света которой сразу стало уютно. Если бы ещё не душевные терзания… Эровцы покачали головами. — Я тут подумал, что с Митчеллом произошло нечто нехорошее. Мы договорились: он ещё вчера собирался прийти, а его нет и нет. Хотели уехать куда-нибудь. Эх… А утром и вы уйдёте. Опять один останусь. «Вчера, значит, — Морган ощутил очередной укол совести. — Если бы вчера мы не затащили Монтгомери в отель, возможно, сегодня он был бы жив…» — Ребят, а я случайно вам не пригожусь? — В чём? — опешил Бутч. — Ну… Может, у вас, где вы работаете, найдётся местечко для меня? Я могу всякими бумажками заведовать, или библиотеку в порядке поддерживать, ну и так далее. Я много чего умею! Не оставляйте меня тут, прошу вас. Вы, между прочим, у меня в долгу! — внезапно пошёл в наступление дед. — За то, что я вас приютил. Вот так! — Видите ли… — Джеймс опустил взгляд на свои пальцы, сцепленные в замок. — Вряд ли вам понравится то, чем мы занимаемся. И в свете последних событий и прихожу к выводу, что работа у нас не сказать, что простая или даже… безопасная. Но мы очень благодарны вам за помощь. — А чем вы занимаетесь? Не объяснили мне даже! — как будто не услышав рокета, возмутился Лу. Джеймс молчал и кусал губы. На помощь пришёл напарник: — Мы берём то, что плохо лежит. И никого не спрашиваем, нужно им это или нет. В данный момент мы выполняем одно поручение в вашем городе, и мы знали, правда, не очень долго, вашего знакомого. Мой друг считает, что мы виноваты — Джеймс, подожди! — в его смерти. Дело в том, что на нас взъелся местный святоша, и преследовал нас. Монти решил помочь нам найти того, кому доставил некий кейс, в котором лежали нужные нам бумаги, но завёл в какой-то тупик. Его застрелили. По чистой случайности. На его месте должен был быть я. Нам показалось, что стрелял священник. Потом мы оттуда смотались и наткнулись на ваш магазин. Такие дела. — И агент развёл руками. — Ну что, вы всё ещё намерены вступить в наши ряды?