kingsman: rps-version

колин фёрт, тэрон эджертон, g, преслэш, ангст, все совпадения с реальностью и здравым смыслом случайны, для ...GreenSun ------------------------------------------------- Успокойся, старый дуралей, он тебе в сыновья годится, думает Колин Ферт, когда Тэрон Эджертон обнимает его на ковровой дорожке. Чужое тело ощущается сквозь все слои ткани, такое юное и горячее тело, господи, какая пошлость, о чем он вообще думает. Колин улыбается репортерам и безукоризненно отвечает на все вопросы. Позже, дома, он украдкой смотрит на ютубе все эти видео, и на них нет ничего криминального — с его стороны. То, что Тэрон не сводит со старшего партнера по съемкам влюбленного взгляда, проблемы только самого Тэрона. (Все это Колин повторяет себе по три раза подряд, в терапевтических целях.) Они много времени проводят вместе, потому что того требует промо-тур, потому что это прописано в контрактах. Если честно, Колин предпочел бы общаться с Марком, с ним безумно легко и комфортно работать, всегда можно пропустить по пинте темного и не думать ни о чем. Не думать о чужой ладони на своем колене. Не думать о собственных странных порывах — потрепать по волосам, налить стакан воды, как-бы-приобнять, положив руку на спинку чужого стула. Все катится к чертям, думает Колин и сбрасывает звонки Тэрона с завидным упрямством. «Я был очень занят», — не моргнув глазом, соврет он позже, и сердце пропустит несколько ударов в ответ на расстроенно-потерянный кивок. Следующее интервью больше похоже на оду в честь «великого и прекрасного Колина Ферта», и Тэрон так улыбается и так хлопает ресницами, что невозможно, абсолютно невозможно отвести взгляд. Колин почти не вслушивается в его болтовню, соглашаясь с ролью друга, наставника и самого господа бога. — Я зайду вечером? — как бы между прочим интересуется Тэрон и касается его локтя. Колин думает: я же не железный, боже, я просто не могу так больше. Он кивает, и Тэрон сияет в ответ, позирует папарацци, крепко прижимает его к себе, чтобы очередная фотография породила волну сплетен и домыслов, не иначе. ... виски на два пальца не мог настолько затуманить голову, думает Колин с мрачным смешком. Он ждет Тэрона с минуты на минуту — тот позвонил сообщить, что везет «лучшую пиццу в городе». — Еще горячая, — так гордо заявляет Эджертон четверть часа спустя, словно он разносчик, ожидающий хорошие чаевые за оперативность. — И пиво. Как можно есть пиццу без пива? Действительно, как, думает Колин, изучая упаковку американского «Будвайзера». И всему-то тебя нужно учить, проносится в его голове. — Вообще-то, нам нужно поговорить, — вдруг выдает Тэрон, ничуть не смущаясь, что неприлично болтать с набитым ртом. Не то чтобы Колина это напрягает, хотя Гарри Харт в нем все еще слишком силен, так что реплика «джентльмены сперва прожевывают, а потом говорят» рвется с языка. Впрочем, она так и остается не озвученной. — Давай поговорим, — улыбается Колин вместо этого и неосознанно скрещивает руки на груди. Тэрон толкает речь, достойную номинанта, только что получившего «Оскар», рассыпается в комплиментах «мистеру Ферту» чуть ли не больше, чем во всех своих интервью вместе взятых, улыбается и отводит взгляд. «Мне это нужно», звучит где-то в его речи. «Фансервис работает безотказно», добавляет он. Колин кивает, свинчивает горлышко одной из бутылок «Будвайзера», пьет чуть ли не залпом, не чувствуя вкуса. — Ты же все понимаешь, — говорит Тэрон с легкой улыбкой. Он не извиняется и не сожалеет. Он будто бы сочувствует, и это единственное, за что Колин хочет его ударить. — Мне очень нужен этот пиар. Роли, возможности... Надеюсь, я тебя не сильно компрометирую, если что. Без обид? Колин и хотел бы ответить, но не может, он каменеет, как толкиеновский тролль в первых лучах солнца, и Тэрон уходит, видимо, принимая молчание в качестве согласия.