Королевские сказки

Дверь скрипнула слишком громко. Прихожане, повинуясь любопытству и скуке, обернулись. Отчего-то показалось, что сейчас все догадаются о грехе мэра, о ее утреннем занятии. И распахнутся десятки ртов, и раздастся хор голосов осуждающих: – Шлюха! А с потолка обрушится ливень огненный. Регина минуту простояла на пороге, ощущая, как колотится сердце в груди, а в голове путаются мысли. Но паника ушла, уступив власть Королеве. Женщина вспомнила, что в этом мире она мэр. Она не опаздывает – задерживается. Показав всем своим видом, что ей наплевать на осуждение, женщина устремилась вперед. Проигнорировала то, что прихожане покачивают головами, шепчутся, но заметила, как они опускают взгляды. Видимо, связь с Зачарованным лесом в этом месте так и не ослабла. И не ослабнет. А значит, ее всегда будут бояться. – И обратился Он... – священник отвлекся от своей книги и запнулся, увидев решительно шагающую мисс Миллс. Регина хорошо знала свою роль. В этом мире приходилось подчиняться законам и глуповатым правилам. Вспомнив о них, Королева не дошла до первого ряда. Ее место всегда было там, на главной скамейке, где она всю службу с поджатыми губами сидела и следила за духовным пастырем. В этот раз Регина свернула и опустилась на другую скамью. Положив ногу на ногу и взглянув вперед, Королева будто дала разрешение: священник, заикаясь, продолжил проповедь. Только тогда Регина заметила, кто сидит через проход от нее. От вида знакомого светловолосого затылка бросило в жар. Никто в этой церкви не знал, как еще час назад Королева хваталась за пряди и в блаженной агонии тянула их к себе. В тот момент, когда этот широкоплечий мужчина доставлял ей удовольствие. В холле мэрского дома. Под аппетитный запах лазаньи. Капелька пота скатилась с шеи и медленно поползла к ложбинке на груди. Регина сглотнула и попробовала вслушаться в духовные наставления. – Не сдерживайся… И опять шлепок по заднице, обжигающий и такой сладко-болезненный. От воспоминания Регину словно ошпарило кипятком, и, глубоко вздохнув, она заерзала на скамье. – Тсс... – сидящая рядом вдова Лукас посмела шикнуть на нее. Никогда не боявшаяся Королевы старушка в этот раз помогла ей, отвлекла от блудливых мыслей. Ровно восемь минут Регина Миллс держала спину ровно и пыталась взглядом прожечь дыру в одежде священника. Еще немного и пошел бы дым, люди бы завопили, бросились бежать, спотыкаясь, давили друг друга, неслись бы по спинам. И не заметили бы, как мужчина затаскивает мэра в кабинку. А вскоре оттуда доносится вскрик. Пылающие кончики ушей опять заставили Регину посмотреть на виновника ее фантазий. Тут же в мыслях раздался хриплый голос: – Регина! Твой... Ее ранее измученная ласками плоть под тонкими трусиками увлажнилась, и Регина покрепче сжала ноги. Вспомнила, как пыталась так же поступить час назад в коридоре своего дома. Впустив утром соседа, который якобы принес ей угощение, она в первые же секунды поняла, чем все закончится. Весь сценарий повторялся уже год и заучен был до мелких деталей. Тот же взгляд, ласкающий ее тело, та же ослепляющая страсть, то же сильное, до сухости во рту, желание... Поцелуи, неистовые прикосновения, имена, срывающиеся с припухших губ. Утром не было времени. Королева не стала бороться. Да и не сильно хотела. Притянула мужчину, успевшего отставить противень. И в омут с головой. Попыталась забыть, что в соседнем доме таится опасность. И что Грэм где-то рядом патрулирует улицы. Хотя бывший любовник, оставшийся не у дел после отъезда Оуэна, уже не отвлекал Королеву. Появилась цель интереснее. Что-то влекущее, возбуждающее и такое опасное было в их сексе. Связь перед воскресной службой не могла не распалять их тела. Будто кто-то на небесах отвернулся, а они у него под носом. Изменили. Поддались соблазну и вкусили запретный плод. Делали это до сведенных в экстазе мышц, прикушенных губ и поджатых пальцев ног. Они не смогли дойти до спальни. Коридор стал их любовным приютом. Стена заменила кровать. Дом поглотил гортанно-животные крики. Королева жадно втянула воздух. На мгновение ощутила травянистый запах, тянущийся от льняной рубашки. Кажется, пара пуговиц от нее отлетело. Так случилось в те секунды, когда Миллс прорывалась к напряженному телу, чтобы прикусить, облизнуть, поцеловать солоноватую кожу. Забываясь, Регина царапала плечи и дергала волосы. А в ответ получала укусы сосков, зализывание влажным языком, шлепки по заднице и грубоватые, до отметин, тиски на пояснице. – Он все видит! В помутневшее сознание ворвался голос священника. Для более сильного эффекта старик обвел всех сердитым взглядом и пригрозил худощавым пальцем. Представление привлекло внимание Регины и вызвало усмешку. Пользуясь столько лет магией и верша с ее помощью темные, ужасные дела, Регина и в обычном мире продолжила испытывать судьбу. Если бы эти Высшие Силы существовали бы на самом деле, то сейчас бы покарали главную сказочную грешницу. Может, и пятна бы на этой окрашенной светлой краской скамье не осталось. Если бы они были. Регина наткнулась на серые глаза. Обернувшийся мужчина, прищурившись, раздевал ее взглядом. И давал понять, что догадывается об образах, будоражащих ее сознание. Медленно она отвернулась и прислушалась к старческому голосу. Про себя уговаривала не возвращаться взглядом к наглым глазам. Сердце, стучавшее так громко, что его точно слышали все окружающие, измучило за пару минут. С облегчением, словно сбегая от стаи волков, Миллс вскочила, когда служба закончилась. Самой первой попробовала прорваться к выходу, но отвлеклась на жителей. Горожане пристали со своими просьбами, жалобами, нытьем, от которых у Регины застучало в висках. – Все потом! В понедельник. С пяти до семи... До свидания… И вас храни... Всего... Свежий воздух не спас. Наоборот Миллс забыла, что надо дышать, как только вышла из церкви и увидела длинноволосую брюнетку. При ее появлении женщина просветлела, обрадовалась. – Регина! Здравствуй! Затошнило от этой фамильярности. Хоть и связывало их несколько лет соседства, общения и семейных посиделок, но Регина все не могла привыкнуть к такому обращению. Притворялась. – Здравствуй, Мэриан! – легкого кивка и благосклонной улыбки соседке хватило. – Как лазанья? Робин сказал, что так долго был у тебя, потому что заставил тебя съесть... До последней крошки... – женщина подступила. Прикрывая от солнца глаза, она не видела застывшего лица мэра. – Правильно! Тебе надо есть. А Регина едва справлялась с эмоциями, с желанием переписать эту чертову сказку. И там бы не было этой дурочки, которая не понимает и не поймет. Ее мужчина уже не ее. – И она съела с аппетитом! – веселый голос вынудил Регину обернуться. Несколько секунд они во взглядах обменивались уколами, обвинениями и призывами к честности. Только Регина не забыла о злобно-королевском прошлом, а Робин Гуд настолько пленился их страстью и влечением, что не слышал свою совесть. – Отлично! Вечером Робин тебе пирог занесет! Я поделюсь с тобой... – Буду ждать... С неохотой оторвав взгляд от мужчины, что сам раздевал ее глазами, Королева простилась с соседями. Направляясь к машине, нарочно покачивая бедрами и откидывая волосы назад, мэр наслаждалась мыслью, что сегодня голодной она не заснет.