Mermaid Hotel

Включите песню - Lana Del Ray - Pretty When You Cry Она шла по холодному ночному переулку. На улице было так морозно, что руки покрылись красными пятнами. Пальцы онемели от холода, а она все пыталась спрятать кисти рук в рукава своего светло - розового пальто. Когда снова ничего не вышло, она вздохнула. Пар мгновенно пошел изо рта, вырисовывая в воздухе корявые фигурки. Щеки и нос щипало от холода, тоненькие ножки провалились в снег. Короткие сапоги уже не грели - в них уже давно таял снег, забирая у девушки последнее тепло и последние шансы почувствовать пальцы ног. Ветер резко подул так сильно, что она сделала шаг назад. Наглый ветер раскинул в стороны полы ее пальто, открывая своему виду худые ноги и короткое для этого времени года платье. Девушка запахнула пальто, бойко делая шаг вперед. Все мышцы уже болели от холода. Жуткий ветер пронизывал с головы до ног. Пухлые губы посинели от холода, зубы застучали, выбивая барабанную дробь. Огромные снежинки падали на ее скуластое лицо и длинные ресницы. Снежинки были настолько крупными и острыми, что казалось, они оставят порезы на нежной и красной от мороза коже. Они кружились в бешеном танце, то закручиваясь вихрем, то начиная метаться из стороны в сторону. Они падали на озябшие руки, тем самым заставляя их дрожать. Она хлопнула зелеными, как изумруд глазами. Такими глубокими, внутри читались рисунки природы. Эти изумруды были окаймлены длинными, густыми и черными, как смола, ресницами. Она шла по холодному ночному переулку. На всем протяжении этого переулка стояли высокие фонари. Но горел из них только один. Он ничего толком не освещал. Вообще было не понятно, почему здесь стоят эти фонари и не горят. Может, у всех разом перегорели лампочки? А может, они здесь стоят только для того, чтобы стояли? Никто все равно не смог бы ответить на этот вопрос. Горел только один фонарь, он плохо освещал улицу, настолько плохо, что сквозь рой снежинок, летевших в лицо, было практически ничего не видно. Получается, что девушка пробиралась домой почти на ощупь. Помимо фонарей, стоявших в ряд, на улице с двух сторон стояли дома. Не более, чем в 3 этажа высотой. Они , видно , были старыми, потому что балконы с резными перилами должны были вот - вот отвалиться и с грохотом упасть вниз, расколовшись на множество маленьких и больших кусочков, на этих самых балконах было много зеленой и серой плесени металлического цвета. На небольших выступах на балкончиках стояли горшки, в которых должны были расти цветы. Но, естественно, никаких цветов в этих горшках не было. Они были наполнены снегом доверху. Окна нигде не горели. Это было абсолютно обычно для такого провинциального и спального городка Англии. Такие дома тянулись нескончаемой цепочкой. В этом городке везде были именно такие домики с черепичной оранжево-коричневой крышей, на которой летом растет дикий виноград. Но сейчас этот переулок совсем не выглядел радостно и дружелюбно. Темнота, которая образовалась из-за того, что небо было затянуло темными беспросветными тучами, которые как-будто повисли не на небесах, а на тонкой девичьей шейке, тем самым не давая ей идти вперед. Пальто, не имевшее кнопок или пуговиц, постоянно поддавалось ветру и старалось улететь с девушки, казалось, оно хотело тоже бросить ее, как и все остальное в этой жизни, чтобы оставить ее худое тело умирать здесь в сугробах. Может кто-нибудь увидел бы ее утром, но прошел бы мимо. Возможно, какая-то местная добрая бабуля, только и делающая, что гуляющая туда сюда по улице и вяжущая носки своим внукам, заметила бы ее уже мертвое тело и позвонила 911. Они бы приехали, пообещав этой наивной старушке, что все будет хорошо, а сами бы кинули холодное тело на первой же свалке, не желая возится с ним. Душа разрывалась на множество маленьких кусочков. Сердце бешено стучало, напоминая девушке, что она жива, но та этого не чувствовала. Она чувствовала, как душа кричит и хотелось закричать вместе с ней. Но она знала, что это не поможет... Ветер усилился, заставляя девушку закрыть глаза от того, что снег летел в глаза. Наконец тонкие ножки провалились в снег и она рухнула в снег. Слезы текли из глаз, скатываясь по щекам. Она покорно принимала удары снега и ветра в лицо, сидя на коленях в снегу. Тонкие колготки, сделанные из капрона мгновенно промокли, давая ногам почувствовать холодный снег. Уже не хотелось вставать, хотелось уже умереть себе здесь и не мучаться. Одиночество, которое разрывало ее сердце, наконец-то разорвало его. Очередное предательство сломило девушку полностью. Она была уверена, что судьба играет с ней злую шутку. Но что она сделала такого, чтобы заслужить то, что она терпит? Ах, да, уже не терпит... Сидеть на снегу больше не было смысла, ноги только больше замерзли. Собрав последние силы, девушка попыталась встать, но кости больно захрустели, приказывая ей остаться на месте. Не слушая собственного тела, она встала со второго раза. Руки, пальцев которых она уже не чувствовала, были в снегу. Девушка потрясла ими, желая избавиться от колких снежинок, даже не начинающих таять на кистях, которые стали бордовыми. Проглотив еще несколько слезинок, девушка шмыгнула носом и отправилась дальше. Ветер сорвал с ее головы белую беретку и отшвырнул ее куда-то в сугроб. Девушка горько усмехнулась, даже природа над ней насмехается... Она решила не возвращаться за береткой, а шла вперед. Жгучий беспощадный ветер раскидывал пряди темно - каштановых волос, заставляя их взлетать. Сзади послышался шум машины. Девушке показалось это довольно странным. Она обернулась и увидела свет фар, которые освещали улицу лучше, чем никчемный фонарь. Обычно никто не ездит тут в такое время. Желудок скрутился в тугой узел, заставляя девушку начать нервничать. Какой-то маленький и надоедливый зверек, проснувшийся в ее душе, заставил девушку идти вперед быстрее. Машина плавно ехала по снегу, который хрустел под ее шинами. Но вдруг все звуки прекратились. Дверь машины открылась и послышались шаги, под этими тяжелыми шагами также хрустел снег. Девушка пошла быстрее, боясь обернуться, человек, идущий за ней, пошел быстрее. Сердце бешено заколотилось, приказывая идти быстрее. Нога подвернулась на снегу, и девушка снова рухнула в снег. Толком не успев ничего разобрать, она почувствовала удар по шее. И это было последнее, что она почувствовала сегодня...